библия ублюдков

      ты — рваньё в человеческой форме, но я почему-то всё ещё рядом с тобой. горячий воздух тяжел и весел, ты без одежды и с плесенью в кружке, точнее одеваешься. ты слегка безобразен, но мне понравилось, я же не зря каждое утро всё равно просыпаюсь с тобой(долбоеб).       подвальное солнце гаснет под люстрой панельного дома. ну и ну, ярик, как всегда превзошел себя и не забыл вырубить свет при выходе из квартиры. в доме запахло мамиными печеными фруктами, а мы идём на местный рынок, искать ярику красную бандану.

пиздец, люди сюда отдыхать за бабки приезжают, а мы живем и жалуемся, зажрались совсем.

слышу его в какой-то степени разочарованный выдох, яр всегда ненавидел этот город, а ещё, кажется, меня.

ну, мы здесь всю жизнь, че мы тут не видели? а приезжие моря не видели и они ходят-хуеют от тепла.

русская музыка не так плоха, если слушать инди. твоя возлюбленная не так хороша, если сравнить со мной. только вот пацаны не поймут.

коханый, господи, блять.

думаешь? когда приезжают с мск они тоже хуеют? ты же знаешь москву, вот там реально город, а это что?

ты когда-то был москвичом?

да нет.

тогда не пытайся их понять, это другие люди.

      с ним спорить в целом бесполезно, но со мной вроде соглашается. мир косоглазый его не принимает-сплевывает, меня тоже вместе с ним. ничего, плевок летит в лицо миру обратно, плевать против ветра глупый вариант.

ты уже достал патроны?

меняю тему, чтобы ему так обидно не было оставаться проигравшим.

о, да. вчера мне пришли, забрал только

когда пушки будем брать?

я попрошу батю на новый год или на др, его ничего не смутило.

а я где возьму?

дань, ну.. посмотри в тг, чета найдешь.

ты реально только задумался об этом?

нет, я думал об этом раньше, просто.. о, смотри, погнали на тот ряд.

      теперь и он переводит тему. он даже не задумался об этом, серьезно? я единственный, кто переживает об этом? господи, как же хочется сдохнуть, макушку под кепкой солнце напекло, мы под навесами пробегаем под ворчание старческое невнятное и зазывание мальчиков-пионеров подходить за шлёпками дешевыми и качественными, турция производство, ну как же иначе, горячие пирожки и чебуреки, мясо точнонаверняка свежее, ромашки полевые семена восходят быстро цветут долго, саженцы елей, цветочки возьмите своим девочкам, без внимания не оставляйте, футболки хбшки яркие, наушники точнонаверняка не китай, разбирайте, только купите. тише, прошу, себя не слышно.       по духоте в чёрных футболках бегать неприятно, зато пятен темных на спинах и подмышками не будет. ярик так приятно пахнет дезодорантом(а ещё молодостью, сигаретами и наклонностями). я пахну местью самому себе. данила клибенко уж точно пробил собственное дно, надо мной — замерзшая поверхность реки, подо мной — бездна бесконечная, неисследованная.

как тебе вон та?

синтетика мерзкая

водка, тебе не поебать?

я не хочу, чтобы ты носил на башке какое-то дерьмо.

      улавливаю нотки заботы в голосе и вижу, что не один я. яра опускает голову, взгляд под ноги, люди вокруг проносятся, он секундно прячет улыбку и мямлит «спасибо» немного невнятно. хлопаю его забавного по спине и мы идем дальше. ноги в кроссовках греются безумно, но я не собираюсь носить дерьмовые сандали, уж лучше так.       он подходит к очередному ларьку с точно сука такой же тряпкой, я же говорил тебе, дурак, чего ты смотришь на самые стремные и дешевые.. я замечаю напротив довольно лакомый искомый кусочек ткани — выглядит неплохо. среди цветных, летних и ярких эта бордовая выделилась сразу. подойду потрогать, спрошу, пока харасов уже спорит с продавщицей, я куплю эту чертову бандану.

яра, пиздуй сюда.

без мата никак, ибо вижу, как он разгоняется, доказывая свою позицию.

