Самое время, чего же мы ждём?

— Пиздец блять, — задницу Чонгука обдало волной жара от падения, что удивительно, ибо шлепнулся он на лёд. У него всегда очень много вопросов к своей жизни, но сейчас их ещё больше. С этим количеством может поравняться только вопросительные оры, которые хочется плеснуть в лицо Чимину, что по какой-то причине вручил парню билет на каток в минус девятнадцать и выставил за обшарпанную общажную дверь со словами «пиздуй у меня гости». Чимин трахается, но Чонгуку тоже весело, его трахает погода в России и наушники, которые постоянно выпадают из околевших красных ушей. Ещё и песни в перемешке какие-то до раздражения спокойные попадаются. Парень обычно делает под такое уроки или засыпает. На горизонте виднеется синяя крыша городского ледового, и мысли о том, что температура там, может быть, хоть чуть-чуть выше минус девятнадцать уже греют Чонгуку душу. И жопу. Небо устрашающе малинового цвета, чистое-чистое. Наверное, хорошо будут видны звёздочки вечером, и он, как настоящий астроном, гордо найдёт большую медведицу и, если повезёт, полярную звезду. А вообще выглядит, как перед апокалипсисом. Даже замёрзшие лужи поблескивают пурпурным светом. — Брр... Открывая входную дверь ледового, Чонгук ещё сто раз мысленно проклинает все на свете. Если с каждого стоящего в очереди взять по четыре рубля, то можно стать миллионером, а может и миллиардером. И кто делает такие убогие узкие помещения, руки бы поотрывать. Посветив заранее купленным билетом и поймав грозный взгляд вахтерши за отсутствие бахил, Чонгук все-таки берет коньки и проходит в раздевалку. На моменте шнуровки этой хуйни парень думает послать все к черту и просто посидеть часик в макдональдсе, потягивая какой-нибудь дешёвый коктейль и читая новую главу манги. Чонгук все-таки вываливается из размышлений и наклоняется для попыток завязать блядские шнурки. В раздевалке остался только он и еще какой-то парень, справляющийся с отродьем не лучше, чем он, и вечно крехтя, закидывающий надоедливый шарф обратно на одно из плеч, избегая волоченья по грязному полу. Шарф, кстати, в итоге все равно валится, и с тонной матов, парень в очках (солнцезащитные, блять, в мороз?) страдальчески поднимает его. Чонгук выпер из раздевалки в сторону катка. В итоге он опять идёт бить жопу о лед, но только не в виде уличных луж, а побольше, а еще в специальной обуви, которая при неправильной шнуровке вообще может вывихнуть тебе ногу, да еще и платно. Первое время все шло нормально, он даже не падал, достойно держал равновесие и выполнял маневры в виде объезда людей сбоку. Пока сука его не сбили. — Сорян? Четвёртый сука раз. — Чел, я думаю тебе лучше кататься у бортиков, — как-то грубовато получилось, но и ему не в кайф — он себе так всю жопу отобьет, а все-таки целую, кто что не говорил, но протирать ее на парах удобней. Еще б отопление было норм в его шараге, он бы и поселился там. Все лучше соседа, который устраивает трахадром каждые две недели. Брови парня напротив взлетели вверх, но потом лицо сменилось на растерянное в попытках удержать равновесие. — Я не хотел просто. А вдруг мы соулмейты и это судьба все-такое, знаешь? — он тупо улыбнулся, а Чонгук просто хотел узнать издеваются ли над ним сейчас или парень просто под впечатлением после просмотра какого-нибудь сопливого аниме вроде «Твое имя». Норм кстати такое. Чонгук полтора часа рыдал после. Но в таком случае на них скоро должен был свалиться метеорит или типа того. Чонгук бы не сказал, что против. Он уже после третьего столкновения был очень даже “за”. — Еще скажи, что у нас внутри магнитики, которые притягиваются. Улыбка сошла с лица парня, и он поднял очки на голову, показав свои тёмные глаза с вырезом, чем-то напоминающим изящный драконий хвост. — Барсучий случай какой-то. — Какой? — Чонгук выпал из жизни прямо в этот момент. — Ну, барсучий, — от души спасибо, он все понял — чел не норм, надо тикать. — Почему барсучий, — надо, а стоит на месте, не едет в сторону спасительных бортиков и выхода. Видимо жизнь с Чимином довела настолько, что теперь и Чонгук такой же — не норм. — Я не знаю, просто звучит в рифму. Вдох. — Ладно. Просто постарайся врезаться в кого-то другого, ладно? Следующий раз моя спина уже не выдержит, — про жопу тактично молчит, хотя мокрое пятно на ней видно очень хорошо. Дерьмовый лед. И люди на нем не лучше. Чонгук не хочет разговаривать с этим чудаком. Единственное желание — освободить ноги от давящей обуви, нарушить идиллию соседа, ворвавшись в общагу, и лечь спать. Часов на десять. — Но я не обещаю, — не обещает он. Ага. «Да пошел ты на хуй», Чонгук орет у себя в голове, а мысленно уже спит в своей кровати под крики Чимина об испорченном сексе. Хотя говорит только: — Я думаю, у тебя нет выбора, — мама учила оставаться человеком в любой ситуации. — Боже, не скалься так, мне страшно, — и видимо «оставаться человеком» у Чонгука получается хуево. Прямо как у этого парня кататься, не разъебав весь лед при очередном падении. — Думаю, я спас достаточно жизней, пока разговаривал с тобой, так что надеюсь, вселенная отблагодарит меня сегодня. До свидания. — Пока. У тебя, кстати, прыщ на носу пиздецки большой, ты там аккуратнее с ним. Боже блять.

