Любовь с задержанным дыханием

Возникшая после крика души тишина нарушались лишь потикиванием настенных часов. Маринетт, не двигаясь, лежала в кровати, полностью закутавшись в одеяло. Тикки сидела на рабочем столе, пытаясь выбросить из головы никак не уходящие образы и особенно сопровождающие их звуки! Ну почему, почема она не ушла когда ещё могла??? — Кхм… На нарушевшее тягучую тишину мягкое покашливание Тикки, Ледибаг лишь сильнее закуталась в одеяло. Квами бессильно покачала головой, ей самой было крайне не по себе. Казалось бы, она существует уже тысячи лет! Но вот услышать как почти что твой ребенок занимается сексом все равно было… Крайне. Смущающе. Маринетт начала тихо шмыгать из-под одеяла, ткань легко задрожала. Тикки, будто выбираясь из трясины, вынырнула из своих мыслей, отбросила стыд, и быстро подлетела поближе к импровизированному убежищу своей Ледибаг. — Маринетт, не надо прятаться от меня, ничего страшного не случилось! Одеяло взвыло. — Не случилось??? Да, да я, я, Я! И мы… Квами закатила глаза. Нельзя дать Маринетт погрузится в «Пучины отчаяния», а точнее в присущее ей обморочное смущение. Выводить ее из обморока — не самое приятное, и не особо быстрое занятие. Нужно прибегнуть к радикальным мерам. Тикки осмотрелась, подлетела к дальней от конца кровати стороне дрожащего Ледибагного шарика, и не напрягаясь, легонько толкнула его. С возмущенным взвизгом Маринетт скатилась на пол и ее шарик распался, будто раскрылся экзотичный цветок, вываливая возмущённую девушку на пол. Не прошло и секунды, как Маринетт, путаясь в ногах, кинулась за Квами с громкими, боевыми воплями и подвернувшейся под руку подушкой. Через несколько минут активной, полной домашнего паркура погони, а также невнятных угроз расправы от главного супергероя Парижа, девушка, тяжело дыша, сползла на стул у монитора, закрыла руками все ещё горящее лицо, и заливисто захохотала. Тикки со все ещё немного смущенной, но полной тепла улыбкой села на стол рядом со своей Ледибаг. — Маринетт, во первых я хотела бы извинится перед тобой Дюпен-чен вскинулась, но Тикки быстро продолжила, не давай себя перебить. Ей нужно было выговориться. — Я не смогла сбежать с помощью неосязаемости, не вылетая из сумки на глазах у Хлои. Забыла восполнить свою энергию, из-за всего, что происходило в последнее время, увлеклась событиями последних дней… Квами печально покачала головой и тяжело вздохнула, ее маленькие глазки заблестели. Маринетт, тихо слушавшая до этого, очнулась, и рывком обняла свою тонко пискнувшую от неожиданности Квами. — Это я должна извинится, я должна быть готовой, но мне даже мысли в голову не пришло! Ещё и снова оставила тебя без энергии! Дома! На всю мою поездку в школу!!! А если мама нашла бы тебя?! Ну не дура ли… Слезы навернулись на глаза Маринетт, и ее рубашка тут же стала влажной. Хриплый смешок Дюпен-чен заставил красную Квами удивленно вскинуться. — Вот и сидим две дуры. Будем спорить кто глупее, или решим миром? Квами тоже тихонько рассмеялась, устало смаргивая маленькие слезы. — Точно! Маринетт, шмыгая напоследок покрасневшим носиком, обеспокоенно вскрикнула. — Тебе все ещё надо зарядится! Сейчас принесу чего нибудь, будешь пончики? Квами облегчённо улыбаясь, утвердительно качнула своими усиками. С приподнятым духом, Ледибаг, вскочив со скрипнувшего стула, сбежала вниз, чтобы быстренько набрать свежей выпечки. Рабочий зал пекарни был пуст, с кухни не доносилось ни звука, родители похоже уже ушли в спальню. К счастью, после семейного чаепития осталось достаточно аккуратно упакованной на завтра выпечки, и обещанные пончики в том числе. Дюпен-чен задумчиво потыкав в оставшиеся черничные пирожки, вздохнула, подумала о послезавтрашней длинной пробежке во время возобновленного ею патруля, и сложила их для