Я люблю Вас, Арсений Сергеевич

Арсений Сергеевич уже давно стал замечать на себе странные взгляды его ученика из 11 «А». Парень жадно осматривал ей весь урок, а когда сам учитель смотрел в ответ, то быстро уводил взгляд и смущался. Сначала Арсению показалось, что это просто такая реакция, ведь он у них преподаёт всего второй год, так ещё и является классным руководителем, но все признаки указывали на то, что нет. Не совпадение. Друзья парня постоянно перешёптывались, толкали парня в бок, когда учитель проходил мимо. Сам же юноша при этом краснел, но всегда старался пройти как можно ближе, чтобы уловить запах любимого одеколона. А ещё ученик безумно любил касаться Арсения Сергеевича, чувствовать под пальцами тепло его тела и как запах мужчины подолгу остаётся на его рубашке. Он сдавал работу самым последним, чтобы Арсений подошёл и лично забрал её, прикоснувшись пальцами к его руке. Глупо? Антон Шастун ответит «Да». Но не отступится. Уже слишком поздно, он погряз в этом. Арсений затягивал его будто космос, он был наркотиком, от которого зависимость. Антон не мог провести и дня, чтобы не увидеть любимого учителя и всегда старался привлечь внимание, но увы, он не был отличником, чтобы достаточно хорошо знать предмет, да и умом не отличался. Это раздражало. Антон считал, что достоин внимания от Арсения Сергеевича. Он старался, учился вдвойне, лишь бы получить хоть один взгляд, хоть одну улыбку или похвалу. Парень жил этим, дышал этим и уже не мог иначе. Он старался забыть, честно пытался, но все мысли всегда утекали в одно русло… А что Арсений Сергеевич? А он ничего. Никакого внимания, никакой самой малой надежды. Мужчина старался вообще не обращать внимание на парня, думал, что сделает лучше, но, как оказалось, нет. Юноша стал усерднее учить его предмет, из-за чего упала успеваемость по остальным. Арсений выл от безысходности. Давать внимание — давать надежду, не давать внимание — заставлять парня мучаться. «Но он же не маленький, должен понимать» — оправдывал свои действия Попов. Да и какое ему вообще дело до юноши? Пусть учится себе, а любовь дело временное. Оказалось, дело есть. Ну, а как иначе? Он же его ученик, за которого он несёт ответственность и знает, что могут сделать с собой люди от безответной любви, а Антон же ещё такой юный и упрямый. От него так и веет юношеским максимализмом и кучей энергии. Он будто солнце, светящее всем вокруг, а в особенности Арсению. Слишком много эмоций. Слишком много чувств. Антон уже не хочет ничего чувствовать. Уже второй год начался. «Хватит!» — кричал разум, но сердце болезненно сжималось при виде своего классного руководителя. Только вот у учителя никогда и ничего не сжималось при виде ученика, Антон это прекрасно знал и старался принять, что ничего не измениться, но неприятный осадок оставался. Арсению больно смотреть, как его ученик тухнет на глазах. Да и сам мужчина тухнет. Какого это, осознавать, что ты каждый день видишь человека, который в тебя влюблён и ничего не можешь сделать? Ни-че-го. Нельзя сказать прямо, нельзя сказать родителям, да и молчать нельзя. Арсений не слепой, он видит, что Антон перестаёт улыбаться. Антон всей душой привязан к учителю. Без него раньше не было жизни. Однотонные события, которые проносятся в голове и не оставляют ничего. Никаких тёплых чувств. Всё былое меркнет, ведь Арсений Сергеевич единственный, кто заставил Антона начать жить, обрести цель и пытаться добиться её, даже если целью и был сам Арсений. Даже если он ничего и не делал, чтобы помочь юноше. Шастун кусает губы и крутит кольца на руке. Он тяжело дышит и откидывает голову назад, ослабляя галстук. От