Два майора, два весёлых друга

Абсент Иногда по вечерам к нам приходят наши друзья. Бустер приносит ящик разной хорошей выпивки, Юля и Дима много сладкого. Мы накрываем на стол. Всё это время ты сидишь рядом со мной, о чём-то думая, каждый раз вздыхая, когда я беру в руки бокал виски. — Ну, что не так? Рассказывай, — предлагаю я. Выдержав театральную паузу, ты с самым серьезным видом произносишь: — Я жду ребенка. В этот момент ты «раскалываешься» и начинаешь ржать. Юля смущённо улыбается, заправляя прядь волос за ухо. Тоже смеюсь, хотя мне не особо смешно. Затем я поднимаю бокал, слегка наклоняя его в твою сторону, и пригубив, за твоё здоровье, зачем-то спрашиваю: — От кого? Астролог Вздыхаю, отбирая у тебя пульт и переключаю на какую-то мелодраму. Это лучше, чем женщина астролог, говорящая о несовместимости каких-то звёзд. Ты обиженно отсаживаешься от меня на другой край дивана. — Это бред, — вздыхаю я, но ты поворачиваешься ко мне так резко, что пульт выпадает из рук. — Нет, — коротко отвечаешь, снова отворачиваясь. — То есть, если наши звёзды, — я еле сдерживаю смех, — несовместимы, то нам следует расстаться? Ты резко замолкаешь, а я думаю: тебе нечего ответить или ты действительно настолько двинулся? — Ясно, — вздыхаю я, подбирая пустые пачки от чипсов, которые мы съели за просмотром фильма. Смотрю на тебя несколько секунд, ожидая сам не знаю, чего. И когда уже одной ногой захожу на кухню, ты обнимаешь меня со спины. — Там по пятому твой любимый «След» начался. Пошли смотреть, — целуя в шею, говоришь ты. — Знаешь, думаю, одну серию можно пропустить, — разворачиваясь и втягивая тебя в поцелуй, отвечаю я. Ты запускаешь руки под мою серую майку, улыбаясь. Бампер — Придурок, — зло говоришь ты, перебинтовывая мою правую руку. Я улыбаюсь как дурак. Несмотря на то, что ты злой, все твои действия аккуратны. Я всё ещё вижу в твоих глазах нежность. — А если бы ты насмерть? Утыкаюсь лбом в твоё плечо, прикрывая глаза. Взял твою машину на дело, немного не вписался в поворот. Ты тяжело вздыхаешь, запуская свободную руку в мои волосы. — Всего-то бампер помял, — целуя твоё плечо, улыбаюсь я. — Всего-то три дня без секса, — хитро улыбаешься ты. И я знаю, что вечером ты не выдержишь. Знаю и молчу, делая вид, что удивлён и даже расстроен. Бар Мне снова приходится забирать тебя из компании Гречкина в два часа ночи. — Посиди с нами, — тянет меня на себя Кирилл. Я аккуратно вырываюсь, подхватывая тебя, еле стоящего на ногах. — Нет уж. У меня завтра работа, — зло рычу я, пытаясь оттянуть тебя от бутылки вина. Ты пьяно смеешься, утыкаясь мне в шею. — Вы такая красивая пара, — наигранно вздыхает Кирилл. Вы заливаетесь смехом. — Ещё десять минуточек, — тихо просишь ты. Поддаюсь, отпуская тебя. Легонько целуешь меня в щёку, после чего садишься возле Гречкина, а я хочу к хуям подорвать этот бар, чтобы ты никогда сюда не возвращался. Боль Моя верность была столь же бездумной, как и твоя измена. Я знал: что-то может случиться, что-то пойдет не так, — но что именно, мне и в голову не приходило. — Это была ошибка, — говоришь ты. Больнее всего оттого, что я понимаю: ошибка — моя. Не надо было тебе доверять. Вальс Мы решили с тобой отправиться за город на неделю. Ты вздыхаешь, смотря на отвратительную погоду за окном, а потом