В поисках единорога

Вымотанная событиями девушка, скользнула в объятия Морфея, отключив мозг и чувство самосохранения. Гибкое и по-мальчишечьи стройное тело Драко вытянулось на кровати и прекрасно подошло для того, чтоб использовать его вместо подушки для сна. Ее голова лежала у него на груди, рассыпав свои непослушные волосы по всюду, где только они смогли достать. Даже половина лица Драко была прикрыта буйными прядями. Ее рука лежала на его члене, а ее киска прижималась к бедру, которое она обхватила ногами. Эдакая спокойная идиллия. В чужой кровати. *** Люциус трансгрессировал на порог Малфой-Мэнора уже под утро. Темный Лорд созвал собрание, готовясь к нападению на Азкабан, чтобы вызволить Пожирателей, которые там томились уже более 15 лет. В его задачу входило отвлечь Министра Магии, сконцентрировать его внимание на другом объекте, чтобы, как можно большее количество авроров, покинуло застенки Азкабана. Сидя за столом напротив Снейпа, Малфой то и дело бросал свои взгляды на своего друга, иногда приглядываясь, а иногда откровенно недоумевая, как малышка смогла найти того привлекательным? Им не впервой было делить женщину, бывало и такое, что они снимали одну шлюху на двоих, но в первый раз это происходило в тайне. В относительной тайне, как иногда казалось Люцу. Он думал, что Северус давно прочитал гриффиндорку и знал, что она периодически предпочитает проводить время с ним и всех все устраивает. Обычно, она никогда не скрывала те отметины, которые оставляли он и Сев на ней. Она просто не обращала внимания на такие мелочи, предпочитая разговоры о своих питомцах или истории магического мира. Собрание затянулось, Темный Лорд долго выспрашивал Снейпа про то, как настолько быстро спасли от Нагайны рыжего Уизли. Мужчина отвечал четко по поставленному вопросу - видения, Гарри и как именно тот увидел это нападение. Волдеморт с удовлетворением гладил свою змею, говоря, что в следующий раз видение получится более четким и это будет нужно использовать. А потом обратился к Малфою: - Люциус, мой верный соратник, как обстоят дела в твоем семействе? Малфой старательно удерживал нейтральное выражение, чтобы ненароком не выдать свой страх, за своего ребенка и жену: - Благодарю за заботу, милорд, у них все хорошо. - Я рассчитываю, что твой сын скоро присоединиться к нам, нужно награждать своих соратников. Что ж, идите и готовьтесь к освобождению своих товарищей, - взмахом руки Темный Лорд дал свое соизволение на то, чтоб покинуть этот полуразрушенный дом, где сейчас проходило собрание. *** Пройдя в холл, Малфой отдал домовику свою мантию и приказал подать завтрак в его покои через два часа, не обращая на пришибленный вид эльфа. Мыслями он уже был рядом с гриффиндоркой, которую разбудит поцелуем, но прежде душ. Ему не хотелось нести к ней этот запах разложения, которым пропиталось помещение от Тома. Его тело было таким же гнилым, как и его душа, распространяя миазмы и отравляя все вокруг. - Хозяин...я... там... - Да что тебе, говори уже нормально! - Там, юная мисси ... Люциус больше не слушал лепет этого недоразвитого эльфа, который двух сов связать не может и, перепрыгивая, через ступеньки, понесся к главным покоям, пытаясь хоть немного унять свой страх. Только бы с ней ничего не случилось... С ней было все хорошо и даже очень хорошо, насколько он понимал, пока он был у Лорда, она быстренько заменила одного Малфоя на другого. И сейчас спала, блять, в объятьях его сына! Какого хера он вообще здесь делает, если он должен был быть у Забини на вечеринке? Какого хера он вообще полез на шлюху, которая ему не принадлежит? Люциус осмотрел комнату и увидел бутылку огневиски и 2 стакана, сброшенная на пол одежда и его халат. Кажется неплохо детки порезвились, стоило ему только выйти за порог. Он прошел к камину