куда-то из зала, где парень благополучно забыл пиджак, доносится громкая музыка и топот чужих ног. Сегодня выпускной, а значит, парень в последний раз увидит своего любимого учителя. Он сидит на полу в самом тёмном углу вдалеке ото всех, прижавшись к стене и медленно потягивая вино, которое тайно принёс его друг. Мысли кружатся в голове со скоростью света. — Антон? — из зала выглядывает Арсений Сергеевич, — Ты чего тут сидишь? — Да…просто, — пожимает плечами парень и понуро опускает голову. — Я уверен, что друзья ждут тебя, — учитель присаживается рядом и ободряюще улыбается, похлопав несколько раз по плечу. Всё-таки он сам был немного пьян. — Мне не нужны друзья, — тяжело выдыхает Антон, — Мне Вы нужны. Арсений закрывает глаза и вздыхает. — Я думаю, ты знаешь, что мы никак не можем быть вместе. — Я Вам совсем не нравлюсь? — юноша чувствует, что становится слишком чувствительным. Глаза начинает щипать. — Нравишься, но…прости, это сложно, — учитель выдыхает и вынужденно улыбается, а затем поднимается. Антон следом. — Подождите. Прежде, чем мы расстанемся навсегда, можно кое-что сделать? — ученик смотрит с такой надеждой в глазах, что отказать невозможно, — Вы же учитель, научите меня… — Хорошо, — Арсений кивает и ждёт. Подросток слегка приподнимается, обвивает шею учителя руками и смотрит нерешительно, вопрошающе. Мужчина сглатывает и прикрывает глаза. «От одного поцелуя же ничего не будет? Почему бы и нет, если мы больше не увидимся?» — шептал пьяный разум. Антон прикасается губами к чужим, шершавым и слегка мокрым. Парень стоит, прикрыв глаза, и не знает, что делать дальше. Он никогда не целовался и теперь выглядит таким неумелым и наивным мальчишкой. Арсений обхватывает ученика на талию, притягивает к себе и слегка поворачивает его голову. — Открой ротик. Ученик послушно открывает рот, и Арсений тут же припадает к мягким губам подростка, запуская язык внутрь. Антон ощущает вкус крепкого алкоголя и мятной жвачки. Попов целует настойчиво и страстно, поглаживая одной рукой тонкую талию, а другую запуская в кудрявые волосы. Антон сам не замечает, как стал хвататься за спину учителя и скулить от желания. Арсений отстраняется и некоторое время смотрит на Антона, но создаётся ощущение, что мимо него. Ученик уже успел себе много чего надумать и искусать губы, но ему не стыдно. Это последний шанс и Антон пользуется им, точнее уже воспользовался. — Я люблю Вас, Арсений Сергеевич, — шепчет парень и зажмуривается. Нет, взаимности не будет. Ну и пусть. Он просто хочет, чтобы его услышали. На душе становится так легко, будто упал камень с плеч, вся недосказанность испарилась. Арсений не дышит. Он лишь кивает и спустя какое-то время начинает говорить. — Мне жаль, что так вышло. Надеюсь, что ты найдёшь своё счастье. Главное, иди вперёд и не останавливайся. У тебя всё получится, — учитель прижимает к себе ученика, крепко его обнимает и отстраняется, окинув взглядом последний раз. Вот и всё. Арсений уходит в зал, где наверняка пробудет ещё несколько часов, будет веселиться и выпивать вместе с другими учителями, а Антон пойдёт домой. В горле пересыхает, а глаза неприятно пощипывает. Да, Антон знал, что так будет. Знал, но всё равно ожидал другого. Все мы ждём совершенно другое… Парень выходит из школы, смотрит на ночное небо и утирает слезу рукавом куртки. Он придёт домой, слегка пошатываясь, упадёт на кровать и заплачет. Он не будет истерить, просто выплеснет давно накопившиеся эмоции. Так будет правильно. Так будет лучше. Пиджак так и останется одиноко висеть на стуле, где Арсений Сергеевич просидит весь вечер, а потом зачем-то возьмёт его с собой.