Когда о чувствах уже невозможно молчать

Ты всегда был сильнее меня. Сколько помню себя, ты на шаг впереди. Поначалу так и было: твоя дисциплина, правильность, величие восхищали меня, заставляли временами подчиняться, но вместе с тем дразниться с тобой. Мне было интересно пойдёшь ли ты у меня на поводу, а ты взял и пошёл, и когда я стал сильнее тебя, то понял, что на деле давно проиграл, поддавшись твоим правилам. При моей первой жизни я так и не успел сказать тебе то, как сильно я люблю тебя, Лань Чжань. Всякий раз, стоило мне решиться на это, нам кто-то мешал, а после я вообще стал изгнанником, превратившись в главного антагониста. Ты приходил ко мне на гору, мы вместе провели целый день, но подступивший ком в горле затыкал меня каждый раз, когда я хотел признаться тебе. Я игрался с тобой, заигрывал, всюду был словно дикая лисица, но вместе с тем послушный пёс во мне радостно вилял хвостом, когда ты приближался. Я умело скрывал его до самой своей смерти, но, переродившись в теле Мо Сюаньюя, перестал скрываться и ты взял меня на поводок, обмотав мои запястья своей налобной лентой. И если бы не сложившиеся тогда обстоятельства, поверь, я был готов отдаться тебе в любую из секунд, тебе лишь стоило назвать моё имя - Вэй Ин. Подкашивались ноги, пунцовыми тонами покрывались щёки, я дрожал и был безмерно счастлив, когда мы имели возможность сражаться вместе, на одной стороне. Ты знал меня лучше всех остальных, лучше меня самого. Но я снова умер, так и не успев сказать тебе самого важного... - Лань Чжань. Лань Чжань! - держа одной рукой ремешок сумки, радостно кричал я, пытаясь угнаться за быстро уходящим вперёд парнем. Его длинные волосы были собраны в тугой высокий хвост, тонкими пальцами он держал учебник по английскому языку, напряжённо повторяя какую-то тему. И вот я нагнал длинноволосого, радостно положив руку на широкие плечи. - Тю, даже не напугался? - Разве я могу напугаться, если ты так топаешь, ещё и кричишь на всю улицу? - абсолютно холодный, безэмоциональный голос всякий раз погружал меня в прошлую жизнь, которую я помнил с превосходной точностью. И всё же Ванцзи временами улыбался мне, осознавал и пытался скрыть эту эмоцию, кончики ушей розовели, а я замечал это и заставлял парня смущаться ещё сильнее. Мы учились в разных классах, на переменах часто выходили в коридор и общались, он объяснял мне темы, которые я не понимал, я учил его делать бумажные самолётики, рисовать и частенько приносил для него обед. Наши одноклассники странно смотрели на нас, шушукались, когда мы уходили вдвоём на крышу, чтобы перекусить или отдохнуть на большой перемене. Лань Чжань держался, его лицо всегда было напряжённым, сосредоточенным, а взгляд сверлил дыру в любой преграде, будь то ученик, преподаватель или стена. Я всё также подшучивал над ним, он улыбался и я продолжал шутить, но вместе с тем понимал, что я помню его, а он меня - нет. В этом мире меня звали Лао Су и я перепробовал сотню разных способов, чтобы убедиться в своих догадках. Однако, потерпел жёсткое фиаско. Лань Чжань всегда очень холодно относился к любым моим рассказам о прошлом, твердя лишь о том, что это сказочные выдумки не могут быть важнее учёбы. Так прошёл первый год в старшей школе. Сами того не замечая, мы сильно сблизились. Большую часть времени мы проводили вместе, готовились к экзаменам, вместе отметили праздник середины осени, ходили на высокий холм, чтобы посмотреть на вечереющее небо. Он часто заходил ко мне в гости, но никогда не звал к себе, говоря о том, что его дядюшка очень злой и не терпит посторонних в доме, жизнь в доме подвержена строгим правилам и принципам. Что-то это напоминает, вам не кажется? Однажды Лань Ванцзи пришёл ко мне домой с явным синяком на лице. Его взгляд был блеклый, потупленный вниз, мне ничего не оставалось, кроме как оставить парня у себя дома, положив спать в своей комнате. Весь день я трудился по дому и, пока Лань делал домашнее задание за нас двоих, я сходил в душ, невольно вспоминая то, как нас наказывали в ГуСу.

