Дурак

Реки даже не пытается заткнуть Мию, который в очередной (в какой конкретно?) раз называет его: «идиотом», «придурком», «отбитым дураком» и ещё сотнями различных синонимов, которые очень четко выражают общую мысль: Мия за него, идиота-Реки, беспокоится. Реки чувствует в самом сердце тепло, от которого на душе лучше не становится. Почему? Все довольно просто: Реки ведь в самом деле идиот, каких свет ещё не видовал. Из-за чего же он так решил? Вы в самом деле спрашиваете его об этом? Ну что ж, Мия вполне может дать ответ вместо него: — Ты просто конченный засранец! Ты просто взял, подошёл к чертовому Принцу и вызвал его на гонку?! — Мия почти кричит. «Почти» только из-за того что они находятся в Академии, пусть и в самом удаленном углу, но повышать голос всё равно лучше не стоит. Ведь они прогуливают урок, а это чревато последствиями. Однако Реки всё равно: Мия имеет полное право кричать на него. Парень сжимает в руках белоснежную ткань своей школьной формы, состоящую из шорт до колен, рубашки с длинными рукавами, чёрных подтяжек и красно-синего платка на шее, что заменял галстук. Мия тяжело вздыхает, видя плачевное (в буквальном смысле, к сожалению!) состояние своего лучшего друга. — Вот какого черта ты полез, а? — ещё раз спрашивает Мия, садясь прямо на холодный пол рядом с другом. Реки опять вздыхает и собирается с силами: стоит ли рассказывать Мие об этом? Реки всё-таки решается: закатывает рубашку до локтя и еле успевает даже вздохнуть прежде чем его за ладонь дёргают вверх. Мия вскакивает на ноги, тянет за собой Реки (точнее его руку), читает чернильные строчки и стонет от безысходности, потому что… — Ланга Хасегава? Твой чёртов соулмейт — Ланга Хасегава, Принц этой чертовой страны?! Реки улыбается, думает, что реакция ну прям слишком, слишком яркая. Неужели это в самом деле так важно? Ну да, его родственная душа — принц страны, в которой они живут. Наследный принц, стоит отметить. Будущий правитель, сейчас отбывающий ссылку в этой богом забытой Академии на краю света. Ну да, чувак, его соулмейт — принц, наследник, будущий правитель и политик и вообще краше в мире не сыскать. Но ещё не стоит забывать о кое-чем ещё… — Он же на скейте катается как чертов Бог. Он буквально летает на этой доске, поэтому… Как ты вообще додумался предложить ему гонку?.. — О боги мои, — выдыхает Мия, когда наконец до него начинает доходить. — Ты ведь не пытался так привлечь его внимание, верно? Ты ведь не настолько идиот, чтобы просто взять и вызвать самого многообещающего скейтера на чёртову гонку?! — Похоже, ты меня переоценил, — тянет тупо Реки, улыбаясь своей фирменной улыбкой. — Он просто такой… Такой… — О боги, меня сейчас стошнит, если ты продолжишь, — тянет Мия, прижимая руку ко рту. — Ты серьезно? Когда ты успел так по-глупому влюбиться? Реки лишь белозубо улыбается и ничего не говорит. Мия хочет его либо ударить, либо поздравить. Однако чувство привязанности оказывается сильнее разума, поэтому парень только обнимает друга и шепчет, когда чувствует ответные сильные объятия: — Надеюсь, когда ты бессовестно продуешь, а потом покажешь этому идиоту свою метку, ты не забудешь своего лучшего друга, верно? — Я приглашу тебя на нашу свадьбу. — Боги мои, надеюсь, я умру до этого, — Мия вроде даже не думает шутить, но все равно смеётся вместе с Реки. — Когда ты проиграешь, я не буду вытирать твои слёзы, — врёт беззаботно Мия. — Мне это не понадобится, — тоже врёт Реки. В итоге Реки, уставший и какой-то печальный, приходит на следующий день к Мие домой, которого всё-таки наказали за прогул. — Гонка была назначена на сегодня, — наконец говорит Реки, когда они вдвоем садятся около большого плазменного телевизора, включая какой-то популярный сериал. Мия застывает в странной позе, держа в обеих руках закуски, напитки и продолжая идеально балансировать на собственной доске для скейта. — И ты?.. — Как ты и предполагал, — усмехается Реки, не имея ни малейшего понятия, как отреагирует лучший друг на это… Признание. И признание даже не поражения (он не мог обыграть даже Шедоу, а это уже о чем-то, да говорит), а своей неудачи, бездарности… Что ему ответит Мия? — И ты думаешь, что я просто отвернусь от тебя? Почему ты ничего не сказал? — Мия в секунду оказывается рядом, его скейт катится дальше, скрываясь в другой комнате (из нее доносятся громкие мяуканья, и Реки устало думает, что Кити-чан не повезло). — Я не думал, что стоит отвлекать тебя от учебы… — хочет прошептать Реки, но ему не дают этого сделать. Мия притягивает его к себе, утыкается своим холодным носом ему в шею и говорит тихо-тихо: — Я ведь говорил, что буду вытирать твои слёзы после поражения. — Ты говорил как раз наоборот, — Реки сжимает свои руки вокруг чужих плеч и тоже утыкается своим носом куда-то в черные волосы, как всегда пахнущие вкусным шампунем с запахом бабл гама. — Я в тебя верю, идиот, — Мия шепчет, и Реки кажется, что ему все это снится, ведь никогда прежде его друг не говорил таким голосом, будто в любой момент может заплакать из-за него, Реки. — И если этот мудила посмеет тебя обидеть? Что ж, я позвоню Черри и Джо, и они точно разберутся с этим отстойником. — Ты серьезно хочешь втянуть в это учителей? — Реки смеётся, и его выражение лица разглаживается. Медленно, но верно он всё-таки возвращает себе боевой настрой. — Твоя любовь к скейту — вот то, что заставило меня переосмыслить свою жизнь, — говорит Мия. — Ты мой лучший друг, бро, — улыбается Реки. — А ты мой, Реки, — Мия тоже растягивает губы в улыбке. — Итак, что мне делать, если красавчик, будучи наследным принцем этой страны, позвал меня на свидание? — О боги, ты в самом деле идиот. На этот раз они оба соглашаются с этим утверждением.