Месть небес

Сражение длилось не столь долго. В очередной раз, Азазель отлетает к стене, и пробивает её своим телом. Ангел оказывается в другом помещении. Он опешил от такого мощного удара, и кое-как поднимается на ноги, недоумевая. Чтобы какой-то смертный стал для него более опасной угрозой, чем тот же Асмодей, что словно трус - сбежал? В образовавшемся проходе появляется силуэт противника. Он обнажил свои мощные, силовые кулаки, которыми так эффективно орудовал против Азазеля. Цербер был не просто офицером. Он верит в существование небесных и адских сил, и он прекрасно понимает, кем является пришедший сюда посланник Азазель. - Тебе не следовало сюда приходить, и вырезать целую толпу бандитов. - хищно улыбнувшись, угрожал Конфедерат. - Не тебе меня судить, мешок с костями. - гневно рыкнул ангел, сжимая кулаки. - Ты в этом уверен? Притон окружён толпами вооружённых солдат. Если сдашься добровольно, то может, ещё сможешь выжить. - мужчина давил свою линию. Он нагло лгал самому посланнику, что прибыл сюда с благородной целью. Какая наглость. Азазель решил промолчать, готовясь в любой момент прикончить офицера. - Ты ведь не местный. Ты откуда-то там, свыше. Я прав? - Цербер продолжает играться, не стягивая с себя эту маниакальную улыбку. - А ты догадливый. - Брось. По всем протоколам твердили о твоих... "крыльях". Не думаю, что это простой "дефект" твоего тела. Ты ангел. Божий посланник. Неужели нашему "создателю" нравится, когда его марионетки толпами вырезают людей? - смешок солдата раздражал лишь сильнее и сильнее. Его речи - возмутительны. Бог не для этого послал сюда Азазеля. - Думаешь, я и сам в восторге, когда миру угрожает такая алчная организация в виде Конфедерации? Именно за вами я сюда и пришёл. - отвечал мессия, прищурившись. - Поэтому ты вырезал весь притон наркоманов? Неплохо, неплохо. Обращаешь свой "святой" взор на остальных "грешников"? Ты мало чем отличаешься от обычного психопата. Последний шанс, крылатый. Сдавайся сейчас, или я вырву тебе ВСЕ твои перья. - мужчина разминает шею, а улыбка перерастает в надменную ухмылку. Обычно, остальные солдаты "Завета" убегали, а здесь... всё иначе. - Сначала попробуй избавиться от меня. - стиснув зубы, прошипел Азазель. Офицер качает головой, и в ту же секунду, словно молния - проносится к так называемому "террористу". Отнюдь, ангел не ожидал такого резкого перехода. Удар силовым кулаком приходится посланнику в живот, и тот опешив, отлетает к очередной стене. Всё же, Азазелю удаётся устоять на ногах, хотя не сказать, что удар был слабым. К тому же, остались раны после предыдущего боя с Асмодеем. Мессия быстро отдышавшись, врывается в бой с кулаками. Он набрасывается на противника, но офицеру удаётся увильнуть в сторону, перекатившись. Цербер попытался выбить Азазеля из равновесия ударом ноги, но последнему удалось сменить позицию, и оказаться рядом с выходом из помещения, предварительно избегая выпада солдата. - И это всё, на что ты способен? Тебя действительно переоценили, "ангелок". - недовольно буркнул мужчина, сжав силовые перчатки в кулаки. - Ты слишком много хвастаешься. - Азазель бросает короткую и незамысловатую фразу, а затем бросается к выходу. Сейчас он вряд-ли сможет дать отпор ранее неизвестному противнику. Это тебе не Асмодей с его причудами, которые легко предугадать. Посланник выбегает в коридор, где его встречают двое вооружённых солдат. Они не успевают остановить ангела, как тот в прыжке - врезается ногами в стрелков. Конфедераты от удара падают на землю, но прежде чем вновь схватиться за автоматы, ангелу удаётся убежать далее. Из помещения следом выходит и Цербер, оглядевший своих подопечный. Мужчина раздражённо цокает языком. Эти идиоты даже с оружием не могут остановить беглеца. В любом случае, офицер хочет разобраться с ним лично, потому отправляется за соперником. Азазель в свою очередь понимает, что выбегать через главный вход - было бы самоубийством. Возможно, удастся выйти через окно? Хотя звучит это так же, как и первый вариант, но в случае ангела, у него хотя-бы крылья есть. Бродя по комнатам и ища любое удобное окно, посланник набредает на помещение, которое забито кучей всяких мешков. Осмотрев их, стало ясно - они доверху набиты деньгами. Неудивительно, что разбойники так хорошо живут. Постоянные грабежи приносят свои плоды. Наверное, часть этой суммы как раз и покрыла все расходы в притоне, но им это всё уже не нужно. Тут мессия вспоминает слова знакомого священника. У Церкви нет денег, чтобы выплачивать налоги. Это ведь не будет считаться воровством, так ведь? Азазель просто заберёт один-два мешка наличных, и отдаст их Отцу Луису. Все будут довольны, за исключением панков, разумеется. Ангел хватает оба мешка, и пулей вылетает из комнаты, где его уже поджидает Цербер. - Вот ты где. Теперь не сбежишь. - нахмурился солдат, наступая к своей цели. - Сначала поймай меня. - колко ответил мессия. Мужчина тут же бежит дальше, в противоположную от офицера сторону. Это, кажется, оскорбляет Конфедерата, и тот довольно быстро бежит за посланником. Довольно забавная ситуация. Ранее "Завет" бежал от Азазеля, а теперь всё наоборот. Для самого ангела это тоже было в некотором роде "позором". Он это прекрасно осознавал, но если его убьют сейчас, то мессия подведёт самого Господа. Нельзя поддаваться своим желаниям... он ведь не грешник какой-нибудь. Впереди, ангел видит заветное окно. Его почти что хватает Цербер, но мужчина успевает выпрыгнуть, разбивая стекло на мелкие кусочки. Перед самым падением перед землёй, Азазель сумел расправить крылья, и взлететь высоко вверх, улетая прочь. Офицер смотрел ему вслед. - Поднять поисковые вертушки. Мы найдём эту гадскую "птицу". - шикнул Конфедерат, обратившись в рацию. Он медленно отходит от окна, пока не скрывается вовсе.