***

Прогуливая пары уже третий день подряд, Чонгук задумывается зачем вообще поступил, если в итоге работает, чтобы учиться, а на саму учёбу времени не хватает. Ну и абсурд. Приходя домой после нескольких подработок, Чонгук просто мечтает о богатых родителях, которые обеспечили бы его, может быть, и охуевшие, но желания. Кровать, кстати, запорола впиваться пружинами в спину. По–любому хитрожопый Чимин поменял местами их матрасы, за что очень скоро рискует получить от уставшего друга по морде. Телефон постоянно вибрирует, оповещая о сообщениях из группового чата, на просмотр которых Чонгук даже время тратить не будет. Он готов поставить свою стипендию на то, что его одногруппники обсуждают курсовые и поправки от кураторов. Он вот к своей работе ни одной не получил, но он и саму работу делать даже не начал. Господи, его вышвырнут к хуям. Он заходит в Тиндер, вообще удивившись его существованию в меню приложений. "Сто рублей на то, что его скачал Чимин на какой-то пьяной вылазке" Даже регистрацию не требуют — точно этот мелкий, "Привет, я Чимин! Мы теперь живем вместе, надеюсь проблем не будет!", ублюдок. Нужно было платить за одноместную комнату. "Но пятьсот рублей..." Мозг хочется разгрузить от мыслей о меню в новой кафешке, недовольных посетителях и надоевших оров детей, которые до сих пор отдаются эхом в голове. Прошла минута после входа, а он уже жалеет, видя какую-то анкету с предложением оргии. Лучше бы в дурака-онлайн поиграл или шахматы какие-нибудь. А свайпить куда? Вправо? Влево? Минута на осознание... Загрузка в мозге Чонгука, который отказывается воспринимать реальность. Ладно, это еще не так плохо. Разобраться в приложении для знакомств не так уж трудно — делов на пять минут. А вот в том, почему ему уже в пятнадцатый раз предлагают анкету парня только предстоит. "Ебаный же ты гандон Чимин" Вообще-то не ебаный. Дружбан яро доказывал, что актив каждый раз, как заводился разговор про дела его постельные. Да и не только его — Гуку тоже прилетало. Пацан все-таки даже одноразового секса не имел. И как он так живет — ни для кого понятным не было. А Чонгуку норм. Ну он же и сам по себе такой весь — норм. Нормально спит, нормально ест, нормально прогуливает пары, либо просиживает в самом углу, где даже уборщики не моют, и, самое главное, нормально себе не является геем... Является ли он гетеро сказать тоже нельзя — его видели только с профессоркой, но той под шестьдесят, и она угощает всех печеньем, вместо лекций. Хотя кто его знает, может, он настолько не хочет вылететь из заведения. Хэштег разница в возрасте, что еще сказать? А их потайные знаки и флирт тогда звучат как что? "Сегодня у меня окно на второй паре, приду присыпать твое печенье шоколадной крошкой"? Упаси господь. Короче, Чонгук норм. Во всех смыслах — ни больше ни меньше. Этот норм как раз сейчас пролистывает еще одну анкету мужика. Ничего личного, но тунец, с которым изображен этот голый по пояс мужик с пивным пузом и улыбкой без двух зубов, явно не его тема. Чонгук вообще рыбу не ест. С этого прям момента. Как все удачно совпало! "Боже ж, блять, какого хуя. Тут типа весь престарелый дом и сосунки собрались? А девушек эта туса неадекватов стороной обошла? Или что такое. Почему ни одной анкеты нет?" Бездумное пролистывание анкет начало наскучивать, желание откинуть телефон куда-нибудь в складки одеяла и забыться во сне — нарастать. Пока на экране не показалась анкета очередного парня с растрепанными волосами. Он вальяжно сидел на старой, вероятно, старой как говно мамонта тумбочке, держа в руках стакан с оранжевым напитком. Улыбка широкая-широкая. От Калининграда до Владивостока. И две ярко выраженные впадинки возле губ. А еще... "Стремные очки?" Причина боли в спине и заднице (Чонгук бы поржал, если услышал такое описание человека от другана. Чел, тебя вытрахали, да?). Судьба, какая же ты мразь. Не то чтобы парень с катка стал Чонгуку неприятен до мозга костей просто... Вызывал раздражение? Слишком активный? Слишком много лишних слов и действий? Чонгук архонт спокойствия и умиротворения. У этого парниши слишком "хаотик энерджи", как говорит Чимин. "Так, куда там свайпить?" "Вправо?" Стоп. Ебать все в жопу. В смысле создать пару? Чонгук неудачник.

