Темный Светлого

Проходящие мимо Светлые косились с недоумением и любопытством: виданное ли дело, чтобы сам Разумовский, глава питерского Дневного Дозора, сидел в коридоре штаб-квартиры Ночного Дозора! Сергей не обращал на них никакого внимания. Что ему эти чистоплюи и святоши? Там, за дверью кабинета Прокопенко и Дубин боролись за жизнь Игоря, латая его силовое поле, сшивая сразу через три уровня Сумрака. Хорошо, что эта тварь полосатая не пробила дальше, иначе не было бы уже Игоря Грома, Светлого мага первого уровня. Жаль, что ведьмы - не помощники Светлым. Есть в Дневном Дозоре мастерицы, которые быстро могут все восстановить. Только в данной ситуации без светлой силы не обойтись. Вот и приходится Светлому целителю третьего уровня Дубину стараться, да подпитываться от Прокопенко. Все это Серёжа проматывал в голове, стараясь не сосредотачиваться на мысли, что Игоря могут не вытащить. Гром упрямый, он справится и ещё помотает нервы главе питерских Тёмных Иных. Пусть только попробует его оставить! Хлопнула дверь. По коридору застучали каблучки. Пчелкина. Вообще-то, уже три года как Гром, но Серёжа отказывался называть её этой фамилией даже в мыслях. Она остановилась, увидев его. Большие глаза блестят от непролитых слез, красные волосы в беспорядке. Во взгляде тревога, которая при виде Темного смешалась с гневом в ядовитый коктейль. Девушка сжала руки в кулаки. От неё разило силой, просто сшибая с ног. Словно уровень у этой Светлой волшебницы резко вырос с четвертого до как минимум второго. Пылкая, смелая, яркая. Ей бы в ведьмы, вот бы она развернулась там со своим нравом. Так нет же. Подгадали момент и инициировали как Светлую. Интересно, кто это был? Наверняка проделки Прокопенко. Предвидел старик, что подопечному будет хорошей женой. Сережиному Игорю женой. Разумовский поднялся на ноги, шагнул навстречу волшебнице и спокойно сказал: - Они его ещё латают. Юля всхлипнула и кивнула, принимая его слова, но не принимая его присутствия рядом с её мужем: - Что ты тут делаешь? - Давай без истерик, - ответил Разумовский. - Я также беспокоюсь о нем, как и ты. - Из-за тебя он при смерти, а Сумрак жрет его силу. - Да, - кивнул Серёжа, - из-за меня. Но это ничего не меняет. Пчелкина прикусила нижнюю губу и подняла глаза к потолку, пытаясь сдержать слезы. Какая же она сегодня яркая. Или всегда такая была? И откуда столько силы? В голове мухой крутилась мысль, но беспокойство за Игоря, раздражение от присутствия этой недоведьмы мешали сосредоточиться. Эх, Разумовский, Разумовский. Раньше было не пробить броню, не сбить с толку, а теперь что? Стоило Игорю пострадать, как глава Дневного Дозора Санкт-Петербурга начал вести себя почти как новообращенный. Совсем очеловечиваться стал. Это все влияние Игоря, который уже лет сорок, как инициирован, а все смириться не может, к людям тянется, жалеет их. Пчелкина посмотрела на него, чуть прищурилась и выплюнула, как будто прокляла: - Когда ж ты оставишь его в покое? Ты же отпустил его, но нет, все равно не даёшь отойти далеко. Словно ошейник на шею ему нацепил. - Оставь свою ревность. Он сейчас там на грани развоплощения. - Из-за тебя! - Хватит! - Сергей был не намерен слушать все эти упреки. Кто она такая? Одно едва заметное глазу движение, и Пчелкина захрипела от стальной хватки на горле. Вцепилась пальцами в его руку, длинные ногти царапнули кожу. Задушить бы её прямо сейчас! Оторвать голову за то, что Игорь выбрал её. - Ты его жена, потому что я позволил. Но как снял замки с его сердца, как и снова верну! И пойдёшь ты к черту! Так что держи себя в руках, Светлая! - он брезгливо оттолкнул её от себя. Она отступила на шаг, не отводя от него глаз. Закашлялась, схватившись одной рукой за горло, а другую положила на живот. Сережа прищурился. Ах, вот оно что. Ребёнок. Вот откуда столько силы. Конечно, когда в нем такая кровь. И стеречь этого малыша будут как зеницу ока. От него, от Сережи стеречь. Чтобы не вздумал его в Темного обратить и сделать все правильно, так, как должно было еще с Игорем случится. - Ты бы поберегла себя, - Разумовский постарался, чтобы голос звучал мягче. - Всё же дети-Иные много силы забирают. Юля посмотрела на него со страхом. Прижалась спиной к стене и скомкала в кулак блузку на животе. С вызовом произнесла: - Запомни: я его тебе не отдам. И Игоря тоже не отдам. - Да-да, - покивал Серёжа. - Не отдашь. Но если захочу - сам заберу. Игорь сейчас будет слаб, мне ничего не стоит сделать так, чтобы он тебя забыл. Поэтому не