***

- Я провинился. Дядя наказал меня за непослушание, всё в порядке. - он нежно улыбался, расстёгивая белоснежную рубашку. Я стоял напротив, обнимая подушку, смотря на то, как сильно поменялся тот лучший из лучших. Тугая резинка на его волосах досаждала, сильно стягивала и я, забывая о нормах приличия, потянулся, чтобы развязать её, но Лань не дал прикоснуться к ней, слегка ударив меня по руке ладонью. - Я в состоянии сам расплести свои волосы. Парень встал с кровати, выпрямился во весь рост и я из-за собственных мыслей почувствовал, как подрагивают мои колени, будто вот-вот ноги перестанут слушаться меня и я упаду перед длинноволосым, показавшись таким странным, жалким. Белая ткань соскользнула с его плеч, Лань Чжань прожигал меня взглядом, вальяжно снимая с себя рубашку. Я увидел на руках знакомые, болезненные, наверняка ещё пульсирующие следы. Из раза в раз я вижу в этом парне своего Лань Чжаня, оттого бабочки внутри меня просыпаются и щекочут желудок, стараясь вырваться наружу. - Лань Чжань... - прикасаясь к красным полосам, едва ли не простонал я. Светлые глаза впервые отражали в себе хитрость, странную ухмылку. Неужели он снова обыграл меня в моей же игре? Высокий, сильный, атлетический силуэт прижал меня к себе, зарываясь руками в мои тёмные лохматые локоны. Плоть тут же отозвалась на резкую смену нависшей в комнате обстановки, но он всё ещё молчал, бездействовал. И мне хотелось прижаться к нему ещё сильнее, ухватиться за эти плечи до белых пятен, излить ему всю душу, не побоявшись показаться сумасшедшим, но я тоже молчал, тоже бездействовал. - Покажи мне свои шрамы. - спустя некоторое время я скользнул рукой по его спине, ощущая самыми кончиками пальцев неровности на огрубевшей коже. - Но что я получу в замен? И холодные пальцы обхватили мой подбородок, задрав голову. Я бесконечно злился и всякий раз возмущался тому, что с каждым перерождением я становлюсь всё ниже и ниже, сейчас Лань Чжань был выше меня аж на целую голову. Дьявольское возбуждение заполонило разум. Я внимательно смотрел в чужие глаза, читал в них вызов и насмешку. Он и впрямь обыграл меня. - А что ты хочешь получить? - дрожащими руками я скользнул сначала по его бокам, поднялся до аккуратной груди и после к длинной шее, надавливая ладонями на податливый затылок, всё ниже и ниже склоняя к своей постепенно открывающейся для парня шее. Горячее дыхание в один момент заставило меня содрогнуться, зажмурив глаза. Я ждал этого момента тысячу лет, Второй Господин Лань. Лань Чжань молчал, но его действия говорили за него куда больше. Едва ли помню то, как оказался на своей кровати, прижатый к ней сильными руками, Лань целовал мою шею с такой страстью и пылкостью, так жадно, что я, будучи абсолютно девственен и неопытен в этих делах, едва ли сдерживал свои стоны, пытаясь ограничиваться лишь томными, неоднозначными вздохами. Как и прежде, от Ванцзи я не слышал особых звуков, лишь тяжёлое дыхание то и дело сбивалось. Парень решительно спускался поцелуями всё ниже и ниже, остановившись на твёрдом бугорке, неприлично скрывающемся под тканью спортивных штанов. Я приподнялся на локтях, зажав длинноволосого меж ног. Длинные пальцы слегка оттянули мои штаны, замерев в немом вопросе. Что это? Это мне снится? Мы ведь ни разу не целовались даже, как это возможно? И что будет, если я откажусь сейчас, когда все зашло так далеко? А если соглашусь? - Я крайне нетерпелив, Лао Су. - заглянув в мои глаза, твёрдо отметил парень. Ни одна мышца на его лице даже не дрогнула, а я плюхнулся головой на подушку, поджимая к себе ноги, руками пытаясь скрыть своё возбуждение. Но стоило Лань Чжаню без особого усилия прикоснуться к моим коленям, как я тут же податливо раздвинул их, дав своё согласие на что-то очень важное, давно желанное.

