La Belle

Екатерина Николаевна долго и крепко (на удивление, так как у девушку довольно давно сопровождали проблемы со сном и часто вместо спокойного сна, юную леди посещали жуткие видения) спала в эту ночь. Проснулась Тадарович уже ближе к обеду, выглянув в окно она увидела завтракающего Якова Васильевича, быстро одевшись (её выбор сегодня был весьма не обычным - кружевное платье цвета бургунди с длинными рукавами, и стоячим воротником, который по середине был украшен камеей, волосы девушка оставила распущенными. - Доброе утро, Яков Васильевич! - приветливо улыбалась вышедшая наконец Екатерина Николаевна. - Благодарю Вас за то, что позаботились обо мне вчера! - Какие люди! - с лёгкой ноткой сарказма ответил Бейсишестокович. - Уж думал, Вы, милейшая решили целый день у себя провести. А стучать к Вам без необходимости я посчитал невежливым. И...- следователь посмотрел девушке прямо в глаза. - Вы великолепно выглядите. - Благодарю. - Писарь залилась румянцем. - Присаживайтесь - Яков Васильевич указал на стул, стоявший напротив. - У меня для Вас интересные новости. Катенька принялась слушать, что же раскажет столичный следователь. - Походил я, пораспрашивал местных о том, что рассказать они могут. На месте преступления видели всадника на воронном коне, фризкой породы, с длинной гривой, на всаднике чёрное пальто, росту он высокого и...Запах. Одна из выживших - молодая дворянка отметила весьма приятный запах, что бросался в нос. Запах парфюма с нотками ...Бергамота, гвоздики...Ванили. Говорят - Урдалак, представляете? Народ...Говорят, выпивает кровь убиенных, отчего он молодость вечную сохраняет. И действительно, тела нескольких из жертв были обескровлены. И та, что мы вскрывали. А насчёт сердца, люди подумывают, что серде жертвы маньяк съедает! У Катерины в носу отчётливо воспроизвёлся этот запах...Терпко сладий, притягивающий. А вот где она его чуяла, девушка не помнила. - Вы...Право сказать...Тоже вкусно пахнете. - Тадарович решила слегка разнообраить обстановку.- Однако. - Заметила она - Сие мне кажется суеверием. - Не обижайте старика, милейшая. От меня пахнет кофе и корицей. Не люблю сладкие ароматы. И мне тоже. Народ любит сказки. - Это была не более, чем шутка, Яков Васильевич. - улыбалась девушка. - Не переживайте, не имею манеры злиться на юных особ, вроде вас. - ответил Бейсишостакович. - Однако. Екатерина Николаевна, вы сказали, что накануне вам опять стало дурно. Так? - Д-Да...- девушке стало некомфортно и вся её сущность желала провалиться. - Стало быть...Опять видения? - следователь поднял вопросительно поднял бровь. - Мммм.... - протянула девушка. - Нет. Не более, чем голова закружилась. Разговор их прервал Серёжа, что бежал быстро, словно пуля. - Яков Васильевич! Яков Васильевич! - Малец, ну ты чего так пугаешь? - лицо Бейсишостаковича приняло выражение удевлённости. - Так это...Вас...Того...Илья Фёдорович звать велел. - говорил торопливо парнишка. - Жертва у нас новая...Дивчинку на мельнице извели. - Вот оно что. - ответил Бейсишостакович. - И даже позавтракать не дали. А ведь хороший завтрак основа здорового питания! А здоровое питание - основа долголетия. Ну-с! Идёмте, Екатерина Николаевна! - Да, Яков Васильевич. - Ответила девушка, прокляная момент, когда она приняла решение одеть платье.

***

- Екатерина Николаевна, Вы, стесняюсь спросить, на бал прийти изволили? Или на место преступления? - Выпалил Багиров, который был явно не в настроении. - А вы, дорогой Илья Федорович, не на мои одежды и то что под ними находится обращайте внимание, а на то, что находится в голове! - колко ответила девушка. От сией дерзости Илья раскраснелся. - Во-первых. - заметил Бейсишостакович, осматривавший труп. - Ещё одно замечание Екатерине Николаевне и Вы, Багиров, будете вызваны на дуэль. - Во-вторых! Сколько жертв на самом деле и сколько лет тут проиходят преступлания? - следователь вместе с подошедшей девушкой аккуратно перевернули труп молодой казачки, лет 20 от силы. Рана на спине была точно такой же и в том же месте, шея свёрнута, большая, продольная рана на ключицах. - Дьявол то убивает...- Начал Корнелюк. Уже как пятьдесят лет у нас дивчины пропадают, найти некоторых никак найти неможуть. - Замолчи! - крикнул Багиров. - Простите, Илья Федорович. - Замялся Серёжа. - Каждая из дивчин молода и красива, каждая - в основном невинна. И у каждой кровушки не оставляет. Говорю! Урдалак! Некоторых потрошит и внутренности ест, особенно, сердца пожирать любит. - Это вы что же? - начал вскипать следователь. - СДУРЕЛИ ЧТО ЛИ? СКРЫВАТЬ ПРЕСТУПЛЕНИЯ? - Я попросил бы вас...- Начал было Илья Фёдорович. - Я попросил бы Вас! Отвечать на мой вопрос! - заорал Бейсишостакович. - На каторгу к чертям сошлю! К декабристам поедете! Тело чтоб сейчас же в сарай доставили. - Идёмте, Екатерина Николаевна.

***

- Екатерина! - идущую вместе со следователем девушку окликнул Граф Воронов. - Яков Васильевич! - улыбаясь, окликнула девушка. - Познакомьтесь, это... Бейсишостакович, гордо развернувшись и взмахнув тростью направился до постоялого двора. - Не хотите ли прогуляться? - приветливо улыбася Воронов. - Погода великолепная, не находите? - Я согласна. Но ненадолго, я сюда по долгу службы приехала. - уточнилась Екатерина Николаевна. - Благодарю Вас за оказанную мне честь. - дворянин слегка наклонил голову. Катерина думала над словами Серёжи. И не могла понять, как должен выглядеть убийца, что пятьдесят лет подряд отнимает жизни. - Вы о чём-то задумались? - интересовался молодой мужчина. - Да что Вы, нет. Так, ерунда. - девушка поправила волосы. Отчего-то рядом с этим человеком она ощущала некоторую тревогу. Но виду не подавала. Они немного прогулялись, обсудив творчество современиков, дворянскую жизнь, пофилосовствовали, цитировали Александра Сергеевича Пушкина, Евгений чувствовал что-то тёплое...Казалось, будто эта молодая леди пробудила не испытываемые доселе чувства, но как такое вообще возможно? Он ведь даже жену не любил...Впрочем, не он один. Катерина перевернула жизни по меньшей мере троих людей с ног на голову. - Я очень благодарю Вас за уделённое мне время...Спасибо...И...Будте осторожны. - Воронов нежно улыбался девушке. - Право, не стоит. Благодарю. Вынуждена откланяться. - попрощалась Катя. "Твое проклятье может перестать действовать лишь тогда, когда та найдётся, кто и таким полюбить тебя сумеет!"