Тот, кто ждет

Он говорит, что с личной жизнью голяк, что девушки у него давно не было и, что в целом, иметь хоть какие-то отношения и быть при этом супергероем сложновато. Больная поясница словно в насмешку над этим капитальным враньем, ноет напоминая о бурной ночи накануне. Хотя вранье не такое уж и капитальное. Девушки у Питера и в вправду нет. Он возвращается домой уставший, побитый, физически и морально, его голова гудит и… Если быть честным с самим собой, все о чем мечтает Питер Паркер сейчас это завалиться в койку прямо так, в костюме, грязным и потным и проспать в одной позе часов так …дцать. * В койку он действительно заваливается, только заснуть ему не дают. В щеку неприятно упирается что-то холодное и металлическое. — Ты лежишь щекой на пуле, — сонно резюмирует чужой голос. — Что в нашей постели делает пуля? — не то чтобы Питер серьезно хочет знать ответ на этот вопрос, но… — Возможно, — неправдоподобно невинным тоном отвечают Питеру. — Следующие часов пять они будут выпадать из моего тела. Сильные руки сгребают Паркера в крепкие объятья. Питер блаженно жмурит глаза, утыкается носом в чужую ключицу и почти готов не спрашивать предысторию о пулях. Он не хочет этого знать. Сейчас, так точно. Чужая наглая ладонь по свойски облапывает задницу Паучка, все что остаётся сделать в отместку, это закинуть на бедро наглеца ногу. Спать сейчас явно никто не будет. — Я говорил о том, что твой зад выглядит охрененно в этом костюме? — Раз миллион, — тихо посмеивается парень. — Может быть, два. — Каждый раз, как в первый, — усмехается чужой-родной голос. — У тебя кровь и ещё… — От меня несет, я в курсе. Но кровь не моя или частично моя, — это такое тупое оправдание. Ему словно, снова, семнадцать. — А мыться я не в состоянии. Похабную ухмылку Питер чувствует кожей. — Ну если ты настаиваешь, Питти, я мог бы… — Нет. Мы не ходим вместе в душ! - не та формулировка. Не совсем та. Уэйд откровенно смеется над ним. Питер пихается, в шутку, конечно же. У них завязывается шуточная возня, с победой Уилсона, потому что он более выспавшийся и отдохнувший. А это как минимум не честно. — Сейчас точно нет. Моя поясница не готова к очередным подвигам. Уэйд, нет… — Я хороший мануальщик, — насмешливо тянет Уилсон. — И отлично мою людей. Могу даже не приставать. Все это, конечно же вранье, Питер знает, что спокойно он не помоется. Знает, что Уэйд расскажет очередной похабный анекдот и замнет тему с пулями, что будет выспрашивать, где Питера носило полтора суток. А потом они закажут пиццу и проведут тупой вечер в дискуссиях откуда ещё его собрат, из параллельной вселенной, может стрелять паутиной. — Давай через полчаса? Разбудишь меня, как спящую красавицу и утянешь отмываться в ванную. — Тебя за язык никто не тянул, Питти. Я ж запомню! Уэйд говорит что-то ещё, извиняется за пули (о чудо) и целует в макушку. Питер засыпает с мыслью о том, что намного приятнее возвращаться домой, зная, что тебя, там ждут. К примеру один конкретный бессмертный наемник с отбитым чувством юмора.