***

"Привет" "А я уж думал идти в церковь очищаться от проклятия которое ты на меня наслал" "А ты просто не умеешь выражать симпатию" "Милашка" "Нет это конечно не хорошо скрывать свои чувства за грубостью" "Но мы с тобой над этим поработаем крошка" "Кстати о поработаем" "Я знаю отличное место что скажешь насчет среды в три?" Чонгук смотрел на ворох сообщений, которые посыпались на него в девять утра. Хорошо еще, что сегодня смена с полудня и он встал пораньше, чтобы хотя бы начать свою курсовую, ведь: "Реально же выгонят чел. С кем я тогда жить буду? Ты давай это того" сказал ему Чимин и всучил пакет, заполненный дешевыми энергетиками. Вот Чонгук и того. И пялясь уже пятнадцать минут на свой, разбитый на том самом льду, смартфон, понимает, что того он, видимо, на голову, потому что после того, как ебался с курсовой (вот и потерянная секси лайф крутого мэна), он уже был готов идти в отличное место с тем странным челом. Всё равно лучше, чем мысли про трахич с преподом, или ректором, или президентом. Чонгук вообще на всё что угодно готов, лишь бы куратор прекратила написывать ему с криками о том, где работа, а еще, что улицы они будут вдвоем мести после того, как ее вышвырнут из универа вслед за ним, и хер она его оставит до скончания дней его. Чонгука передергивает. От мыслей? Не, просто еще одно сообщение. "Хэй милашка мы уже поняли что ты не проявляешь открытую симпатию но хотя бы "ок" отправь" Этот мудила еще и знаки препинания не расставляет.

                               "Тебя вообще не смущает, что мы знакомы буквально десять минут, чел?"

"Нет вроде. Ты какой-то замороченный как там дела со средой" Очень хочется послать нахуй, но ещё больше не хочется писать курсовую. Что там с подработкой?

                              "Я работаю. Могу в четверг, но ближе к вечеру"

"Милашка по всем канонам трудолюбивый парнишка который работает 24/7 и приезжает на праздники к родителям? Надеюсь дни ожидания не будут слишком мучительны для тебя ;)" Боже оно пользуется рожицами из символов. Чонгук готов пробить близстоящую стену лбом. А клавиатура с эмодзи? Не? Не слышали? Слышали только о форумах "Как испортить человеку утро"?