***

- Л-лань Чжань! - мне хотелось кричать, но едва ли я мог выдавить из себя шёпот, наклоняя голову парня поближе к своим губам. Он действовал уверенно, стремительно, заставлял меня краснеть, из раза в раз произносить его имя. Стянул с меня футболку, штаны, полностью раздел меня, но сам отказался оголять своё тело до конца, поначалу не решившись даже расстегнуть брюки. Он уложил меня на живот, придавил к кровати одной рукой, другой совсем по-хозяйски скользя по маленьким, мягким ягодицам, проводя пальцами по чувствительной ложбинке. Влажно. Мне казалось, что я скоро превращусь в море, растаю в его холодных руках. Вмиг сотни эмоций захватили мою голову, я всем телом напрягся, когда почувствовал давление на маленькую, совсем не готовую к этому дырочку. А Лань лишь дразнился, то надавливая на неё, то нежно поглаживая. И всякий раз, уткнувшись лицом в подушку, я нашёптывал его имя, зная, что всю жизнь ждал этого момента. Пусть теперь наши прежние тела забыты и наверняка уже сгнили в земле, сейчас я верил в то, что разделю первый раз со своим Лань Чжанем. Внезапно крепкие руки обхватили меня, поставив перед собой на колени. Только я хотел обернуться, взглянуть хотя бы на мгновение на парня, как вдруг тонкие, нежные, влажные губы припали к моему анусу, не оставив выбора - я окончательно сдался. Вскинув голову, я прогнулся подобно кошке, в забвении повторяя его имя. - Лань Чжань. Лань Чжань, н-нет, Ванцзи! - сжимая одеяло руками, из раза в раз выкрикивал я. Неприличные, такие похотливые ласки то губами, то самым кончиком языка сменяли друг друга. И длинные пальцы, постепенно проникающие внутрь, уже не казались чем-то страшным или неправильным. Член вздрагивал, был подобен камню, и с каждой лаской я понимал, что близится первый, отчётливый, самый долгожданный оргазм. - Там, внутри... Гэгэ! Жаркое, распирающее чувство. Сначала ты чувствуешь его кончиками пальцев, потом оно подбирается всё ближе и ближе к твоёму сердцу, пронзает его насквозь и томной болью отдаёт в живот, стекая ниже, подобно густому варенью. - Я только начал, а ты уже кончил. Неужели так возбуждает? - чужая рука нежно обхватила мой член, собирая на пальцы оставшуюся на головке сперму, словно нарочито желая меня пристыдить ещё сильнее. Я неловко прикоснулся к руке Лань Чжаня, двигая её к основанию члена и назад. Разгорячённые губы заботливо поцеловали меня между лопаток, спускаясь по позвонкам к пояснице, пока рука плавно, размеренно скользила вдоль моего члена, заставляя выгибаться от самых постыдных, скрытых в глубине души желаниях. Стоны то и дело вырывались из моего рта, Лань лишь жарко вздыхал, вжимаясь губами в мою спину. Ванцзи резким движением уложил меня на спину, нависнув сверху. Я всё ещё смотрел на ту злополучную резинку, так сильно стягивающую его волосы в хвосте. Пока мы держали безотрывный зрительный контакт, дрожащими руками я ухватился за неё, принимаясь развязывать. Лань Чжань прикрыл глаза, совсем не противился мне, даже наоборот словно склонил передо мной голову, а после разместил резинку на моём запястье, тут же прижимая его к матрацу. - Ты готов? - заботливо спросил он, но всё же не ждал от меня никакого ответа, оттого действовал решительно быстро. Не успел я сглотнуть вязкую, собравшуюся во рту слюну, как вдруг вновь к горлу подступил тот ком. Я распахнул глаза, захватывая приоткрытым ртом как можно больше воздуха. Его размеры были такими внушительными для старшеклассника, я чётко ощущал его объём и форму. Он не был чётко ровным, скорее плавно изогнут, оттого каждый толчок ощущался сильнее и ярче. Сначала медленные, изящные, плавные толчки. Ванцзи склонил