Мальчик - Который - Хотел - К - Звездам

Гарри пять.  В этом возрасте он еще не знает ничего о космосе, но впервые в жизни замечает, что ночное небо сплошь усеянно разноцветными переливающимися жемчужинами - звездами.  Гарри долго сидит вечером на крыльце, запрокинув вверх голову, и завороженно смотрит на ослепительные небесные светила, то и дело протягивая к ним свою худую маленькую ладошку и шепча не по - детски серьезное мечтательное: " Вот бы и мне попасть туда, где сияют эти яркие звездные камушки…" Он так и засыпает на холодном и напрочь промокшем от вечернего дождя пороге, удобно поджав к груди коленки и подложив под лохматую вихрастую голову руки. Ему снится космос и пестрые огненные кометы, летящие на землю прямо мимо него… Гарри семь.  Его руки сплошь в бинтах и шрамах, а тоненькие ножки все в синяках, ушибах и ссадинах.  Он, как обычно, прячется от своего двоюродного брата Дадли и его разбойной невменяемой компании в кустах и с интересом изучает украденный тем же утром из школьной библиотеки учебник астрономии, а вечером тайком выбирается из дома и убегает в местный парк неподалеку от Тисовой Улицы, где садится на качели и со всей силы раскачивается, пытаясь подлететь как можно выше в небо, чтобы достать наконец - то одну из таких далеких желанных золотых звезд… Цепь со звоном дергается. Гарри отпускает руки и с криком летит на землю, тихонько плача от боли, несправедливости и обиды.  А потом, немного успокоившись и придя в себя после пережитого только что испуга и шока, он снова поднимает заплаканный взгляд к звездам и произносит твердое отчаянное: " Я доберусь до вас. Когда - нибудь точно доберусь. Я обещаю…" Гарри одиннадцать.  В великой волшебной школе Хогвартс, куда его приняли только полтора месяца назад, он худший почти что по всем предметам, но зато лучший по астрономии, которая теперь стала самым главным его жизненным увлечением и хобби.  Каждый вечер он в тайне от всех проникает на астрономическую башню и с упоением смотрит в огромный профессиональный школьный телескоп, отмечая на синей контурной карте все новые и новые звезды и созвездия.  Он знает их уже очень много. Намного больше, чем всего его друзья и одноклассники вместе взятые… Друзья… А разве они, на самом деле, у него есть? Нет…Конечно, нет… У него есть хорошие знакомые, общительные соседи по парте, но только не настоящие верные товарищи, готовые за него постоять и разделить с ним купленные в Хогсмиде безделушки и сладости… Сегодня Гарри избили в одном из коридоров двое старшеклассников, и никто, совершенно никто даже не попытался прийти ему на помощь, хотя проходящих мимо свидетелей этого жестокого " представления " было, по правде говоря, довольно много… Слизеринцы остановились, только лишь когда через некоторое время пришла Макгонагалл и отважилась в конце концов прекратить это бесчеловечное беспощадное побоище. Она молча подала отчаянно ревущему от страха и бессилия Гарри руку и довольно холодно осведомилась, в порядке ли он, а затем отвела его в больничное крыло и бросила там в полном одиночестве, не сказав больше не единого, даже самого коротенького и незначительного слова… " Мерлин, ну за что все так сильно меня ненавидят?! " - Гарри с силой стукнул себя ладонью по лбу, а затем присел на парапет на самом краю просторной терассы башни и без всякого страха и предосторожности свесил вниз ноги, с легкой отрешенной улыбкой размышляя о том, что с ним будет, если он все - таки закроет глаза и сорвется вниз?… " Я, наверное, увижу тогда звезды. " - в конечном итоге с немым трепетом в груди делает про себя вывод он, но прыгнуть так, почему - то, и не решается - не хватает ни сил, ни желания, ни смелости… А наутро все повторяется… Двое тех же подростков встречают Гарри в коридоре и резко прижимают его к стене, с издевательской ухмылкой на лице требуя с него деньги и всякие ценности, которых у него никогда даже и в самых заветных мечтах не было.  Он медленно прикрывает веки и испуганно сжимается в комок, с замиранием сердца ожидая нового удара. В следующий миг его с силой бьют по голове, а затем он падает и теряет сознание, проваливаясь куда - то в глубокую бездонную черноту, сквозь которую размыто просматриваются тусклые отдаленные силуэты звезд… Гарри тринадцать.  У него новые шрамы, новые синяки и новые посеревшие от времени бинты на руках.  А еще ему совершенно плевать.  На все.  На ненастоящих друзей, которые пишут ему неискренние сухие письма чисто " для галочки ", на вечно орущего дядю Вернона, которому так нравится махать у него перед носом ремнем, на Дадли, на Петунью, на себя, на всех… Он почти ничего не ест, под глазами уже давно залегли темные фиолетовые тени, а под длинной мешковатой футболкой красуются худые выпирающие кости и ребра… Гарри уверен, он ни на одну секунду не сомневается в том, что смысл его жизни давно потерян ( если он, вообще, когда - либо у него был ), а умирать от анорексии или нанесенных ему его психически нездоровым дядей телесных увечий будет слишком тяжело и больно, так что у него остается лишь один выход - оборвать все свои мучения и страдания самому.  И поэтому однажды поздно ночью он взбирается на местную телевышку, перелазит через ограждение и через несколько минут, набравшись достаточно смелости и отваги, закрыв глаза и раскинув в разные стороны руки, в один миг срывается вниз, а затем с криком летит куда - то в непроглядную бездну, после чего наступает долгожданная блаженная пустота, за которой приходит ощущение полной свободы и счастья, и тогда он неверяще оглядывается вокруг и вдруг понимает, что находится где - то далеко за пределами их галактики, а все вокруг усеянно миллионами разномастных переливающихся звезд, одна из которых, находящаяся ближе всех к нему, приобретает внезапно образ длинноволосого кучерявого молодого мужчины, который протягивает ему свою светящуюся всеми цветами радуги руку, нежно тепло улыбается и шепчет приглушенное завораживающее: " Пойдем со мной. " И Гарри идет, а точнее летит, без всяких раздумий ухватившись за его теплую ладонь и слегка прикрыв от безудержного удовольствия и восторга глаза… А вокруг все светится и рябеет, а где - то вдали виднеется большая голубая огненная звезда. Та, которая ярче всего видна с земли.  Та, на которую Гарри всю свою жизнь так мечтал попасть. Та, под которой он родился… Та, под которой ему и суждено было умереть…