Твоя горечь

Молодой человек едва не слетел со своего места, вовремя ухватываясь за подлокотник. Торможение было не только резким, но и неожиданным. В начале салона послышался благой мат, пробивающийся даже сквозь наушники. Итан поправил полуслетевший капюшон ветровки, недовольно щурясь, следом и вздыхая. Чтобы узнать причину остановки и избавился от одного наушника, вслушиваясь во всеобщий гул. Он вылез кое как из самых недр, с горем пополам пролезая через массивную женщину в шляпке моды 90-х. Та, не оценив его попыток разойтись мирно как в море корабли, ткнула его нехило локтем в бок от чего молодой человек недовольно рыкнул, потерев болезненное место ладонью. Однако молча прошёл поближе к кабинке водителя. — Уважаемый, — распалялся какой-то белый воротничок. Типичный офисный работник, а пыжится то как, — по вашей милости большинство здесь присутсвующих опаздает куда бы они не спешили, вы собираетесь ехать? — Долбан, ты меня слышишь вообще? Читай по губам:"автобус. Дальше. Не поедет.», — терял терпение водитель. Это был, на удивление Итана, его ровесник, не часто таких встретишь. Раздражённый взор зелёных глаз, готовый вот-вот просверлит дыру в клерке, не терял свою ясность. — Скажите спасибо грозе. А теперь, — юноша сложил руки в подобие рупора, повысив голос, — выметайтесь! — Вот малолетнее хамло! — заверещала близстоящая старушка. Итану дважды повторять не нужно. Взяв ноги в руки, он по быстрому ретировался, выскакивая из автобуса на промокший асфальт. Грянул гром. Недостаточно неожиданно, чтобы напугать, но тело машинально вздрогнуло. Пора бы уже привыкнуть. Ему на самом деле было до глубин тартара чем закончится перепалка в автобусе. Поэтому он не сильно расстроился, отдалившись от того. К тому же до больницы тут рукой подай. Всего то нырнуть в подземный переход, а как выйдет вот и раскинувшееся белое в полосочку от подтеков краски здание. Омываемый серым дождем госпиталь казался совсем жутким и угнетающим. Но делать нечего, чтобы увидеть брата он с легкостью преодолеет порог. Внутри всё казалось куда более располагающим к себе. Недавний ремонт, покрашенные окна, ровная побелка стен, организованные новым главврачом давали о себе знать. А, ещё они наконец-то заменили эти неприглядные железные стулья на более мягкий аналог. Итан прошёл внутрь, оглядываясь. Они договорились встретиться с Кирстеном в фойе, но парня нигде не было видно. Странно. Может он всё ещё сидит в палате своего «друга»? Он ведь никогда не отличался пунктуальностью. Молодой человек присел на скамейку у регистратуры, мельком оглядывая свое окружение. Взгляд то и дело метался в сторону лестницы откуда с минуты на минуту должен был спуститься брат. Но боковым зрением он уловил знакомую фигуру со стороны кабинета участкового терапевта. Итан выглянул из-за колонны, всматриваясь более внимательно. И тут он наткнулся взглядом на старого знакомого отца. Он о чём-то разговаривал с постовой медсестрой, которая элегантно обхватывала медицинские карты, прижимая их к груди. «Дядя Мерк» — так они его звали с братом, когда были совсем мальцами. Он был вхожим в их дом и частенько оставался на ужин. До того, как всё… Юноша тяжко вздохнул, но после полуулыбнулся, вставая со скамьи и убедившись, что доктор заметил его, то помахал ему рукой. Увидев его, Мерк сощурился, а удостоверившись в том, что ему не кажется весь побледнел. Издалека не было видно его лицо, но было ясно, что он занервничал. Не такую реакцию ожидал получить Итан. Видя реакцию начальника медсестричка повернулась в его сторону, непонимающе пытаясь выглядеть причину его беспокойства. Ещё что-то сказав ей, мужчина взял из её рук карты пациентов и скрылся за углом. Молодой человек было хотел последовать за ним, чтобы выяснить причины такого неоднозначного поведения, но тут его кто-то похлопал по плечу. Дрожь пробежалась в районе позвоночника, он тут же обернулся. — Кирстен? — улыбка стала заметно шире, Итан тут же кинулся обнимать