ты пойдешь со мной на Святочный бал?

***

«Высшим выражением счастья или несчастья является чаще всего безмолвие.» Антон Павлович Чехов.

— Нет, Кевин, выше! Ну выше же! — Аарон, стоя босыми ногами на табурете, грозно командовал одногодками, что украшали гостиную комнату слизерина. Гобелены знаменитых волшебников и волшебниц перестали выделяться на фоне большого количества бархатных снежинок, подвешенных тут и там. Буфеты, шкафы, полки из темного дерева активно наполнялись разноцветной мишурой. Разноцветной её считали только сами слизеринцы, но ведь та была целых 4 разных оттенков зелёного, а на одной даже были белые кончики! На таких же зеленых светильниках висели бумажные трафареты, и изумрудный свет на стенах комнаты соседствовал с тенями аккуратно вырезанных домиков, человечков и снежинок. На зажженных каминах в ряд висели 20 носков для рождественских безделушек — все, как один подписаны, за исключением самого крайнего, ярко-красного, носка, где значилось лишь нервно выведенное маркером «Миньярд Э.», а ручкой ниже кто-то дописал «не Аарон!». На темно-коричневом, кожаном диване дремал сам Эндрю, а у его ног устроился Нил. Он сонно поглядывал на всё это пестрящее бедствие и краем уха пытался следить за разговором товарищей. Вот Кевин все-таки перевешивает гирлянду на пару веток выше, а вот уже в него летит пластиковый ёлочный шар и Аарон валится на пол с поросячьим визгом. Проезжает по ковру, но пытаясь ухватиться, роняет за собой стоящий рядом стул. Прячась за пушистыми еловыми ветвями, резво заливается смехом Дэй, сгибаясь и упирая руки в колени. Смех разошелся и по всей остальной комнате, когда другие слизеринцы поняли, что только сейчас произошло. Блондин на диване лениво открывает глаза. С огромной тяжестью кидает взгляд на брата и друга, смотря, будто сможет испепелить душу. Заспано потирает лицо, после медленно потягиваюсь. Рывком опускает руки, поднимаясь с башни разноцветных подушек. В комнате тут же воцарилось молчание. Под взглядом Миньярда все резче начинают придумывать в какую сторону им уйти из комнаты. Сам же он ретируется в спальню, оглянувшись перед этим на Джостена. Рыжий озадаченно оглянулся, и, ещё с минуту думая, запоздало понял, что это было «их» приглашением. Эндрю раскинулся на подоконнике над своей кроватью. Тонкие пальцы вращали сигарету над парафиновой свечей, пока не загорелся маленький яркий огонек. Курилось вместе интересно. Это было своеобразным развлечением, разговором и помощью. Но только на этот раз молчать совсем не хотелось. Уже завтра Святочный балл, но Нил так и не определился со своим мнением и планами. Назвать его глупым и не пойти, «затерявшись» в просторных коридорах? Пойти, но спрятаться в углу? Как бы не хотелось признавать, но побывать на этом необычном мероприятии очень хотелось. Хотелось посмотреть на всю эту красоту, как вальсируют пары и как завораживающе льется музыка. Как бы ему самому хотелось оказаться в движении танца, но никто не захочет с ним идти. Вопрос наматывал марафоны на языке, но спросить было очень неудобно. Из мыслей резко вытянула холодная рука, на секунду коснувшаяся его шеи. Видимо, Джостен слишком долго витал в своих сомнениях. — Эндрю, ты пойдешь завтра? — принимает сигарету, все-таки решаясь на расплывчатый вопрос. Сердце начинает сильнее и сильнее биться, но что это за чувство было совсем непонятно. — Хм, — блондин выдерживает минутную паузу. — Хотел пойти с Ники и Кевином в «Три метлы» днем. Вечером думал отсидеться в углу. — А ты не думал, ну, что для бала нужна пара или типа того? — сигарета быстро возвращается к своему владельцу. Тот молча оглядывает всего Нила взглядом, по-кошачьи наклоняет голову, смотря в глаза и, моргнув, отворачивается, делая затяжку. — Хочешь с нами в Хогсмид? — тон был совсем безразличным. — Не отвечай вопросом на вопрос! — Та-а-ак, хочешь или нет? — Хочу. — он обреченно выдыхает. Похоже, ему сразу отказали, а он даже и не понял этого. Но может и нет? Может, он что-то не так понял? — Эндрю, — на него вновь посмотрели, — ты пойдешь со мной на Святочный бал? — Дурила, — от Миньярда еле слышится смешок, даже когда он прикрывает рукой рот все равно кажется, что он слегка улыбается. Такое вообще бывает? — По-моему, ты ещё глупее, чем кажешься. — Это «нет»? — Нил на секунду забыл как дышать. Зачем он спросил?! Что теперь о нем подумает Эндрю?! — Это «да», Джостен. — погасив сигарету об оконную раму, пальцем запихивает окурок в дырку на крышке стеклянной банки. Тихо придвигается ближе, заглядывая в самые глаза. Шепотом, еле слышно, спрашивает «да или нет? быстрей.» — Да. — отвечает одними губами, тут же чувствуя на них чужие. Возможно, они так и не заметили омелу, прилепленную на скотч к стене. Эндрю не дотянулся бы её достать, но… Никки случайно не заглядывал к ним вчера?