себя. Вскоре Квами вместе с Маринетт уже пили чай в комнате. Неловкость проскальзывала, но удовлетворение и радость от общения, к счастью, не пострадали в их маленькой эмоциональной буре. Но медленно, шаг за шагом тема соскользнула к тому, с чего все началось. В конце концов Тикки смущённо откашлялась, и тихо, чуть запинаясь сказала — Если, если тебе нужны какие либо советы, Маринетт, помни — я с радостью тебе помогу. Спрашивай о чем угодно. С нажимом произнеся последнее предложение, Квами уставилась булавками своего взгляда, прямо в глаза, тут же опустившей их к полу Маринетт. Та поколебалась, потом тяжело вздохнула, и медленно ответила. — Я, я все думала о том, как. Кхм. Как бы мне, тоже, тоже. Ну, доставить Хлое удовольствие. А то каждый раз она, ну, работала со мной, а я была… — Пассивом? Подсказала термин Квами. Маринетт судорожно сглотнула. Знания из одной интересной книги дали ей значение. —… Да. Как мне, как показать ей, что я хочу это сделать? Тикки чуть задумалась, взяв целый пончик в рот, вызвав этим безудержный приступ умиления у Маринетт. Потихоньку прожевав его, Квами вдумчиво продолжила — Если честно, Маринетт, я полагаю ты уже это сделала. Ледибаг удивлённо прищурилась, и недоуменно склонила голову. — Когда вы собирались спускаться? Я думаю такого намека было более чем достаточно. С искорками смеха в голосе резюмировала Квами, под мгновенное вспыхивание, явственно вспомнившей Маринетт. — А, я! Да, я же! Уххх Дюпен-чен спрятала лицо в ладони, чуть-ли не дымясь от накативших воспоминаний, но быстро вынырнула из убежища и панически вскрикнула. — Но я же не умею правильно лизать! Пффф, Уй! Бульк. Квами подавилась приторно-сладким чаем, и, не удержавшись на ногах, ухнула своим невеликим телом в чашку, подняв в воздух небольшой фонтаньчик. Ледибаг молча помогла ей выбраться, и серьезно уставилась на отплевывающуюся от заварных листьев Тикки. Квами пораженьчески покачала головой, грустно подумав, что поступила крайне опрометчиво, давая полную свободу вопросов своей Ледибаг, и попыталась как то сформулировать несколько советов. — Эмм, если честно, на данном этапе для тебя ничего сложного нет. Вы с Хлоей еще отнюдь не искушённые любовники, поэтому единственное что я могу тебе посоветовать — это… это найти у нее точку удовольствия. Это самое чувствительное место у девушки, он будет в, в-вагине. Квами смущённо запнулась, удивленно увидев в глазах Ледибаг лишь горящий интерес, без какого либо оттенка стыда, и вернулась к рассказу — Вообщем, сказать точно где он будет — нельзя, у каждой по разному, поэтому исследуй. И да, что самое важное — наблюдай за реакцией партнёра, как я понимаю между вами существует сильное доверие, поэтому наблюдай, анализируй, и я уверена что у тебя получится передать ей свои чувства… Отвлекшаяся на следующий пончик Квами снова подняла взгляд — Зачем ты это записываешь?! И, и откуда ты вообще достала этот блокнот?! Маринетт действительно сосредоточенно выписывала услышанное в небольшом красном блокноте. На восклицание Квами, лишь пожав плечами, и невозмутимо уставившись на нее, ожидая продолжения. — Уффф, ладно! Хватит, все! С остальным вы, как я слышала, и сами справляетесь! Мстительная попытка вывести Ледибаг из себя не сработала. Маринетт была погружена в раздумья и пропустила игривую шпильку. Лицо Ледибаг было воплощением мысленной деятельности. Как будто экзамен сдает, ей богу! Квами закатила глаза, и, привлекая внимание, бросила в хозяйку печенькой. Прилетевшее по руке хлебобулочное изделие действительно вырвало Маринетт из задумчивости. После короткой, но чаепролитной войны летающих печенек, разговор, к счастью одной красной, сейчас отнюдь не по природе Квами, ушел от скользкой темы. Они сидели ещё целый час, с удовольствием болтая о всем и ни о