"Ок"

"Пиздец ты конечно красноречием не блещешь ну ничего мы исправим" Чонгук даже предполагать не хочет как его будут "исправлять". Предполагает только о последствиях отлынивания от написания курсовой и прогулки со странным парнем. Чел опасный. Нужно взять огнетушитель, на случай если ему взбредет в голову нестись навстречу к чему-то легковоспламеняющемуся пока Чонгук рядом. Знаем, проходили. Чимин покупал для торта "Свечи-фейрверки". Хотелось бы забыть.

"Ок"

Блять. Все-таки два "ок" подряд выглядят странно и отстранённо.

"Увидимся"

Он ещё больше все запорол, да? "Нормас быстро учишься. До встречи милашка" Какой же этот парень все-таки странный.

***

"Нам-джун" Чонгук растягивал имя своего “хаотик” компаньона по слогам, глядя в зеркало, пока повязывал шарф под куртку. А вот шапками парень не баловался. Косил под придурка? Определённо. На самом деле, Чонгук опять задумался, почему все-таки согласился на прогулку с парнем, после прошлой встречи с которым его жопа до сих пор не может очухаться. Неужели у него настолько в жизни ничего не происходит, что он решил попробовать найти приключений на ту же самую жопу второй раз за неделю. То есть, происходит. И очень много чего. Просто это нечто однообразное вроде кучи тупорылых подработок, а потом скрываний от куратора в надежде, что чертова курсовая все-таки напишется сама собой. И вроде как событий много, график забит, а Чонгук этого не чувствует. Время, будто проходит сквозь него, пока он утопает в очередном выговоре клиента о проколе повара. А Намджун другой какой-то. Чонгук пока не понял в чем именно. Место злосчастной встречи было такое же нелепое, как и его спутник. Кто ориентиром выставляет уличный био туалет за десять рублей? Да, Намджун другой. Он страннее и тупее любого, кого знает Чонгук. — Приветик-омлетик! Чонгук поднимает брови, смотря на этого чудно́го опоздавшего. — Ладно стесняшка я по.. Ауч! Чел, какого хера? Чонгук опускает руку, которой только что ударил Намджуна, и смотрит, как тот потирает плечо сквозь все слои теплой одежды. — Следи за своим языком, — и двинулся вперед. Ни пока ни здрасте. Намджун прошипел, что "работы" предстоит много, и ринулся за мистером обаяшкой. Он, кстати, не в ту сторону шел. — Эй, не иди так быстро, тем более если не знаешь куда. — Я думал, мы просто гуляем. — Просто гулять припасено для третьего нашего свидания. На первом мы пойдем в место, которое не оставит у тебя сомнений в своем выборе, — каком таком выборе он не уточняет, но и Чонгуку как-то все равно, главное, что они хоть куда-то идут, а не стоят на месте в минус. Спустя пятнадцать минут Чонгук готов послать этого Намджуна к черту. Классное место, в которое его обещали привести? Как бы не так! Они стояли перед какой-то непонятной огромной палаткой, больше смахивающей на шатер с ярмарок, к которой они, кстати, добирались через все стремные подворотни, что обычно ты стороной обходишь, и непонятную лесополосу. Чонгук трижды успел подумать о его скоротечной кончине, но разговоры Намджуна о его племяшке успокаивали. Они играли утром в салон красоты, а у парня даже остался черный лак с розовыми блесточками на ногтях! Ну что за милашка. На свидания он бы еще в кафе звал, а не всякие сомнительные места, Чонгук бы даже растаял. Они проходят внутрь этого нечто украшенного новогодними огоньками. Плюс сто к праздничному настроению, это, пожалуй, единственное, что радовало Чонгука. Ну и печеньки, которые дал Намджун с тарелки при входе. — Круто здесь, да? — "Восторг. Полный восторг" думает Чонгук, вдыхая какой-то непонятный аромат трав и зловоний. — Я вообще случайно это место нашел, даже испугался в первый раз, но потом я закорешился с гадалкой... — а вот здесь подробнее. С кем там закорешился Намджун? Он поворачивает свои широко открытые то ли от испуга, то ли от удивления глаза на парня и пытается понять серьезно ли тот. —...