брата, заключая того в крепкие объятия. — Давно не видились, — хрипловато пробормотал тот, стараясь сделать улыбку более натуральной и унять дрожь в обнимающих родственника руках. Пока Итан утыкался в его плечо, он не видел, как измучено исказилось его лицо, губы юноши дрогнули, уголки глаз заслезились, но с них не упало ни одной слезинки. — 'О боже, прости меня за всё…' — прошептал бесслышно Кирстен, глубоко вдыхая. Когда брат отстранился он уже смотрел на него с нежностью и родственной лаской, фальш улыбки не смог бы рассмотреть даже он сам. Пальцы прошлись по подбородку младшего. — Как поживает мой любимый младший брат? — эту фразу он произнес с нажимом, явно желая поддразнить Итана. — Ты никогда не перестанешь этим бахвалиться, ха? Всего то на пять-шесть минут раньше вылез, а уже старший, — юноша ощущал как в груди усиленно забилось сердце, а следом разошлось тепло. Он и вправду скучал по нему. — Так придумали наши предки, кто я такой, чтобы спорить? — они вместе присели на скамью. — Вот гляжу на тебя, а всё кажется не так уж и плохо, раз дразнишься. Я-то думал, что найду тебя совсем плохим. Однако мне не нравятся твои синяки под глазами, когда ты вообще в последний раз спал? Кирстен прикрыл глаза, ощутив пальцы близнеца на своем лице. — Должны же люди нас как-то различать, не находишь? — он усмехнулся, наслаждаясь моментом. — Смешно тебе? А на вопрос и не ответил, — Итан опустил взгляд, немного хмурясь, но всё-таки решил спросить для приличия, — как он? — Голос прозвучал неувереннее и тише. Кирстен приоткрыл глаза, немного удивляясь, взгляд стал болезненнее. — Очень и очень плохо, И, — только и сказал он, опуская глаза в пол. Через несколько минут молчания всё же добавил, — он умирает. Рука Итана легла поверх его, крепко стискивая. Юноша поднял глаза, пересекаясь с его. — Я не хочу в этот раз читать тебе морали, даже не скажу, что это целиком его вина. Если понадобится моя помощь дай знать? — Я благодарен тебе за это. Правда. Но именно поэтому я и попросил тебя сегодня приехать, — Кирстен цепко сжал его руку в ответ. Итан тяжко вздохнул, ведь догадывался, что это не просто семейная встреча. Несомненно было приятно, что его брат наконец-то решился попросить о помощи. Но чем же он может помочь? — Я знал, что ты не с проста меня позвал сюда. Так… Зачем? — Не подумай, помимо всего я очень хотел тебя увидеть. Я понимаю, что в последнее время мы с тобой отдалились друг от друга… Итан чувствовал на каком-то молекулярном уровне каким виноватым себя ощущает его близнец. Так же и понимал, как это плохо, когда тем кого ты любишь угрожает опасность. — Всё хорошо, сейчас не думай об этом. Мы обязательно всё наверстаем, когда он поправится. На мгновение в глазах старшего промелькнуло что-то странное, Итану было тяжело это описать, зрачки казались едва ли не точечными. Всё нутро пробила леденящая тревога, поэтому он поспешил добавить: — Ведь так? — Брат, ты ведь помнишь, что мы пообещали друг другу после смерти отца? — Наклонился к его лицу, практически шепча Кирстен. Недоброе предчувствие возрастало. Настроение его брата стремительно менялось, что-то внутри него бушевало, руки казались ледышками. — Помню, но почему ты об этом заговорил? Кирстен пристально всматривался в глаза Итана, брови были слегка приподняты. — В ту ночь мы оба пообещали, что никогда не оглянемся. Я хочу, чтобы ты не забывал этого, обещаешь? Юноша замялся, но поспешил пробормотать: — Обещаю, но я всё ещё не понимаю! — Я сделал кое-что... Плохое. И сейчас хочу это исправить, — голос Кирстена прозвучал хрипло и вымучено, словно он и не пытался больше скрыть того, как ему плохо, — Его время на исходе, а я не смогу жить без него. Я не могу дать ему умереть. Итан взял его за плечи, напряженно сжимая. — Тише. Я знаю. Всё будет хорошо. Что ты задумал? — Ему нужна пересадка органов. Я отдам ему свои. Я уже прошел обследование. И… И являюсь подходящим донором. Верил ли своим ушам младший? Определенно