Воронёнок

Солнце только-только начало вставать со своей белой кровати из снега. По пути домой навстречу девятилетнему пацану даже машины не ехали, только ёлки да пихты, а ещё пару раз встречались дорожные знаки. Мальчик спешил, успешно выполнив своё поручение. "Хлеб, молоко, соль- ничего не забудь"- все ещё крутились слова мамы в его маленькой голове. Он уже почти отморозил пальцы, потому что рукавички, хоть и связаны вручную, были довольно старые и морозный ветер пробирался сквозь крохотные дырочки. Но это мальца не особо волновало- его грела мысль о том, что он сможет сделать большую вещь для самого важного человека в его жизни. Парень никогда в жизни не был так подавлен. После ухода отца на него свалилась тяжелая роль главы семейства. А в его возрасте это немыслимо! Ему ведь всего 19. Он в университет-то в прошлом году только поступил (и то- со скрипом). А теперь ему нужно думать о том, как содержать себя, мать и младшего брата. Любой человек в этой ситуации попросил бы помощи у знакомых, но этот юноша был не из таких. Все проблемы он решал в одиночку, решит и сейчас. "Какой ты уже большой, я и не замечала, как ты рос. Прости..." - все не покидала его сознание фраза, которую на днях сказала мама. Стук. Младшему открыл брат, радуясь такому скорому возвращению. Теперь, когда он не наедине с проблемой, хоть как-то получится взять себя в руки и отстать от стены, которую бьёт уже час. Похвалив младшего и пряча руки, парень прошёл в ванную, где смыл кровь и перебинтовал разбитые кулаки. "Интересно, о чем сейчас думает этот урод?" - ни с того ни с сего эта мысль пронеслась, как пуля и попала в самое сердце. Лишь теперь он задвинул щеколду, сел под раковиной и заплакал. Истерики не было, не подумайте. Просто то напряжение, обида и злоба вылились в тихие слёзы. Она проснулась в своей новой квартире, потянулась и пошла на кухню. Там уже готовил завтрак её будущий муж, который буквально на прошлой неделе ушёл от своей семьи. "Точно! - думала она- Я же ему ничего не рассказала ещё.". Ну хорошо, пусть это будет для него сюрпризом. У них-то все будет по-другому, не так, как с его бывшей женой. Бедный, он много рассказывал, как мать тех двух мальчиков издевались над ними. По его словам, то, что младшего сдадут в приют-исключительно вина матери. А старший так и вовсе вскоре сопьётся, с таким-то прошлым. Любимому пришлось очень тяжело. Но теперь все будет хорошо. Она ведь не такая. Дватцатилетняя девушка погладила живот, в котором уже теплилась новая жизнь. Мама погладила младшего по голове худыми пальцами, не способными уже даже взять ложку, не то что приобнять сына. В последнее время ей было очень плохо и она чувствовала себя хуже всех людей на свете, которым когда-либо было грустно. Она уже несколько раз прикусывала до крови то язык, то щеки изнутри в приливе злобы. Даже не на бывшего мужа, который задурманил очередную шлюшку (ей было плевать, что он откровенно лжёт ей) , а на саму себя, на свою беспомощность и никчемность. Слишком рано она заставила повзрослеть своих детей. Отправив младшего в комнату, она попросила не заходить часа 4. "Маме нужно отдохнуть, Воронёнок" - эти слова вышли из неё очень тяжко, с натянутой улыбкой. Она готова сделать все, лишь бы парни не видели, насколько плохо дело. Старший приготовил скудный обед, но что ему ещё оставалось, денег-то не было. На какую его работу примут без образования и опыта? Придётся идти грузчиком, но он понимал, что это угробит его итак хреновое физическое состояние. Но разве что только... Тут раздался резкий хлопок, будто кому-то дали хорошую затрещину. Он навсегда запомнит этот момент. Именно тогда у него в душе что-то оборвалось. Он понял, что это из комнаты матери. "Пожалуйста, хоть бы мелкий не услышал" - взмолился он и помчался на источник хлопка. Но мелкий услышал и оказался там раньше старшего. Перед глазами студента открылась