обнимаешь крепче. Улыбаюсь, натягивая огромный плед повыше, чтоб укрыть тебя почти всего. На столе стынет чай. Вздыхаю, слегка целую тебя в шею и поднимаюсь. В углу уже давно пылится белый рояль, который купила когда-то Юля. Быстро размяв пальцы, сажусь на небольшой пуфик. Ты с удивлением смотришь на меня. Приподнимаешься, когда мои пальцы медленно касаются клавиш. Улыбаюсь, открывая тебе один из своих секретов — умею играть на рояле. И ты единственный, кто слышит мою игру. Быстро вскакиваешь, подходя ко мне. Обнимаешь со спины и, сам не знаю почему, выбираю Шопена. Осенний Вальс. Чувствую, как ты улыбаешься, слегка целуешь меня в висок и, смеясь, начинаешь кружиться по комнате, будто танцуешь со мной. Улыбаюсь в ответ. Ты не представляешь, как я люблю наблюдать за тобой. Именно в такие моменты, когда делаешь что-то безумное. Осенний Вальс плавно переходит в Ноктюрн. Ты замираешь. На твоём лице вижу грусть, но не останавливаюсь, прикрываю глаза. Твои холодные пальцы плавно скользят по моему плечу. Не знаю, о чём ты думаешь сейчас. Чувствую, как тяжело дышишь. — Боже, как я тебя люблю, — слышу, когда перестаю играть. Открыв глаза замираю. — Я тоже тебя люблю, — шепчу в ответ, вытирая твои слёзы, прижимая к себе. — Пойдём спать? Ты киваешь, обнимая сильнее, будто боишься, что уйду. Но мы оба знаем, что я не смогу тебя отпустить. Видео Затеваю уборку, пока ты на работе. Улыбаюсь, находя под подушкой на диване пару спрятанных тобой конфет и флешку в виде клубнички. Руки сами тянутся к ноутбуку. На флешке оказываются видео. Не замечаю, как проходит время, поэтому вздрагиваю, когда твоя рука ложиться мне на плечо. — Я так понимаю, — улыбаешься ты, — мы повторим видео пять. Я смотрю на тебя и не могу вдуплить… куда ты поставил камеру, что она так идеально засняла все изгибы твоего тела, и на какой порносайт ты собирался их сливать. — Смотри, я наручники новые даже стащил, — продолжаешь нарываться ты. И я действительно не выдерживаю. Ноутбук летит на диван, а ты оказываешься прижат к стене. Вирус Просыпаюсь первым от твоего тяжелого дыхания. Ты тихо стонешь, и я обеспокоенно касаюсь твоего лба. Тяжело вздыхаю. У тебя поднимается температура, а в аптечке ничего нет, поэтому мне приходится сходить в аптеку. — Почему у нас так холодно? — встречаешь меня на пороге, укутавшись в плед. — Ты думаешь, я не замечу, что ты заболел? — вздыхаю я, снимая ботинки. Отрицательно качаешь головой, но не выдерживаешь — чихаешь. — Быстро в кровать. Ты послушно возвращаешься в спальню, прекрасно понимая, что я буду ругать за прогулку в расстегнутом пальто, но когда я возвращаюсь, ты довольно улыбаешься, смотря в потолок. — Зато теперь я неделю точно с тобой проведу… — О боги, — шепчу, понимая, какой звездец ждёт меня. Вкус Всё чаще замечаю, что перед нашим поцелуем ты обязательно съедаешь шоколадные конфеты, а потом, чисто случайно вспоминаю песню «У губ твоих конфетный вкус». Иногда напеваешь её в душе. Теперь ты для меня второе зло, после Разумовского. Волосы Каждый день засыпая притягиваю тебя к себе, вдыхая запах волос. Они пахнут кокосом, хоть у тебя самый обычный травяной шампунь. Не знаю почему я люблю так делать. По-моему, ты даже не против. Гитара Я уже боюсь возвращаться домой. Боюсь гнева соседей, которые второй день слышат