Ты - моё всё

            Мир перевернулся с ног на голову с появлением на Земле войск читаури. Полиция, ФБР, Щ.И.Т... Мстители... любая надежда на спасение канула в лету. А Локи получил свой трон и господство сначала над Нью-Йорком, затем и над всей планетой.       Первым делом Локи сделал так, чтобы все протые - ничтожные - мидгардцы были лишены всех своих возможных богатств и имущества, чтобы все стали равны.        Все....             Кроме людей с магическим даром - врождённым и приобретённым.       Те мгновенно становились в новой иерархии выше обделённого талантами сброда, чем могли в какой-то степени гордиться. Читаури быстро поняли, что мидгарцы очень даже съедобные - а вскоре уже люди узнали о прожорливости этих тварей. Бог лжи и обмана в связи с этой ситуации отдал только один приказ: не уничтожать детей, безоружных женщин, людей с магическими способностями и людей наделённых высоким интеллектом.       Казалось бы, что мешало людям обучиться магии, защищаться от читаури и пытаться попасть в этот список исключений? Ответ был прост - каждый маг или колдунья должны были лично встретиться с Локи. Иногда их вылавливали и под конвоем приводили к Повелителю, иногда они приходили сами. Никто не мог точно сказать, что с ними делал бог лжи и обмана, но ясно было одно - после этой встречи что-то менялось в людях, они без споров подчинялись новой власти и пополняли собой ряды магической армии Локи.              Для них - воинов магической армии - был отведён целый город. В Нью-Йорке жил и сам Лафейсон, и его армия, из простых людей здесь присутствовала лишь многочисленная прислуга, некоторые самые талантливые учёные и маленькое войско читаури. Поразительно, но некогда вымирающее племя этих воинов возросло в несколько раз за месяцы пребывания на Земле.