которая здесь работает, часто тут бываю. —… — ... Не смотри так на меня! Тебе понравится, я уверен у тебя такого еще не было! — господи, у Чонгука сейчас глаз дергаться начнет. А можно уточнить чего конкретно у него не было? Непонятных свиданий и еще более странных парней? Тут видимо даже Чимин тягаться не сможет, у Чонгука все это и правда в первый раз. "Оригинально не значит хорошо" орет голос в его голове, но сам парень просто продолжает жевать печенье и смотреть своим безумным взглядом по сторонам, чувствуя, как его нос отогревается — "тут хотя бы тепло" — интересно они скоро двинутся, чтобы Чонгук смог насладиться своим новым незабываемым жизненным опытом. Намджун хватает обаяшку за руку и тянет внутрь, усаживая за стол к девушке в странных одеждах, не давая как следует рассмотреть помещение. А рассмотреть определенно есть что. В самом углу стоял обшарпанный со всех сторон диван, напротив него такое же кресло. С потолка свисала куча атласных лент, тряпок и мешочков с травами. Последних было огромное изобилие по всей палатке. Мешочки были завязаны сверху над головами, закреплены на мебели и даже лежали на столике с зеркальцем недалеко от "зоны отдыха". Сами же гости находились в передней части помещения. Тут же был и круглый стол, накрытый черной скатертью и заваленный всякими вещичками вроде карт, камушков и засушенных цветочных лепестков, а еще стоял большой прозрачный шар, очаровательно поблескивающий стеклом от огоньков. Чонгук сидел на фиолетовом пуфике, который будто был взят из дешёвого пыльного ресторана, где блюда стоят намного дороже, нежели должны. Парень смотрел на девушку в бардовых струящихся тканях, с огромными глазами, в которых отражались свечи и фонарики, разбросанные где только можно. "И как только не мерзнет" — пронеслось в мыслях. Тут, конечно, теплее, чем на улице, но все еще не Сочи летом. Ало, Чонгук, очнись! Ты непонятно где и непонятно с кем! Не время думать о благополучии других. Следи за кошельком! Вдруг они все мошенники и приметили себе студента, пропажу которого не заметят, чтобы порубить его на части в те самые мешочки и на продажу. Все-таки стоило писать курсовую, а не отлынивать. Хоть куратор спасибо скажет — нет Чонгука — нет будущего с метлой на улице. Намджун удрученного состояния спутника не заметил и продолжил хрумкать печеньем, здороваясь с девушкой. — Приветули Рюджин! Гадалка поднимает свои глаза на человека-проблему и шипит: — Я тысячу раз говорила называть меня тут Флорикой, — Намджун фыркает, закатывая глаза. Она переводит взгляд на Чонгука, который дул на ее листочки васильков, смотря, как они поднимаются с ткани и падают обратно. Она с ума с ними сойдет. — Давайте быстрее, чего у вас там, у меня сегодня еще запись. — Запись? Сюда записываются? — Необразованный мальчишка, конечно, сюда записываются! Знаешь ли, многие хотят узнать свою судьбу у гадалки в шестом поколении. — Ты гадалка в третьем поколении. — Еще одно слово и будешь ждать своего любовника на улице. — Мы не любовники, — яро отрицает Чонгук. — Нет? А вот мои свечи говорят, что да. Так что конкретно вы хотите? Он смотрит на Намджуна, пытаясь узнать мол, а что вообще можно, тот же в свою очередь пожимает плечами — бери что хочешь. Рюджин-Флорике надоедает наблюдать за этим (ну правда у нее день по минутам расписан. Время — деньги). — Расклад на суженного, судьбу рассказать могу, карта здоровья, твои жизненные ориентиры. Выбирай что угодно и побыстрее, пожалуйста. Намджун, убери руки от его волос. — Эй! — Рюджин! — раздалось одновременно. — Я Флорика!