Идеальный подарок

      Чонгук паркует мерседес на нижнем уровне жилого комплекса и смотрится в зеркало заднего вида. Вообще-то он уже дико опаздывал. С самого утра юноша так нервничал из-за предстоящей вечеринки, что не мог ничего толком делать и, начав собираться заранее за час, умудрился всё равно не успеть. Просто сегодня всё должно быть идеально, ведь сегодня день рождение Намджуна.       Чонгук выходит из машины, захватив подарок с соседнего кресла. Это просто книга, но это одно из любимых произведений Джуна в подарочном издании и к тому же с подписью автора. Что уж говорить, Чонгук действительно долго готовился к этому событию. Он заходит в лифт и нажимает на нужный этаж. Снова смотрится в зеркало и поправляет волосы. Они одна из причин его опоздания. С тех пор как пряди его чёлки отросли ниже подбородка, укладываться стало намного трудней. Особенно парень намучился с затылком, запястье всё ещё немного болело от того как он выгибал его, держа утюжок и стараясь придать нужную форму волосам. Лифт весело звенит и раскрывает двери. Чонгук выходит из него и без звонка открывает дверь квартиры Намджуна.       Внутри громко спорят Тэхён с Чимином, судя по всему, речь идёт о гирляндах. Чонгук проходит в зал и смущённо замирает у дивана.       — А-а, Джей Кей! Ты опоздал.       Сокджин отвлекается от расставления тарелок с закусками.       — С другой стороны ты первый из гостей, — Хоби смеётся и хлопает по дивану рядом с собой.       — Простите, парни, я не рассчитал время на сборы, — извиняется парень и послушно садиться рядом.       — Да ничего страшного. На самом деле мы отлично справились впятером.       Хосок завязывает очередной шарик и отпускает его. Он улетает под потолок и Чонгук мельком думает, что завтра Намджун задолбается избавляться от всех этих шариков.       Тэхён с Чимином наконец договариваются меж собой и подходят к дивану, чтобы поздороваться с младшим и потрепать его по уложенным волосам. С кухни выходит Юнги с парой тарелок в руках и тоже вяло кивает Чонгуку.       Со всеми этими дурацкими украшениями зал Намджуна выглядит немного нелепо. Натуральные камень и дерево, ковёр с этническим орнаментом и несколько комнатных растений в огромных кадках у панорамного окна плохо сочетались с дешёвской гирляндой «С Днём Рождения!», разноцветными гелиевыми шариками и кучей вредной еды с алкоголем на эксклюзивном обеденном столе, притащенным с кухни.       — А где Намджун? — спрашивает Чонгук, теребя край упаковки подарка.       Хосок и Чимин почему-то прыскают от смеха.       — Ты пропустил всё веселье, — отвечает ему Сокджин, тоже приземляясь на диван.       — Он сидит связанный в спальне, — говорит Юнги. — К слову, я пытался их остановить.       Чонгук испуганно поворачивается обратно к Сокджину. Тот слишком сильно улыбается, чтобы сказать хоть что-то.       — Это была моя идея, но все решили, что она забавная, — говорит Чимин. — Даже Юнги-хён, пусть он и не признаётся. Мы сказали Джуни, что одна девушка в него тайно влюблена, но боится признаться ему. Поэтому она попросила нас устроить им приватную встречу до начала вечеринки. Мы завязали ему глаза и оставили сидеть в спальне.       Мозг Чонгука пытается понять в чём тут смысл, но выходит у него крайне плохо.       — Но, никакой ведь девушки нет? — спрашивает парень и очень надеется, что его голос не прозвучал слишком обеспокоено.       — Нет, конечно, — Сокджин снова обрёл способность говорить. — Мы просто сплавили его к себе в комнату, чтобы не сильно мешался. Позовём, как только все придут, или сам выйдет, если ему надоест там торчать.       Чонгук прикладывает ладонь ко лбу и вздыхает. Зная Намджуна, он там просидит до онемевших от связывания конечностей, только бы не задеть чувства выдуманной девушки.       — И давно он там?       — На самом деле минуты три как, — отвечает Юнги, бросая взгляд на часы.       — Да, недолго, — кивает Хоби. — Мы затолкали его туда, когда он разбил третий стакан в попытках помочь.       — О-о, — что ж, теперь Чонгук понимает, зачем ребята это сделали, но это всё ещё подло.       И прежде чем парень успевает спросить, может ли он сам пойти и просто задержать Джуна до прихода гостей, в дверь начинают звонить.       — Я открою, — встаёт с дивана Тэ, на ходу запихивая в рот половину недоеденного куска пиццы.       Буквально через пару секунд в квартиру вваливается компания сразу из восьми человек. Чонгук тоже их знает, он знает почти всех друзей Джуна. Гук здоровается, отвечает на какие-то стандартные вопросы в духе «Как там запись нового альбома» и улыбается, но всё равно думает о сидящем в спальне Намджуне. Когда народу становится всё больше и уже почти половина гостей на месте, Чонгук украдкой выходит из гостиной. Длинный изогнутый коридор заканчивается красивой и лаконичной деревянной дверью в спальню. Чонгук ещё раз сжимает в руках свёрток с книгой и осторожно стучит.       — Открыто, — доносится голос Намджуна изнутри.       Чонгук заходит и аккуратно прикрывает за собой дверь, прежде чем издать тихий удивлённый вздох.       Его хён сидит на краю широкой кровати, застеленной светло серым бельём. Светильники у прикроватной тумбы и рядом с креслом для чтения выключены. Только свет закатного солнца из огромного окна слева освещает комнату. Сам Намджун действительно связан, но очень условно и совсем не так туго, как представлял Чонгук. Всего лишь сведённые спереди запястья наспех слабо перемотаны шёлковым поясом от халата. Глаза мужчины закрыты простой тёмной маской для сна. Чонгук неосознанно сглатывает и продолжает молча ошеломлённо пялиться. Намджун неловко ёрзает от затянувшейся паузы.       — Хах, да. Было бы странно, если дверь оказалась заперта. Так я вряд ли бы смог её открыть.       Он поднимает запястья на уровень груди, демонстрируя узел.       — О, я понял, — продолжает Намджун. — Ты же не можешь говорить со мной, если хочешь, чтобы я не узнал твой голос.       Чонгук, наконец, отмирает. Он делает пару шагов навстречу, собираясь прекратить этот цирк и развязать хёна, но тот снова начинает говорить.       — Правда, тогда я не совсем понимаю, что мы вообще можем сделать. Ты, эм, хочешь поцеловаться?       Чонгук опять замирает. Его буквально парализует, будто выстрелом из замораживающей пушки. Хочет ли он поцеловать Намджуна? Чёрт возьми, да. Вот уже как два года, с тех пор как осознал, что этот хён нравится ему совсем не так, как остальные друзья.       — Давай так, если ответ да, хлопни один раз, если нет — то два.       Мысли в голове Чонгука начинают носиться со сверхзвуковой скоростью. С одной стороны, он может сейчас поцеловать парня, по которому сохнет несколько лет, и никто, даже сам этот парень, не узнает о случившемся, но с другой стороны, не будет ли это… подло?       Чонгук хлопает один раз.       Намджун чуть поджимает губы и тут же смущённо улыбается.       — Что ж, это имеет смысл.       Он пару раз кивает, руки всё ещё связаны спереди. На нём любимая белая футболка Fear of God и серые штаны. И даже одевшись так просто, Намджун выглядит потрясающе. Чонгук нервничает. Он достаёт из-за пазухи книгу, пару раз перекладывает её из руки в руку и снова убирает подмышку. Боже, он, что действительно собирается поцеловать Намджуна прямо сейчас? Это не может быть правдой, это похоже на обман, и в первую очередь обман самого Джуна. Он никогда не говорил, что ему нравятся парни, поэтому Чонгук и молчал в тряпочку о своих чувствах всё это время. Да, хён вряд ли осудил бы его, но вдруг, после признания их отношения изменились бы? Если бы им стало неловко после этого, или если бы Намджун стал избегать Чонгука? Конечно из лучших побуждений, чтобы не давать младшему лишний раз грустить из-за невзаимных чувств. Боже, Чогнук бы не вынес этого. Он хотел быть рядом с Намджуном, слушать его пересказы книг, зависать с ним в студии, и выпрашивать новые тексты для своего альбома. Он и без романтики наслаждался дружбой с хёном, как бы сильно ему на самом деле не хотелось обнимать его чуть дольше и совсем не по-дружески держать за руку во время прогулок вдоль набережной.       А теперь у него есть шанс поцеловать Намджуна, и тот даже не узнает, что целовался с парнем.       Блять.       Чонгук быстро подходит к двери и запирает её, затем уже менее уверенно подходит к кровати. Он надеется, что его мини экзистенциональный кризис не затянулся надолго. Намджун чувствует человека перед собой и поднимает голову выше.       — Так ты собираешься поцеловать меня?       Один хлопок.       — Хорошо, — кивает Намджун. — В смысле это немного странно, что я даже не знаю кто ты, но думаю я не против.       Чонгуку очень хочется как-то поддержать хёна, но он действительно не может говорить. Поэтому парень аккуратно, чтобы не напугать, кладёт ладонь на плечо Джуна и мягко поглаживает его большим пальцем. Чонгук очень надеется, что Намджун не сможет по прикосновениям догадаться, что это вовсе не женские руки.       — Как давно я тебе нравлюсь? — спрашивает Джун, расслабляя мышцы под рукой Чонгука. — Больше месяца?       Вместо того чтобы хлопнуть в ладоши, Чонгук мягко хлопает его по плечу.       — Больше двух?       Чонгук снова хлопает.       — Хм, — Намджун закусывает губу. — Насколько смело с моей стороны предположить, что я нравлюсь тебе уже год?       Чонгук почти хихикнул, но вовремя удержался и лишь тихо фыркнул, а затем хлопнул один раз.       — Это значит, что я самоуверенный дурак, раз подумал такое?       Намджун улыбается. О боги, эти ямочки на щеках. Хён выглядит таким мягким сидя с повязкой на глазах, и наугад направляя голову в сторону Чонгука. Кажется, невидимым взглядом он целится немного ниже, чем надо. Чонгук тоже улыбается и отвечает отрицательно.       — Значит, больше года? — поднимает Намджун, его улыбка становится немного грустной.       Чонгук хлопает по его плечу и нежно ведёт пальцами по шее к линии челюсти.       — Ты ждала так долго, — тихо говорит Джун и Чонгук вздрагивает. — Почему ты так боишься признаться?       Чонгук не отвечает, да и как бы он мог. Это не важно, он и так тут задержался, болтая с Намджуном. Стоит придерживаться изначального плана: поцеловать и смотаться пока его никто не заметил.       Чонгук аккуратно перемещает ладонь ещё выше, гладит скулу и мажет большим пальцем по родинке под губой. Джун лишь вздыхает чуть глубже и приоткрывает губы, будто приглашая. Ну и кто Чонгук такой чтобы отказаться от этого подарка? Чонгук много раз представлял, какого это — поцеловать Намджуна. Сейчас он с уверенностью может сказать, что это просто потрясающе. Его полные губы очень мягкие, Джун так аккуратно, будто боясь спугнуть, сначала просто прижимается к губам Чонгука, а затем медленно начинает двигаться. Это хорошо, это чертовски хорошо, в тысячу раз лучше, чем Чонгук представлял. Простые прикосновения губ, никакого языка, очень чувственно и нежно, даже несмотря на то, что Намджун совсем не знает кого целует, он предельно осторожен и ласков. На секунду, Чонгук отрывается от Намджуна, чтобы унять бешено бьющееся в груди сердце. Он снова гладит скулу мужчины и наклоняется за ещё одним поцелуем. Теперь он становится глубже, и, чёрт возьми, это даже не по вине Чонгука. Это Джун подаётся вперёд, скользнув своим языком по нижней губе Чонгука, и тот добровольно открывает рот шире.       Чонгуку ужасно хочется схватить хёна за волосы, повернуть его голову чуть левей и самому запустить язык в его рот. Поцеловать его жёстко и глубоко, укусить и заставить стонать себе в рот.       В очередной раз, отрываясь от губ Намджуна, Гук ненавидит то, каким жадным он становится. Да к чёрту, у него вряд ли будет ещё одна возможность поцеловать Джуна. Чонгук откидывает книгу и опускается на колени перед мужчиной. Теперь Джуну нужно немного наклониться, чтобы поцеловать Чонгука. Прежде чем младший успевает обхватить второй рукой лицо хёна и притянуть к себе, сомкнув их губы, Намджун говорит:       — Ты очень хорошо целуешься.       Если бы только Чонгук мог, он бы застонал, он бы ответил Джуну, что тот тоже потрясающе целуется. Вместо этого Гук, наконец, перехватывает ведущую роль в поцелуе.       Чонгук не знает, сколько времени они целуются, он словно бесконечно долго тонет в самом сладком и крепком ликёре. Когда их губы расходятся, Чонгук не может отвести взгляд от вида зацелованного Намджуна. Пухлые губы стали ярче, щёки покраснели, и самую малость сбилось дыхание.       — Ты не могла бы развязать мне руки? — спрашивает Намджун, и Чонгук ещё ни разу не слышал его голос таким. — Я обещаю, что не буду тебя трогать, просто плечи уже немного устали.       Джун издаёт неловкий смешок и Чонгук улыбается вслед за ним. Он медленно ведёт ладонями от шеи до обмотанных поясом запястий и тянет за один из концов. Узел легко развязывается, и пояс скользит на пол. Чонгук нежно растирает запястья и массирует плечи хёна.       — Спасибо, — шепчет тот. — Можем мы поцеловаться ещё раз?       Снова не отвечая, Чонгук просто целует Намджуна. В какой-то момент его губы скользят ниже, очерчивают контур шеи и спускаются на ключицы мягким поцелуем.       — Чёрт, — выдыхает Джун, когда Чонгук слабо прикусывает его кожу.       Юноша жадно втягивает носом воздух, наслаждаясь запахом своего хёна, придвигается ближе и вдруг с удивлением замечает, что Намджун возбуждён. Что поражает его ещё больше, так это осознание собственного твёрдого члена в штанах. Чонгук так и застывает неподвижной статуей на коленях между ног Кима. Тот всё ещё расслабленно откинул голову назад, подставляя шею под поцелуи, но вот Джун чувствует заминку и опускает голову вниз.       — Что случи… оу, — Намджун вдруг понял, что его полутвёрдый член упирается Чонгуку в живот.       Джун опирается на руки и садится подальше на кровать, отодвигаясь от младшего.       — Прости, мне действительно понравилось целоваться с тобой и…       Намджун выглядит смущённым, и Чонгук, не зная как без слов сказать ему, что всё в порядке, просто затыкает его нежным поцелуем. В конце концов, Гук возбуждён ничуть не меньше и единственный кому тут стоит стыдиться этого это он сам. Поцелуй заканчивается, и Джун мягко шепчет.       — Это значит, всё хорошо?       Чонгук кивает так близко, что снова задевает своими губами намджуновы.       — Замечательно, — говорит Намджун и они снова целуются.       Но теперь всё по другому, теперь Чонгук знает, что Джуну это действительно нравится, он возбуждён, и его снова прижимающийся к животу член занимает все юношеские мысли. Чонгук напирает чуть больше, почти прижимает Намджуна к постели так, что тому приходится опереться на локти. Младший трётся об него и льнёт всё ближе.       — Погоди, — вдруг останавливает его Джун, тяжело дыша. — Ты точно хочешь продолжить?       Чонгук хлопает его по груди один раз.       — Просто такими темпами мне придётся уединиться для, ну ты понимаешь.       Джун смущённо смеётся, а Чонгук внезапно хлопает дважды.       — Нет? В смысле не понимаешь? Детка, ты уже заметила, что я твёрдый и чем дольше мы будем целоваться, тем неудобней мне будет.       Чонгук резко выдыхает на слове «детка» и опускает взгляд вниз, туда, где на серых спортивках Джуна ярко видно контур его члена. Чонгук сглатывает. Большой. Словно зачарованный юноша поднимает руку и мягко касается его через ткань штанов. Намджун резко выдыхает и окончательно падает на кровать.       — О, боже, я не хотел тебя принуждать, всё нормально я могу потерпеть.       Чонгук начисто игнорирует слова Джуна и продолжает заинтересованно поглаживать его член, снова опускаясь коленями на пол.       — Ты… этого хочешь? — как будто не веря спрашивает Ким.       Гук смачно хлопает его по бедру.       — Чёрт, детка, — Намджун закусывает нижнюю губу и выгибается на постели, подставляясь под прикосновения младшего.       Чонгук крепче сжимает член через ткань и прикидывает его размеры. Судя по всему, ему действительно пришлось бы основательно подготовиться, прежде чем принять его целиком. Интересно, а как глубоко он бы мог его заглотить? Ведомый этой мыслью Гук берётся за пояс треников и слабо тянет их вниз. Кажется, Джун матерится, но послушно приподнимает бёдра вверх и вот он — член. И, блять, он хорош. Такой же красный, как зацелованные губы Джуна, с уже мокрой и блестящей крупной головкой, лежит на сгибе бедра.       — О, господи, — шепчет Намджун и Чонгук полностью с ним согласен.       Гук обхватывает член, наслаждаясь бархатистостью кожи, и на пробу пару раз двигает рукой, привыкая к размеру. Слишком сухо. Чонгук облизывает ладонь и возвращает её на место. Намджун одобряюще мычит. Конечно, так гораздо лучше. Ладонь уверенно скользит по всей длине, а Чонгук всё ещё думает, какой же Намджун на вкус. Он задерживает руку у основания, придерживая член, и неуверенно коротко лижет головку. Где-то выше Джун давится воздухом и сжимает в руках одеяло. Чонгук уже уверенней облизывает ствол и обводит губами выступающие венки. Когда он, совсем осмелев, берёт член в рот, Намджун громко стонет. Впрочем, Чонгук не очень хорош в минете. У него не было достаточно практики, особенно на размерах больше среднего и уже спустя пару движений головой он заходится в кашле.       — Тш-ш, аккуратней, — вдруг говорит Джун и успокаивающе кладёт руку на макушку младшего.       