***

      Гидра была разбита, многие погибли. Ванда не знала, что произошло с Пьетро, её завалило обломками камня, как когда-то в детстве. Девушка чудом выжила, хотя и сама не до конца понимала, как ей это удалось.       В какой-то момент она потеряла сознание, а очнулась уже в душном автобусе с затонтрованными окнами. Выживших везли в Нью-Йорк, чтобы решить их дальнейшую судьбу. Ванда с огромным трудом, но узнала среди пленных тех, кто проводил, и кто проходил испытания. Или собирался проходить, как она и Пьетро... К своему ужасу девушка не увидела среди пленных своего брата.       Неужели он умер?       Когда они добрались до одного из высоких зданий, их вывели из автобуса и провели по многочисленным серым коридорам в одну из комнат. Там им приказали раздеться, Ванда опустила голову и сделала это без лишних слов, потому что понимала, что пытаться ослушаться бесполезно. Но кто-то этого не понимал, приказ повторили несколько раз, а потом прозвучало несколько выстрелов. Тела мёртвых вынесли из комнаты, одежду пленных собрали и тоже унесли, а самих людей повели дальше. Ванда обняла себя левой рукой за правое плечо, а ладонью правой руки легко касалась левой ноги, хоть как-то прикрывая свою наготу руками и волосами.       А потом... Было ожидание.       В людей просто тыкали пальцами, говорили "Ты! Давай, заходи, не мешкайся!". И люди шли... Но не выходили обратно. Возможно там была ещё одна дверь, а возможно и целые коридоры - из пленных этого никто не мог знать.       Их заставляли ждать своей участи, людей пугала неизвестность... В то время как Ванда стояла в тени всё той же комнаты и как-то странно смотрела на дверь, за которой их всех ждала неизвестность. Она не собиралась плакать или кричать, она знала, что её убьют, если не сочтут полезной... и надеялась лишь на то, что её убьют быстро.       Когда подошла её очередь, Ванда всё так же молча прошла в следующую комнату. Это был рабочий кабинет, серые тона, большие окна, много света.       За столом сидел мужчина. Тёмные длинные волосы, запоминающиеся черты лица... Тёмно-зелёный строгий костюм, который при этом выглядит как-то свободно... Круто и не очень официально, если можно было так сказать. Кто он? У Ванды появилось невыносимое желание задать ему тысячу своих вопросов... Но нельзя, девушка вовремя прикусила язык.       - Итак, - наконец-то начал мужчина, окидывая её оценивающим взглядом. - Кто ты?       Ванде не понравился взгляд этого человека. Да кто он вообще такой, чтобы смотреть на неё, как на товар в магазине?! Девушка подумала, что это может быть один из важных шишек при новом правительстве, а значит он явно может пользоваться своим положением...       - Вы предпочитаете, чтобы отвечающие люди стояли перед вами голыми?       Она хотела сказать то, что сказала. Ей было плевать, что последует за этим, девушка просто защищалась от его взгляда своей грубостью и неумелыми колкостями. Пальцы сжались на собственной коже, оставляя еле заметные следы, девушка чувствала себя неуютно рядом с ним.       А мужчина оценил это - в его глазах появились искры, вот только Ванда не могла сказать, что эти искры обозначают. Незнакомец встал из-за стола и элементарным движением пальцев приказал ей подойти ближе. Ближе к нему, ближе к огромным окнам и практически пустому столу... Девушка сглотнула ком в горле и подошла на несколько шагов ближе. Брюнет кивнул и сел на край стола.       - Отвечая на твой вопрос - нет, мне не нравится, что практически каждый день передо мной проходит около сотни голых людей. Поверь, я не получаю никого удовольствия от того, что смотрю на них, если вообще смотрю. Моим вкусам в данном плане довольно сложно угодить.        - Так отмените этот глупый приказ, - увереннее сказала девушка, словно пытаясь надавить на него.       - А вот и грубая ошибка, - незнакомец поднял руку и показал на Ванду указательным пальцем. - Приказ не глупый. Он неудобный, но довольно эффектный.       - И чем же?       Мужчина подошёл к ней практически вплотную и уверенно провёл ладонями от её ключиц вниз по рукам, заставляя прекратить скрывать тело. Ванда тут же почувствовала разливающуюся по телу волну страха, сердце забилось быстрее, но девушка даже не смогла отойти от своего мучителя.       Где-то за спиной Максимофф что-то с достаточно громким звоном разбилось, девушка обернулась, смотря на осколки вазы около серой тумбочки.       Она просто упала, и всё... просто упала...       Ванда знала, что уготовано людям без магии в новом "прекрасном" мире, но не знала, чему будут подвергнуты люди с даром. Именно поэтому она предпочитала скрывать свою магию, а после сбежать с её помощью, когда представится такая возможность. Или же умереть...       - Что вы чувствуете сейчас?       О чём это он? Ах да, он же только что заставил её предстать перед ним, в чём мать родила... Ванда не ответила. Мужчина и так знал, что испытывала Максимофф: страх, беспомощность.... Знал... и упивался этим, упивался своей властью над ситуацией.       А потом, наигравшись, просто вернулся к столу и опёрся о него.       - Вот для этого и нужен данный приказ. Магия - вещь непредсказуемая, но под давлением она стремится вырваться наружу и защитить носителя. Моральная давка, но можешь считать это неким стимулом давать правдивые и быстрые ответы. А теперь вернёмся к моим вопросам. Кто ты такая?       - Ванда Максимофф... человек. - Она не знала, что хотел услышать незнакомец. - А ты кто такой?       - Вопросы здесь задаю я, мисс Максимофф, мой лимит ответов на тебя вышел. И впредь обращайся ко мне на Вы, понятно?       Ванда сглотнула ком в горле.       - Да...       - Да, сэр, - поправил он её и продолжил. - Чем ты можешь быть полезна обществу? Что делала до приезда сюда?       - Ничего не делала.       - То есть, ты бесполезна?       - Именно так... сэр.       Мужчина чуть прищурился, смотря на неё. Он знал, что девушка лжёт, не мог не знать... Разбитая ваза уже является железным аргументом, доказательством её дара, который маленькая ведьма так тщательно, но провально, пыталась скрыть. А значит Ванда Максимофф должна остаться в городе и быть под наблюдением.       - Что ж, отлично. Финглэй отведёт тебя в твою новую квартиру, думаю, работа в книжном кафе не доставит тебе мороки.       - Финглэй, он...       - Сердцебит. Не советую его злить.       Незнакомец несколько раз хлопнул в ладоши, после чего в кабинет зашёл достаточно рослый наёмник. Сердцебит... Узнав адрес, он кивнул и приказал Ванде идти рядом с ним. Максимофф не посмела ослушаться и вышла из кабинета в коридор, где ей выдали чёрные джинсы и серую толстовку - других вещей на её фигуру не нашлось. Почему она не сопротивлялась? Да потому что такие, как он, легко убьёт её, не успеет девушка и пальцами щёлкнуть!       На улице её снова окружил шум города, он был похож на сводящее с ума жужжание мух или же пчёл. Ванда старалась иногда поглядывать на Финглэй, чтобы понимать, что делать и куда идти. Раз уж она пленница...       К сожалению её подражание сердцебиту не всегда помогало, потому что мужчина часто останавливался и переговаривался с другими людьми - она же была ослаблена. В какой-то момент девушка даже задумалась - а что делала бы она, как вела бы себя со знакомыми? Они бы тоже сидели в самых разных уголочках территории, тоже развлекались бы... В меру своих сил, сил простого уставшего человека.       Но это всё при условии, что у Ванды были бы друзья.       Беседы, шепотки, косые взгляды - девушка всё это слышала, но не знала, как к этому относиться. Хотя нет, на это ей было плевать, ведь была проблемка посерьёзнее.       У неё будет квартира и работа?!       Ну это уж точно лишнее... Ванда вообще рассчитывала на смерть, так где же она?!       Девушка в очередной раз остановилась и чуть дольше положенного посмотрела на здание, из которого её вывели. С одной стороны ей хотелось поскорее уйти, покинуть эту пёструю и весёлую толпу, а с другой... С другой стороны она не хотела уходить вообще никуда.       Сердцебит заметил это и как-то грубо обозвал её на другом языке. Ванда же сжала губы и ничего не сказала. Ну а что ты с этим грубияном поделаешь?!       "Ничего! Так что живо возьми себя в руки и иди за этим сердцебитом!"       Притворно улыбнувшись, она пошла следом за ним, стараясь казаться менее усталой. В Гидре этого этого никто не скрывал...       Её квартира была на втором этаже кафе, так что это можно было считать домашним арестом. Зайдя внутрь, они прошли через всё кафе, а потом вверх по лестнице. Много различных по узору ступенек, Ванда умерла бы прежде чем они дошли до нужной двери. Зайдя в просторный коридор, Ванда почувствовала себя ещё более мелкой, великолепие давило и напоминало золотую клетку.       - И это... Моя квартира?       - Да. Твоя и ещё трёх людей.       Девушка посмотрела на сердцебита практически умоляющим взглядом. Может, он знает о сострадании?..       - Пожалуйста... А нет чего-нибудь другого? Не подумайте, что я придираюсь, я в восторге от всего этого... Но это не моё. Мне сойдёт самая простая комната, мне не нужно много... Пожалуйста, вы не могли бы что-нибудь придумать?       Однако она получила отказ.       - Сожалею, но у меня был приказ.       На этом они с сердцебитом расстались. Ванда осталась одна в комнате, не зная, что ей делать. В обычной ситуации она бы пошла в ванную комнату - смывать грязь и кровь с тела, возможно даже стирать одежду... Мало ли кто её носил до неё, и с кого её сорвали в прошлый раз.       Но...       Когда девушка попыталась открыть хоть какую-то из многочисленных дверей их квартиры, её ждал практически полный провал - ведь одна-единственная открытая дверь в пустую комнату не считается победой, верно?..       Во всей квартире царила тишина, давая понять, что вечерне-ночного душа не будет. Как и сменной одежды, зубной щётки или чего-то в этом роде.       Она села на крепкий подоконник и стала смотреть в окно, думая о своём. Сбежать прямо сейчас через окно? Очень смешно, она слабее чем когда-либо.        Потом Ванда задумалась о том, что её за последние несколько часов сопровождали, скорее всего, сердцебиты или же наёмники. Почему именно так? Неужели великий Локи Лафейсон боится, что она или кто-то другой из пленных сбежит? Скорее всего...       Или же сердцебит сможет вытащить важную и могущественную личность с того света, если он или она, к примеру, захочет уйти из жизни, чтобы сбежать... иным способом. А наёмник убить неугодных...       Силы сердцебитов изучены не до конца...       Спустя некоторое время девушка ещё раз попробовала открыть двери. Но тщетно, те не внимали её мольбам. В конечном итоге девушка уснула, сидя на подоконнике.