— а вот хер теперь он ее так назовет, будет до скончания веков раздавать листовки о том, что она шарлатанка. — Да боже ж мой, давай сюда свою руку, — провидице уже поднадоело наблюдать за метаниями паренька, что только открывал и закрывал рот, сидит тут глазами своими хлопает, а прибыль! Ей еще в этом месяце заказ на камни делать, а то любят тут всякие с собой забирать. Потом ни одного янтаря не найдешь. Чонгук вытягивает свою руку ладошкой вверх, наблюдая, как Флорика хватает ее, подтягивая ближе к себе. Сначала просто пристально смотрит, а потом открывает рот, чтобы сказать: — Жизнь твоя долгой будет. Чонгук смотрит на нее: мол, я ради этого сюда по морозу перся? — Будет долгой, да проживешь ты ее не один. Сердце твое недавно человека встретило, с этого момента ты никогда одинок не будешь, — заискивающе продолжает гадалка под танец тонких фигур свечей. А поконкретнее можно, он все-таки в общепите работает, за один день человек сто встречает. Чонгук уже с интересом смотрит на свою руку, (всем нравится слышать хорошее про себя. Независимо веришь ты или нет!) не замечая, как Намджун подходит ближе, наблюдая из-за плеча. Девушка берет те самые листочки, с которыми играл Чонгук, сыплет ему в середину ладони и подносит свечу, двигая ей по кругу. — Встретил ты его случайно, не особо он тебе понравился сразу, — она откладывает все, переворачивает ладонь, позволяя траве упасть на стол, и достает один из мешочков. Чонгук следит за действиями девушки. Его руку возвращают в прежнее положение и высыпают на нее... Гречку? — А? — он удивленно поднимает голову вверх, смотря на Флорику, типа че это вообще происходит, а где всякие магические штучки, мы гречку обычно в банках литровых в шкафу храним, а не в декоративных мешочках по крупинкам. — Я пытаюсь узнать кто это, не отвлекайся. Гречка очищает твое поле и оставляет только истинные пути, убирая все лишнее, — она снова переворачивает его руку ссыпая крупу, и насыпает заново, — у тебя очень много лишнего. Чонгук смотрит на крупу, пытаясь мыслить здраво. Бля, а дома это тоже так работает? Типа его, когда перебирать ее заставляли, это мать хотела очистить его путь или чего вообще? Может, надеялась, что он не поедет хуй знает куда на хуй знает кого учиться, а в мед поступит? Что ж видимо у него правда много лишнего, иначе как объяснить то, что поступил он туда куда поступил, а сейчас вообще сидел в том самом хуй пойми где. — О вижу! Твой этот спутник жизненный сейчас рядом с тобой, — они поднимают взгляд на Намджуна, который был заинтересован гаданием первые минуты две, а потом все его внимание снова захватили кудряшки Чонгука, и он заинтересованно игрался с ними, закручивая и раскручивая, пока парень следил за своей судьбой. Теперь то его раскрыли, и он смотрит на задолбанное лицо Рюджин (нет, она конечно очень рада за друга, но тот правда достал таскаться сюда и спрашивать всякое про себя, а в этот раз вот еще и паренька какого-то с собой притащил, хотя почему какого-то. Свою судьбу вообще то!) Чонгук поворачивается назад к гадалке, а она, предвидя все недовольство и миллион вопросов с уточнениями, радостно хлопает в ладоши, говоря, что их время вышло и вообще длительное нахождение в палатке для обычных смертных вредно, абсолютно игнорируя испуганный взгляд Намджуна, потому что он тут даже на ночь оставался временами, когда она засиживалась за своими картами таро, налаживая контакт. Упс! Она быстро выпинивает их на улицу и радостно закрывает вход. Те молча смотрят друг на друга, пока Намджун не открывает рот: — Эм ну. Неловко немного, наверное, особенно такой стесня-, — Чонгук предупреждающе поднимает руку. — Понял, понял! Давай в мак сгоняем?