Чонгуку действительно нравится такой знак внимания, но затем он вдруг осознаёт, как сильно бы прокололся, если бы имел сейчас короткую стрижку. Да, конечно девушки тоже стригутся «под мальчика», но, хвала богам, год назад Чонгук твёрдо решил отрастить волосы и теперь Джун мягко треплет его длинные пряди, не чувствуя подвоха. Эта внезапная трезвая мысль, словно звено в цепи, вытаскивает за собой другие здравые мысли. Например, что стоило для начала спросить, прежде чем тащить член в рот, или, что он сбился нахрен с первоначального курса, в котором были только поцелуи. Но вот Намджун снова говорит, и голова Чонгука опять пуста.       — Не торопись, хорошо? И тебе совсем не обязательно брать так глубоко.       Чонгук кивает, как послушный щенок радуется внезапным указаниям и открывает рот. Теперь он двигает головой медленней, в такт помогающим движениям руки Джуна у него на затылке. Старательно втягивает щёки, помогает себе языком и рукой. Челюсть немного болит, но полные удовольствия вздохи Намджуна этого стоят. Решив взять перерыв, Чонгук выпускает член изо рта и мягко целует уздечку и ствол.       — Ты очень хорошо справляешься, — шепчет Джун, всё ещё мягко поглаживая Гука по голове. Старший его не видит, но всё равно опирается локтем на кровать, приподнимаясь, будто наблюдая за процессом.       — Такая хорошая девочка.       Чонгук жарко выдыхает и опускается ниже, лижет яички, чуть массируя их рукой, а затем вновь обхватывает основание и насаживается, стараясь взять глубже. Ему хочется снова подавиться. Намджун будто чувствует это и, не удержавшись, чуть подбрасывает бёдра вверх. Чонгук смаргивает тут же выступившие слёзы и давит приступ кашля, стараясь ровно дышать через нос.       — Да, молодец, вот так, — похоже, слышит его старания Джун и покрепче ухватывается за волосы.       Он всё ещё держит Чонгука не достаточно жёстко и грубо, юноша в любой момент может отстраниться и, честно сказать, его это от чего-то только расстраивает. Он делает ещё один глубокий вдох и насаживается глубже, желая почувствовать Джуна у себя в горле.       — Ты так стараешься, — улыбается Намджун.       В комнате звучит только его низкий голос и влажные звуки минета. Чонгук вдруг краснеет, осознав это, и берёт паузу, глубоко вдыхая через рот.       — Хорошая девочка, — говорит Ким и спустя пару вдохов снова направляет голову Гука вниз.       Чонгук пиздец какой твёрдый. Блять. Но он даже не пытается прикоснуться к себе, вся эта ситуация, голос Джуна и нехватка воздуха уже заводят его до предела. По правде, он даже немного боится, что может кончить в штаны. И, кажется, он не единственный здесь кто так близко к оргазму. Хватка Намджуна на волосах наконец-то становится крепче. Чонгук замечает, как старший старается не двигать бёдрами и, уже не способный держаться на одной руке, полностью опускается на кровать. Он запрокидывает голову, светит краснеющими отметинами Чонгука на шее и низко гортанно стонет от удовольствия.       — Я близко, — сипит Джун. — Тебе стоит, ох…       Ким вдруг убирает ладонь с затылка и крепко сжимает пальцами одеяло. Наверное, он предупреждает младшего и хочет, чтобы тот отстранился, но у Чонгука совсем другие планы. Он ускоряется, пусть берёт и не так глубоко, но старается, помогая себе рукой по длине ствола. И этого хватает чтобы Намджун кончил, изливаясь Чонгуку в рот. Гук послушно всё проглатывает и ещё несколько раз осторожно облизывает головку и выпускает член из руки.       Тут его и настигает осознание. Наверное, это было глупо. Вообще всё в этой ситуации было крайне тупо, но то, как Чонгук просто сбежал, после случившегося бьёт вообще все рекорды. Намджун даже толком не опомнился, как услышал хлопок двери и быстрые удаляющиеся шаги. Чонгук будто в бреду несётся по длинному коридору, прикрывая рот рукой. Он добирается до гостиной, где уже просто куча народа и шумит музыка, но его никто не замечает. Юноша проскальзывает на кухню, умывается прямо тут в раковине, полоскает рот и убирает безбожно растрёпанные волосы в пучок. Пиздец, что же он наделал. Закрутив кран, Чонгук открывает холодильник и достаёт виски. С хрустом провернув крышку, открывая нераспечатанную бутыль, он находит взглядом стопку пустых пластиковых стаканов и, налив себе один, разом осушает его. Когда запрокинутая голова Чонгука опускается, а стакан остаётся пустым, взгляд юноши упирается ровно в заходящего в гостиную Намджуна. Выглядит тот крайне растерянно, озираясь по сторонам в поисках кого-то. Волосы растрёпанные, футболка чуть мокрая у воротника. Видно тоже умывался, но у себя в ванной при спальне.       Глубоко вздохнув и снова наполнив свой стакан, Чонгук поднимает его и громко говорит:       — А вот и именинник!       Чонгук честно вообще в душе не ебёт как прошла эта тусовка. Первые пару часов он самозабвенно накачивался алкоголем, надеясь, что это поможет ему просто забыть всё случившееся ранее. Однако алкоголь совсем не спас его от того чтобы загрузиться по полной программе, когда для всех остальных вечеринка только набрала обороты. Буквально в самый её разгар Чонгук просто исчез из гостиной. Он скрылся в кабинете Джуна, просидел почти час на полу у книжных полок, медленно потягивая водку с соком. Когда она закончилась, парень оценил свои покрасневшие от слёз глаза в зеркале, пару раз глубоко вздохнул, окончательно успокаиваясь, и вернулся к остальным гостям. Тут он снова напился. Теперь уже точно перестав накручивать себя. Ну, подумаешь, он случайно упал ртом на член Джуна, ну и что, умереть теперь с горя? К тому же это было весьма и весьма неплохо. Конечно, ничего кроме воспоминаний об этом ему с Намджуном не светит, да и если это всё выяснится их дружбе придёт конец. Да похуй. Чонгук пьян, из колонок играет классный бит, и он успешно игнорирует все беспокойные взгляды своих хёнов.       Ближе к четырём утра квартира Намджуна пустеет. На огромном диване у панорамных окон остались только семеро. Уставший и уже почти засыпающий Чонгук лежит на коленях Джина, который мягко гладит его по голове, перебирая волосы. Он больше всех тревожился за младшего, но боялся поговорить, пьяный Чонгук всё равно бы только отнекивался и отрицал, что с ним всё плохо. В любом случае, никто из хёнов не стал до него допытываться, просто мягко сочувствующе смотрели и предлагали ещё газировки и пиццы.       — Может, постелить тебе здесь? — спросил Сокджин.       — Нет, я не сплю, — сонно пробормотал Чонгук, наслаждаясь рукой в своих волосах.       Хосок умилительно улыбаясь, посмотрел на младшего.       — Хорошо отметили. Кто там следующий по списку? Чимин?       — О, я планирую снять бар. Боюсь, если буду праздновать дома как Джуни-хён, то от моей квартиры ничего не останется.       Они засмеялись и Чонгук тоже улыбнулся.       — Кстати, Джун, кто додумался подарить тебе электрошашлычницу? — Хосок махнул рукой в сторону прихожей, где комод был завален подарками.       Все повернулись, разглядывая внушительных размеров коробку с нелепым розовым бантиком сбоку. Джун пожал плечами.       — Э-э, Минджу, кажется? Думаю, ему с Джису её на свадьбу подарили, а они уже отдали её мне.       — Что за бред, — рассмеялся Чимин, и все подхватили его смех.       — Она тебе не нужна? — вдруг спросил Юнги.       — Хён, ты же знаешь, что я не готовлю сам, это травмоопасно. Боюсь, я подожгу квартиру, просто включив её в розетку.       — Тогда ты не против, если я её заберу?       Намджун махнул рукой мол, она твоя, а остальные удивлённо выдохнули.       — Хён, на кой чёрт тебе эта хрень, — воскликнул Чимин и даже подскочил на диване, поворачиваясь к Юнги.       Тэхён у него на коленях, подающий так же мало признаков жизни, как и Чонгук, возмущённо засопел.       — Экстраверты смеются над электрошашлычницами, а интроверты рубают шашлычки с пивом, не выходя из дома.       Все тихо рассмеялись, стараясь не тревожить дремавших младших.       — Кстати, о странных подарках, — вдруг сказал Намджун, когда смех затих. — Я думаю, уже нет смысла вам скрывать от меня, кто была эта девушка.       Все недоумённо уставились на именинника.       — Какая девушка? — спросил Джин, переставая гладить Чонгука.       Младший разом перехотел спать, но чтобы не выдать себя, старался всё так же ровно дышать с прикрытыми глазами, будто его сердце сейчас не заходилось в бешеном ритме паники.       — Встречу с которой вы мне устроили, — растерявшись, ответил Джун.       Чонгук не выдержал и всё же приоткрыл глаза. Он не мог видеть Намджуна, тот сидел рядом с Джином на одной с ними стороне дивана. Зато он видел удивлённые лица остальных своих хёнов. Кажется, даже Тэхён тоже разлепил один глаз от любопытства.       — Прости, но не было никакой девушки, — смущённо заулыбался Чимин. — Мы её выдумали, чтобы заставить тебя посидеть в спальне и не отсвечивать. Так что не расстраивайся, что она не пришла.       — Да прости, Джуни, но это была шутка, — подтвердил Джин.       Чонгук прикусил губу и повернулся на коленях Джина. Теперь ему было видно крайне озадаченное лицо Намджуна. Его выражение лица насторожило и остальных парней. Они перестали улыбаться.       — Всё в порядке? — спросил Чимин. Он всегда переживал, если его шутки задевали кого-то.       Намджун потёр лицо и странно улыбнулся.       — Хах, даже не знаю, — похоже, он ещё сомневался в том, стоило ли рассказывать обо всём друзьям.       — В каком смысле, не знаешь? — мягко уточнил Юнги.       — В том смысле, что странно это выходит: девушки никакой не было, а я с кем-то целовался в спальне.       Повисла тишина. Чонгук зажмурился как при сильной головной боли. Ему и правда стало не очень хорошо, от выпитого и так мутило, чудо, что ему не хотелось блевать, а тут ещё это.       — Как это целовался? — наконец нарушил тишину очухавшийся Тэхён.       — Как? Как? Языком в рот, как взрослые люди целуются, — чуть раздражённо ответил Джун.       — Не кипятись, — тут же приструнил его Хосок.       — О, боже, — выдохнул Чимин, от удивления раскрыв рот. — Но как? Кто мог это быть?       Все молчали. Что же, по крайней мере, никто из парней не видел, как Чонгук заходил в спальню Джуна, это было определённо хорошей новостью.       — Вы только целовались? — задумчиво спрашивает Юнги. — Не говорили ни о чём?       Намджун перестаёт кусать уже покрасневшую нижнюю губу и тяжело вздыхает.       — Я не слышал её голоса, если ты об этом. Мы общались наводящими вопросами, она хлопала один раз, если да, и дважды на нет.       — И что ты смог узнать?       — Что она влюблена в меня. Больше года.       Юнги удивлённо поднял брови, Чимин опять ошеломлённо выдохнул.       — И всё?       — Да мне как-то не до разговоров было, я вообще-то думал, что потом без проблем смогу узнать у вас кто она.       Все опять замолчали, раздумывая над услышанным.       — Значит, просто целовались и всё? — опять спрашивает Юнги.       Джун ёрзает на диване и опять жуёт губы. Чонгук замирает, готовясь услышать его ответ.       — Нет, не просто целовались, это было… Блять, я не знаю, мне было хорошо с ней. Я её даже не видел, но у меня почему-то было чувство, что мы хорошо друг друга знаем. Как мгновенная связь, понимаете?       Чонгук сглатывает ком в горле. Он ужасно нервничает, не зная насколько далеко Намджун готов зайти, рассказывая о них в спальне. Однако ему приятно слышать, о том, что Джун почувствовал. Будто у Чонгука был шанс.       — И ещё… — вдруг нерешительно добавляет Намджун.       Чонгук лежит еле живой, каждый мускул стал словно каменный от напряжения.       — Что? — подталкивает Юнги вновь замолчавшего Джуна.       Но тот лишь жмёт плечами.       — Ничего. Уже поздно, давайте по домам.       Ладно, это становится странным. Чонгук думал, что сможет продолжить общаться с Намджуном будто ничего и не случилось, но у него нихуя не выходит по целому ряду причин.       Всё началось во вторник. Спустя всего пару дней после вечеринки Чонгук едет в студию Джуна. Они вместе работают над песней для альбома младшего. Для начала, они оба явно не готовы к упорному труду, их головы забиты не тем, чем надо для продуктивной работы.       — Похоже, мы оба так и не отошли после твоей вечеринки, — мягко усмехается Чонгук, когда продюсер снова зависает глядя на экран компьютера.       — А? Да, — Джун убирает руку с мышки и, сдвинув очки на кончик носа, устало трёт глаза.       — Всё в порядке?       — Да, просто… — Намджун подпирает подбородок, задумчиво разглядывая коллекционные фигурки на своём столе. — Та девушка всё не идёт у меня из головы.       — О, — Чонгук смущённо опускает взгляд.       Ему, несомненно, льстит, что Джун всё ещё думает о нём, но с другой стороны, Намджун грезит о страстной незнакомке, сделавшей ему минет в спальне. Чонгук же просто его неловкий тонсен, никогда не удосуживавшийся его внимания в романтическом плане.       — Ты говорил о ней с кем-то? Может кто-то другой на вечеринке видел её?       — Нет, никому кроме вас тогда я не рассказывал об этом.       Чонгук кивает, а Намджун откидывается в кресле и вздыхает.       — Я просто постоянно перебираю в голове всех девушек с моего дня рождения. Думаю, какую из них я знаю больше года, кто из них может быть влюблён в меня и главное, что я сам чувствую к каждой из них. И мне страшно. Потому что мне бы хотелось ответить взаимностью этой незнакомке, но я понимаю, что не хочу подобной близости ни с кем из этих девушек. Боже, они мне как сёстры.       Чонгук сочувствующе смотрит на него. Намджун не заслужил этого. Что же он натворил. Теперь старший может испортить отношения с кем-то из своих подруг. Джун понимает взгляд Гука по-своему.       — Прости, что гружу тебя этим. Просто башка уже кипит от мыслей.       — Всё в порядке, я понимаю, — тут же кидается успокоить его Чонгук. — Ты всегда можешь со мной поговорить о чём угодно. Мы же друзья, я всегда тебя выслушаю. Чонгук кладёт руку на плечо старшего и тот благодарно улыбается.       — Спасибо, Джей Кей.       Спустя неделю Намджун вроде приходит в норму, чего не скажешь о Чонгуке. Чем дальше, тем хуже ему становится. При каждой их встрече, всё о чём Чонгук может думать, это то, как подло и низко он поступил с человеком, которого любит больше всего на свете. Как он обманул его, повинуясь минутной похоти. Ещё хуже ему из-за того, что ни с кем толком об этом и не поговорить, Чонгук единственный кто знает правду и варится в этом котле. Даже его дорогостоящему психологу, к которому певец начал ходить вскоре после того, как успешно дебютировал, такого не расскажешь. «Хэй, я случайно отсосал парню, по которому сох несколько лет, но он думает, что это была загадочная незнакомка с его вечеринки. Теперь мне супер стыдно и я не знаю что делать». Так себе тема для сеанса.       Поэтому Чонгук делает лучшее, что может в данной ситуации — избегает Намджуна. О, за последний месяц он стал профи в этом. Слишком часто отказываться от совместного времяпровождения нельзя, тогда план Чонгука станет очевидным. Постоянно увиливать от их обычных групповых обедов и пятничных застолий в барах тоже нельзя, тогда это заметят остальные хёны и будет ещё хуже. Самое идеальное это график два на три, где две из пяти встреч он посещает, а со следующих трёх отмазывается плотным графиком перед камбэком.       Возможно, кто-то скажет, что это глупо и не решает проблемы. Что ж, этот кто-то будет очень прав, но такой план действий давал Чонгуку немного времени и пространства для жалких попыток вернуть себе самообладание. Впрочем, весьма безуспешно. Самым отвратительным во всей этой ситуации было то, что, несмотря на весь свой стыд и чувство вины, Чонгук умудрился пару раз подрочить, прокручивая в голове тот минет. В его мыслях Джун знал кто он, крепче держал за волосы и называл хорошим мальчиком.       Как-то на выходных они встречались только вдвоём. Чонгук хотел бы отвертеться, но они уже пару недель не виделись, и ему показалось, что Намджун начал что-то подозревать.       На улице стоял хороший осенний день, кофе из его любимой кофейни приятно оседал на языке ореховым привкусом. Это было ужасно. Чонгуку хотелось закричать на всю улицу и убежать домой, от того как мило вёл себя с ним Намджун. Младший не заслуживал этой доброты, а Намджун словно не замечал замешательства тонсена, продолжал тепло улыбаться ему и прятать свой покрасневший нос в шарф. Он что-то рассказывал про свои бонсаи и новые выставки в любимых музеях современного искусства. Спрашивал у Чонгука о работе над его альбомом и ловил каждое слово в ответ. Вернувшись домой, Чонгук полчаса кричал в подушку. Какая же он сволочь. Наверное, тот день и был отправной точкой, хотя осознанная мысль об этом появилась в голове Гука немного позже. Идея признаться во всём Намджуну. Смысла молчать уже особо не было, Чонгук и так не мог теперь нормально функционировать рядом со старшим. Ему было стыдно, ему хотелось большего, чем просто дружбы и ему надоели секреты. Расскажет всё и чёрт с ним. Пусть Намджун накричит на него, перестанет общаться и расскажет обо всём другим — насрать. Чонгук смертельно устал.       «Привет, ты дома?»       Пишет Чонгук в их чат. Тут мало сообщений в последнее время, хотя раньше младший постоянно кидал хёну свежие мемы.       «Да, только вернулся из зала»       «Супер. Хочешь острой курочки?»       «Ещё спрашиваешь. У меня есть пиво, жду тебя»       Дома у Намджуна приятно пахнет деревом, горит только часть подсветки, создавая приятный полумрак, и царит тишина. Сам Джун ещё с мокрыми после душа волосами в свободной футболке и серых домашних трениках. Чонгук гулко сглатывает он накрывшего его чувства дежавю.       — О! Ещё горячая! Садись, я принесу пива.       Чонгук послушно садится за столик, даже не трогает коробки с курицей и напряжённо смотрит, как Джун открывает холодильник, чтобы достать пару банок пива.       — Я хотел поговорить, — выходит немного сипло.       — Да? Тогда я слушаю, — бодро отвечает Намджун.       Он присаживается на диван напротив, передаёт пиво Чонгуку и открывает своё.       — Та девушка с твоего дня рождения… — Чонгук вертит в руках запечатанную банку и смотрит в пол. — Это была не девушка. Это был я.       Повисает тишина. Чонгук нерешительно поднимает голову и сталкивается взглядом с Намджуном. Лицо у того никакое. Оно не удивлённое и не разочарованное, просто каменное, без каких либо эмоций. Джун ставит пиво на стол и отводит взгляд.       — Я знаю.       Это вообще не то, что Чонгук ожидал. Его глаза удивлённо расширяются, и он задыхается, хватая воздух ртом.       — Что?!       Намджун молча встаёт и подходит к небольшому книжному стеллажу. Вытаскивает один томик и кидает его на стол.       — Нашёл под кроватью, когда менял бельё.       Книга. Та самая чёртова книга.       — Но как ты понял от кого она? — хрипло спрашивает Чонгук.       Джун жмёт плечами.       — Ты всегда делал мне подарки на день рождения, а тут оказался единственным из ребят, кто ничего не подарил. Плюс это объясняло своё странное поведение весь тот вечер.       — И как давно ты понял?       — Да несколько недель уже.       — И ничего мне не сказал?       Намджун опять жмёт плечами и садится рядом с Чонгуком.       — Ты сам пожелал остаться анонимом, я не хотел намеренно раскрывать тебя.       Чонгук откидывается на спинку дивана и поджимает к себе колени. Он старается не зареветь сейчас от шквала эмоций и часто дышит, сглатывая вязкую слюну.       — И даже когда мы сидели после вечеринки, ты не сказал всем что мы… Что я…       — А зачем? Похвастаться друзьям, какой минет мне сделали на день рождение? — усмехается Джун.       Чонгук неопределённо взмахивает рукой.       — Может и так. Вообще прости за него, я не знаю, что на меня тогда нашло, и я даже не спросил…       Чонгук начинает тараторить и Намджун его прерывает.       — Стой, погоди. Это было по обоюдному согласию, ведь так? В тот момент, я совсем не возражал, путь я и не знал, что это был ты. На самом деле это странно, но я подумал, да ладно, мои друзья ни за что не пропустили бы ко мне какую-нибудь стрёменую сталкершу или сумасшедшую, что сделает фотки моего члена и выставит во всех соцсетях. Так что я просто расслабился и позволил этому случиться и к тому же… Мне действительно понравилось целоваться с тобой.       Чонгук складывает руки на коленях и опускает на них голову.       — Не говори так, — шепчет он.       — Как? — Намджун гладит его по спине.       — Будто ты хочешь поцеловать меня ещё раз.       — Может я и хочу.       Вот он, момент из сладких грёз Чонгука, но юноша только горько улыбается и качает головой.       — Ты никогда не интересовался парнями и тем более мной.       — То, что я ещё ни разу не встречался с парнями, не значит, что я не бисексуал, — защищается Намджун и подвигается ближе. — И ты мне всегда нравился немного больше, но я гнал это от себя. Ты же наш любимый макнэ, мой очаровательный тонсен. Я чувствовал стыд каждый раз, думая о тебе в таком ключе. Боже, мы же знакомы с семнадцати лет, а тебе тогда вообще было только четырнадцать. Чонгук несмело улыбается и поворачивает голову, заглядывая Джуну в глаза.       — Ты знаешь я, кажется, был влюблён в тебя с тех самых четырнадцати лет.       — Мне жаль, что я не замечал этого раньше, — поправляет его волосы Намджун.       — Всё равно то, что я сделал, было просто ужасно. Я обманул тебя. Пришёл тебя развязать и сказать, что хёны пошутили, а сам…       — Эй, — Намджун обхватил руками лицо Чонгука, разворачивая к себе. — Я знаю, как ты умеешь накручивать себя и у меня есть подозрения, что из-за своих мук совести ты пытался избегать меня весь этот месяц, но послушай — ты не сделал ничего плохого.       — Ты точно не злишься на меня? — всхлипывает Чонгук.       — За что? За один из самых горячих минетов в моей жизни? Нет, конечно.       Он улыбается и Чонгук тоже приподнимает уголки губ.       — А теперь я должен у тебя спросить, — Намджун сползает с дивана и встаёт перед Чонгуком на колени, всё ещё держа его лицо в своих руках. — Могу я тебя поцеловать?       Огромные глаза Чонгука сияют от собравшихся слёз.       — Конечно.       Поцелуй выходит таким мягким и заботливым, что у Гука сдавливает грудь. Он обхватывает руками плечи Джуна, чуть не соскальзывая с дивана, придвигаясь ближе. Когда их губы расходятся, они замирают, соприкасаясь лбами.       — Я знаю, ты любишь меня, — хрипло начинает Намджун. — Но хочешь ли ты со мной встречаться?       — Больше всего на свете, — отвечает ему Чонгук.       Они снова целуются, и поцелуй выходит нетерпеливым и жадным. Намджун напирает на Чонгука, грубо проталкивает свой язык в его рот и кладёт руку на затылок. Чонгук стонет и тянет Джуна на себя, затаскивает его на диван и, разорвав поцелуй, садится на него сверху. Они тяжело дышат и касаются друг друга лбами. Джун облизывает припухшие губы и сжимает в руках бёдра Чонгука. Тот ластится, выгибается и трётся задницей о растущую выпуклость в трениках Намджуна.       — Знаешь, я так рад сейчас, что на моих глазах нет повязки, — говорит Джун, наблюдая за плавными движениями бёдер Чонгука у себя на коленях.       — Нравится вид? — игриво спрашивает Гук, прикусывая губу.       — Очень, — отвечает Джун и, положив руку младшему на скулу, притягивает для ещё одного короткого поцелуя. — Ты очень красивый.       Чонгук смущённо краснеет и прикрывает глаза, пряча лицо в изгибе шеи Джуна. Ему действительно нравится слышать похвалу и комплименты. Намджун низко смеётся с реакции Чонгука и нежно гладит его по спине, прижимая ближе к себе.       — Хочешь продолжить в спальне? — спрашивает он.       — Да, — шепчет ему на ухо Чонгук. — Только, мне нужно на пару минут в ванну.       — Хорошо, можешь воспользоваться моей, — Джун чмокает его в щёку и уводит в свою спальню.       Когда Чонгук выходит из ванной он думает, что Джун уже разделся, но он всё так же в трениках и футболке, лежит на кровати и задумчиво разглядывает потолок. Он поворачивает голову на шум и, заметив Чонгука, поднимается и садится на кровати, облокотившись на спинку. Он хлопает по покрывалу рядом с собой, приглашая Чонгука сесть. Младший послушно залезает на кровать и садится перед Джуном, подогнув под себя ноги. Тот первым делом наклоняется поцеловать его.       — Прости, каждый раз, когда теперь вижу твои губы, не могу удержаться, — смущённо смеётся Джун.       — Не извиняйся, мне нравится целоваться с тобой.       — Отлично, — кивает Намджун. — Чего ты хочешь помимо поцелуев?       Чонгук на секунду задумывается, пока Джун нежно гладит его по бедру, а затем подползает ближе и выдыхает почти шёпотом.       — Я хочу снова отсосать тебе, но чтобы теперь ты смотрел на меня.       Кадык Намджуна дёргается, когда он сглатывает.       — Блять, да, хорошо.       — И ещё, — продолжает Гук, покраснев, — я бы хотел, чтобы ты заставил меня подавиться собой. Можешь быть немного грубым, мне это понравится.       Намджун шумно выдыхает и кивает пару раз.       — Ударь меня по бедру, если будет слишком.       Чонгук тоже кивает, но про себя думает, что Намджун вряд ли сможет переборщить. Переместившись на край кровати, Чонгук снова занимает место на полу, между ног своего хёна. Его почти накрывает слегка беспокойное чувство дежавю, но вот Намджун тянет его к себе. Они снова целуются и Гук, огладив грудь и живот Джуна, опускает руку ниже, сжимая его ствол через штаны. Вскоре он и сам снова опускается, дёргая за пояс треников, заставляя Намджуна приподнять бёдра, чтобы стянуть штаны вместе с нижним бельём. Чонгук не сдерживает маленький восторженный вздох, когда снова видит этот член перед собой. Он тут же крепко обхватывает его рукой и поднимает возбуждённый взгляд на лицо Намджуна. Тот смотрит в ответ и тихо посмеивается.       — Вижу, ты полон энтузиазма.       — Просто, ах, это несправедливо, что ты так идеален абсолютно везде, — скулит Чонгук.       Намджун выглядит немного растерянным и вопросительно поднимает брови.       — Не могу поверить, что ты заставляешь меня сказать это вслух, — бурчит Чонгук. — У тебя отличный член, хён. Тебе разве не говорили этого раньше?       Намджун смущённо отводит взгляд и трёт шею.       — Ну-у, может быть пару раз? Чаще я слышал от девушек, что я до неудобного большой.       Чонгук задумчиво хмыкает и внимательно оглядывает член, пару раз проводя по нему рукой.       — Вижу, почему они так говорили, — протягивает Чонгук. — Земля пухом этим сучкам, но я не такой.       