чем. Тикки очень любила такие моменты, для существа Созидания общение с таким чистым душой человеком как Маринетт было действительно приятным. Да и личностный рост девушки вызывал искреннее уважение: Ее приобретенная ответственность. Приверженность защите слабых, даже в самые темные моменты своей жизни. Желание защищать, даже если те кто нуждается в этом, отвернулись от нее… А отойдя от пустого и, скажем честно, даже нездорового увлечения Адрианом, она начала строить новые отношения, не теряя веры в добро, и света надежды внутри. Тикки была безумно рада, что новые отношения с Хлоей настолько захватили Маринетт. Они основательно потеснили боль предательства и обиду, да так, что вот уже целый вечер, а она не разу не вспоминала о предательсве своих бывших друзей и одноклассников. Надо будет как то передать благодарность Буржуа… Квами замерла и чуть передернулась, никогда бы не подумала что до такого дойдет, но факты на лицо… В конце концов у Маринетт начали слипаться глаза, и спохватившаяся, размякшая Тикки погнала ее из-за стола — спать. Леди баг заснула с широкой, счастливой улыбкой. Адриан больше не волновал ее так сильно, и она чувствовала как сегодня опять что то немного изменилась, где то глубоко в сердце произошел очередной, маааленький сдвиг, давший ей наконец-то вздохнуть полной грудью.

***

Утро было… Спокойным. Да, пожалуй так. Маринетт спокойно проснулась, поздоровались с Тикки, помня вчерашний разговор сразу же надела серьги. Чуть сонно умылась, почистила зубы, спустилась к родителям и они вместе весело сели за завтрак. Сообщение от Хлои пришло где то во время чая, и нетерпеливые руки Маринетт чуть не опрокинули полную чашку, опасно ее накренив и заставив родителей вздрогнуть от неожиданности. Виновато улыбнувшись, Дюпен-чен опустила глаза и быстро прочитала неожиданно короткое послание. «Доброе утро, Маринетт. Хочешь прогуляться?» Абсолютная краткость сообщения сказала Маринетт гораздо больше, чем если бы оно было размером с целое сочинение по Классической Литературе. Ледибаг с удовольствием зажмурила глаза, ярко представляя нервно ходящую по спальне Хлою, наконец набравшуюся смелости отправить это сообщение, косясь на телефон и, с милым, краснеющим в смущении личиком, ждущую ответа. Может она была ещё в пижаме, дизайнерской, облегающей и открытой… — …Маринетт? Ты слышала? — А?! что? Нет, нет, я тут, отвлеклась. Что ты говорила, мама? Дюпен-чен вскинулась, и быстро набрав ответ, положила телефон на стол. Сабина приподняла бровь и по лисьему усмехнулась. — Хлоя, да? Что же она такого тебе предлагает, что ты так раскраснелась, Мари? Маринетт крупно вздрогнула и ярко зардевшись, забормотала самые невозможные оправдания, прерванные общим смехом ее родителей. Напряжением воли прекратив бормотание Маринетт воткнулась в чашку с недопитым чаем и более спокойным голосом сообщила, уже набирая ответ на телефоне. — Мама, Папа, я сегодня иду, прогуляюсь с Хлоей. Сабина широко распахнула глаза, и незаметно для дочери пихнула ойкнувшего от энтузиазма, и локтя жены, Тома. А затем вкрадчивым голосом мать Маринетт спросила — Дочка, а что ты наденешь на свою… Прогулку? Глаза Маринетт распахнулись. Она с ужасом уставилась на отправленное ею согласие, с указанием времени… Всего через два часа! Да за такое время ничего же не успеть! Уже почти вылетевшая из-за стола Маринетт была остановлена мягкой, но твердой рукой мамы, которая на панику дочери лишь довольно улыбнулась. — Пошли, Маринетт, нам нужно приодеть тебя, для твоего первого… Кхм, первой прогулки! Том немного меланхолично отпил из чашки, наблюдая как его жена со все увеличивающейся скоростью потащила ошеломленную дочь наверх. В ближайшие два часа у него внезапно образовалось много свободного времени. Выходной же, может, книгу почитать?..