***

Ну а чего они, собственно, ждали? Единственный более-менее доступный ресторан в городе забит под завязку в вечернее время. Чонгук предлагает взять по стаканчику кофе (даже он сам лучше дома делает) и по мороженому. Ну хоть где-то они сошлись. Намджун тоже чуток сумасшедший и любит в минус бахнуть клубничного. А еще он почему-то притих. Если так задуматься, то Чонгуку без натяжки очень даже понравилось их... "Э-ээ.. Свидание?" Он давно ни с кем просто так не веселился. Намджун без умолку болтал всякие истории из жизни (а вот про утопленного хомячка знать не особо хотелось), смеялся, рассказывал о любимой музыке. Ему оказывается нравится так много русских исполнителей, когда Чонгуку больше импонируют зарубежные. "Такой открытый и наивный" Парень усмехнулся про себя и, облокатившись на железную трубу, продолжил наблюдать, как Намджун по доброте душевной пропускает в очереди к кассе ещё одного ребёнка. "И добрый" — Слушай... Ты, наверное, меня странным считаешь, — начал Намджун, уплетая за обе щеки ложками мороженое с кусочками бисквита. Клубничного не было. — Ну... Если исключить, что наша прогулка прошла у странной шарлатанки, и ты сказал, что любишь ранние песни Пугачевой, то вроде все нормально. — Да нормальные у нее песни, — Чонгук предпочитает промолчать. — Какая разница главное, чтобы музыка приносила удовольствие и поднимала настроение! — из его рта выскочил кусочек мороженого и прилетел прямо на щеку Чонгуку. — Ох, черт, прости. Парень мгновенно побагровел (он знает, что такое стыд?) и протянул руку, чтобы вытереть каплю с кожи спутника. — Вот и все. Чисто, — Намджун показал большой палец вверх, и Чонгук на секунду подумал, что вокруг него появятся победные блики как в мангах. "А еще у него руки вкусно пахнут" — Да, главное, чтобы тебе было весело. А еще, чтобы я не опоздал к отбою в общежитие! — Тяжела жизнь людей, которые там живут. — Перестань издеваться, не у всех есть хата рядом с университетом. — С предками жить хоть и геморрно, но зато бесплатно. И я могу копить на нужные вещи, — родители Чонгука сейчас в другом городе и, если честно, лучше с Чимином и убогим матрасом, чем с отцом, который слушает шансон и ведет политические беседы на тему Советского Союза, когда выпьет. — Нам пора идти, — глаза Намджуна мгновенно наполнились необъяснимой тоской. — Ну вот наша свиданка и закончилась. Запомни и осознай, что лучше нее уже ничего в твоей жизни не будет. Ну только если отношения со мн... Снег! — А? — Снег пошёл! — Намджун начал энергично размахивать руками и пытаться поймать снежинку на рукав чёрной куртки. — Ты же знаешь, что не бывает одинаковых снежинок! Они все уникальные. — Прямо как люди. Намджун нахмурился. — Среди людей есть близнецы.

***

Чонгуку кажется, будто он получил обморожение минимум первой степени и очень хочет избавиться от ушей на своей голове. Нет ушей - нет проблем. — Твой автобус уже должен был приехать. На пять минут опоздал. — Намджун тычет в экран телефона, который показывает время и погоду. Минус двадцать. — Ты тоже опоздал на нашу прогулку, но я же тебя ждал, — его непунктуальный спутник фыркнул и подошёл ближе к дороге для разведки обстановки. К остановке подъехал автобус, отражая в окнах огоньки от гирлянд, что развешаны в центре города буквально на каждом дереве. — В твою сторону же едет, да? Садиться не собираешься? — Пффф. Зачем он мне нужен. Как я тебя тут одного, да еще и без шапки, — Намджун пальцем ткнул в верхушку головы Чонгука. — Бестолочь. Кто без шапки в такую погоду ходит? Я тебе за апельсинами в очереди на рынке стоять не собираюсь. У Чонгука слов возражений не нашлось. Он сейчас и правда как последняя бестолочь выглядит, которая рискует получить какую-нибудь пневмонию. Глаза Намджуна снова стали добродушными и будто заблестели невинностью. "Как щеночек" — Глупый, тебе далеко до дома? — Километров пять отсюда. Я летом на велике гонял, — такое ощущение, будто синяки на заднице от сидушки до сих пор остались. Бедная она у него какая-то — страдает в любой период жизни. — Тогда пошли. — Такси в этом мире не существует? — Мы сейчас ничего не вызовем. Посмотри сколько людей, — Намджун затушевался, — хочешь быстрее закончить со мной свиданку, да? — звон в голосе выдал беззлобную подоплеку вопроса. — Так, стой. Парень аккуратно стянул со своей головы огромную белоснежную ушанку и надел на Чонгука, очаровательно улыбаясь. — Теперь не помрешь. Пошли. А. В какую сторону?