твою «восхитительную» игру на гитаре. Друзья ржут, приглашая переночевать у них, а отказываюсь, ненавидя себя всё больше и больше. Именно я притащил тебе эту гребаную старую гитару. Город — Город засыпает… — начинает Юля. — Блядь, да и так всё понятно, — откидывая карточку с надписью «врач», говорит Игнат. — Игорь мафия, а Петя проститутка, которая спит только с ним. — Не проститутка, а верная жена, — закидывая на меня ногу, говоришь ты. Смеюсь, зная, что ты понятия не имеешь, что я самый обычный житель и тебе не важно, кто я. Показываю Игнату средний палец и притягиваю тебя к себе для поцелуя под дружное «о» и бустеровское «Тьфу, пидоры». Дали Однажды мы натыкаемся в журнале на статью про Сальвадора Дали. Ты радуешься, как ребёнок, говоря, что однажды защищал что-то типа научной работы по творчеству художника. — Так, может и мне расскажешь? — я касаюсь подбородком твоего плеча, и ты смущенно опускаешь глаза тихо начиная: — Сальвадор Дали испанский живописец, скульптор, режиссер… Ты продолжаешь говорить сначала тихо и неуверенно, но потом с улыбкой и блеском в глазах. И я понимаю — я по-настоящему счастлив, что ты мой. Я люблю тебя больше всего на свете. Дождь Ты любишь, нет — обожаешь дождь. Я вздыхаю, опуская на твои плечи плед. Мы сидим на террасе поздно вечером, вдыхая запах дождя, эту свежесть. — Жаль, что он скоро закончится, — вздыхаешь ты, а я целую тебя в лоб. — Судя по погоде, завтра будет ещё, — тихо говорю я, раскачивая небольшие качели, на которых ты сидишь. — Но уже не такой, — вздыхаешь ты. — Они всегда такие разные. — Как и дни, проведенные с тобой, — киваю я, замечая, как краснеют твои щеки. Обожаю тебя. Особенно, когда ты смущаешься. Дорога Ты любишь поездки на автобусах и почти никогда не спишь в дороге, боясь пропустить что-то интересное. — Двадцать минут, — опуская голову мне на плечо, говоришь ты, когда наш автобус выезжает с вокзала. Мы едем с Лёшкой в Геленджик, решили свозить пацана на море. — Что? — отрываясь от книги, спрашиваю я, краем глаза замечая усмешку Лёши. Он качает головой и поворачивается к Гречкину. «Не палится». Теперь уже усмехаюсь я. — Мне хватило двадцать минут, чтоб влюбиться в Краснодар, — смотря в окно, говоришь ты. — А в меня? — я захлопываю книгу, смотря на тебя. — Взгляда, — улыбаешься ты. — Мне хватило одного взгляда. Я ошарашенно смотрю на тебя, приоткрывая рот. Мы столько времени потеряли, не зная о чувствах друг друга. — Что ещё ты долго хранишь от меня в секрете? — с лёгкой, еле заметной злостью спрашиваю я. — Это я разбил вазу Лены, — быстро говоришь ты, зажмуриваясь. — Знаю, — целуя тебя в висок, отвечаю я. — Видел, как ты запихивал осколки в карманы. — Го-орь, — смущаясь, улыбаешься ты. Дыня — Хватит, — я забираю у тебя очередную дольку дыни, кидая на тарелку. — Го-орь, — протягиваешь ты, пытаясь подобраться к очередной дыне. Четвёртой. Я вздыхаю, забирая фрукт и пряча в холодильник. Гребаный Бустер со своими дынями. Где он только взял десять штук? — Да твою мать, — тихо говорю я, оборачиваясь. Ты со смехом убегаешь в спальню, держа в руках дыню. Я со вздохом иду за тобой. — Петюня… Ева У меня аллергия на шерсть и ты знаешь это, но снова и снова приносишь в дом маленьких котят или щенков, которых мы потом раздаём друзьям. Я знаю, как важно для тебя