Non resterò

Стрелки на часах давно перевалили за полночь. Два молодых человека сидели на кухне, потягивая кофе за тяжелым разговором и похоже не собираясь идти спать. - Они ведь умрут! Все умрут! - И? Сбавь тон, всех перебудишь. - Тебе не жаль? Тебя совершенно не волнует, что по твоей вине погибнут люди? Твоя семья, твои хранители, мать, в конце концов! - А их когда-нибудь волновало, что происходит со мной? Хоть кому-нибудь было интересно, что я хочу, чем живу и что чувствую? Отец позволил запечатать пламя, лишив меня воли и части души. Мать, живущая в собственном вымышленом мире, в котором любящий муж на заработках, а сын не очень способный. Серьезно? Каждый день я вынужден был терпеть побои и унижения от одноклассников, а эта женщина списывала все на неуклюжесть! Знаешь, что она сказала когда я пришел с третьим переломом за месяц и попросил перевести меня из школы? Она сказала - "Ох, Тсу-кун, тебя нужно быть аккуратнее, играя с теми милыми ребятами". И так все время. Так называемый репетитор, что за все время обучения не соизволил заглянуть под не самую лучшую маску трусливого неудачника или банально выслушать и услышать меня. Хранители... друзья... сложно назвать друзьями кучку подростков, не имеющих нечего общего и не слышащих кого-то кроме себя, что так любят смотреть куда угодно, но не на тебя. Ураган. Парень, орущий про вечную преданность и правую руку джудайме, не в состоянии просто назвать по имени. Конечно, он ведь хранитель не неудачника Тсуны, а джудайме! А спроси его кто этот Джудайме, он опишет свой образ, а не меня. Дождь. Ему бы к психотерапевту или в театр, с его то привычкой не замечать очевидного, списывая все на игры и поглядывая в сторону острых катан, размышляя, как бы поудачнее совершить сеппуку. Солнце. С одной извилиной, что носит название "ЭКСТРИМ", слишком громкий, энергичный и слепой до невозможности. Рядом с его тренировкой будут убивать, а он не поймет, прокричав про ЭКСТРИМ и унесясь подальше. Про облако и говорить не хочу. Хибари слишком ценит ту, с кровью и болью добытую у клана независимость, что сам перегрызет мне горло при первом же удобном случае. А я свою жизнь люблю, какой бы дерьмовой она не была. Шатен делает глоток кофе, ежась, подгибая под себя замерзшие ноги и поворачиваясь к окну. - Туман... Мукуро - ходячий труп, движимый слепой местью, плюс с поехавшей психикой. Кому вообще могла прийти в голову эта блестящая идея - выпустить из Виндикаре сумасшедший туман? Чудо, не иначе, что все обошлось без трупов и кровавых рек. Гроза. Ребенок, которого выкинула собственная семья. Пожалуй, Ламбо я могу понять как никого из прочих, прятаться за маской идиота, при этом крича на весь мир о помощи. Вот только никто кроме меня этих криков не слышит, а сам я ничем помочь не могу. Да и не хочу если честно. Я никогда не хотел быть их небом. Или принять на себя кровавую ношу Вонголы. Может, не запечатай Нонно моё пламя в детстве, или, если бы я рос с осознанием того, что итальянская мафия никогда меня не отпустит, и можно было бы попытаться, но не сейчас. Они пришли к гражданскому ребенку и хотят, чтобы он взвалил на себя то, от чего Джотто бежал аж за океан. Нет, спасибо. - Я понимаю, что тебе было тяжело и ты не готов. Я сам был в похожем положении, могу тебя понять, но неужели ты думаешь, что, предав их и бросив на смерть, сможешь спать спокойно? Ты ведь не такой, Тсуна! Ты добрый и светлый - это все видят. Да и не получится у тебя сбежать, после Мафиа-Ленда все уже про тебя знают, а просто так мафия не отпускает. Тсуна, ты уже не гражданский. - Да, я знаю, что просто не будет. И, Дино, не сравнивай нас. Ты знал про то, чем живут Каваллоне и знал, что после смерти отца займешь его место как единственный наследник. Я - нет. Ты говоришь о предательстве, но нельзя предать, если изначально не был верен. Мне плевать на них и Вонголу, что может гореть черным пламенем, я не пошевелю и пальцем ради них. Занзас хочет трон? Так пусть забирает! Не собираюсь умирать из-за их с Тимотео семейных разборок. Я много раз говорил, что не хочу быть Дечимо! Не моя вина, что никто не хочет это слышать. - Вария убьет вас если ты откажешься. Занзас - псих и не оставит за своей спиной живых претендентов. - А от того, что против слаженной группы профессиональных убийц выйдет кучка школьников что-то изменится? Я уже сказал, что мне плевать на навязанных хранителей - с ними Занзас может делать, что хочет. Переживу. А меня он не тронет, да и не найдет при всем желании и ресурсах даже Королевской семьи, - Тсунаёши ставит кружку на стол и, слегка подаваясь в сторону собеседника, по-птичьи склоняет голову. - И ты не найдешь, меня ведь уже нет. Был рад знакомству, Дино. С улыбкой и последними словами, тело подростка рассыпается снопом синих искр. Вскочивший в одно мгновение, Глава Каваллоне не сможет найти и следа названого брата, как и присоединившийся к нему Реборн. За окном занимался рассвет. Бывший наследник и главный претендент на пост Десятого дона Вонголы, с улыбкой уткнулся меж лопаток своего Неба и почувствовал, как с его плеч исчез последний камень. Он свободен. До Конфликта Колец оставалось восемнадцать часов.