Волшебница Бикона

Салем и Глинда шли вместе по пустой территории Бикона, причём последняя, казалось, теперь более расслаблена вокруг первой. На самом деле, она, казалось, стала более случайной вокруг Салем. Она, должно быть, была доверенным адъютантом Озпина, поэтому Салем также доверила ей свою жизнь. Квартира была расположена в одном из высоких блоков, которые составляли общежития Бикона. Войдя, Салем встретила красиво украшенный коридор. Покрытые бархатом диваны сидели в специальных кроватках, красивые картины выстилали стены, кустарные люстры и светильники развешивались, освещая красивые стены, панели из чёрного дерева выстилали нижнюю половину стен, в то время как на верхней половине жил серо-чёрный мрамор. Ковры также были красного бархата. Это было впечатляюще, что сделал Озма, э-э...Озпин, превратив это место в уважаемое место обучения для студентов, предназначенных для защиты человечества. Она гордилась тем, что он поддерживал свои идеалы, даже до того дня, когда они оказались. Она не знала, в какое именно время она находится, в какой момент в будущем, но так же уверенно, как реки достигли морей, вернувшись в его объятия, она снова была. И её улыбка не исчезла с тех пор, как они снова обнялись. — Вы, кажется, довольно счастливы вернуться с ним. — заметила Глинда. — Дорогая мисс Гудвич, ты не имеешь ни малейшего представления о том, насколько я радостна. Это мой Озма в этой башне, и я не могу дождаться, чтобы провести с ним больше времени. — Салем сияла на своего недавно найденного товарища. — И я сделаю всё возможное, чтобы помочь вам в любых будущих начинаниях по обучению, которые у вас есть, мисс Гудвич. При условии, что мне назначена какая-либо работа по этому поводу. Честно говоря, я хотела бы иметь работу в области преподавания... — А? — Я... — Салем покраснела, смущённая: — Всегда хотела своих детей. — О... Глинда напевала. Это была Салем. Блаженно неосведомленная, не уверенная в истине Салем, которая не знала, за какую Теневую Войну её возлюблённый сражался большую часть своей тысячелетней жизни. Она была ещё ребёнком. Женщина с детским любопытством и поведением, которое контрастировало с историями, которые Озпин рассказывал о её, возможно, искажённой версии. Глинде пришлось напомнить себе, что та самая женщина так давно прокляла себя, Ремнант и Озпина на эту проклятую войну. Она ненавидела, что ей приходится думать об этом. Эта Салем казалась доброй, любящей, даже материнской. Полная противоположность тому, как Озпин рисовал своего враждебного коллегу. Она чувствовала себя плохо, прекрасно понимая, что Озпину нужно открыть ей правду. Всю правду. И Глинда не знала, как это подорвёт мировоззрение Салем и многое другое, её взгляд на себя. Директриса Бикона, помогавшая человеку, который держал мир на своих плечах, нашла эту девушку одну, испуганную, возможно, неспособную думать сразу после того, как то, что послало её сюда, оставило её так бесцеремонно. Нет, она нашла себя пьющей чай в кафе. Добрый самаритянин, должно быть, помог Салем, прежде чем уйти самостоятельно. Похвальная инициатива, чтобы кто-то боялся и хотел им помочь. Улыбка Глинды вернулась на мгновение. Хм, возможно, ей следует извиниться перед Салем. Повернувшись к девушке, Глинда спросила: — Мисс Салем, вы хотите вернуться в Вейл, чтобы посетить его позже сегодня? — Ой! Возможно, мы сможем зайти в тот магазин, где я пила вкусный чай! — Салем снова широко улыбнулась: — И, возможно, я могла бы встретить ту девушку, которая помогла мне снова...О... — Она вздохнула, склонив голову. Причудливая бровь Глинды спросила, что так опечалило молодую женщину, и её ответ пришёл в шёпоте: — ...Я чувствую себя ужасно...Я забыла имя девушки... — О... — Глинда вздохнула, потирая заднюю часть шеи: — Может быть, в пылу момента, вы, возможно, просто забыли? Салем тоже вздохнула, глядя в пол: — Да, я боюсь. — Затем её улыбка вернулась, когда она оживилась и крикнула: — Ох! Возможно, мы сможем встретиться с ней снова! — Может быть, увидев её лицо, вы поможете, да. — Глинда усмехнулась. — Ну, я должна пойти поговорить с директором о возможной прогулке, хотя я не понимаю, почему он будет возражать. — Я хотела бы посетить Вейл с вами, мисс Гудвич. Спасибо за предложение. — Салем сияла на свою новую подругу. Улыбка, настолько заразительная, что даже боевой учитель взялся за это. Она попрощалась с Салем, чтобы пойти к башне Озпина, поговорить с ним