***

Хлоя Может стоило одеться в то голубое? Или розовое?! А может… Рррр! Хватит! Спокойно. Спокойно Хлоя! Ты же черт возьми Буржуа! Ну и что, что у тебя первое свидание со своей первой девушкой?! Все пройдет великолепно. Все будет замечательно, и лучше! Да. Да. Точно. Хлоя уже больше десяти минут ходила взад и вперёд перед домом своей девушки. Ей очень нравилось называть так Маринетт даже просто у себя в голове, это давало ей понять что все происходящее реально… Прекрасные, мягко пахнущие цветы, какой то очень редкий сорт роз, цветом похожий на морскую волну, стал бы тряпкой в нервно сжимающихся руках, если бы не прочная фирменная упаковка. Буржуа ещё раз кинула немного загнанный взгляд на часы. До назначенного времени ещё 10 минут… Боооже! Как ей хотелось чтобы время побыстрее подошло, и как же ей было страшно что оно вообще подходит! Нет, надо успокоиться, все запланированно, все подготовленно, все будет просто замечательно! В последний раз сильно сжав руку на основании букета, Хлоя силой расслабилась, остановила нервно дрожащий подбородок, и встала на месте, ждя времени. Наконец спустя, кажется, вечность, Хлоя судорожно выдохнула, подошла к яркой двери, и несколько раз аккуратно постучала. В последний раз проверив свою одежду и заведя цветы за спину, она вытянулась и стала ждать. Буквально через десяток секунд послышались приближающиеся шаги, и дверь открыл настоящий ангел. Чудесное, белое как снег платье подчеркивало подтянутую, сильную, но все ещё стройную фигурку девушки. Даже вечные сережки в виде божьих коровок не портили общего вида. А подходящие лишь босоножки дополняли картину. Но самое чудесное было ее лицо… Лёгкий макияж лишь выделял контуры, но делал это так мастерски, что у Хлои перехватило дыхание. Глубокие океаны глаз, пухлые, будто приглашающие губы, аккуратный, милый носик. Кто мог попрекнуть Хлою за то что она застыла на месте? И не она одна, Маринетт тоже замерла, омывая взглядом всю Хлою, и судя по прикуснутой губе, расширенным крыльям носика, и судорожному вздоху, ей тоже понравилось то, что она увидела. Неизвестно сколько времени спустя сзади Маринетт раздалось веселое покашливание, и Буржуа, наконец сумев оторвать взгляд от своей девушки увидела что за ней стоит чета Дюпен-чен. Родители Маринетт весело улыбались, наблюдая за ними. Лицо тут же залил жар, и Хлоя быстро, пока она не умерла от смущения, достала из-за спины букет и протянула его Маринетт, тихо приветствуя ее. — Привет, Маринетт. Это тебе. Дюпен-чен так же тихо, с благоговением приняла цветы и не удержавшись уткнулась в них горящим лицом. Протяжный свист Сабины из-за спины заставил ее ещё сильнее зарыться в них. — Тебе… Нравится? Осторожно уточнила Хлоя, с ужасом ожидая ответа. Головка Маринетт мгновенно вынырнула из цветов и агрессивно закивала, успокаивая бешено бьющееся от пилоты Маринетт сердце Хлои. — Да, да, они чудесны! Спасибо огромное, Хлоя! Маринетт быстро нагнулась и чмокнула Буржуа в щеку, и не дожидаясь следующей реакции родителей повернулась, и с некоторой излишней силой вручила матери цветы. — Сохраните их пожалуйста, а мы пойдем. Пока, вернусь не поздно! Последнюю часть Дюпен-чен произнесла уже вылетая из дверей. Схватив Хлою за руку, она потащила ее подальше. Буржуа лишь умела крикнуть родителям ее девушки благодарность, пока они не скрывались за углом. Там, чуть запыхавшаяся Маринетт спохватилась и отпустила Хлою, и смущённо поправив волосы за ухо, извиняясь. — Прошу прощения за своих родителей, когда они узнали