помогать бездомным «малышам». — Евочка, — зовёшь кого-то ты, проходя на кухню. Я отрываюсь от планшета, смотря на тебя, а потом опускаю глаза. Нет, нет, нет. Ты снова принёс кошку. Лысую. — Она поживет у нас неделю, пока Андрей не вернётся. — Кто? — с ужасом смотря на животное, спрашиваю я. Таких котов я на дух просто не переношу. — Ну помнишь, мы познакомились с ним во время концерта Ливана, — доставая кружку и наливая чай, отвечаешь ты. Спокойно так. — А, — наблюдая, как кошка прыгает на стул рядом со мной, ответил я. — Андре-е-ей. — Ну вот, — ты целуешь меня в лоб, ставя кружку возле меня, и идёшь в душ. Кошка залазит мне на колени и пытается потереться головой об мою руку. — Да ну нахрен, — скидывая с себя животное отвечаю я, направляясь за тобой. — Пе-еть. Ёж В темноте чуть не наступаю на ёжа, которого ты притащил и не предупредил меня. Я включаю свет, замечая, как ты стоишь возле двери, сжимая ёмкость с молоком. — Завтра же отнесу его обратно, — быстро говоришь ты, проходя мимо меня. Я шокировано смотрю тебе в след, кидая ключи на тумбочку. — Я люблю тебя. — Ха-азин, — начинаю, и ты прячешься в ванной, зная, что я зову тебя по фамилии только когда зол. Ёжика ты уносишь с собой. — Ты мне лучше объясни где ты в Питере ёжика достал! Ёлки Хмыкаю, когда нахожу тебя на кухне. Ты готовишь какой-то салат под фильм «Ёлки 2». — Что? — ты приостанавливаешь фильм на ноутбуке и откладываешь нож. Я улыбаюсь, обнимая тебя со спины. — Самая нормальная только первая часть, — утыкаясь носом тебе в шею, отвечаю я. — Тем более, ты пересматриваешь уже раз пять. — Ой ну ты же пересматриваешь своего Шерлока, — обиженно отвечаешь ты. Я смеюсь, целуя тебя в шею. Ты улыбаешься, слегка краснея. — Будешь омлет? — Естественно, — доставая тарелки, отвечаю я. Жир Ты настолько следишь за телом, что я люблю подкалывать тебя. — Поцелуй снижает шесть калорий в минуту. Не хочешь попробовать? — спрашиваю я, когда ты смотришь на весы, слегка хмурясь. — Считаешь меня жирным? — не отрывая глаз от цифр, говоришь ты. Я усмехаюсь, целуя тебя в лоб. Вечером я снова нахожу тебя возле весов. — Зато у тебя крепкие, здоровые зубы, — улыбаюсь я. Ты вздрагиваешь, наблюдая, как я вытираю волосы. — А как догадался? — Плохими зубами такую жопу разве наешь? — смеюсь я, убегая. — Ну Го-орь, — протягиваешь ты. Жизнь Мы живём с тобой вместе чуть больше года. Я изучил все твои привычки, все твои сны. Знаю, как ты следишь за своим телом, как ты ешь «в тайне от меня», когда сплю. Ты боишься обгореть на море, боишься спать один в темноте. Ты боишься медуз, которые приближаются к берегу во время шторма. Наша жизнь с тобой не похожа на рай и ад. Это что-то особенное, что-то больше даже чем Л Ю Б О В Ь. Жук Не понимаю тебя. Ты чуть ли не визжишь, когда я опускаю тебе на руку жука рогача, то радуешься, показывая мне троих майских жуков на своей руке. Ты можешь с лёгкостью напугаться бабочки и с такой же лёгкостью ты можешь тут же взять её за крылья, чтобы выпустить на волю. Там, где ты постоянно есть какое-нибудь насекомое. Однажды, когда мы ехали на море, в автобус залетела пчела, которая летала возле нашего окна, но она не трогала тебя. Когда-то к нам залетела огромная бабочка. И что сделал ты? Просто выставил руку, на которую она тут же села, и ты выпустил