можно я договорю с девушкой?

нет, пойдем, хватит разговоров на сегодня, я тебе тоже кое-че скажу

      цокает в своей манере, бросает что-то вроде извинения и подходит наконец-то. вечно холодный в млечной паутине, определенно.

подавись.

всучаю ему прямо в руки сложенный квадратиком бордовый кусок льняной ткани с примесями и белым узором.

так ты.. пжди, щас верну, сколько она?

да не нужно ничего, носи с удовольствием.

серьезно? да давай верну

яр, ничего не надо.

и смотрит на меня так недоверчиво и удивленно, походу не доходит, что я делаю это безвозмездно.

точно?

я уже срываюсь на смех и ударяю его в плечо. ничего не хочу недоверчивому придурку объяснять, пусть порадуется наконец-то.

погнали ко мне?

давай.

***

      у ярика дома кондер гоняет 24/7, не жарко уж точно, так приятно, как будто умылся как только на пороге оказался.

мам, ты дома?

      крикнет, ожидая ответа пару секунд. видимо, дальше и не дождется. снимает обувь носком другого ботинка и довольный несется в ванну, лениво иду за ним. лампочка еле работающая мигает, зато через окошко на кухню просачивается летний свет и всё равно всё прелестно видно. спасибо, дедушка сталин, за гениальные идеи планировки, очень удобно.       смотрю, как яра тщетно пытается завязать эту тряпку на голове. она не выглядит по-дурацки, как бы он её не ругал. да тебе идет абсолютно всё, как такой бог, как ты, может выглядеть плохо? тебе как моделям высоким и худощавым идет абсолютно всё, бандана, кепка, черная футболка, белая футболка, голый торс, одежда, нагота, я тебе иду, коханый, я тебе подхожу больше всего.

давай я помогу?

окей, давай, хуйня выходит.

      он хмурится, походу думает, что зря купил. неа, не зря, нужно просто уметь. завязываю шапочкой, завязываю повязкой. меня этому отец научил на пьяную голову, вот я и запомнил, странно. собирался уже убрать руки, а он ловит их своими, хаотичный и вспотевший. а я уже не в силах удержаться, поддаюсь.

яр, мне холодно.

      опускаюсь губами к его лбу, стоял ко мне спиной, а теперь разворачивается. согрей же меня, ласточка. сдаюсь искать тебя бесконечно. опускает меня за затылок, прижимаю к себе. он держит мою голову придурошную так, как будто я куда-то уйду. да нет, я не планировал. я вообще никуда и никогда не уйду, всё время вечности в наших руках, особенно когда ты меня в своей холодной хате под шум кондиционера целуешь и в зал тащишь. там неудобный диван, я же всё знаю, почему ты всегда выбираешь такие неудобные места? мне становится до красноты ушей и щек стыдно и я отрываюсь от него, хотя это небольшое безумие мне импонирует.

никак не привыкну, что у тебя есть девушка.

да.. похуй.

      эта киса никогда не любила ярика, а я его ищу в каждом мимопроходящем. думаешь кто-то может посостязаться с моей любовью? да никогда, чувак. никто даже рядом не стоит. хочешь потрахаться в бандане? а хочешь я укушу тебя? хочешь буду в твоей майке, хочешь на ковре сотру колени, хочешь прострелю себе черепную коробку, хочешь нарисую на себе ножом твой портрет, хочешь на неудобном диване, хочешь?

ну ооочень по-дружески, дань.

      и ухмылка наглая такая, и зубы ровные, какой ты харизматичный. беззаботность свойственна юности, мы оба темпераментные южане со взрывным характером и с горящей обидой в груди. осталось совсем немного до судного дня и всё будет уничтожено — так смысл избавляться от таких приятных привычек? особенно в жарком городе на побережье черного моря, где никогда не бывает зим. мы с тобой — история о горечи полыни, о вишнях гнилых и горьких, о слезающей от загара коже или краске на стенах подъезда, а ещё о ебически сладких лимонадах без газа в граненных стаканах.

правдиво, к сожалению. но какое-то.. своё?