Намджун смеётся и тут же изумлённо вскрикивает, потому что Чонгук вбирает головку в рот и проводит языком по расщелине на ней. Младший довольно стонет и опускается ниже, покрепче обхватывая ствол губами. Конечно, ему не удастся взять Намджуна полностью, но дело и не в этом. Он просто хочет почувствовать его горлом, когда его рот будет наполнен под завязку и дышать станет трудно. Чонгук медленно двигает головой, распределяя слюну по члену, и поднимает глаза на Намджуна. Тот с восхищением смотрит на него сверху вниз и низко стонет.       — Такой невероятно красивый, — говорит Намджун и с благоговеньем заправляет за ушко пряди, упавшие на чонгуков лоб.       Чонгук освобождает рот и хихикает.       — Ты говоришь это, потому что я сосу твой член?       Намджун фыркает и качает головой.       — Что за пошлость? Ты всегда красивый. Особенно когда поёшь, когда приходишь ко мне в студию после тренировок, без макияжа и в любимом затасканном спортивном костюме.       Чонгук вдруг смущается и краснеет.       — Не думал, что ты обращаешь на меня внимание. Что ты смотришь на меня…       — Конечно, смотрю.       Намджун опускает руку и проводит большим пальцем по распухшей и покрасневшей нижней губе Чонгука. Тот, всё ещё не сводя взгляда со своего хёна, открывает рот и обхватывает палец губами.       — Тебе понравилось, как я хвалил тебя в прошлый раз?       Чонгук кивает.       — Нравится, когда тебя зовут хорошим мальчиком?       Несдержанный стон помимо воли вырывается у Чонгука. Он не может больше сдерживать себя, не когда Джун так разговаривает с ним своим низким голосом.       — Ага, — немного неразборчиво говорит Чонгук, всё ещё с пальцем во рту.       Намджун одобряюще хмыкает и, надавив напоследок младшему на язык, убирает палец. Он нежно проводит рукой по линии челюсти и приподнимает его голову за подбородок. Боже они только начали, Намджун, по сути, ещё даже ничего не сделал, но Чонгук уже чувствует себя разбитым, стоя вот так перед ним на коленях, когда Джун внимательно осматривает его пылающее румянцем лицо, держа за подбородок.       — Как ты ещё хочешь, чтобы я тебя называл?       — М-м, детка?       — Хорошо, — соглашается Намджун и перемещает руку на затылок Чонгука, вплетая пальцы в его волосы. — А теперь давай заставим тебя подавиться.       Чонгук стонет и с готовностью открывает рот шире. Намджун держит его крепко и уверенно, направляя движения чонгуковой головы, и младший безмерно благодарен ему за это. Он смотрит на Джуна снизу вверх, его большие глаза блестят от собравшихся слёз. Боже, он так полон, ему так это нравится. Тяжесть члена на языке, его вкус и как он упирается прямо в глотку. Намджун намеренно удерживает его подольше, когда скользит глубже, давая Чонгуку насладиться моментом.       — Блять, ты так хорошо справляешься, — говорит Намджун, когда Чонгук выпускает член изо рта с влажным звуком и слюна стекает по его подбородку. Чонгук стонет от похвалы, судорожно облизывает мокрые губы и пару раз проводит рукой по своему стояку. Он очень надеется, что в свой первый раз с Намджуном не кончит в штаны.       — Хочешь взять немного глубже? — спрашивает Джун, наблюдая за разбитым юношей между своих ног.       Чонгук кивает. Он не может принять этот член полностью, но ему ужасно нравится пытаться. Намджун крепче сжимает волосы на его затылке и снова направляет голову Чонгука. Первая пара движений ничем особенным не отличаются, они неглубокие и довольно смазанные, но затем Намджун уверенно толкает младшего ближе к своему паху. Так глубоко он ещё не брал, и с непривычки Чонгук почти давится, а на глазах наворачиваются слёзы. Дышать трудно, почти невозможно, но это именно то, чего Чонгук так сильно хотел. Он блаженно прикрывает глаза и ждёт, когда Джун потянет его за волосы обратно.       — Хороший мальчик, — низко хрипит Намджун, давая Чонгуку отдышаться. — Вдохни ещё раз поглубже.       Чонгук кивает и делает, как ему сказали, чтобы в следующий момент снова оказаться на члене. Намджун действует медленно и уверенно, не скупится на похвалу и на контрасте с крепкой хваткой на затылке, нежно утирает выступающие на глазах Чонгука слёзы. Спустя несколько минут, когда челюсть Чонгука уже весьма ощутимо ноет, он не выдерживает.       — Хён, пожалуйста.       — Что такое, детка? — ласково отвечает Намджун, поглаживая его по голове.       — Я близко, — поднимает на его глаза Чонгук.       — Хочешь кончить?       — Нет, — быстро отвечает младший. — Ещё нет, не так. Хочу, чтобы ты трахнул меня.       Намджун шумно выдыхает.       — Конечно, иди сюда, — тянет он его наверх.       Не совладав с затёкшими ногами, Чонгук заваливается прямо на Намджуна и они вместе падают на кровать. Джун весело улыбается и находит губы Чонгука своими. У Чонгука нет сил целоваться, и он просто позволяет старшему вылизать свой рот.       — Давай снимем это, — Намджун дёргает за футболку Чонгука и тот послушно поднимает руки вверх, чтобы её стянуть.       В ту же секунду как торс Чонгука больше не прикрыт тканью, руки Намджуна нежно скользят по его коже.       — Такой прекрасный, — снова восхищённо шепчет Джун.       — Нечестно, — хнычет Чонгук. — Ты тоже красивый, раздевайся.       Намджун смеётся над ним, но слушается. Он меняет их местами, теперь Чонгук лежит снизу, а Намджун встаёт на кровать коленями, тянется руками за спину и, схватившись за ткань, одним плавным движением снимает футболку. Чонгук слегка забывает как дышать. Ещё год назад, когда Намджун только начал понемногу ходить в зал, Чонгук уже знал, куда ведёт эта дорога. В его персональный ад. Или рай. Чонгук пока не решил точно, поэтому тут же кладёт руки на грудь Намджуна, чтобы выяснить наверняка.       — Хён… Ты в курсе, что накачался больше меня? — спрашивает Чонгук.       Намджун снова смущается и неловко смеётся.       — Это не правда, у тебя мышечная масса больше моей.       Чонгук с сомнением поднимает одну бровь и оценивающе щупает Намджуна за бицепс и грудь.       — Да? Тогда почему ты выглядишь больше?       — Не знаю, много жира?       Чонгук округляет глаза и резко переводит взгляд на лицо Намджуна, отвлекаясь от разглядывания его тела.       — Что за чушь?!       — Почему чушь? У меня же нет пресса как у тебя.       — Пресс это вообще не главное, — мечтательно говорит Чонгук, проводя рукой по мягкому животу Джуна.       — Что тогда главное? — игриво усмехается Намджун в ответ.       Чонгук резко опускает руку ниже и обхватывает возбуждение Джуна.       — Огромный ч…       — Понял! Я понял, — смеётся Намджун.       Чонгук улыбается и лезет целоваться, кажется, его челюсть болит уже намного меньше. Лениво перебирая языком и поглаживая ещё мокрый ствол Джуна, Чонгук удовлетворённо стонет ему в рот.       — Сними штаны, хочу уже увидеть эти бёдра, — отрываясь от старшего, бросает ему Чонгук.       Намджун ничего не говорит, но опять усмехается с его слов, подцепляя пояс треников вместе с нижним бельём, чтобы, наконец, полностью снять их с себя. Чонгук тоже раздевается и снова притягивает Джун ближе к себе. Тот осыпает поцелуями его шею и плечи, скользит ладонями по бёдрам и сильней вжимает в простыни своим телом.       — Ты ведь не был раньше с мужчинами? — вдруг вспоминает Чонгук.       Намджун отрывается от ласк чонгукова тела и кладёт свою голову ему на живот, отвечая.       — Нет, не был. Но я уже занимался аналом раньше с девушкой, если ты об этом.       Чонгук кивает и облегчённо откидывает голову обратно на подушку. Ему не очень бы хотелось прерывать их первый секс неловкими инструкциями.       — Там в ящике есть смазка и презервативы, — говорит Намджун, кивая на прикроватную тумбу. — Достанешь?       Чонгук привстаёт, дотягиваясь до ящика рукой, и вслепую нашаривает нужное внутри, чтобы потом быстро вернуться обратно.       — Давай как следует подготовим тебя, — Намджун забирает тюбик смазки и маленький блестящий квадратик упаковки презерватива из рук младшего и нежно целует его в живот.       Чонгук краснеет. С размерами как у Джуна ему и вправду понадобится хорошая подготовка. Намджун возвращается к неспешным ласкам, опускаясь всё ниже и ниже. Он бросает быстрый взгляд на Чонгука, всего на секунду устанавливая с ним зрительный контакт, и прежде чем младший спросит, откуда взялась тень сомнения на лице Джуна, облизывает мокрую от преякулята головку его члена. Чонгук давится воздухом.       — Хм, на вкус немного не так, как я себе представлял, — бормочет Намджун.       — Твою мать, — Чонгук делает пару глубоких вдохов и смотрит вниз. — Тебе лучше предупреждать меня о таком.       — М-м, зачем? — спрашивает Джун, чуть наклоняя голову и снова проводя языком по его члену.       Чонгук скулит и опускает руку, чтобы погладить Джуна по волосам. Чёрт, он ведь даже не представляет, что выглядит сейчас как одна большая влажная мечта. Его пухлые раскрасневшиеся от поцелуев губы, взгляд полуопущенных драконьих глаз, золотистая кожа и всё это прямо между ног Чонгука.       — Чтобы я не кончил в ту же секунду тебе на лицо, хён, — бормочет Чонгук в ответ.       