её в окно. Это не просто чудо, это какая-то магия. Это так завораживающе, наблюдать за твоими эмоциями. Ты не представляешь, как мне это нравится. Журналы Однажды я нахожу огромную стопку журналов, в которых не хватает страниц, у нас в кладовке. Ты смущенно опускаешь глаза, проходя мимо. В свой день рождения я узнаю зачем они. Ты делал огромный коллаж из моих фотографий и нескольких цитат из интервью о деле Чумного Доктора. Какой же ты всё-таки замечательный. Зараза — Ей зараза, — поешь ты песню Руки Вверх, направляя душ себе на плечи. Я вздыхаю. — Петька, подай мочалку, — прошу я, боясь поскользнуться в небольшой кабинке. Просто чудо, что мы поместились в ней. Ты улыбаешься и резко опускаешься на колени, целуя мой живот. Один только взгляд возбуждает нереально. Я не сдерживаю стон, заставляя тебя победно улыбнуться. Какая же ты зараза, Петя. Ты медленно вбираешь мой член в рот, и я не выдерживаю, хватаю тебя за волосы. Сегодня снова главный я. Зеркало — Не понимаю, — произносишь ты, когда я сонный прохожу мимо тебя. — Откуда эта складка жира, если я хожу на тренировки, да и по утрам зарядка. Я молча снимаю зеркало, в которое ты смотришься и прячу его в шкаф. Это конечно хорошо, что ты так заботишься о своём теле, но не в час ночи же. Ты обиженно идёшь в ванну. Зеркало там поменьше конечно, но и в нем ты увидишь свои «недостатки». — Го-орь, а почему ты не сказал, что у меня щетина уже отросла, — кричишь ты с ванной. Я закатываю глаза, направляясь в комнату. Спать. Но потом резко иду к тебе. И это зеркало прятать. Зонт — Смотри, я как английский аристократ, — ты вешаешь огромный чёрный зонт на изгиб локтя, а потом и вовсе ставишь его на землю, опираясь. — Как Майкрофт из твоего любимого Шерлока. — У него зонт в оружие превращается, — усмехаюсь я. От неожиданности ты выпускаешь зонт из рук, чуть не задевая проходящего мимо кота. — Хотя, в твоих руках он тоже не хуже… — Ну Го-орь, — тянешь ты, поднимая зонт. Я улыбаюсь, опуская руки тебе на плечи и целуя в висок. Ты всё ещё слегка обижен, но улыбку сдержать не можешь. А потом бьёшь меня зонтом по заднице. Придурок. Игра Престолов Каждый раз, когда я говорю об этом сериале ты закатываешь глаза, не желая слушать. Ты один из тех, кто считает — книга лучше. — Знаешь, а вот в книге, — начинаешь ты, и теперь я убегаю, не желая слушать. Последний сезон сильно впечатляет меня, в отличие от тебя. На удивление, ты ничего не говоришь мне, пока я сам, вечером во время готовки, не спрашиваю: — В книге лучше? — Не знаю, — пожимаешь плечами ты, заставляя поперхнуться водой. — Автор не закончил. — Ясно, — хрипло отвечаю я, доставая нож. Наточить его что ли? Игры Одно из наших общих увлечений — компьютерные игры. Мы иногда допоздна засиживаемся за стрелялками, забывая даже поужинать. Однажды, я найду силы и удалю все к чертям. Однажды… Икота Я опять рассмешил тебя до икоты. Так происходит всегда, когда я щекочу тебя. Задержка воздуха и полный рот воды не помогают, и ты упрямо пытаешься сдержать икоту. До тех пор, пока я резко не пугаю тебя. После чего получаю по шее. Ириски Злюсь, когда нахожу очередной тайник с бумажками от конфет. Ты просто обожаешь ириски. Однажды, в самолёте ты тихо спрашиваешь меня: — А ириски разносить будут? — Не знаю, тебя же разнесли, — улыбаясь, отвечаю