и оставить женщину, ну, Глинда хотела думать, что она распакует, но потом она поняла, что Салем, должно быть, прибыла сюда только с одеждой на спине и обувью на ногах. Поездка на лифте Башни была короткой, так как Глинда ломала голову, чтобы выяснить, как задать Озпину так много её вопросов. Тем не менее, когда дверь открылась, она увидела директора на ногах, который смотрел наружу на академию и сам Вейл. Но на этот раз, вместо его жёсткой, суровой позы, к которой так привыкла Глинда, она увидела его трость, лежащую на столе, в то время как его чашка была в его руке, и улыбка была широко наклеена на его лицо. Она тоже улыбнулась мужчине на мгновение, прежде чем очистить горло. Директор школы дернулся, и одна капля его кофе упала на пол. Он повернулся к Глинде, а затем кивнул: — Мисс Гудвич. — Директор... — сказала Глинда, подходя к столу. Она посмотрела на то, где когда-то было пятно от кофе и осколки, а затем сказала: — Вы сами его убрали? — Это было самое малое, что я мог сделать. — предложил Он, положив чашку на подставку на столе и спросив: — Что я могу сделать для тебя? Глинда напевала, потом посмотрела на директора. Она должна была признать, что видеть его таким спокойным для перемен было благом для собственного морального духа Глинды. Мужчина был там, учителем, а затем директором в Биконе с тех пор, как Глинда была в позднем подростковом возрасте, присоединившись к Бикон тогда. Кивнув ему, директриса Бикона сказала: — Я хочу взять леди Салем в гости через Вейл. Я знаю, что прошло менее нескольких часов с момента ее прибытия, и, как я полагаю, ей, возможно, придётся изучить достопримечательности города. — Я вижу. — Озпин кивнул: — Это одобрено. — Я собираюсь...Подождите, что...? — Глинда сделала паузу. — Я бы подумала, что ты... — Хотел бы следить за Салем, если это трюк, который она играет? Ловушка? Глинда, ты слишком хорошо меня знаешь. Хотя да, я бы предпочёл сделать это, если бы чувствовал что-то не так в ней, чувство беспокойства или магического убеждения, я не чувствовал ничего необычного, по крайней мере, с тем, как я когда-то знал её. Это была моя Салем. — Он предложил спокойный, расчётливый и прямой ответ в отношении женщины. Когда его обычно спрашивали о Салем, он отклонялся. На этот раз? Он был честен. И Глинда не знала, как к этому относиться. — Та самая женщина, против которой ты вёл войну, Озпин. Я не думаю, что знаю всю историю или ваши реальные отношения с самой Салем. По крайней мере, не с этой её версией. — объяснила Женщина, глядя с некоторым недоверием на директора. Улыбка мужчины была искренней, спокойной. Это было странно для Глинды, так как он так редко улыбался, но он был там. Она вздохнула: — Я...Предположим, вы тоже расскажете мне обо всей этой истории? — Конечно. — Кивнул Озпин. — После того, как я проинформирую Салем о текущей ситуации в мире я позвоню вам, чтобы мы все могли обсудить мои прошлые отношения с ней. Глинда хмыкнула. Он был...необычайно честным. Она напевала, когда беспокойство пересекало её разум и лицо, а затем спросила: — Ты собираешься рассказать ей о себе? С тем, с кем ты сражался? Он заколебался, а затем покачал головой: — Пока нет. Возможно, когда придёт время, но пока нет. Я не хочу испортить её радость от того, что она дома, новостью о том, что злая вариация её – это человек, с которым я боролся, Глинда...Ты будешь? — Нет, я на самом деле думал примерно так же. — ответила Она, скрестив руки к груди. Улыбка Озпина вернулась. — Тогда мы на одной волне. — Да. Да, это так. — Глинда улыбнулась в ответ. Она напевала, а затем сказала: — Я также должна спросить о приобретении свитка для неё. Возможно, ей это понадобится. — Я переведу льены, необходимые для покупки, на ваш счёт, Глинда. Убедитесь, что вы научили её, как правильно его использовать. По крайней мере, его функция вызова, если не что-то ещё. — Директор отметил: — И вставьте в него свой номер, на случай, если ей понадобится кто-то, чтобы позвонить в случае неприятностей. — И, после двух нажатий на клавиатуру его голо-компьютера, раздался сигнал от Свитка Глинды. Он одобрительно кивнул, а затем сказал: — Спасибо, что дали мне знать о вашей прогулке, мисс Гудвич. — Моё удовольствие, директор...О, ещё одна вещь. — Она повернулась от двери и сказала: — Могу ли я предложить, чтобы её тень была с другими учителями, когда начнётся первый семестр? Чтобы она научилась действовать в классе и узнала, чему нужно научиться...