Намджун хрипло посмеивается.       — Прости, мне было слишком интересно.       — Какие члены на вкус?       — Скорей, каков на вкус конкретно твой миленький член.       — Чёрт.       Намджун ещё пару раз проводит языком по стволу, а затем берёт член в рот. Не глубоко, но достаточно, чтобы Чонгук застонал.       — Хён, пожалуйста, не дразни меня.       — Как скажешь, — Намджун освобождает рот и открывает тюбик смазки.       Он выдавливает немного себе на пальцы и бросает взгляд на Чонгука, пока оставляет пару поцелуев на внутренней стороне его бедра. Влажные от смазки пальцы медленно скользят по мошонке, затем ниже и, наконец, оглаживают анус. Джун трёт подушечками пальцев сжимающуюся от ласк дырочку, но, похоже, и не думает вводить пальцы внутрь.       — Хён, — снова скулит Чонгук. — Пожалуйста…       — Всё что угодно, детка, просто скажи мне, чего ты хочешь, — отвечает Намджун, оставляя ещё один влажный поцелуй на бедре младшего.       — Твои пальцы внутри меня, пожалуйста, — почти умоляет Чонгук и глубоко вдыхает, раскрыв рот, когда Намджун не медля больше, вставляет в него первый палец.       Джун медленно двигает им внутри, постоянно бросая взгляды на лицо Чонгука, чтобы разглядеть там дискомфорт или даже боль, но видит только чистое наслаждение.       — Второй, дай мне ещё один, — просит Чонгук.       Намджун смотрит на него с сомнением.       — Это нормально, мне нравится, когда слегка больно. Не носись со мной будто я фарфоровый.       — Ладно, — соглашается Намджун. — Скажи, если мне нужно будет остановиться.       — Боже, хён, я растягивал себя кучу раз и… Блять!       Что хорошего было в Намджуне, так это как тонко он понимал просьбы и безоговорочно их слушался. Когда Чонгук попросил его трахнуть его в рот, он сделал это лучше всех, с его твёрдой рукой и ласковыми речами. Когда Чонгук попросил нормально растянуть его пальцами, Намджун и правда перестал церемониться с младшим, крепко хватая его за бедро и резко вводя внутрь два пальца. Чонгук блаженно запрокинул голову и застонал. Это определённо было больно, но не так чтобы стало действительно неприятно. Теперь Джун почти трахал младшего пальцами и когда он задел простату, Чонгук вскрикнул и пару раз хлопнул ладонью по постели.       — Нет! Только не трогай её, я кончу слишком рано.       — Такой чувствительный, — дразнит Джун, но покорно держит пальцы подальше.       Намджун продолжает растягивать Чонгука в быстром темпе, совсем скоро внутри младшего уже свободно скользит три пальца.       — Давай, я готов, — говорит он, выгибаясь.       Вопреки подозрениям Чонгука, Джун с ним не спорит и, быстро вытерев руку о край простыни, раскатывает презерватив по члену. Чонгук гулко сглатывает, следя за движением его руки по ширине ствола. Джун накрывает тело младшего своим и нежно целует его в губы.       — Готов?       — Да, да, пожалуйста, — бормочет Чонгук.       И Намджун входит в него. Он движется медленно и осторожно, его взгляд мечется по лицу Чонгука. Тот заламывает брови и кусает губы, ему жарко, очень жарко от горячего тела над собой и бешено бьющегося сердца в своей груди. Воздух в спальне душный и пряный, Чонгук глотает его сквозь стоны и обхватывает спину Намджуна руками, подталкивая двигаться быстрей.       — Блять, ты такой большой, — стонет Чонгук.       — Прости, — шепчет ему на ухо Намджун и целует в скулу.       — Не извиняйся, мне нравится. Просто, чёрт, хочу его уже полностью внутри. Джун усмехается и резко двигает бёдрами, полностью вгоняя член. Чонгук почти визжит и запрокидывает голову на подушку. Он чувствует себя таким полным, это немного странно, но так же до смерти приятно, когда, даже не стараясь, Джун идеально давит на его простату.       — О, Боже… — стонет Чонгук, слегка отдышавшись. — Дай мне пару секунд, монстр.       Намджун и без этого оставался неподвижен, наслаждаясь жаром и узостью, ему самому нужна была небольшая передышка. Он выпрямился, больше не нависая над Чонгуком, и погладил его бёдра, успокаивая и раздвигая их шире. Взгляд Намджуна заскользил от румяного лица Чонгука, по его тяжело вздымающейся покрасневшей груди, до места, где их тела соединялись. Наконец Чонгук обхватил талию Джуна ногами и упёрся пятками в его поясницу.       — Двигайся, — попросил он.       Сначала толчки медленные и осторожные, но как только они оба привыкают, Намджун набирает скорость. Чонгук стонет каждый раз, когда его протаскивает на простынях. Джун крепко держит его за бёдра, поднимая их всё выше и разводя всё шире. Младший уверен, что на завтрашний день у него точно будут синяки и жуткая боль в мышцах, но мысли об этом лишь заводят его сильней. Он покорно прогибается под Намджуном, почти складываясь пополам от напора, и жадно вслушивается в глухие хрипы и стоны. Влажная золотистая кожа Джуна мягко блестит в тусклом свете спальни, выглядя так вкусно, что Чонгук хочет провести по ней языком. Его руки будто сами по себе тянутся вверх, хватая Намджуна за плечи и обрушивая на себя. Ближе, вот так, кожа к коже. Джун низко стонет, когда Чонгук крадёт у него глубокий поцелуй. Бёдра старшего замедляются, и он отдаёт всего себя губам Чонгука. Тот довольно мычит и царапает короткими ногтями затылок Джуна, пропускает волосы сквозь пальцы и чуть сжимает.       — Хочу тебя сзади. Перевернёшься для меня? — просит Намджун и Чонгук не в силах ему отказать.       Он быстро укладывается животом вниз, повыше поднимая зад, и вжимается щекой в подушку под собой.       — Блять, такой милый для меня, — Чонгук чувствует горячую ладонь вдоль своей выгнутой спины.       Намджун скользит пальцами дальше, по подъёму ягодиц, чуть оттягивая половинку, и разглядывает покрасневший и опухший ободок отверстия. Его взгляд почти ощущается физически, Чонгуку даже не надо выворачивать шею, чтобы увидеть его желание и похоть. Джун убирает ладонь, но только для того чтобы не сильно, зато с очень громким звуком, опустить её обратно. Чонгук вскрикивает в подушку и до боли выгибает спину.       — Нравится?       — Да. Сильней, пожалуйста, — скулит Чонгук.       — Вежливый и послушный мальчик, как такому можно отказать? — говорит Джун и отвешивает ещё один звонкий шлепок.       Следующие удары не менее тихие становятся лишь сильней с каждым разом. Подушка под Чонгуком намокает от слюней и слёз, но юноша не просит остановиться, только вскрикивает на особенно мощных ударах. В конце концов, Намджун щадит его покрасневшие ягодицы, напоследок сжимая их и проезжаясь пару раз членом по расщелине, прежде чем снова войти одним плавным движением. По комнате тут же раздаётся глубокий стон наслаждения, резко обрывающийся влажным звуком шлепка. Задница Чонгука пылает, будто в огне и ему нравится эта боль на грани с удовольствием. Он тянется рукой назад и вцепляется в бедро Джуна, пытаясь притянуть его ближе, впустить его глубже. Намджун понимает его без слов и трахает жёстче, оставляя красные отпечатки от пальцев на пояснице младшего. Мир Чонгука сужается до ритмичных толчков и непристойного шума, заполняющего спальню. Он совсем не замечает, как его колени медленно разъезжаются в стороны и, лишь коснувшись чувствительной головкой простыни, юноша понимает, что сил снова подняться на колени у него нет. Кажется, Джуну это и не нужно, он окончательно вжимает младшего в постель, уверенно надавив ему на поясницу, и уже в следующее мгновение сам ложится сверху. Чонгук чувствует его сильную грудь на своей спине и влажное дыхание на затылке. Прежде чем Джун опять начнёт двигаться, Чонгук поворачивает голову, выпрашивая поцелуй и старший даёт его ему. Влажные длинные пряди падают на лицо, неприятно липнут к щекам и мешаются, но ощущение пухлых и тёплых губ Намджуна полностью стоит этого. Они размыкают губы, но Джун не отрывается от Чонгука, продолжает целовать его плечи и спину вперемешку с укусами, снова ритмично двигая бёдрами и заставляя младшего скулить в подушку. Он уже близко, чертовски близко. Боль внизу от ударов и вверху от укусов смешивается в жгучий коктейль удовольствия, а мокрый член Чонгука не перестаёт тереться о мягкие простыни.       — Скажи мне, — задыхаясь, просит Чонгук. — Я хороший?       — Ты лучший, — отвечает Намджун и проводит языком по его шее. — Близко?       — Да, да...       — Хочешь, чтобы я поговорил с тобой? Рассказал, насколько ты хорош?       Чонгука почти трясёт от его голоса, и он лишь стонет, кивая пару раз и молясь, чтобы Намджун не умолкал.       — Ты просто восхитительный, принимаешь меня так хорошо и так красиво выглядишь на моих простынях. Давай детка, кончи для меня, будь хорошим мальчиком.       