don't separate them

Тихая ночь незаметно опустилась на город, только шум проезжающих мимо машин иногда нарушал хрупкое спокойствие. Джисон, только что вернувшись из студии, шаркающими шагами вошёл в свою комнату и упал на кровать. Хан обвёл усталым взглядом новую спальню, казавшуюся ему чужой, холодной и особенно одинокой прямо сейчас, когда темно и ни один шорох не беспокоит тишину. Джисону вдруг так сильно захотелось побыть с кем-то, что он невольно задержал дыхание, слыша лишь собственное сердце, которое начало биться гораздо чаще. Полусонный парень вышел в коридор и по привычному маршруту пошёл к комнате, где должен был находиться тот, чьи объятия сейчас так сильно были нужны Джисону. -Минхо-хён, -протянул Джисон, зевая, но на месте комнаты старшего теперь была новенькая кухня, ещё не убитая попытками парней готовить. Хану стало так больно и обидно, и он, разочарованно вздохнув, вернулся в свою холодную комнату. Как только Джисон оказался в своей спальне, он тут же набрал знакомый номер, отчего-то боясь и волнуясь услышать знакомый голос. -Хани? -голос хриплый и почти шепчущий, будто Минхо только проснулся. -Я разбудил тебя, хён? -дрогнувшим голосом спросил Хан, закусив губу и состроив виноватую моську, будто Минхо мог его увидеть. -Нет-нет, Хани, -лжёт Ли, потому что знает, что если скажет правду, то младший весь следующий месяц будет извиняться перед ним. -Минхо. И молчит, вслушивается в его спокойное дыхание, чувствуя как только от этого становится гораздо лучше. -Что, соскучился по мне, Хани? -шутит старший, словно сквозь расстояние видит подавленное состояние Джисона. -И вовсе нет, -ответил Хан, а у самого лицо светится от улыбки, а на щеках проступил румянец. -Почему ты ещё не спишь? Время видел? -ворчал Ли, фыркая на Джисона как недовольный кот. -Я только вернулся из студии, -ответил младший, смотря в потолок и представляя Минхо, рядом с которым так часто засыпал и тепло которого ощущалось даже сейчас. -Очень устал, но заснуть не получается. -Так почему бы тебе не попытаться заснуть, вместо того, чтобы болтать со мной, м? -ехидничал Минхо, тихо посмеиваясь. -Странно жить вот так отдельно, правда? -вдруг выдал Хан, сжимая в руках одеяло и обиженно хмурясь: всё это ему совсем не нравилось. -А я ведь и правда соскучился, хён. -Хани. -Прости, что разбудил, хён. -Но ты не... -Я люблю тебя. Все мемберы часто говорят что-то подобное, но когда это произносит Джисон, всё ощущается как-то по-другому. Отчего-то воздух становится таким горячим, сердце больно сжимается, а в животе что-то щекочет. Почему с остальными не так, и только Хан вызывает в нём такие странные чувства? -Всё в порядке, Хани, ты не разбудил меня, -совсем невпопад ответил Ли, неловко морщась. -Уже поздно, ложись спать. -Хорошо. -Доброй ночи, Хани. -Доброй ночи. Колкая печаль закрутила душу Джисона в тугой узел, и он, поняв что всё же не сможет заснуть, сел за рабочий стол, включая компьютер и надевая наушники. Если не получается спать, то лучше провести время с пользой, верно? Работа полностью захватила его, иногда полуспящие глаза Хана закрывались, но сон тут же ускользал от него, заставляя раздражённо хмуриться и устало вздыхать. Громкая музыка в наушниках заглушала все звуки и вызывала ноющую головную боль, но парень продолжал исступленно работать, выливая все свои чувства в музыку. Утонув в новой песне, Джисон совершенно забыл о реальности, поэтому громко вскрикнул, когда кто-то неожиданно тронул его за плечо. -Тише ты! Хочешь всех разбудить? -зашипел на Джисона появившийся из ниоткуда Минхо. -Хён! Что ты здесь делаешь? -удивлённо спросил Хан, не в силах отвести глаз от старшего: темные глаза полузакрыты и привычно блестят, пушистые волосы растрепаны, а тело скрыто за широкой толстовкой и спортивками-Джисон до безумия любил такого настоящего и домашнего Минхо. -Так и знал, что ты не ляжешь спать, -фыркнул Минхо, по-хозяйски устраиваясь в кровати Джисона. -Завтра в твоих мешках под глазами можно будет картошку таскать, -продолжал бурчать Ли, похлопывая по месту рядом с собой. -Давай, выключай компьютер и ложись. Джисон, послушно кивнув, быстро сохранил всё, что успел сделать, и скользнул под одеяло к старшему, всё ещё не веря, что вот он, совсем рядом с ним, по обыкновению красивый и вызывающий приятный трепет. -Прекрати смотреть на меня и спи, -звонко цыкнув, сказал Минхо, закрывая глаза Хана рукой. Вся дневная усталость в один момент дала о себе знать, и младший наконец смог расслабиться, забираясь в тёплые и уютные объятия Минхо, которые всегда были его спасением. Такой родной запах, нередко остающийся на его одежде, глубокое дыхание и бормотание низкого мягкого голоса-всё это отдавалось гулкими ударами сердца и чем-то горячим, покалывающим на кончиках пальцев. Сладкий сон подкрался совсем незаметно, и Джисон, в последний раз сильнее прижавшись к Ли, провалился в царство Морфея. -Уже заснул, -выдохнул Минхо, заметив, что младший перестал отвечать ему даже неразборчивым мычанием. -Ну и хорошо. Старший ласково убрал непослушные пряди со лба Хана и невесомо коснулся его губами. Всё ощущалось как что-то нереальное, комната словно была подёрнута магической дымкой, а Джисон стал как-будто ещё красивее. Минхо, поддавшись какому-то странному порыву, положил руку на тонкую талию и, ещё ближе прижав Джисона к себе, наклонился так близко, как никогда не позволял себе, несмотря на все желания, так часто бурлящие в нём. -Что же я делаю? -прошептал Минхо, отстранившись, а всё его тело ослабло и задрожало, не поддаваясь сознанию. А всё из-за Хан Джисона, мирно спящего под боком и совсем не подозревающего о душевных муках Ли. Надо что-то придумать с этими общежитиями, не будет же Минхо каждый раз уезжать сюда? А засыпать со знанием, что Джисон где-то там, далеко и, скорее всего, как обычно лишает себя сна из-за работы, было слишком тяжело для Минхо. Бесконечная нежность вдруг охватила его, и Минхо, зарывшись руками в мягкие волосы Хана, быстро чмокнул его в щёку, заливаясь краской. -Я тоже тебя люблю, -одними губами произнёс Ли. Всё внутри всколыхнулось и затрепетало, а обнимающие Минхо руки Джисона вдруг стали ужасно горячими. Когда-нибудь Ли обязательно расскажет обо всём, но сейчас он может лишь как можно крепче обнимать младшего и самозабвенно заботиться о нём, желая для Джисона одного лишь счастья. Взглянув на Хана со всей переполняющей его любовью, Минхо закрыл глаза и, вслушиваясь в его дыхание, заснул с самой счастливой улыбкой на лице и теплом в сердце.