Любовь не лечится.

В один из холодных октябрьских вечеров Дания стоял на берегу Северного моря, завороженно наблюдая за темно-синими волнами под светом полной луны, Хенрик всегда любил смотреть на море: оно напоминало ему того, кто холоден снаружи, но имеющий внутри доброе любящее сердце, того, кто обходится без эмоций в толпе, но только рядом с Хансеном он не скрывал улыбки, того, кто с недавних пор принадлежит лишь ему, Хенрику. - Иди домой, идиот, а то простудишься еще, - вот и появился тот, кто занимал все мысли Дании в последнее время - Норвегия. Он недовольно покосился на наряд Хенрика, что состоял из белой майки-алкоголички и семейных трусов с изображением датского флага. - Неужели волнуешься, Андресс? - в своей обычной манере улыбнулся Дания, повернувшись к пришедшему. - Ничуть, - холодно ответил Норвегия. - Мало удовольствия в том, чтобы видеть кашляющего и истекающего соплями тебя в течение двух недель. - Я закаленный, не заболею, - сказал Хенрик и уверенно шагнул в холодное октябрьское море, волны которого сейчас доставали Хансену до щиколотки. - Ты совсем мозгов лишился, кретин?! - возмущенно вскрикнул Андресс, отбросив деланное равнодушие. - Выходи, вода ледяная, сам до костей продрогнешь! - Даже если я и замерзну, здесь рядом есть тот, кто с радостью меня согреет, - с пошлой улыбкой на губах Дания не спеша двинулся к Норвегии. - С каких пор ты с деревьями обниматься начал? - с издевкой в голосе произнес Андресс, снова нацепивший маску безразличия. - А с каких пор ты считаешь себя деревом? - рассмеялся Хенрик, крепко обняв Норвегию. - Ты - неисправимый идиот, Хансен, - вздохнул Андресс и обхватил талию Дании, тем самым сильнее прижимаясь к нему. Хенрик, улыбнувшись еще шире, зарылся носом в мягкие светлые волосы, вдыхая еле уловимый аромат моря. - Пошли домой, - через некоторое время прервал тишину Норвегия. - Мне холодно. - Не беспокойся, уж я-то тебя согрею, - Дания отстранился от Андресса и, взяв его за руку, направился в сторону небольшой виллы, служившей им с Йенсенном временным домом. ххх На следующее утро, как и ожидал Норвегия, "закаленный" Дания встал с диким кашлем и высокой температурой. Правда, проницательный Андресс не заметил, что это лишь очень хорошая игра Хенрика, проделывавшего трюк с "болезнью" где-то раз в полгода. Хансен уже привык имитировать громкий сухой кашель и тайком греть градусник в руках, пока Андресс на кухне делал ему, бедолаге, какао. Казалось бы, зачем крепкому взрослому парню периодически притворяться больным? Да просто для того, чтобы видеть постоянное волнение на лице Андресса, чтобы ощущать прикосновения его прохладных ладоней так часто, как ему захочется. - Кретин, - раздраженно фыркнул Норвегия, заходя в комнату к Хенрику с кружкой горячего какао. - Говорил же, не трогай воду... Вот зачем ты туда полез, а? - Хотел увидеть, как ты волнуешься за меня, - с нежной улыбкой на лице ответил Дания и осторожно обвил руками талию Андресса, уже поставившего кружку с напитком на тумбочку. - Уйди, ты заразный, - Йенсенн нехотя оттолкнул от себя Хансена. - Но ведь если ты тоже заболеешь, я смогу обнимать тебя еще чаще, не боясь заразить, - Хенрик снова попытался обнять Норвегию, но получил лишь слабый удар по рукам - Если я тоже заболею, я проломлю тебе хребет твоей же секирой, - в своей обычной манере пригрозил Норвегия. - Ну и ладно. - Дания, по-детски надув губки и сложив руки на груди, лег обратно на кровать и повернулся к Андрессу спиной. - Хенрик, - обратился к возлюбленному Йенсенн. В ответ на это Хансен лишь еще