страшная картина: мать, иссохшаяся, сухая, что абсолютно не вяжется с её возрастом, лежит на полу в луже крови, кряхтя и шепча слова, которые не разобрать уже ни одному логопеду. Рядом на коленях стоит мальчик, которому только месяц назад исполнилось девять. В его заплаканных пустых глазах отражалось то же, что видит старший, но об это воспоминание сломались его детские розовые очки. Он уже и не помнил, плакал он тогда или нет. А брат знал. Младший плакал, кричал, звал маму, царапал пол, ломая ногти, жался к матери. "Король Лев" - нервно подумал парень. Из апатии его вывели две вещи: то, с какой надеждой без пяти минут сирота позвал отца и взгляд матери, полный сочувствия и любви. Он тут же побежал вызвать скорую. Четыре часа утра! Кто мог написать ему столько сообщений в это время? Мужчина наконец открыл свои усталые глаза и разблокировал телефон. В мессенджере, который он открыл, красовалась надпись "Сын". Он прислал 4 сообщения, которые заставили экс-отца, не нашедшего свою девушку в квартире, сразу же одеться, прыгнуть в машину и жать газ так сильно, как только может. "Она у меня". "Езжай домой". "Если ты ещё помнишь, где он". "Один". Старший ждал его. Сидя на кухне и докуривая пачку, он пытался собраться с мыслями, чтобы не блевануть, когда будет разговаривать с "отцом". Малого он оставил у матери, ни к чему ему видеть то, что тут произойдёт. Щелчок замка. "У этой твари остались ключи". Тридцатилетний мужик ворвался в забитую дымом комнату. Глаза. Сразу весь образ отца, который мальчик построил в своей голове, разрушился. По ним стало очевидно, что их владелец боится ещё больше сына. "Мудаки все же способны на страх, когда речь идёт о положении "Всё или ничего"". — Где она?! — В соседней комнате. — И чего ты хочешь? — Жертв. Это слово ударило по его мозгам, как метеоритом. Это был его сын. — Что произошло? — Сам не догадался? Мама умерла. — О Господи. Прости, я и не думал, что... — Завали! Ты вообще о чем-то думаешь, кроме того, как бы трахнуть пол города?! Ты вообще интересовался, как у нас дела? Все ли у нас впорядке? Нет. Месяц. Целый месяц от тебя ни слова, подонок. Ты хоть знаешь, что твоя дватцатилетка беременна? Или ты хотел кинуть её так же, как и маму? — Что ты ей сказал? — Правду. — Отдай ключи! — Какие? — От наручников! — Ахахах. Ты серьёзно думаешь, что мне нужно связывать или приковывать человека, чтобы удержать его от такой твари, как ты? Если ты перестанешь орать, то услышишь, что она плачет. Слышишь? Это звуки разочарования. — Можно поконкретней, чего ты хочешь? — Отрежь кисть этим. Он положил на стол перочинный нож, который тогда ещё папа подарил ему на пятнадцатилетие. — Издеваешься? — Не сильнее, чем ты над матерью. Она умерла из-за тебя. И ты это знаешь. — А если не отрежу? — Твоя нынешняя выпрыгнет из окна. Это её просьба. И на твоей совести будет вторая смерть. Отец думал минут 10. Все же решился, собрав все силы. Таких криков юноша ещё не слышал. Нет, слышал. Давно, когда мать ещё ходила, она так же кричала, когда отец её избивал. Как же он забыл. Девушка услышала крики из кухни. Утерев слезы и успокоивашись, она вышла в коридор, прошла дальше и увидела того, кого слепо любила и кому доверяла. Неосознанно слабая улыбка появилась на её губах. Отец ушёл, и они остались вдвоём. — Что будешь делать дальше? — Найду работу, попытаюсь получить опекунство над братом. Ты? — Опекунство? Но одному ведь это будет очень непросто. — И что ты предлагаешь? — Возьми меня в жёны. - без капли шутки предложила она. Он и подумать не мог, что тогда, двадцать лет назад, встретит свою судьбу так. Теперь же, он- почти сорокалетний бизнесмен- сидит рядом со своей женой на диване и смотрит сериал, как ни в чем не бывало. — Воронёнок, иди на кухню, покушай! - крикнула супруга сыну, только вернувшемуся с учёбы. Он уже студент, а она все ещё зовёт его именем, данным в детстве.