My Enemy

      Банда контрабандистов въехала на территорию склада, скрипя свежим снегом под колесами грузовиков, и заглушила моторы. Игорь проследовал за ними, прекрасно понимая, что действовать в одиночку крайне глупо, но ничего другого не оставалось: пока дождешься подкрепления, преступники успеют закончить свои дела и скрыться.       Контрабанда леса была запрещена, но каждый Новый год повторялось одно и то же: на улицах города появлялись точки продажи незаконно вырубленных елей. Цены на них были ниже, чем у официальных продавцов, и бизнес процветал, при этом нанося ущерб окружающей среде. Ловить продавцов было мало, на следующий день появлялись новые, как грибы после дождя, а особо сообразительные торговали елями через интернет. Контрабандистов нужно было накрывать централизованно.       Под ногами хрустел снег, а изо рта вырывались клубы пара. Горел только один фонарь у склада, где суетились грузчики, доставая из кузова молодые зеленые ели. По радио в одном из грузовиков играли популярные рождественские песни.

«Ждать уже недолго, скоро будет елка, только мало толка, Если Деду Морозу песню дети не запоют…»

      Игорь крался между старых полузаброшенных помещений, не так давно принадлежавших заводу, который по странному стечению обстоятельств объявил себя банкротом в прошлом месяце. Он старался не шуметь, осторожно ступая по снегу, и прислушивался к разговорам бандитов.       – Давай, грузи эти. Если опоздаем, Дракон с нас три шкуры снимет…       Интересно, о ком они? Игорь многое повидал за годы службы, но чтобы какой-то чешуйчатый дракон в самом деле поселился в Питере, даже он не мог представить. Все-таки климат не самый подходящий, а все принцессы давно переехали в Москву. Скорее всего речь шла об организованной преступности — значит, у этой шайки был свой начальник. Хорошо бы узнать побольше. Игорь приблизился к складу, стараясь запомнить больше деталей. Спрятался за елью, находясь так близко к бандитам, что мог разглядеть их лица.       – Кстати, а ты слышал о наследнике босса… Говорят, он скоро вернется в Питер…       Игорь перестал шевелиться, даже дыхание задержал, прислушиваясь. К какой же банде они принадлежали? И кто вернется? Откуда? Гром пальцами вцепился в колючую хвою дерева, за которым прятался. Если бы удалось достать еще каких-нибудь улик... Но тут хвоя начала ускользать из его рук. Запоздало Игорь понял, что ель не закреплена и теперь начала стремительно заваливаться набок. Он попытался ее схватить, но трехметровое дерево легко выскользнуло из его рук и упало на одного из грузчиков. Остальные удивленно уставились на Грома, а когда до них дошло, что перед ними чужак, достали оружие.       Черт. Глупее ситуации сложно было придумать.       Игорь бросился в сторону, а вслед ему полетели пули. Он увернулся, спрятавшись за грузовик, и дверцу изрешетили из автомата.

«Ну, а теперь все вместе давайте позовем Деда Мороза! Надо кричать очень дружно! Три-четыре!»