***

Кто же знал, что сегодняшний поход за грешниками - окончится так хреново? В плече две дыры от когтей Асмодея, а синяки достались уже от Цербера. Если же следы от когтей ещё можно прикрыть плащом, то вот следы от встречи с офицером... ну, Азазель найдёт оправдание. Не станет же он говорить священнику правду? Мужчина вваливается внутрь церкви с уставшим видом. Тот качает головой, и бросает два мешка денег на пол. Это быстро отвлекает Отца от своей молитвы, и священник бросает удивлённый взгляд на знакомого. - Что это? Что ты принёс? - недоумевал старик, ещё не заметив следы побоища на лице посланника. - А ты загляни. - интригующе звучал мессия. Луис подходит ближе, и лишь слегка приоткрыв мешок - охнул от удивления, закрыв рот ладонью. Он поднимает взгляд на Азазеля. - Где ты это всё достал?! И... что с тобой приключилось? Только не говори мне, что ты всё же вмешался на ту вечеринку. - прищурился старик. - Никуда я не вмешивался, Отец. Это отдельный несчастный случай. Эти деньги я принёс тебе - для Церкви. Порадуйся хотя-бы. - оправдывался ангел. Кажется, это сработало. Священник вздыхает, но после рассматривает "куш". Здесь должно хватить на налог "Конфедерации", да ещё и останется на что-нибудь. - Но где ты взял такие... огромные деньги? - вновь вопрошает Луис. - Деньги, запачканные кровью. - Какая разница, Отец? Главное, что ты теперь сможешь оплатить свою церковь. - коротко отвечал Азазель. - Что-ж... спасибо, Азазель. Не знаю, чтобы я делал без тебя... этих денег и правда хватит. Я смогу сделать этот район гораздо чище, если люди начнут ходить в церковь. Благодарю тебя, сын мой. - кивнул старик. - Не стоит благодарности. Это меньшее, что я могу сделать для церкви. - отстранённо отвечал посланник. Он прощается со священником, и выходит на улицу, поднимая взор в небо. Вдали пролетали поисковые вертолёты Конфедерации. Похоже, что искали они как раз таки виновника того геноцида. Азазель тяжело вздыхает, достаёт из под плаща пачку сигарет, и затягивается одной из них. Курить он начал ещё со второго дня на Земле. В основном, стресс накапливался из-за выходок Асмодея, но сейчас мессия курит, только потому-что привык. Конечно, никто не отменял того факта, что таким образом он избавлялся от всё того же стресса. Сейчас ангелу важно, чтобы в эти тёмные времена, Отец Луис смог настроить остальных людей на правильный путь. Если потребуется, Азазель достанет ещё денег. Столько, сколько нужно... даже если придётся воровать у самой организации из под носа.