***

Пока они шли мимо украшенных центральных зданий, Чонгук понял, насколько спешил раньше, что даже не замечал, как красиво его убогий городок украшают к новогодним праздникам. Снег отражает свечение вывесок с надписями о новогодних скидках для корпоративов и поблескивание огонечков. Ближе к жилому сектору на каждом окне висела как должное хотя бы одна коротенькая гирлянда. Чонгук знал, что это блядски некрасиво, но все равно каждый раз заглядывал в окна на первых этажах, рассматривая растения на подоконниках. — Давай музыку включим? — Намджун резко повернулся к приятелю и заглянул в глаза. — Чел, мы будем похожи на тех детей с колонками и песнями Моргенштерна. — Какая разница, я хочу включить тебе ту, которая мне пиздецки нравится. Если честно, то Чонгуку уже насрать. Пускай включает. Хоть Пугачеву с Кузьминым в голос поёт — он очень устал и хочет на свой убогий матрас. — Подожди, давай хотя бы в наушниках слушать, — Намджун одобрительно кивнул, доставая телефон из кармана и открывая бесплатную версию Спотифая. Чел, да там рекламы больше, чем самой музыки, чего ты творишь. — Она русская! И вот прям... Чудесная. Давай на лавочку сядем? Чонгук напяливает одну капельку и чувствует себя школьником, который прогуливает уроки в туалете, слушая какие-то странные песни и покуривая ашку за сто пятьдесят рублей. Раздаётся мелодичный звук струн гитары. "Нет сигнала сети" "Нашей пропажи никто не заметит никто не заметит и на Гугл Мапс координат не найдет" Песня о том, как ориентироваться по карте? "Все мы рано или поздно уходим из дома. Для того, чтобы собой заполнить пустоты. На пути от Калининграда до Владивостока." Намджун покачивает ногой в ритм песни, продолжая ловить снежинки краешком куртки. Эта песня будто рассказывает о всех переживаниях парня. О переезде, о том, как бесполезно материальное, о свободе, которую он хочет обрести. И Чонгука осиняет. Вот почему он другой. Все эти мелочи, смешки, и, казалось бы, ненужная миру простодушность, доброта — делают его особенным и таким светлым. Он ярче всех огней, которые Чонгук сегодня видел. Вот такой. Любящий мороженое в минус и дружащий с шарлатанкой, которая считает себя потомственной гадалкой. Пропускающий детей в очереди за коктейлями и влюблённый в снег. "Это, блять, слезы?" Вокалист заканчивал свою песню: "Нет сигнала сети. Самое время чего же мы ждём." Намджун поворачивается, чтобы узнать о впечатлениях, к своему другу. — Как те... Ты чего ноешь? Слезы обжигали щеки Чонгука и, казалось, что из-за мороза замёрзнут прямо на его лице. Все мысли и чувства смешались, мир будто предстал парню в виде Намджуна. Яркого и очаровательного Намджуна. — Спасибо тебе за прогулку. Он обвил шею Намджуна двумя руками, будто боялся, что он испарится и больше никогда не напишет дурацкое сообщение, и не предложит послушать музыку, сидя на лавочке и рискуя подхватить какое-нибудь воспаление. — Спасибо, — Чонгук приблизился к чужому лицу и невесомо клюнул Намджуна в уголок губ. И ещё раз с другой стороны. И покрасневший нос. Он почувствовал, как парень улыбнулся. — Все-таки Рюджин была права. В капельке наушника отдавались строки следующих песен из плейлиста Намджуна: "Первый снег в ее глазах, Смело он рукой поймал Тусклый свет от старых ламп, Ее плечи целовал."