После того, как вы объясните ей текущую текущую жизнь Ремнанта. — получила ещё один утвердительный ответ от директора. Она попрощалась с ним, спустившись на лифте обратно. После поездки, чтобы поговорить с Салем, и ликования, которое женщина проявила во время их поездки, две дамы из Бикона оказались на борту Буллхеда, направляющегося к посадочной площадке на Мэйн-Стрит. Они начали свою неторопливую прогулку у основания платформы, направляясь по самой Мэйн-Стрит, где Салем напевала про себя песню, но в остальном сидела молча. Бутики, магазины, кафе и рестораны Мэйн-Стрит были яркими и живыми с приходящими и уходящими гражданами Вейла, когда они занимались своей жизнью. Молодые пары и даже семьи сидели на террасах ресторанов, наслаждаясь едой, светскими беседами и жизнью в целом. Девушки время от времени останавливались в магазине или бутике, чтобы Салем посмотрела через стекло на ассортимент продуктов, которые у них были, начиная от сладостей и заканчивая одеждой. Да, Салем была в какой-то степени ещё молодой. Когда они шли дальше по дороге, Глинда говорила: — Это, должно быть, очень ново для вас. — О, положительно. И это невероятно! Красиво даже! Такой яркий город, такой продвинутый и в то же время такой полный людей. У меня есть ощущение, что мне очень понравится моё пребывание в Вейле. — Женщина по-прежнему показывала своё детское удивление и радость. Да, Глинда наверняка задала этот вопрос, так как заранее не было ясно, что женщина из прошлого не найдёт это место очень новым для неё. Когда они шли дальше по Мэйн-Стрит, Салем нарушил молчание между ними простым вопросом. — Итак...Мисс Гудвич, что именно вы делаете для директора? — О? Я? Я его заместитель, если хотите, по всем вопросам, касающимся Вела и Бикона. Я также преподаю в качестве боевого инструктора в школе, как я вам сказала. — говорила Глинда, когда они проходили мимо магазина игрушек, из которого Дети смотрели на пару дам. Некоторые из джентльменов пожаловали доброе утро им обоим со столиков рядом с кафе. Салем напевала, потом снова улыбнулся: — Понятно...Похвальный поступок – учить молодых защищать себя и своих близких. — Действительно. Мне повезло, что я и мой друг были наняты почти сразу после учёбы директором, так как мы принадлежали к выпускникам Бикона. — заговорила Глинда, когда они обогнули угол, прямо на улицу, на которую, как теперь поняла Глинда, приземлилась Салем. Женщины приближались к своему точному месту посадки, поэтому Глинда решила остановиться на мгновение перед магазином Свитков, глядя в окно. К счастью, посетители внутри показали, что он открыт. — А? Я надеюсь встретиться с твоей подругой, мисс Гудвич. — Салем казалась искренней в этом. Глинда фыркнула, так как ей пришлось признаться, что её собственному другу, вероятно, понравилось бы встречаться и учиться с Салем, так как Магия была так же редка, как Ветеран-Охотник, не выполнявший миссию в наши дни. Как только она вернётся из декретного отпуска, возможно, Глинда сможет представить ей Салем. — Вайолет чуть более...Эксцентрична...Чем я, леди Салем. — добавила Она. Салем приподняла бровь. — Так? — Таким образом, она может показаться немного странной при первой встрече, но она должна дать представление об одной из многих вещей, с которыми вы столкнётесь во время вашего пребывания в Биконе. Это Прах. — Она пожала плечами, глядя на множество типов свитков, выставленных на обозрение. Салем, казалось, отвлекалась, когда они говорили, глядя на Буллхеды, летящих над головой, а не на свитки. Однако она быстро обратилась к Глинде при упоминании минерала...Наверное, любопытно. — «Прах»? Я помню, как вы упомянули об этом, но какое странное название у него...Что это такое? — спросила она, приблизившись к Глинде. — Прах, ну...