Голый красавчик

Много лет назад жил-был на свете король -Worldwide Handsome: он так любил наряжаться, что тратил на новые платья все свои деньги, на каждый час дня у него было особое платье. Однажды к этому королю явилось двое обманщиков Тэтэ и Чимчим. Они выдали себя за ткачей и сказали, что могут соткать такую чудесную ткань, которая становится невидимой для всякого человека, который сидит не на своём месте и необразован. "Да, вот это будет платье! - подумал король. - Тогда ведь я смогу узнать, кто из моих сановников не на своём месте и кто умён, а кто глуп. Пусть поскорее соткут для меня такую ткань" И он дал обманщикам большой задаток, чтобы они сейчас же принялись за дело. Те поставили два ткацких станка и стали делать вид, будто усердно работают, а у самих на станках ровно ничего не было. Нимало не стесняясь, они требовали для работы тончайшего шёлку и чистейшего золота, всё это клали себе в карман и просиживали за пустыми станками с утра до поздней ночи. "Хотелось бы мне посмотреть, как продвигается дело!" - думает король. Но тут он вспоминал о чудесном свойстве ткани, и ему становилось как-то не по себе. "Пошлю- ка я к ним своего честного старого министра Намджуна, - подумал король. - Уж он-то рассмотрит ткань: он умён и как никто другой подходит к своей должности" И вот старик министр Намджун вошёл в зал, где за пустыми станками сидели обманщики и делали вид, что ткут ткань. "Господи помилуй! - подумал министр, тараща глаза. - Да ведь я ничего не вижу!" Только он не сказал этого вслух. Тэтэ и Чимчим почтительно попросили его подойти поближе и сказать, как нравятся ему узор и краски. При этом указывали на пустые станки, а бедный Намджун, как ни пялил глаза, всё-таки ничего не видел. Да и видеть было нечего. "Ах ты, господи! - думал он. - Неужели я глуп? Вот уж чего никогда не думал! А может, я не гожусь для своей должности?..Нет, нет, никак нельзя признаваться, что я не вижу ткани!" - О, это восхитительно! - ответил министр, глядя сквозь очки. - Какой узор, какие краски! Да, да, я доложу королю, что мне чрезвычайно понравилась ваша работа! - Рады стараться! - сказали обманщики и принялись расписывать, какой тут необычайный узор и сочетание красок. Теперь они стали требовать ещё больше денег, шёлку и золота; но они только набирали себе карманы, а на работу не пошло ни одной нитки. Как и прежде, они сидели у пустых станков и делали вид, что ткут. Потом король послал к ткачам другого сановника Хосока. Он должен был посмотреть, как идёт дело, и узнать, скоро ли работа будет закончена. С ним было то же самое, что и с первым. - Ну, как вам нравится? - спросили его Тэтэ и Чимчим, показывая ткань и восхваляя узоры, которых и помине не было. "Я не глуп, - думал сановник. - Значит, я не на своём месте? Вот те раз! Однако нельзя и виду подавать! Упаси господь, кто-нибудь узнает!" И он стал расхваливать ткань, которую не видел, восхищаясь красивым рисунком и сочетанием красок. - Очаровательно! Прелестно! - доложил он королю. Скоро весь город заговорил о восхитительной ткани. Наконец и сам король пожелал полюбоваться диковинкой. С целью свитой избранных придворных и сановников, в числе которых находились и первые два, уже видевшие ткань, явился король к хитрым обманщикам, ткавшим, не покладая рук, на пустых станках. - Прелестно! Не правда ли? - вскричали сановники Хосок и Намджун. - Не угодно ли полюбоваться? Какой рисунок! И они тыкали пальцами в пространство, воображая, что все остальные видят ткань. "Что за ерунда! - подумал король. - Я ничего не вижу! Ведь это ужасно! Глуп я, что ли? Или не гожусь в короли? Это было бы хуже всего!" - О да, очень, очень мило! -  сказал в конце король. - Вполне заслуживает моего одобрения! И он с довольным видом кивал головой, рассматривая пустые станки, - он не хотел признаваться, что ничего не видит. Свита короля глядела во все глаза, но видела не больше, чем он сам. - Прелестно! Чудесно! - только и слышалось со всех сторон; все были в восторге! Король наградил обманщиков рыцарским крестом в петлицу и пожаловал им звание придворных ткачей. Всю ночь накануне торжества просидели Тэтэ и Чимчим за работой и сожгли больше шестнадцати свечей, - всем было ясно, что они старались кончить к сроку новое платье короля. Наконец они объявили: - Готово! Король в сопровождении свиты сам пришёл к ним одеваться. Обманщики поднимали руки кверху, будто держали что-то, приговаривая: - Вот панталоны, вот камзол, вот кафтан! Чудесный наряд! - Да, да! - говорили придворные, хотя они ничего не видели. - А теперь, ваше королевское величество, соблаговолите раздеться и стать вот тут, перед большим зеркалом! - сказали королю обманщики. - Мы оденем вас! Король разделся догола, и Тэтэ с Чимчимом принялись наряжать его: они делали вид, будто надевают на него одну часть одежды за другой и наконец прикрепляют что-то на плечах и на талии, - это они надевали на него королевскую мантию! А король поворачивался перед зеркалом во все стороны. - Боже, как идёт! Как чудно сидит! - шептали в свите. - Какой узор, какие краски! Роскошное платье! - Я готов! - сказал король. И вот король важно шествовал по улицам под роскошным балдахином, а люди, толпившиеся на улицах, чтоб на него посмотреть, говорили: - Ах, какое красиво это новое платье короля! Как чудно сидит! Какая роскошная мантия! Ни единый человек в толпе не сказал, что ничего не видит, никто не хотел признаваться, что он глуп или сидит не на своём месте. - Да ведь Worldwide Handsome-то голый! - закричал вдруг маленький мальчик Чонгук. - Послушайте-ка, что говорит невинный младенец! - сказал его отец, и все стали шёпотом передавать друг другу слова ребёнка. - Да ведь он совсем голый! Вот мальчик Чонгук говорит, что он голый! - закричал наконец весь народ. И королю стало жутко: ему казалось, что они правы, но надо же было довести церемонию до конца! И он выступал под своим балдахином ещё величавее, а свита шла за ним, поддерживая мантию, которой не было.