и, развернув кресло так, чтобы видеть голубков, уселся со стаканом в руке. Сука! - Какой чудесный натюрморт я наблюдаю, - слова Малфоя-старшего просто сочились ядом, - парочка любовников в родительской кровати... Драко резко подскочил и начал быстро натягивать брюки, чтобы не сверкать голым задом перед отцом. Он развернулся спиной, демонстрируя глубокие царапины, которые оставила на нем Иона, точно такие же, как и на Люциусе. Это окончательно выбесило блондина, который даже не пытался снизить градус накала. - Что ж ты, моя милая гриффиндорка, так быстро променяла меня на версию помоложе или плохо ублажил? Ну давай, начинай свою оправдательную речь, ты не хотела, он тебя заставил... - Отец... - Лучше замолчи, Драко! - стакан с недопитым виски пролетел в паре сантиметров от него, а взгляд налитых кровью глаз вернулся к девичьей фигурке на большой кровати, которая даже и не пыталась прикрыться. Иона медленно поднялась, прекрасно понимая, как сейчас выглядит, а чего ей было терять, все уже ее видели голой, так и на фик притворяться. Аккуратно подобрав свою одежду, она прошла в ванную комнату, где неспеша привела себя в порядок и оделась в джинсы и свитер. Вернувшись, она подметила, что Люциус опять со стаканом, а Драко стоит в напряжении около окна. Она села в кресло напротив сложила руки на груди. - Такая красивая и такая дрянь, - почти ласково протянул Малфой-старший, - зачем? Иона вскинула руку, останавливая Драко, когда тот хотел что-то сказать. Вчера вечером он был чертовски прав, подумала она, ее отношение было сродни к собаке, неразумному существу, который не может нести ответственность за свои поступки. Только, сейчас позволить ему что-то говорить, это означает поставить под удар все, чего она хотела добиться. - А что сказать, Люц? - мужчина поморщился от этого ласкового прозвища, которым она называла его в интимные моменты, - Понял ты все правильно, мы переспали. Все. Конец трагикомедии. _ Ты, стерва, сука, - Люциус подскочил к ней и схватил ее за плечи, притянув к себе, - как ты могла, ты же знала, тварь, знала, что все это не просто так, я думал, что ты все поняла вчера... Сука! Пощечина была не столько сильной, сколько обидной и все могло бы закончится ей, если бы мальчишечий максимализм не вылез, когда не нужно. Драко бросился к отцу с воплем "Не смей ее трогать!" и оттеснил ее к себе за спину, закрывая от разгневанного мужчины. Эта его защита от него, от Люциуса, от мужчины, которому мерзкая грязнокровка шептала слова любви, когда он трахал ее в своем кабинете, заволокла последние остатки разума. Он по-магловски вскинул кулак, чтобы ударить своего ребенка, а попал по лицу девушки, к которой, как он думал, испытывал чувства и которая похерила в нем все хорошее, что только было. Она оттолкнула Драко, подставившись под удар. Люциус взвыл и бросился к ней, поднимая ее на руки, шепча бредовые слова прощения и признания, что он не хотел, он направился было к кровати, когда остановился в полном ступоре - не туда, не туда, где каких-то пару часов назад она кувыркалась с его сыном, пока еще сыном. Он направился к двери между спальнями и положил девушку на кровать Нарциссы. Оглядевшись в поисках трости, он опять прошествовал в свою спальню, где Драко даже не мог осознать увиденное и только лишь когда Люциус схватил трость, тот послал в него оглушающее заклятье. Драко смотрел в ужасе на дело своих рук и бросился в спальню матери , где привел в чувство девушку. - Иона, вставай, пора идти, - Драко приподнял девушку и отвел ее к камину, - Иди, к мадам Розмерте, а потом сразу в Хогвартс, иди, я следом. Она не была бы собой, если бы на последок не сказала : - Не вини его, прости... Всполохи зеленого пламени поглотили ее фигуру и через пару секунд он остался один на один с разгневанным Пожирателем Смерти...