зли меня, Светлая. Пчелкина в ответ оскалилась, как волчица, защищающая волчонка. Ну точно ведьма. Не место ей в Ночном Дозоре. Дверь кабинета открылась, и вышли усталые Прокопенко и Дубин. Федор Иванович окинул взглядом прижавшуюся к стене Юлю, злого Сергея и покачал головой: - Нашли время, - Разумовский был с ним абсолютно согласен. Для семейных разборок не время. Глава Ночного Дозора провел рукой по почти лысой голове. - Игорь спит. Поле смогли залатать, пока большая часть силы не ушла. Рану на плече вылечили на этом уровне и еще на двух других, на третьем не удалось полностью закрыть. Сумрак кровь сосет, не дает остановиться. Юля прижала ладони к лицу. Разумовский недовольно цокнул. Все понимали, что от залатанного поля толку немного, пока у Сумрака есть доступ к крови - самому лучшему источнику силы. - Давай я попробую, - сказал Темный. - Разумовский… - Ты ведь понимаешь, что я могу ему помочь? - Понимаю, - кивнул Прокопенко. - Поэтому мешать не буду. Но свободу воли не трогай. Разумовский только фыркнул и вошел в кабинет, по пути толкнув плечом Дубина. Не удержался и снял с его поля стружку силы. Скривился. Светлая. Игорь лежал на кушетке, превращенной в подобие кровати: тоненький матрас, клетчатый плед и подушка. Соорудили наспех. Белая кожа, почти как старая наволочка на подушке, круги под глазами: Сумрак хоть и пьёт кровь медленно, жизнь высасывает очень быстро. Из-под края пледа выглядывало голое плечо с повязкой. Обычно от Игоря разило силой, но сейчас чувствовалось лишь легкое ее дуновение. Словно маг не первого, а пятого уровня. Чертов Тигр. Ну ничего, сила восстановится. Если надо, Сережа сам его проведёт по всем городским паркам аттракционов, где силу от положительных эмоций хоть поварешкой черпай. Главное - кровь остановить. Сережа коснулся рукой пальцев Игоря, погладил и скользнул ниже, сжимая ладонь. Нырнул в Сумрак, сразу проваливаясь на третий уровень. Кожу стянуло от перьев. Вместо руки теперь было крыло, которое мягко касалось кошачьей лапы. Мейн-кун. Котяра. Махнул крылом, слегка коснувшись кисточек на ушах, погладил голову. Его котяра. Возле раненного плеча мошками скопился Сумрак. Если присмотреться, то можно было увидеть, как он высасывал капельки крови. Хотелось отогнать, но это только привлечёт к ране ещё больше внимания. Серёжа положил голову на лопатку кота, потерся щекой о мягкую каштановую шерсть и закрыл глаза, слушая, как бьётся им же покалеченное сердце. Шрамы от цепей не сойдут никогда. Счастье, что Игорь простил его за обречение на одиночество на долгих пять лет, пока Разумовский вёл себя как собака на сене. Гром был истинным Светлым, хоть и сомневался все время. Не то, что этот старый плут Прокопенко. Разумовский сосредоточился, нащупывая их кровную связь. Странно, что за столетия кровь размыло не так сильно. Словно между ним и Игорем не четыре поколения, а одно. Но это и к лучшему. Тёмный зашептал заклинание, взывая к их родству, создавая кокон вокруг, сквозь который Сумраку сложно пробиться. Все звуки стихли. Не было слышно больше сумрачных мошек, трескучих поползновений мха. Они были вдвоём. Остаться бы так навсегда. Серёжа положил руку на рану Игоря, чувствуя мокрую от крови шерсть, и направил энергию, от которой внутри него все бурлило. Было очень жарко. Сила просила свободы, и Серёжа ей её дал. Свет вспыхнул под ладонью. Разумовский убрал её, чтобы смотреть, как стягиваются края раны. Медленно, неохотно: Сумраку все же удалось просочиться сквозь кокон, и он не желал терять свою добычу. Но вот, рана закрылась. Кот муркнул что-то во сне. Сережа улыбнулся, прижался на секунду к его голове и выскользнул из Сумрака, сразу перепрыгивая уровни. Игорь все ещё спал. Но Сумрак больше его не жрал, поэтому кожа на глазах начала наливаться жизнью, хотя, конечно, Гром был ещё очень бледен. Разумовский сел рядом с ним, обхватил его ладонь обеими руками. Прижал холодные пальцы к губам, пытаясь согреть. Ещё пять минут. А потом Серёжа уйдёт и снова вернётся к своему привычному занятию: присматривать за Игорем, бить самого себя по рукам, когда хочется забрать его себе. Сережа ему обещал, что больше не будет вмешиваться в его жизнь, если нет угрозы или Игорь сам не попросит. Иногда хотелось повести себя как истинный Тёмный: наплевать на все обещания, снова заковать сердце Игоря в цепи, обрывая все связи, даже с Прокопенко, оставляя свободное место только для себя. Очень хотелось. Но Серёжа не станет. Потому что во второй раз Игорь может не простить.