Это естественный набор минералов в природе, каждый со своими свойствами. Они обычно привязаны к одному из элементов, таких как Земля, Вода, Огонь и Воздух, со смесями между созданием различных, более мощных типов Праха, все из которых используются во всём, от отопления наших домов до транспортных средств, которые вы видели, движущихся вокруг, и даже нашего оружия. — Охотница изложила как можно более откровенное объяснение, которое она могла дать. Хотя выражение возбуждённого интереса на лице Салем говорило ей, что Вайолет и она очень хорошо поладят. — Ой. Звучит мощно. Почти волшебно даже. — Девушка улыбнулась опасной улыбкой. Её коллега из Вейла усмехнулся: — Да, ну, некоторые подумают о том, чтобы использовать Гнев Природы в форме кристаллической «магии». — А твой друг разбирается в этом? — спросила затем Салем. — Вайолет Пич, действительно, является одним из самых опытных людей в Прахе, как в его обычном, так и в теоретическом использовании. Я не думаю, что я преувеличиваю, когда говорю, что она является основной причиной того, что у нас так много разнообразных применений для боеприпасов Праха сегодня в Биконе. — объяснила Директриса, расставляя очки и глядя на девушку. Она сказала: — Теперь, леди Салем, я должна сказать, что мы, вероятно, должны приобрести вам свиток. — А...Хм...При всём уважении, мисс Гудвич, я не вижу, как лист бумаги помог бы мне, кроме, возможно, обычного письма на нём... — напевала Женщина. — Ага. Нет, нет, это не тот вид Свитка. — Глинда ухмыльнулась. Она наклонила голову в сторону магазина, перед которым они стояли, и Салем посмотрела на мириады цветов на дисплее. Глинда открыла свой собственный свиток, проведя пальцами по экрану, чтобы разблокировать его. Она показала его очень любопытной Салем, а затем объяснила: — Это устройство связи. Небольшой компьютер, достаточно мощный, чтобы отправлять и принимать звонки и письменные сообщения, похожие на рукописные письма прошлых веков. Хотя некоторые люди все еще хранят корреспонденцию через письма, они в основном были постепенно прекращены этим. — И ещё... — Улыбка Салем расширилась, когда она посмотрела на маленькое устройство: — Технологии восхищают меня своей кажущейся простотой и скрытой сложностью...Сегодняшний Ремнант удивителен. — Это, безусловно, так. Теперь давай со мной. Директор предложил мне средства, на которые можно купить вам один. Я буду указывать свой собственный номер в случае чрезвычайной ситуации, а также номер директора. — И она ведёт Салем внутрь. Примерно через двадцать минут между белым свитком и сиреневым Салем, наконец, выбрала последний в качестве своего персонализированного устройства. И когда они вышли из магазина, женщина начала изучать множество чудес маленькой технической части. — Я вижу, что ты уже очень влюблена в свой Свиток. — заметила Глинда. — Такой маленький кусочек, несущий в себе такую развлекательную ценность...Это потрясающе... — рассказала Женщина, начав устанавливать на неё несколько игр. К счастью, они были бесплатными, так как у Салем всё ещё не было денег на её собственное имя. Глинда усмехнулась...Конечно, она собиралась сотрудничать с ней и другими учителями Бикона. Это было интересное время, чтобы фокусник работал с ними. — Я отправлюсь вперед на рынок, чтобы купить фрукты для вашего дома. — предложила Глинда. — Спасибо... — ответила Салем, всё ещё сосредоточенная на своём Свитке. Глинда легко рассмеялась, прежде чем отправиться вперёд. Салем пошла вперёд, стараясь ни с кем не столкнуться, когда она работала над Свитком. Это была действительно удивительная человеческая изобретательность, с точки зрения технологий. Когда она шагнула вперёд, возле угла перекрёстка, в котором она впервые оказалась, она чуть не споткнулась, чувствуя что-то под ногами... Она споткнулась, удвоилась и поймала себя незадолго до того, как упала, только чтобы заметить, где она была. Действительно, это было то самое место, в котором она приземлилась. Перекрёсток, где начался её первый контакт с Вейлом. И на что бы она ни наступила, она не знала. Она посмотрела вниз на предмет, только чтобы закрыть глаза сияющим кристаллом в форме ромбоида, с примерно дюжиной лиц. Он переливался слабой алой, сквозь него пульсировала сила... В тот момент, когда Салем положила на него руку, сотня видений обрушилась на неё. Голос шептал ей в уши слова, непонятные ей, и кристалл позволял своей силе течь в её открытую руку, словно ожидая рукопожатия. Молодая женщина шаталась, прислонившись к стене позади себя, когда видения и головная боль, вызванная ими, медленно исчезали, глядя на предмет в её руках с острым интересом. Она спрятала его в полях своего платья, затем огляделась по сторонам. Заметив рынок, о котором говорила Глинда, молодая женщина быстро шагнула по этому пути, не уверенная в том, что она только что почувствовала, увидела или услышала... Всё, что она знала, это то, что этот кристалл назвал её имя. Он позвонил ей. И не случайно она столкнулась или, лучше сказать, наступила на него. Что-то здесь происходит...Она поговорит об этом с Озпином дома.