      Гром достал табельное, прицелился из-за грузовика и открыл огонь. Два человека упали на снег, истекая кровью, но противников все равно было слишком много. Они окружали Игоря, подбираясь все ближе. Патроны в магазине быстро кончались. Игорь взял на мушку очередного противника, целясь через пробитое стекло машины.       Щелк, щелк…       Он жал на спусковой крючок, но ничего не происходило. Не было даже малюсенькой отдачи. Патроны закончились, а враги тем временем окружили укрытие и подбирались ближе. Значит, нужно было действовать по-другому.       – Ты иди первый.       – Почему я? Сам иди. Не хочу, чтобы этот псих меня порешил.       – Потому что от тебя меньше всего толку. Пшел! – Один контрабандист пнул второго, и он невольно сделал два шага вперед. Обернулся, рассерженно глядя на товарища, но тот поднял пистолет, ясно дав понять – тебе лучше не делать шаг назад. Контрабандист сжал зубы, выставил вперед пистолет и заглянул за грузовик, но там никого не было. Он выдохнул, подошел ближе, хотел заглянуть в кабину, но резкий удар выбил у него из рук оружие, и в следующую секунду рукоять приложилась к голове, лишая сознания. Игорь снова принялся отстреливаться, прячась за грузовиком, пока снова не кончились патроны. Очень не вовремя, потому что в следующую секунду какой-то верзила схватил его и попытался ударить, но Гром увернулся, сунул руку в кабину грузовика, вытаскивая первое, что попалось под руку – новогоднюю гирлянду – и обмотал шею преступника. Мужик вырывался, но майор держал крепко, пока бандит не завалился на снег, лишившись сознания. Остальные решили не дожидаться и напали скопом. Одному Игорь сломал челюсть, двух других столкнул лбами, третьего приложил головой о дверь грузовика. Еще одному сломал колено мощным ударом ноги, но конца и края им было не видно. Игорь уклонялся от нападения сразу троих, но один гад оказался все-таки быстрее.       Теплая липкая кровь полилась на лицо. Игорь небрежно вытер ее рукой, не отводя взгляда от противников и не меняя боевой стойки, но через секунду кровь снова залила правый глаз, мешая смотреть.       «Все нормально. Когда ранят в голову, всегда много крови. Это еще ничего не значит», – мысленно твердил он себе и высматривал слабые места врагов. Да если бы и значило, разве этого его остановило бы? Ставки были слишком высоки. Если он будет драться чуть хуже, его просто убьют, и тогда будет не важно, насколько серьезная была рана. Они снова сошлись в драке, и один из противников упал, но на его место тут же встал новый. Игорь тоже не вышел без повреждений. Напряженные до предела мышцы дрожали, дыхание сбилось, но он должен был устоять. По-другому просто не могло быть.       Силуэты мелькали в мрачном свете фонаря. Снег под ногами смешивался с грязью и кровью. Игорь понимал, что проигрывает, но все равно не хотел этого признавать. Один бандит схватил его руки сзади, а другой несколько раз ударил по лицу. По радио продолжала играть веселая заводная песня, будто издеваясь:

«– Дед Мороз! – Еще! – Дед Мороз! – Слышу, слышу! – ДЕДУШКА МОРОЗ!»

      На крыше склада что-то зашевелилось. Фиолетовый плащ развевался на ветру, а лунный блик отразился от клюва странной маски, которую Игорь мог бы узнать с закрытыми глазами. Даже преступники замерли, вглядываясь в силуэт.       – Эт еще чо? – только и успел спросить один из них. Плащ взмахнул рукой, и что-то маленькое и кругленькое упало в центр заварушки. Бандиты присмотрелись и с облегчением выдохнули, узнав красивый блестящий елочный шарик.       – Это какая-то шутка?! – крикнул самый мелкий и поднял голову к крыше, но плаща на ней уже не было. В следующий момент парня откинуло волной в сторону, когда елочная игрушка с оглушительным ревом взорвалась. Темп песни ускорился:

«Я – Дед Мороз, борода из ваты, я уже слегка поддатый. Мне сказали меня здесь ждут, значит, будем догоняться тут».

      Силуэт ловко соскочил со склада, перепрыгивая с ящика на ящик, и, блеснув ножом, воткнул его в первого подвернувшегося под руку бандита. Тот попытался дать отпор, но плащ уклонился и располосовал его от плеча до паха. Маска прикрывала только часть лица, и Игорь издалека видел, как тот безумно улыбается.

«Налейте мне вина побольше, мне везти подарки в Польшу С мешком в руках и в скороходах-казаках».

      Чем ближе он подбирался к Игорю, вырезая на своем пути всех бандитов, тем очевиднее было, кто это. Фиолетовый плащ запачкался в крови, как и белые перчатки, но он ни на секунду не опускал нож. Маска мерцала красными огнями-глазами в темноте. До контрабандистов тоже начало доходить, что это тот самый Гражданин, убивающий самых отпетых негодяев в городе. Этого было достаточно, чтобы вселить в них страх и смятение. Игорь тоже не медлил: он ударил ногой нападавшего, а потом лягнул того, что его держал, и вывернулся из хвата.

