Лекарство от кошмаров

Всех мучают кошмары. И детей, и подростков, и взрослых, и стариков — исключений нет. Кто-то считает это игрой сознания, кто-то сложными процессами мозговой деятельности, кто-то истинным лицом наших потаённых страхов, а кто-то думает, что это иная реальность, в которую мы попадаем. Но, как их не назови, кошмары всегда будут мешать людям спокойно спать. Жан Кирштейн — обычный десятилетний мальчишка. Он ходит в школу, общается с друзьями, занимается спортом и пытается самоутвердится среди людей, порой ведя себя эгоистично и высокомерно. И его мучают кошмары. Он видел их каждую ночь сколько себя помнит, и от этого становится только страшнее. Страх перед необъяснимым очень силён. Он в этих снах главный герой. Только там другой Жан Кирштейн. Он уже взрослый, самостоятельный и сильный. Он борется с ужасными монстрами, которых называют титанами. В этих снах есть все его друзья, знакомые и даже несколько родственников. И каждый из них умирает, что мальчишка видит снова и снова. В этих кошмарах нет строгой хронологии событий, они являются в совершенно хаотичном порядке, но Жану хватило этих семи лет, чтобы знать историю того Жана наизусть. И только одного человека там он ни разу не видел в жизни. Парень чуть постарше него с чёрными волосами, карими глазами, россыпью веснушек и такой тёплой улыбкой. Он очень дорог тому Жану, и Кирштейн сам невольно начал дорожить этим «Марко», которого он знает только по снам. И сегодня он снова видит очередной свой кошмар. Сколько бы лет не прошло, но привыкнуть к этому очень тяжело. Он бежит, ищет, спотыкается и снова бежит. Он боится не найти, боится упустить. Он находит. Но это находка намного хуже пропажи, потому что перед ним только половина. Внутренности и кровь алеет на фоне бледного тела. А выражение части лица доводит до истерики. Не успел, не помог, не спас. Предал, бросил, отказался. Эмоции бьют через край, грозясь просто смыть его сознание большой волной. Мальчик, лёжа на кровати и беспокойно ворочаясь, плачет сквозь сон, тихо всхлипывая. Он не может проснуться, не может вынырнуть из этого кошмара. Только слёзы стекают по покрасневшим щекам, исчезая на ткани промокшей подушки. И ему так больно, так одиноко сейчас в своей маленькой комнате, которой во сне не существует. В той реальности лишь костёр для погребённых. Мягко и медленно на чуть подрагивающее плечо, не прикрытое одеялом, ложится рука и мягко поглаживает. Вскоре Жана уже сжимают в трепетных и нежных объятиях, разместившись рядом на кровати. Бледные пальцы ласково гладят светлые волосы, а тихий шёпот ласкает слух. И объятиях этих рук, тихий голос и присутствие успокаивают лучше, чем снотворное или успокоительное, которые когда-то перестали помогать. В той реальности больше нет костра. Тот Жан лишь со слезами на глазах смотрит на мираж, появившийся среди столь однообразных воспоминаний. Тянет руки, не в силах поверить своим глазам, что-то бессвязно бормочет и чуть не кричит от радости и боли, разрывающих его изнутри. А в ответ лишь слышится кристальный и чистый смех, а его крепко обхватывают руками, успокаивающе поглаживая и обещая никогда больше не уходить. -Наконец-то я нашёл тебя, Жан, - тихий голос словно многогранный хрусталь — чистый и такой разный: счастливый, печальный, усталый, ликующий, - всех эмоций и не перечислить. Пальцы гладят по волосам, объятия согревают и дарят покой, лёгкое прикосновение губ ко лбу, такое нежное и чувственное, прогоняет тьму, а само присутствие спасает из бездны кошмаров. -Марко, - еле слышно произносит мальчик, открывая красные от слёз глаза и вновь видя такую тёплую улыбку, карие глаза, чёрные волосы и россыпь веснушек на полупрозрачной коже. И он уверен, что кошмары не посмеют больше покусится на него. У него есть самое прекрасное лекарство от них.