голову набок, тяжко вздохнув. Закрывая глаза, вспоминал то лёгкое, ребяческое воспоминание из второй жизни, когда, напившись, Лань решил поиграть со мной не то в прятки, не то в догонялки, он весело носился вокруг ширмы, а после схватил меня, зарываясь лицом в моих смоляных прядях. Я слышал его смех, всего пару минут, но точно слышал, а потом он уснул, я даже глазом моргнуть не успел. Но в настоящем я так и не услышал его, казалось, будто парень лишь закалился и скоро совсем очерствеет. - Расслабься. - целуя под мочкой уха, скомандовал парень. Конечно, легко говорить такое, а попробуй сделать, когда разумом желаешь, а телом противишься и сам с собой борешься. Со временем привыкшее нутро свободно впускало член Лань Чжаня, порой мне даже казалось, что самую малость, непроизвольно я втягиваю его в себя, желая заполучить больше. Пальцами я держался за его плечи, то и дело дёргая к себе, вновь выкрикивая его имя. Совершенно не склонный к нежности и мягкости, привыкший действовать чётко и резко, он то и дело ускорялся, словно злился на меня. Стоило мне от резкой боли ухватиться за висящие по бокам волосы, как Лань тут же наказал меня восьмью резкими и быстрыми толчками и парой медленных, глубоких. - Господин Лань! - кончив себе на живот, вспылил я, а после притянул Ванцзи за волосы к своему лицу, цепко хватаясь за его затылок, не давая сбежать от меня или вырваться. Я тоже мог похвастаться своей неожиданной силой. Обхватив его ногами, я лишь сильнее прижал его к себе, получая в ответ мокрые, частые поцелуи по всей линии подбородка и плавные, волнообразные толчки для разрядки. Мало, нужно больше. - Выше, Лань Чжань. Поцелуй меня выше, в губы. - Но это так не гигиенично. - исподтишка взглянув на меня, ответил парень. И с каких пор этот Лань стал таким уж правильным и чистым? - Да к чёрту всё! - и я уже рычал, злился на него, всё ещё не получив заветного. Сдаваться не мог, ровно как пойти на компромисс. И я заставил этого праведника поцеловать себя, да так жадно, что уже через минуту губы горели. Мы целовались неумело, улыбчиво, быстро, кусались то специально, то случайно, я тянулся к Лань Чжаню, облизывая проступающие на губах ранки, а он мотал головой. Внутри всё содрогнулось, неожиданный, колкий укус ощущался на тонкой коже моей шеи. Наконец с его губ сорвался единственный, долгий и разборчивый стон, внутри разлилось тепло, наполняя меня. Член с лёгкостью выскользнул, но длинноволосый не отступал. Быстрые поцелуи рассыпались по всему телу, язык слизывал медленно стекающие капли пота под мои томные аханья. - Покажи мне свои шрамы. - прошептал я, уложив руку на голову Ванцзи, осторожно поглаживая по волосам и массируя место, где прежде была резинка. Парень повернулся ко мне спиной, скидывая на одно плечо длинные волосы. Шрамов и впрямь было много, совсем как в прошлом. С зудящей поясницей, я осторожно перебрался на колени, склоняясь над широкой мужской спиной. Залечить я их не могу, теперь даже облегчить боль не получится, но в голову мою пришла странная, совсем наивная мысль. И каждый шрам я укрыл тёплым, осторожным поцелуем. Ванцзи вздрогнул, неловко прикасаясь рукой к своей шее. Такой невинный, будто совсем иной нежели пару минут назад. - Вэй Ин. - он громко назвал моё настоящее имя, после резко замолк, словно ждал мою реакцию, а я оцепенел. Едва ли нашёл в себе силы, чтобы крепко обнять Лань Чжаня, принимаясь расцеловывать его плечи. - Ты искал меня? - Все свои сотни жизней. Всегда. Холодная рука обхватила мои дрожащие пальцы, преподнесла к губам, подставляя под благородный, шёлковистый поцелуй. - Я знал, что ты придёшь за мной, Вэй Ин.