Демон с цветами глицинии

Окраина города. Множество домов располагались в таком прекрасном месте. Свежий и прохладный ветер покачивал ветви высоких елей. Ворон уселся на крыльцо одного из домов, оглядывая местность. Дети снова прибежали на маленькую поляну и кидали друг другу мячик, смеясь и болтая о чем то. Стояла слегка прохладная погода, облака изредка закрывали солнце, а река неподалеку сегодня была особенно неспокойной. Послышался грохот в одном в том самом жутком доме, к которому запрещали подходить детям, но конечно они не собирались слушать взрослых. Тут же дверь захлопнулась, молодая женщина держала за руку девочку лет 5. Ребенок плакал и крепко вцепился в руку матери, на этот звук обернулись дети, игравшие рядом с домом. Они давно знали о девочке, жившей там, каждый раз дети играли около этого дома в надежде увидеть ее и подружиться, но девочка либо уходила, что-то ворча себе под нос, либо плакала и убегала куда подальше. Мать привела девочку к широкой реке и взяла ее маленькие ручки. – Рей... Понимаешь, маме нужно уйти, – спокойно начала она. Девочка пристально посмотрела на мать своими красивыми глазками, а затем снова вцепилась в нее, начиная рыдать ещё больше. – Не уходи!.. Папа будет меня бить! – девочка вытерла слезы со своей щеки и посмотрела на лицо матери, что было покрыто большими синяками и ссадинами. – Прости, я не могу тут оставаться, – мягко и тихо сказала женщина, собираясь отойти от девочки. – Я хочу с тобой! – она кричала и обнимала мать, женщина взяла ее за руку и повела в воду. Девочка совсем не понимала что мама собирается сделать, но без лишних слов пошла за ней. Она хотела быть рядом с единственным человеком, что так заботится о ней и дарит свое тепло. Как только девочка была уже по пояс в воде, женщина взяла ее за голову и начала топить, притом жутко улыбаясь. Девочка задыхалась и не понимала, почему же ее добрая и любящая мать так делает, зачем она ее защищала от отца, кормила и обнимала, если сейчас убивает своего собственного ребенка. Она чувствовала, как теряет сознание. Проснулась девочка уже дома на твердой кровати. Она совсем ничего не помнила, ни где находится, ни кто она. Рей просто пошла на кухню, где ее уже ждал мужчина. – Будешь отрабатывать все деньги, малявка, – произнес мужчина, глотнув из бутылки какую-то жидкость. Девочка была на удивление спокойна, несмотря на то, что она находилась в незнакомом доме с незнакомым человеком. Она точно поняла, что это и есть ее дом, а впереди возможно сидит ее отец. Мужчина выглядел раздражённо и видимо злился на что-то, девочка этого сильно испугалась. Она просто не смогла что-либо рассказать мужчине, даже с места сдвинуться стоило непосильных трудов. На удивление отец не заметил изменения в ее поведении, даже не смотря на то, что иногда та сильно кричала и плакала, казалось будто в ней существует ещё один человек. Несколько лет девочка работала или делала ещё что-либо, лишь бы быть полезной отцу. Но иногда она срывалась, обычно Рей чувствовала гнев и злобу на отца, что избивал ее за непослушание, но всегда скрывала это, пока не взрывалась, будто вулкан. Она кричала, дралась и кидалась всем, что попадалось под руку, а когда ее наказывали, Рей будто смотрела на себя со стороны, ей казалось будто она ещё та самая пятилетняя девочка, не смотря на то, что уже стала старше. Когда ее избивали Рей уже не плакала, теперь она просто злилась, ей будто не было больно. В одни день к отцу снова заявились его друзья, как обычно они сели за стол и достали бутылки с выпивкой. Ничего нового. Взрослые долго говорили и шумели, мешая спать Рей. От этого девочка подошла тихонько к стене и подслушала разговоры. – Как там дочь твоя? Помогает хоть? – говорил один из друзей отца. – Эта девчонка слишком мало приносит денег. Вот недавно я ее отправил воровать у людей на улице, так она принесла всего лишь пару десятков йен! – отец все не замолкал и продолжал винить дочь во всех несчастьях. – Вот думаю, может продать ее на одну ночь. Есть у меня одни знакомые. – Я бы ее в квартал красных фонарей отправил, кормить не нужно будет и денег за такую симпатягу отдадут немало. Да и проблем от нее будет меньше. – Ты что! Нельзя же так с маленькой девочкой, – только один человек был абсолютно против этой затеи. – Все же она не виновата, что у нее диссоциативное расстройство. Бедная девочка... Услышав это, Рей поняла, почему иногда не могла управлять собой и вела себя странно. Только в этот момент она вспомнила то, что происходило с ней до того дня, когда мать пыталась утопить ребенка. Женщина как то рассказывала ей о том, что брак стал распадаться, но оба хотели сохранить отношения, поэтому завели ребенка. Но взрослые так и не смогли сохранить хорошие отношения, много кричали ругались, даже пытались убить ребенка, но просто не могли этого сделать. Из-за сильной травмы Рей стала вести себя странно и даже один раз чуть не убила одного из детей. От этого отец стал много пить и бросил работу, а мать пыталась защитить ребенка от мужа и при этом содержать семью, продавая рыбу, которую ловила на речке. В один момент женщине надоела эта жизнь и она стала ненавидеть ребенка, винить ее во всем. Она не хотела умирать от переутомления или от рук собственного мужа, да и ребенка теперь ненавидит. Рей рассказывала эту историю сидящим на кровати Танджиро и Генье, что доставали ее с расспросами много раз.