***

Не сказать, что Асмодей жаловался на свою работу. Для него это было игрой. Весельем, где можно выпотрошить людские тела, или же использовать их. После стычки с ангелом, демон как обычно - занимался своими делами. Например, сейчас этот бес потрошит молодую девушку, вспарывая ей живот, и вытаскивая все внутренности. Несмотря на свою харизму, стиль и красоту - мужчина всё же имел один весомый недостаток. Его природные "дефекты". Он демон, а демоны - уродливы по натуре. Чтобы поддерживать свой облик и небывалую привлекательность, Асмодею необходимо питаться плотью. Его кровавые и мерзкие челюсти впиваются в бездыханное тело жертвы, раздирая её. Органы он вытаскивал только из-за веселья, но был не против отведать и их. Под маской красавчика прятался страшный маньяк, пожирающий одиноких людей на своём пути. Его жадное чавканье никак не стояло рядом с тем обольстителем. Он жрал плоть подобно свинье, купаясь в крови, словно в грязи. Самого Асмодея это не сильно задевало. Он прекрасно понимает, в чём его проблема. Этот бесконечный голод - помеха всей его деятельности, но всё же бес успешно контролирует данное явление. Поедал он жертву, к слову, в её же квартире. Демон представился как вежливый молодой человек, и достаточно быстро поразил наивную девушку своей шикарной улыбкой. Дальше - итак ясно. В спальне стояло зеркало. Бес не обратил бы на него внимание, если бы не одно "но". Чавканья Асмодея перебивает звук трескающегося стекла. Демон поднимает свою кровавую улыбку в сторону шума, и понимает, что зеркало начало трястись и дёргаться. Его переполняет демоническая аура, а некий шёпот подзывает похоть к себе. Его руки трясутся, улыбка становится ещё шире. Он взволнован... это Люцифер. Владыка решил похвалить Асмодея за ту всю работу, что он творил в мире людей? Демон много чего сделал, и никакой мессия ему не помеха. - О, дьявол... соберись, Асмодей. Сейчас ты услышишь пару лестных слов в свой адрес. - бес возвращает себе привлекательный вид, стирая следы крови. Мужчина поправляет пиджак, и смелой походкой приближается к зеркалу, схватив его. В отражении Асмодея - видится не он, а тёмный силуэт Сатаны. Он не выглядит так, будто доволен своим преспешником. - Приветствую, Господин Люцифер. Мы не виделись с вами десять дней. Вы уже соскучились по мне? - приторно улыбался демон похоти, склонив голову на бок. - Ты идиот? - вместо "лестных слов", в ответ послышалось злобное рычание от "босса". - Вы так выражаете похвалу? - поинтересовался Асмодей. - Я так выражаю своё недовольство. Ты не оправдал моих ожиданий, жалкий совратитель. Я доверил тебе важное задание, а ты сидишь здесь и жрёшь очередное бездыханное тело? - его тон был строгим. Это вынудило поданного опешить, и поджать губы. - О чём вы говорите? Я прекрасно справляюсь со своей задачей. Мне удалось ранить Азазеля, и... навести больше грехов в этом гнилом городе. - демон перечисляет свои "достижения". - Десять дней. Прошло десять дней, а ты всё ещё не смог избавиться от божьего посланника. У тебя был срок в девять дней. Я не вижу головы ангела перед собой. Можешь ли ты мне объяснить, как с такой силой - ты НЕ прикончил Азазеля? - щурился Люцифер. - Это были... обстоятельства, господин. Он постоянно увиливал от меня, а при серьёзном ранении - я должен был отступать. Я прикончу его, обещаю! - взволновался Асмодей. - Боюсь, что придётся подключать к "игре" ещё одну гадскую тварь. Не подведи меня, Асмодей. Это твой последний шанс, иначе тебя ждут последствия. - таким образом, Дьявол ставит точку в диалоге, а зеркало трескается. Прислуга остаётся в неведении, а Люцифер раздражённо вздыхает, восседая на своём троне. Если же сам Сатана попытается проникнуть в людской мир, то снова встретит того гада - Архангела. Сам Господь вряд-ли озарит исчадие ада своим присутствием. По этим причинам, Дьявол пользуется своей прислугой, а не вступает в игру лично. Впрочем, придёт время и для этого. От раздумий, павшего отвлекают раскрывшиеся двери. В проходе никого не было, но владыка ада понимал, кто к нему пришёл. Из тьмы вылетает целый рой уродливых и мерзких насекомых, которые отдалённо напоминали обычных мух. Эта свора стремительно приближается к Господину, но резко тормозит у самого порога к трону. Они действовали словно коллективный разум. - Хватит играться, Вельзевул. - потребовал падший. Свора мух тут же начинает переплетаться, образуя некий сгорбленный силуэт, который тут же падает на колени перед Сатаной, поклонившись. - Прошу прощения, Господин Люцифер. Чем я... могу служить? - демоническое отродье закашливается. Из его горла вылетает два-три насекомых, которые разлетаются в разные стороны, после чего впиваются в плоть слуги, и проникают в его тело. У Дьявола это всегда вызывало отвращение. Вельзевул для него был самым мерзким прислужником, но тем не менее, одним из верных. Какая ирония. - Пора тебе навестить людской мир. Ты поможешь глупцу Асмодею закончить его работу. - рассказывал демон. - Людской мир? И чем же я понадобился в помощи этому молодому идиоту? - ворчал прислужник. - Твоя работа будет отличаться от работы Асмодея. Если же он будет погружать мир в грехах, то твоя задача - избавиться от божественного посланника на Земле. Думаю, ты уже знаешь кто это. - отвечал ему Люцифер. - Я сделаю всё в лучшем виде, Господин Люцифер. - Достань себе более идеальное тело, чем твоё настоящее. Своими сворами мух ты никого не напугаешь. - чётко посоветовал падший. - Конечно, конечно... - сгорбленный силуэт отворачивается и ковыляет к выходу.

На поле вступают уже две демонические пешки.