Игра с химерами

Когда я просыпаюсь в следующий раз, рядом со мной дремлет новая абиссаль Лилит. Видимо, моя подруга не удержалась от того, чтобы похвастаться. Ювелирная работа. Вплоть до рожек, выточенных из желтоватой берцовой кости. Шкурка ладно сшита из последних лоскутов. Вельз должен сдаться – ему не сломить такой талант. Даже в столь ужасающих условиях его жена способна творить из пыли и тлена прекрасных, хоть и немного ужасающих с первого взгляда зверей. – Давай, умница, топай к мамочке, – я глажу важный бок животного, но оно не уходит, а молча топает следом за мной. Интересно, Вельз уже начал за мной шпионить? З-з-з-з-з-з… С творением Лилит происходит разительная перемена. Оно вострит уши и напрягается, отыскивая источник звука. Сначала я хочу успокоить антилопу, но быстро понимаю, что расцениваю ситуацию как-то не так. Это не испуг. Это охота! И, как только показывается муха, я понимаю, как приставленный ко мне зверь собрался её ловить. Миг – и насекомое попадается на длиннющий язык, схожий с ловчим инструментом хамелеона. Пока я отхожу от шока, антилопа (или как её назвать после такого?) с аппетитом облизывается. – Так, – я достаю гелевую ручку и вывожу на крупе хищницы сносный стилизованный значок с поднятым вверх большим пальцем. Надеюсь, Лилит позабавит такой «лайк». Теперь – основное. Сектор 16, зона G. Самые маленькие стеллажи здесь сделаны из роскошных секвоий, так что помоги мне удача. Заклинание, скорее всего, должно быть начертано на свитке, так что я, оседлав лестницу, с неохотой отпихиваюсь от полки с вызывающими уважение толстыми томами. Для меня нет ничего лучше старинной библиотеки, по крайней мере, из того, что создано человеческой культурой. Природу любишь безусловно, на уровне генетики, она записана в твою плоть и кровь и сама же является твоей плотью и кровью. С книгами другое. Это личное, не для всех. С этим не рождаешься. Как цветные контактные линзы. Или шипастый браслет. Или «семейки» в сердечко. По всем признакам ты можешь обойтись и без этого – но ты это хочешь. Не каждый хочет. Или хочет, но в другом объёме. Лично я, будь у меня такая возможность, обжиралась бы сокровищами этой библиотеки до самого последнего мозгового импульса. Ну или до тех пор, пока вижу. Сосредоточься. Кетцаль. Свитки разворачиваются с хрустом или шорохом, словно жучиные панцири или крылья бабочек. Некоторые добротные и упругие, словно коврики для йоги, некоторые покрыты гнилью, сырые или поедены неизвестными мне тварями. Вокруг тишина, в которой чудится фантомный гул, как часто бывает в подобных циклопических помещениях. Иногда я слышу цокот копыт, когда новой, и, как выяснилось, насекомоядной абиссали Лилит надоедает лежать и она разминает ноги. Шаги бодрые и уверенные – крепенькая скотинка, значит, долго проживёт. У Лилит бывали потери, и тогда мне приходилось пускать в ход всё своё красноречие, чтобы утешить её через письма. Как ни странно, в такие моменты в группу поддержки вступает и Вельз, так что в итоге моя подруга даже отвечает ему кратковременной вспышкой нежности… которая, впрочем, быстро угасает, стоит им снова начать делить плоть одной из крепостных стен. Супруги, что сказать… Время идёт. Мой глаз медленно, но верно замыливается. Восторг от возни с непонятными текстами сменяется почти что земным ощущением онемения в шее. И эта моя идиотская привычка наводить порядок на полках, если там до меня всё было свалено, как попало (а здесь именно так и было, как-никак, адская библиотека…). Кажется, это уже двадцатая полка, и я, бормоча под нос проклятья в свой адрес, бережно ровняю папирусное наследие. Наследие докладывает, что не согласно с новым порядком, но я полна решимости убедить его в обратном. Два свитка не проходят в паз. Что за идиотизм, я не настолько слепая, чтобы, приложив их к другим, не заметить разницы в размерах! Или… Я вытаскиваю их так стремительно, что лестница едва не включает привилегированную программу быстрого и стремительного спуска меня с дальнейшим расплющиванием об пол. Не включила, отлично. Я уже шарю по нутру углубления. Так и есть. Что-то завалилось. На ощупь как… тубус? Я вытаскиваю свою находку и прищёлкиваю пальцами, чтобы подозвать одного из эйчеров. Эти зверьки, что-то среднее между ящерицей и хомяком, имеют светящиеся горлышки, что позволяет использовать их как очень покладистые и высокоэффективные светильники. А ещё они работают за печенье. Пока животное, урча и икая, запасается предложенным мной курабье, я открываю тубус и случайно становлюсь причиной того, что ни в чём не повинный эйчер до слёз давится угощением. Ох уж этот вопль радости. – Прошу прощения, – я тут же оставляю зверьку кокосовое лакомство в качестве чаевых, и, спустившись, бегу к стойке библиотекарей. «Чем мы…» « КОПИЮ!!» – кажется, я проорала это на всех доступных частотах, так что не удивлюсь, если через пару тысячелетий для меня привезут посылку с какого-нибудь Арктура. Но это кетцаль! Это заклинание для его вызова! А значит, есть шанс спасти мой город! У меня дрожат руки, когда долгожданный лист переходит ко мне. «Спасибо!» – усердно кланяюсь я и вылетаю наружу. – Дорогая, ты знаешь, как этим пользоваться? – мягко окликает меня Лилит, пока я мастерю портал. – Понятия не имею, но я быстро разберусь, – я оборачиваюсь и подмигиваю, – Демоны ведь быстро учатся, не так ли? – Удачи и прощай, – Лилит машет мне рукой, а я в пылу ликования поднимаю два пальца значком «V» в сторону Саргатана. Мы не были знакомы, старик, но, возможно, сейчас я похожа на тебя в начале твоего грандиозного бунта. Пожелай мне удачи…