нет. Его брат совсем свихнулся на этом больном ублюдке? Он было хотел возмутиться, но Кирстен продолжил: — Я хочу взять с тебя одно обещание. — Какое? Какие органы? Брат, ты сошел с ума, — запнулся он. — Ты позаботишься о Майлзе, пока я буду оправляться после операции. Сделаешь? Ты же сделаешь это для меня? Младший разрывался между тем, чтобы высказать Кирстену насколько сейчас он чокнутым выглядит и тем, чтобы согласиться. То, как это для него важно, то как он просит выбивало из колеи. — Брат, но как ты себе это представляешь? — Мы с тобой практически одно лицо. Поверь, он и не заметит, — руки старшего дрожали, — Мне так будет спокойнее. Позаботься о нём, умоляю. — Хватит. Я… Итан резко встал, вытирая лицо руками и тяжело вздыхая. Хотелось прогнать этот напустившийся морок. Кирстен отвёл руку назад и в тот же момент что-то вытащил из сумки брата, затем он встал следом за ним. Его лицо не теряло умоляющего выражения. — Ты же знаешь, что я не могу тебе отказать. И если ты действительно этого хочешь я согласен, — юноша сдался, снова глянув на брата, — хотя я целиком этого не одобряю. Ты ведь учишься в медицинском и должен лучше меня знать какого жить с нехваткой внутренностей. Как Мерк вообще дал на это согласие? — Спасибо, брат. Я никогда этого не забуду. А, Мерк… Возможно он лучше всего меня понял в этом решении. - Какие органы ты собрался ему отдать? - с нажимом повторил Итан. - Почку и поджелудочную железу, ничего серьезного, правда, - пытался уверить его старший. - "Ничего серьезного"? - Эш младший не верил своим ушам, - разом два органа? - Он без них умрет! - не сдержался парень, его голос дрогнул — Это какое-то безумие, - повторился Итан, - Ты собираешься сообщить маме о... Том что собираешься сделать? Кирстен нахмурил брови. Его лицо всегда становилось недовольным, когда речь заходила об их матери. — Нет, — просто сказал он, пожав плечами, — уверен, ей плевать. — Ты же знаешь, это не так, — поспешил его заверить Итан, но брат оставался непреклонен. — Слышал бы ты что она мне в след орала, когда выгоняла из дома... Не думал бы так. На это ему не нашлось, что ответить. В мыслях всё ещё было слишком пусто после недавних новостей. Так они и стояли в молчании. Итан искал нужные слова, Кирстен словно пытался смириться с неотвратимостью будущего. Спросил бы кто, как же у него болит сейчас сердце. Их размышления прервал зазвонивший в кармане толстовки старшего мобильник. — Как жаль, — тихо прошептал он, — я отойду. — Да, конечно, я пока… Итан взял лицо брата в ладони, рассматривая, уголки его губ приподнялись в той же нежной улыбке. Он огладил большим пальцем нижнюю губу, после выпустил лицо из рук, опуская взгляд. Кирстен сделал шаг к нему, буквально сталкиваясь и приобняв прошептал на ухо: — Помни, ты пообщал, что никогда не оглянешься, — голос был пропитан нотками безумия. От столкновения Итан крепко вцепился в его плечи, непонимающе уставившись. Не хотелось его отпускать. Только не сейчас, когда его близнец себя так странно ведёт. Но тот отпустил его, спокойно проходя в сторону уборной, попутно прикладывая трубку к уху. Когда Кирстен скрылся в дверях уборной, Итан опустился обратно на скамейку, сцепив руки в замок. Он ждал брата, анализируя их разговор. Ему всё ещё не верилось, что нездоровая привязанность Кирста к Траггеру достигла такого пика. Если бы только Лин их не познакомила… Не зря говорят, что если утро начинается хорошо, то жди неприятностей под конец дня. Касаемо Лин, она должна была написать, как приедет домой. Эш младший достал телефон, открывая недавние смс. Пусто. Странно, она должна была приехать уже как час. От мыслей о Лин его отвлекла закравшаяся в голову мысль о брате: — 'Он ведь так и не посмотрел кто звонил.' Не успел он её как следует обдумать, как из уборной донесся чей-то пронзительный крик. Итан невольно подорвался с места, и тут же застыл услышав крик медсестры: — Убился, люди, убился! Что-то в этот момент внутри оборвалось.