«Танцуем рядом с елкой, а может быть сосной. Простите, только нет сейчас снегурочки со мной».

      – Мы вместе шли с Камчатки, но она ушла на блядки, – Игорь услышал, как подпевает Гражданин, явно получающий удовольствие от происходящего, когда они наконец встретились в центре толпы и встали друг к другу спиной, готовясь обороняться. – Значит, будем без нее, что же делать, е-мое!       – Знаешь, я бы не позвал тебя на детский утренник, – бросил Игорь, не отводя взгляда от бандитов.       – Почему? – искренне удивился Гражданин. – Разве я не прекрасен?       Но договорить им не дали бандиты, снова налетев, как будто в этой атаке был смысл. Не нужно было договариваться, чтобы действовать сообща: слишком много времени они провели, сражаясь друг с другом, чтобы научиться понимать движения. Стоило Гражданину отвести руку с ножом влево, как Игорь уже знал, куда он будет бить. Но преступники этого не знали. Игорь уклонился, и тот налетел на нож. Защищая спины друг друга, они дрались как настоящие союзники, но когда последний противник пал, а тем, кому повезло больше, разбежались, Гром отшатнулся от старого знакомого. Шальная пуля попала в радио, и дурацкая музыка больше не играла.       – Ты чо сделал? – прохрипел Игорь, хмурясь и сверля взглядом незваного помощника. Вот они были союзниками, а теперь снова враги номер один. Игорь слишком хорошо представлял, что на уме у этого маньяка, и не собирался доверять ему.       – Спас тебя, – пожал плечами Гражданин, не переставая ухмыляться, и сделал шаг ближе. Маска и костюм не позволяли точно сказать, пострадал ли он и как сильно измотан. У Игоря же все было на лице написано, а кровь продолжала течь из брови.       – Почему?       Чего-то Игорь в его мышлении все-таки не мог понять. Гражданин мог остаться наблюдать, как с его врагом расправляются другие, но он вмешался и… защитил его. Как-то странно и нелогично.       – Считай это новогодним чудом, – Гражданин остановился совсем рядом. Игорь напрягся, но любимого ножа в руках противника не было, хотя он и без него мог причинить много проблем. Клубы пара вырывались на морозе, когда они разговаривали. Больше никого вокруг не было, если не считать недобитых преступников. Нужно было быстрее вызвать им скорую, а потом допросить, но Игорь не мог отвести взгляда от своего главного соперника. Он знал, что под маской скрывается Сергей Разумовский, но прямых доказательств этого не было, а без них ни один суд не пойдет против уважаемого популярного бизнесмена. Игорь мирился с тем, что Сергей ходит на свободе, пока он убивал только преступников, но все равно не оставлял попыток найти улики и засадить его в тюрьму или поймать с поличным. Он и сейчас мог протянуть руку, стянуть с него маску и потащить в участок, но Сергей его опередил – поднял руку первым. Игорь напрягся, готовясь к нападению, но Разумовский лишь стер кровь с его щеки.       – Ты мой любимый враг. Я никому не позволю причинить тебе боль, – голос звучал тихо и почти нежно, как будто Сергей признавался ему в любви. Нет, глупости, конечно, он не это имел в виду. Наверняка это была очередная глупая шутка, провокация. Гром почувствовал, как Сергей завел руку дальше, сжал в волосах, а потом сам подался ближе, наклонив голову, чтобы клюв маски не мешал. Теплые губы слегка коснулись разбитых кровоточащих губ Игоря, вводя в ступор сильнее, чем внезапное появление Гражданина на крыше. Когда Игорь пришел в себя, его персонального проклятия уже не было рядом, но когда он сунул руку в карман куртки, обнаружил записку: «Как насчет новогоднего ужина? 30 декабря, 19:00 Ресторан L`Europe»