что я иду с тобой на прогулку они стали очень… Активными. Не смогла подобрать слов Маринетт. Хлоя на это лишь весело фыркнула, улыбаясь как идиотка. Предложив благосклонно принятый локоть, Хлоя повела Маринетт по запланированному маршруту. По пути, девушки постепенно расслабились, и вернулись к ставшиму за короткое время привычным дружескому подкалыванию. Девушки говорили, а чаще всего спорили на самые разные темы. — Нееет, не может такого быть, чтобы ты серьезно ТАК! Думала! — А вот и думаю! Я уверена что некоторое количество кружев никогда не повредит! — Маринетт, боже! Ты что, старушка-швея из прошлого века?! Ну какие кружева, это же полностью устаревшая концепция, признай это! Хлоя в, по большей части, притворном ужасе закричала на заливающуюся смехом Маринетт. Легкая улыбка как приклеенная уже давно не сходила с лица Хлои, даже когда она вроде бы «злилась». Они уже некоторое время гуляли по чудесному парку. В это время буднего дня народу было немного, и их веселью никто не мешал. Проходя мимо запланированного ларька с мороженным Хлоя чуть потянула Маринетт, вопросительно качнув на него головой. Маринетт все ещё подхихикивая, восторженно взвизгнула, и уже сама, с все ещё удивляющей силой потянула Хлоя за собой. Да уж, видимо не только к сердцу мужчины, путь лежит через желудок… Взяв мороженного, они продолжили медленную прогулку, пока Хлоя осторожно вела их по самому живописному пути. Они с удовольствием понаблюдали за огороженным со всех сторон озером с белыми лебедями. Маринетт в восхищении прикрыв рукой рот, пожалела, что озеро перекрыто. Хлоя подошла к смотрителю и просто представилась. Вообщем лебеди оказывается очень дружелюбны, когда ты пришел к ним с вкусным кормом. Немного робеющая сначала Маринетт, к концу их посещения уже вовсю обнимала и гладила немного недовольных этим лебедей. Но потихоньку выдаваемая взятка кормом от Хлои, эффективно примеряла их с жёсткой реальностью. Небольшой крюк, немного споров, и вот они уже потихоньку перемещалась к месту, которое являлось центром ее сегодняшнего плана. Подходя все ближе, Хлоя все больше нервничала, и лишь чистая радость и восторг Маринетт поддерживали и наполняли теплом ее существо, не давая сбежать в абсолютной панике. Маринетт, как всегда проницательная, конечно же заметила напряжение Хлои, и теперь подозрительно посматривала на нее, ожидая. Наконец они дошли. Прекрасные фонтаны на каменной площади, красивые статуи по краям, и великолепная природа вокруг делали это место воистину волшебным. Маринетт ахнула, зачарованно осматривая окружение, пока Хлоя в нервном молчании подводила их к прямо фонтану в середине площади. Ошеломленная окружающим великолепием Ледибаг даже не сразу поняла, что они остановились, но, посмотрев на Хлою, она тут же догадалась, что сейчас произойдет то, из-за чего блондинка вся вертелась как уж на сковороде уже десять минут. Буржуа глубоко вздохнула, и не глядя на Маринетт полезла в сумку. Дрожащие руки все никак не хотели открывать замочек, но с очередным резким рывком она наконец справилась, и, аккуратно вынув небольшую, вытянутую коробочку, молча протянула ее вперёд. Маринетт медленно взяла коробку, чуть сжав дрожащие пальцы Хлои, ободряя ее. И открыла. Тихий вздох, единственное, что вслушивающаяся Хлоя услышала от Маринетт, и высоким голосом зачастила. — Я, я решила что раз мы начали встречаться, то, то нужно чем то отметить это. Я увидела его и сразу вспомнила тебя. Такой же светлый, блестящий, чудесный. Подумала что… Что тебе