я. Ты замолкаешь. После очередной кучи конфет, которые ты съел за час, я подкручиваю весы. Больше ириски ты не ешь. Теперь ты ешь только овощи и зелень. Скрепя зубы закрываю холодильник, возвращаясь к весам. Испанский Я искренне радуюсь, когда ты решаешь изучать испанский. И у тебя неплохо получается, до одного момента: — Не могу понять, — ты приостанавливаешь какой-то клип с субтитрами, поворачиваясь ко мне. — Почему испанцы в субтитрах «смеются» не как все? — Почему? — удивляюсь, заглядывая в ноутбук. — Ну смотри, не «ха-ха-ха», а «джа-джа-джа», — тыкая в экран отвечаешь ты. Так громко я не смеялся ещё никогда. Ты с непониманием смотришь на меня, пока я не начинаю икать. Успокоившись, я объясню тебе всё, и ты будешь смущенно прятать глаза, уходя в себя на полчаса, а пока я только икаю. * в испанском пишут ja, где J — она же «хота», читается как «Ха». Йога Ты раз пятый пытаешься затянуть меня на занятие йогой. Не получится, милый. И нужна она тебе только ради новых поз в сексе. Я уже давно это понял. Йод Йод и зеленка — самое первое, что мы покупаем, когда едем к твоей маме на дачу. Я вздыхаю, смотря на тебя. — Го-орь, — тянешь ты, показывая мне порез на руке. Обычным, мать его листочком чеснока. Кактусы Скоро мы не сможем нормально зайти на балкон. Повсюду стоят кактусы. Я аккуратно переставляю горшочек на верхнюю полку. — О, спасибо, — заходя с очередным кактусом в руках, говоришь ты и ставишь на освободившееся место. — Завтра ещё с красными иголками принесу. — Может не надо? — с надеждой спрашиваю я. — Ну Го-орь, — протягиваешь ты, целуя меня в щеку. Кот Ты приносишь рыже-белого кота и он остаётся у нас. На удивление, аллергии у меня нет. Ты называешь его Феликс. Это очень странно. Крем Ты решаешь приготовить торт Лёше на день рождения. Я решаю попробовать крем и увлекаюсь, съев почти весь. — Го-орь, — опуская руки мне на плечи, тихо говоришь ты. Я прикрываю глаза, зная, что меня ждёт. Лимон В холодильнике у нас обязательно должен быть лимон. Ты в первую очередь в магазине берёшь именно его, потому что жить не можешь без чая с лимоном. — Го-орь, — ты обнимаешь меня со спины, опуская голову на плечо. — Сходишь за лимоном? Я киваю, быстро одеваюсь и выхожу на улицу. Только возле магазина до меня доходит, что сейчас половина первого. Любовь Ненавижу, когда мы далеко друг от друга. Поэтому мы можем говорить по телефону часами. Ты засыпаешь, не повесив трубку. Я сижу на диване и слушаю. До меня доносится твое дыхание. Только когда оно становится знакомо ровным и спокойным, я выключаю телефон. Я понимаю: на сегодня — все. Оставшуюся часть ночи ты без меня обойдешься. Маска Пугаюсь, когда в темноте натыкаюсь на тебя с маской на лице. Ты смеешься, говоря, что это полезно для здоровья. На следующий вечер с маской на лице уже я. Сопротивляющийся я. Маслины Ты никогда не понимал, как я могу есть маслины. Эти «чёрные круглые штуки». Не понимал до тех пор, пока сам не попробовал. Теперь ты иногда заставляешь покупать их для салатов, которые ты делаешь под песню «Я твоя». Море Не знаю, где ты нашёл эту песню, но она действительно подходит под этот тихий вечер на берегу моря. Я обнимаю тебя, протягивая бокал вина. Из динамика телефона доносится: «Море, я с Вами на Вы, не спорю, да давно не виделись, увы…»