сильнее сжался. - Хенрик, - второй оклик так же был проигнорирован. - Эх, дурак, - Норвегия повернул не особо сопротивляющегося Данию к себе лицом и нежно коснулся его губ своими. В ответ на это Хансен мягко углубил поцелуй, обняв Андресса за талию. Когда ненасытному Дании показалось, что обычного поцелуя в губы ему не достаточно, Хенрик начал целовать шею Норвегии, вгоняя того в краску и заставляя еле слышно постанывать, оставляя яркие засосы на бледной мягкой коже. Андресс, прикрывший глаза от удовольствия, зарылся пальцами в жесткие вечно растрепанные волосы Хансена, словно придвигая того ближе к себе. Хенрик, восприняв этот жест как просьбу двигаться дальше, расстегнул маленькие пуговки на синей рубашке Норвегии и плавно перешел на ключицы Андресса, руками спускаясь все ниже и ниже по его телу, осторожно подбираясь к застежке ремня. Йенсенн жалобно всхлипнул, когда Дания слабо прикусил во время поцелуя его сосок, а Хенрик поспешил скорее успокоить Норвегию, вновь прильнув к его покрасневшим губам. Возбуждение нарастало у обоих, и через несколько мгновений Хансен, уже спустив с Андресса трусы, медленно лизнул сначала головку возбужденного органа, а затем прошелся языком по всему стволу, вынудив Йенсенна закрыть рот рукой, сдерживая рвущийся наружу стон наслаждения. Хенрик осторожно взял в рот член возлюбленного и начал медленные движения вперед-назад, доставляя раскрасневшемуся Андрессу неземное удовольствие. Постепенно увеличивая темп, Дания вынудил Йенсенна кончить ему на лицо и устало упасть на мягкую кровать. Но веселье Хенрика только начиналось: он спустил с самого себя джинсы и, облизнув два пальца, медленно вошел ими в обмякшее тело Норвегии, из-за чего тот, крайне эротично выгнув спину, не сдержал стон. Постепенно наращивая темп, Дания разминал колечко мышц и заставлял Андресса сладко стонать и всхлипывать. Осознав, что больше не в силах терпеть, Хенрик вынул пальцы и плавно вошел в резко напрягшееся тело Норвегии до предела, вынудив Йенсенна сорваться на крик. Немного подождав, пока возлюбленный привыкнет к размерам, Дания начал медленно двигаться внутри Андресса и накрыл его губы страстным поцелуем, сдерживая стоны. Движения становились все быстрее, стоны - чаще и громче, а волна оргазма приближалась. Кончив прямо в Норвегию, Дания устало повалился на кровать, не в силах сделать больше ничего, кроме как укрыть их обоих одеялом и провалиться в сон. ххх Проснувшись лишь под вечер после многочасового сна от кашля Норвегии, Дания сонно встал с кровати и прикрыл форточку, про которую они с Андрессом вчера даже не вспомнили. Кашель продолжался. Видимо, Норвегию, никогда не отличавшегося особой стойкостью или иммунитетом, попросту продуло из-за открытой форточки. Бросив на Йенсенна нежный взгляд, Хенрик направился на кухню за тем, чтобы сделать любимому какао. Вернувшись в комнату, Хансен застал там уже бодрствующего Андресса, который недовольно сверлил его взглядом. - Я же тебе вчера сказал, что будет, если я тоже заболею, - прошипел Норвегия. - Но это из-за форточки! - оправдываясь, вскрикнул Дания. - Тебя, скорее всего, просто продуло. От меня ты заразиться не мог, я притворялся. - Ты идиот? - в замешательстве спросил Йенсенн, глупо усмехнувшись. - Нет, зато теперь я могу за тобой ухаживать, и хрен ты мне что-нибудь сделаешь, - довольно промурлыкал Хансен. - Ты кретин, - вздохнул Андресс. - тебе лечиться надо. - Любовь не лечится, - глупо улыбнувшись, Хенрик обхватил руками талию Норвегии и зарылся носом в мягкие волосы, вдыхая еле уловимый запах моря.