понравится… Хлоя совсем сжалась в тревоге. Что если она сделала что то не так? Может цвет не нравится? Или вообще не красиво?! — Хлоя… Голос нежными коготками прошёлся по позвоночнику Буржуа. Мгновенно вскинутые тревожные глаза впились в глаза напротив. — Оно… Чудесное, и я понимаю почему ты купила его. Но когда ты захочешь подарить что то настолько дорогое, в следующий раз спроси меня? Пожалуйста? Хлоя, счастливо улыбаясь, с готовностью кивнула, не доверяя своему голосу. Ее глаза наполнились счастливыми слезами. Маринетт понимала ее. Она знала почему ей так нужно было подарить что нибудь, и не стала отказывать. Маринетт мягко смахнула формирующиеся слезы с краев глаз Хлои и стянув белый шарфик, скрывающий многочисленные синяки, хрипло попросила. — Надень его на меня. Буржуа чуть сглотнула, и все ещё дрожащими, но теперь по другой причине пальцами, аккуратно потянулась к теперь открытой шее Маринетт. Неудержавшись, Хлоя провела кончиками пальцев по тонкой линии подбородка Маринетт, но потом, взяв себя в руки, осторожно застегнула замочек. Чуть отойдя Хлоя с восхищением смотрела на результат. Выбранное ею перламутровое ожерелье действительно чудесно подошло. Маринетт с благоговением провела тонкими пальчиками по ожерелью, любуясь игрой света, и наконец подняв взгляд, хищно улыбнулась чуть взорогнувшей от неожиданности Хлое. — Хлоя, знаешь, что значит такое дорогое ожерелье?.. — Медленно приближаясь, Маринетт спросила вкратчивым шёпотом. Буржуа сглотнула и чуть покачала головой. — Это. Значит. Что. Я. Должна. Его. Отработать. С последним словом Маринетт вплотную прислонилась к Хлое, дразняще шепча, чуть капризным тоном, явно украденным из чего то изученного в интернете. — Разве ты не хочешь заставить меня заплатить за эту красоту? А может забрать обещанную награду?.. Ее язык дразняще прошёлся по красным губам, заставляя все существо Хлои дрожать. Взять? Может она хочет продолжения игры? Хлоя осторожно, со все поднимающимся изнутри жаром спросила — И как же ты будешь его отрабатывать, Маринетт? Брюнетка преувеличено недоуменным жестом приложила палец к щеке, и протянула. — Хмммм… Даже не знаааю… Мгновенно ее выражение изменилось на хищное. — Хотя нет, знаю. Дай угадаю, Хлооя, сюда никто не зайдет? Буржуа быстро кивнула, не удивлённая догадливостью своей девушки. Довольная улыбка напротив, прошлась ноготками по спине блондинки — Тогда нам никто не помешает… Помнишь? Моё обещание? Хлоя на секунду застыла, напряжённо вспоминая, а затем залилась краской, чуть качнув головой. Ее голос сорвался — Д-да, я помню. — Отлично! Маринетт, единым, плавным движением опустилась перед блондинкой на колени. Ее взгляд снизу, покорная поза и дразнящая улыбка наполнила тело Хлои жаром и желанием. Тихое, мелодичное хихиканье над застывшей блондинкой спустя, Маринетт наклонилась вперёд, дразняще медленно приподняв юбку, кончиком языка тронула влажные трусики Буржуа. Хлоя заскулила. Маринетт, не торопясь, нагло дразня, водила кончиком языка по тонкой, пропитанной влагой ткани, по стонам блондинки, с глубоким удовлетворением определяя, когда задевала нужные места. Хлоя возбужденно дрожала, кончики ее пальцев сами собой с наслаждением водили по шелковистым волосам Маринетт, чуть царапая нежную кожу в моменты приливов удовольствия. Тихие, неглубокие стоны сменились протяжным воем, когда Маринетт не выдержала. Не только Хлоя яростно дрожала от возбуждения. Брюнетка, резко сдвинув в строну полоску трусиков, с энтузиазмом прильнула к желанно истекающей