***

      - Я не хочу, пожалуйста, не надо! Пожалуйста, это же будет больно!       На крики мальчика-призрака мужчина закатывает глаза и всё-таки делает надрез пошире.        Доктор Стивен Стрэндж не знал, каким чудом ему удалось защитить практически всю свою больницу. Он смог убедить Локи, что все эти люди понадобятся в Нью-Йорке. И вот они здесь - Кристина и Стивен, между которыми только начал закручиваться роман, оперируют ребёнка, способного поднимать в воздух вещи. Его привидение - или как сказал сам мальчик "астральное тело" - висело практически над головой Стрэнджа и мешало нейрохирургу, о чём вскоре он и сказал.        Эти несколько месяцев заставили Стивена в какой-то степени пересмотреть свою жизнь, он работал и изучал новое, чтобы не просто выжить, но и иметь гарантию на то, что его не убьют после одной неудачной операции. И, в принципе, у него эта гарантия теперь была, он показал свою компетентность и был по рангу намного важнее некоторых магов, что, безусловно, тешило его эго.        Извлечение осколка из головы мальчика-мага прошло успешно, Стивен и Кристина выдохнули. Очередная удачная операция... Страшно представить, что их могло бы ждать в случае провала.       - Сегодня вечером будет какое-то грандиозное мероприятие, - как бы между делом начал Стивен, смывая с перчаток кровь. - Мы могли бы появиться там вместе.       - У меня нет желания.       - Нет выбора, Кристина. Ты можешь остаться дома, а можешь пойти туда со мной, дело лишь в том, чтобы тебя заметили и...       - И дали привилегии, Стивен? Вместе с этим они глубже закапывают нас в землю. Я видела, как у тебя тряслись руки перед операцией.       - Они не тряслись, я разминал пальцы.       - Нет, они именно тряслись. Ты боишься провала и боишься расправы. Боишься совершить роковую ошибку.       Это было правдой, но признаться в этом Кристине он не мог... Он не должен бояться, не должен показывать своих слабостей. Это выше его гордости...       - А без этих привилегий тебя убьют где-нибудь в другом месте, не дожидаясь неудачной операции.       Кристина была вынуждена согласиться.