Десять дней, чтоб осознать

Из теплых объятий сладкого сна блондина вывело тормошение за плечо. Что-то проворчав, валет повернулся на другой бок. Тормошивший явно разозлился. — Биполярка, вставай! Заебал дрыхнуть, — крикнул очкастый, тормоша спящего. Червовый лениво открыл глаза и поднялся на локтях. — Чего тебе надо? Дай поспать, — буркнул он, злобно поглядывая на зелёного. Тот едко ухмыльнулся. — Вот уж дудки, — язвительно ответил он, — спать ночью надо, да и мне поручили тебя в магаз отправить. За оливками. — Почему это я?, — изумился Феликс, — они что, сами что-ли не могут? Вару противно захихикал. — Хе хе, ты же их съел, — хихикая, сказал парень, — тот кто съел и должен переть, разве нет? Оранжевоглазый, ничего не понимая, встал и сонно направился в ванную. — Ничего я не ел, — заметил он, поворачивая голову, — то ты был. — Ага, да да, — небрежно бросил очкастый, поднимаясь с корточек, — ты, не ты - все равно пойдешь. Червовый цокнул и пошел умываться.

***

— Напомни ка мне, почему ты тоже пошёл?, — спросил Феликс, глядя на наглую мордаху собрата. — Чтоб ты по пути ничего не сожрал, — пояснил зеленовласый, потряхивая кудрями от падающих снежинок. — Но почему я?? С чего и кто это решил??, — изумлённо вопрошал валет, глядя на Вару. Тот едко ухмыльнулся. — Куро так решил. Ему сказали, что ты их съел, - ответил он язвительно. — Это ты ему сказал, верно?, — после минуты молчания спросил Феликс, подозрительно тихим голосом. Тот мерзко хихикнул. — Ну да, я. И что?, — промолвил очкастый, — иногда, чтобы выкрутиться, нужно хорошенько соврать, — умным голосом закончил он, подняв кверху указательный палец. Блондин молча треснул его по затылку и быстрым шагом направился вперёд. — Блять, серьезно?! А ну стой!, — крикнул ему спутник, кидаясь вслед за ним, — Ты же не знаешь, какие именно брать! Дойдя до дверей магазина, червовый оглянулся: за ним еле поспевал зеленовласый, то и дело проваливаясь в снег. От такой картины, ждущий прыснул и засмеялся. Уже подбежавший и тяжело дышащий бедняга насупился. — Смешно тебе, да?! С каких это пор ты марафонцем стал??, — недовольно спросил его пиковый, глядя снизу вверх. Его похлопали по плечу. — С таких пор, — улыбаясь, ответил блондин, — Пошли уже, а то разгребут все.