влагой киске. И их снова прервали Эхом по взрогнувшей земле прошел громкий, очень знакомый сигнал. Телефоны замерших на месте девушек одновременно задрожали. Акума в городе. Хлоя отмерла и до боли сжала кулаки, ногтями царапая нежную кожу ладоней, пытаясь не сорваться от очередного прерывания. Маринетт быстро поднялась, осматриваясь, пытаясь определить где идёт бой. Блондинка случайно поймала ищущий взгляд Ледибаг и завороженно приоткрыла рот. Глаза Маринетт были ей не привычны. В них не было робости, страха, печали, в нем даже не было новой для Хлои нежности. Он был острым. Цепким. Блестел сталью воли. Будто Маринетт была готова сражаться на смерть прямо сейчас. —… Хлоя?.. Хлоя! — А? Да, что-что такое? Буржуа выплыла из восхищённого созерцания, от лёгкой тряски за плечи. Маринетт продолжала серьезно смотреть на Хлою, будто взвешивая ее на невидимых весах. Буржуа быстро собрала свои мысли, и с трудом переключила внимание на Акуму. Да, да, нужно разобраться с акумой. Нужно использовать чудо. Но как она может бросить Мари? Нужно отвести ее домой. А как потом уйти незаметно самой? Маринетт нужно сказать про нее. Да. Они одновременно решились, и открыв рот выпалили. — Я Ледибаг! /Я Королева пчел! … … … ? — Что?! / Что?! Ты Ледибаг/Королева пчел??? Как?! Чтооо? Вуууумв Протяжный звук разрушения пронесся по парку, заставив девушек прерваться и с гримасами боли закрыть уши. Затем они оглянулись друг на друга, кивнули, понимая без слов, и в унисон крикнули. — Квами!.. Взрыв цветов неожиданно поглотил их, и девушки удивлённо увидели появившиеся без какой либо ключевой фразы костюмы. Вопросительное переглядывание и новый, оглушительный звук разнёсся по городу. Две ловкие фигуры рванули по направлению к источнику. Хлоя несколько раз чуть не упала, растерянная и отвлеченная своей девушкой в костюме Ледибаг. Неразряженное возбуждение не давало ей ясно мыслить, а сердце, казалось, не выдерживало темпа. На очередном спотыкании, Хлою поймали надёжные руки Ледибаг, и Маринетт, остановившись, быстро спросила. — Королева пчел, все в порядке? Хлоя долго смотрела на своего своего кумира, и свою девушку в одном лице. Наконец, когда Маринетт уже обеспокоенно открыла рот для повторного вопроса, Буржуа рванула вперёд, и яростно поцеловала изумленно пискнувшую Маринетт. Хлоя улыбнулась в поцелуе, почувстовав как руки Маринетт обхватили ее за талию, и прижали к себе, пока Ледибаг растворялась в ее любви. Долгую минуту спустя, Хлоя, тяжело дыша, оторвалась от покрасневших губ Маринетт, и страстно прошептала — Всегда хотела это сделать… Теперь все в порядке… Ошеломленное бормотание Ледибаг заставило Буржуа внутренне прихорошиться. — Да. Хорошо. Отлично. Хлоя мягко улыбнулась Маринетт, показывая, что с ними все отлично даже после недавних откровений, и, напоследок сжав зажатые в перчаткаэ руки Ледибаг, повернулась в сторону эпицентра. — Ну что, пойдем по быстрому усмирим эту Акуму? Ледибаг хихикнула на легкомысленный тон Буржуа, и наклонилась к уху Хлои. — А после, ты отведешь меня домой, и… По мере продолжающегося тихого, размеренного шёпота, дыхание Хлои все сильнее срывалось, а глаза застилала дымка обжигающей похоти. Внезапное, страстное сжатие затянутых в костюм бёдер, вырвало из груди Хлои жалобный стон, а от отскочившей Маринетт дразнящий смех. Буржуа угрожающе потрясла перед заливающейся Ледибаг жёлтым кулачком, и героини рванули к уже вырисовывающейся на фоне домов гиганской Акуме. Они улыбались на бегу. Они точно знали. Они победят. Вместе.