Слова Джуна эхом раздаются в голове Чонгука, когда его накрывает волной оргазма. Сквозь пелену неги он чувствует, как Намджун делает ещё несколько резких неровных толчков и замирает внутри него. Затем следует много нежных поцелуев, в шею и плечи. Чонгук чувствует себя растаявшей на солнце плиткой шоколада, он наслаждается касанием джуновских губ и вяло и довольно мычит в подушку. Намджун перекатывается с него на простыни рядом.       — Всё хорошо?       Чонгук издаёт ещё один низкий довольный звук и бубнит.       — Я слегка не чувствую своей задницы, но это мелочи.       — Пф-ф, хорошо. Я принесу полотенце.       Джун протирает тело Чонгука влажным полотенцем и когда доходит до его поясницы, замирает. Чонгук снова ощущает на себе взгляд, но не может понять его настроение. Он оборачивается. Намджун отмирает, поворачивает полотенце другой стороной и как можно осторожней проводит по опухшей дырочке и красным ягодицам.       — Это точно не было больно? — настороженно спрашивает он.       — Это было больно, — беспечно пожимает плечами Чонгук. — И я бы заплатил тебе, чтобы ты ещё раз так уничтожил мою задницу.       Джун улыбается и отбрасывает полотенце на пол.       — Я сделаю это бесплатно. Столько раз, сколько ты попросишь.       Он двигается выше по кровати, добираясь до губ Чонгука.       — В следующий раз, — говорит Намджун, отрываясь от поцелуя, — я уничтожу твою задницу своим языком.       Чонгук смеётся.       — А ты точно в первый раз с мужчиной? Ведёшь себя как гей со стажем.       Намджун укладывается рядом и накрывает их обоих одеялом.       — Я посмотрел достаточно тематического порно, чтобы иметь представление о том, как мужчины доставляют удовольствие друг другу.       Он поворачивается на бок и приглашающе раздвигает руки. Чонгук ныряет к нему в объятия и вжимается щекой в накаченную грудь.       — Ладно, я готов поверить в чисто теоретическую составляющую твоего опыта, — соглашается Чонгук, зевая в конце.       Грудь Намджуна слегка трясётся, когда тот посмеивается над младшим и мягко прижимает его ближе к себе. Но вдруг Чонгук замирает и, вырываясь из объятий, оборачивается, обеспокоенно поднимая голову и устремляя взгляд в сторону коридора.       — Вот, блять.       — Что такое? — спрашивает Джун.       — Курица наверняка остыла, — расстроенно бормочет Чонгук.       — Какая ку… Погоди, ты реально вспомнил сейчас о еде? После нашего секса?       — А когда ещё думать о еде, как не после выматывающего секса? Мне нужно восстанавливать силы, я растущий организм.       — Чонгук, тебе двадцать четыре.       — Ну и что? Я же вроде ещё не остановился ещё в развитии.       Намджун пару секунд выразительно смотрит на Чонгука и вздыхает.       — Хочешь, пойти съесть курицу?       Младший со стоном падает обратно на подушку и снова жмётся к Намджуну.       — Хочу-у-у, но ещё я хочу поваляться с тобой. Я устал, а кровать такая тёплая, и ты такой мягкий и вкусно пахнешь, — он скулит в конце и зарывается носом в изгиб намджуновой шеи.       Джун гладит его по волосам, утешая.       — Я могу принести коробки, и мы вместе поедим в постели.       — Правда? — Чонгук так резко вскидывает голову, что, кажется, слышен хруст позвонков.       — Правда, — кивает Джун.       — Хён, — вновь скулит младший, растягивая гласные. — Спасибо, ты такой замечательный.       Намджун встаёт с кровати и, не утруждая себя натягиванием одежды, выходит из спальни голым. Чонгук провожает его заинтересованным взглядом. Возможно, не так уж он и устал всего после первого захода. Но в любом случае, ему нравилась соответствующая забота после секса.       — А ты погреешь её в микроволновке? — кричит Чонгук.       — Всё для тебя, детка, — доносится с кухни.       — Хён, выходи за меня.       В гостиной тихо играет музыка, кажется какой-то из плейлистов Хосока. Парни суетятся вокруг дорогого деревянного стола, расставляя закуски. Чонгук стоит на кухне, когда Джун подходит к нему и, прислонившись к стойке, тихо спрашивает:       — Не передумал?       Чонгук бросает на него быстрый взгляд и достаёт ещё один стакан из шкафчика над раковиной.       — Нет, с чего бы?       Намджун жмёт плечами.       — Я бы понял, если ты захотел оставить это в секрете.       — Хён, они наши лучшие друзья. Мы и так уже слишком долго скрываем наши отношения.       Намджун секунду молчит, а затем подвигается чуть ближе.       — Тут я согласен, они заслуживают знать о том, что мы встречаемся. Но если ты хочешь, можем умолчать о том, как мы сошлись.       Уши Чонгука предательски краснеют, и он смотрит через плечо на парней в гостиной.       — Может… может и не стоит им знать, как я слегка сделал тебе минет на твой день рождения. Мне понравилось, что ты тогда рассказал только о поцелуях. Так что, я бы хотел и дальше придерживаться этой версии.       — Хорошо, — соглашается Джун.       Его взгляд, полный нежности, ненадолго задерживается на губах Чонгука. Тот игриво улыбается и отворачивается. Ещё чуть-чуть и они смогут целоваться при своих друзьях.       — На вот, — младший вручает Намджуну пару стаканов. — Унеси на стол.       Спустя полчаса все уже слегка захмелевшие поздравляют Чонгука с выходом альбома. Для очередного тоста поднимается Хосок и, сияя во все тридцать три, хвалит успешный старт заглавного трека в чартах. Все его поддерживают, Чимин, таскает младшего за щёки, из-за чего тот проливает половину стакана с соджу.       — Хорошо, хорошо, — смеётся Чонгук и трёт покрасневшую щеку, вставая. — У меня есть ещё одна новость для вас, ребята.       Все притихают, а Чонгук опускает взгляд на всё ещё сидящего на диване Намджуна. Он берёт ладонь Чонгука в свою руку, и встаёт рядом.       — Мы встречаемся, — низко и будто немного застенчиво, объявляет Намджун.       Эффект молниеносный. Чимин и Тэхён переглядываются, раскрыв рот, Хосок выглядит до ужаса растерянным, уставившись на них как на лишнюю деталь после сбора шкафа, а Джин громко давится соджу. Юнги, единственный, кто не выглядит сильно впечатлённым, хлопает его по широкой спине.       — Погоди, что? — почти хором спрашивают Тэ и Чимин, очухавшись.       — Встречаемся, — повторяет Чонгук.       — И давно? — спрашивает уже Хосок.       Намджун жмёт плечами.       — Пару месяцев. Мы сошлись через несколько недель после моего дня рождения. Чонгук был… Это с ним я целовался тогда в спальне.       — Пиздец, — заключает Хосок и наливает себе ещё выпить.       К этому времени Джин, наконец, снова начинает нормально дышать и тычет пальцем в потолок.       — Я знал, я так и знал. Джуни, прости, но у тебя не было и шанса, я нутром чуял, что рано или поздно этот мелкий до тебя доберётся.       Намджун неловко смеётся, крепче обнимая Чонгука за талию, пока тот встаёт в позу, отвечая хёну.       — В смысле чуял? Я что похож на коварного соблазнителя? Да я вообще…       Начинается классическая перепалка, старший и младший снова переругиваются, размахивая руками и всё ближе придвигаясь, друг к другу. Джун мягко улыбается, наблюдая за тем как Чонгук, закатав рукава на толстовке, грозит кулаком Джину.       — Давайте лучше выпьем, — тихо говорит Юнги, разливая всем остальным соджу. — За влюблённых, — объявляет он, после того как в руках Джуна, Хосока, Тэхёна и Чимина оказываются напитки.       Алкоголь приятно слегка обжигает горло и оставляет на языке мягкое сливовое послевкусие. Намджун проводит языком по нижней губе и ставит стакан на стол. Он обводит взглядом их компанию. Чимин мило хихикает, наблюдая за перепалкой Джина и Чонгука. Тэхён сидит между Хосоком и Юнги и, похоже, до сих пор так и не определился к кому ему сегодня хочется приставать больше. Он уткнулся носом в волосы Хоби, и положил руку на бедро Юнги, периодически собственнически поглаживая его. Никто из парней не был против, Хосок сам откинулся назад на Тэхёна, что-то ему рассказывая и хитро поглядывая на Чонгука, а Юнги расслаблено улыбался и смеялся, когда Джин повышал голос и кривлялся больше обычного.       Намджун, наконец, прислушивается к спору и удивлённо поднимает брови, обнаружив, что Джин и Чонгук неведомым образом уже ругались, вспоминая неловкий инцидент на поле для тенниса восемнадцатого года. Сделав ещё один расслабленный глоток соджу, Джун потянул Чонгука за толстовку, разворачивая к себе. Оторванный от спора Чонгук растерянно оборачивается и тут же натыкается на пахнущие сливой мягкие губы Намджуна. Ребята вокруг заливаются смехом над растерянным выражением лица младшего, а тот, бросив на них смущённый взгляд, крадёт ещё один сладкий поцелуй у Джуна.       — Что? — нарочито дерзко, спрашивает Чонгук, когда парни продолжают хихикать. Намджун тоже улыбается, но скорей довольно и счастливо, мягко перебирая длинные волосы своего парня и невзначай показывая всем его покрасневшие уши.       — Ничего, — пожимает плечами Чимин. — Просто не можем поверить, что спустя все эти годы, мы всё же нашли действенный способ быстро заткнуть тебя во время перепалки с Джин-хёном.