я вернусь

когда родился камило, бруно ощутил глубочайшую привязанность. ему впервые в жизни захотелось сидеть у колыбели целыми днями, охраняя сон племянника, или напевать ему незамысловатые песни, чтобы он не плакал. вокруг постоянно суетились старшие племянницы, наблюдая за бруно и своим новорождённым младшим братом, и очень часто девочки оставались сидеть с ними допоздна, слушая дядюшкины байки или незамысловатые напевы. джульетта постоянно напоминала ему, что это отцовский инстинкт, и пора бы бруно уже самому завести семью, но он питал такую любовь к своим племянникам, что не представлял, что будет, если он станет опекать кого-то ещё. до своего пятилетия камило мечтал получить дар, схожий с дядиным. бруно был для него героем, волшебником, и камило был так горд, что именно ему выпала честь быть его племянником. что это ему бруно позволял проводить время с ним в башне, он чувствовал себя особенным. в те моменты, когда его наставник демонстрировал свой дар, когда вокруг вертелись вихри песка, а глаза бруно загорались яркой зеленью, камило был самым счастливым ребёнком. он разглядывал события, что то и дело сменялись другими, пока бруно крепко прижимал его к себе, держа на руках. когда песок падал обратно на землю, а в руках у камило оказывалась зелёная пластина с картинкой, он восхищённо вглядывался в глаза дяди, пытаясь отыскать там остатки ярких искр. — сделай ещё! — племянник положил маленькие ладошки на щетинистые щёки бруно, когда мужчина забрал у него предсказание, и погладил мягкие тёмные кудри, заправленные за уши. — милый, нельзя столько раз тревожить время, тем более, кто мы такие чтобы знать всё и про всех? давай отпустим будущее, пойдём лучше есть пирог джульетты, я уверен, ты голоден, — бруно стряхнул песок с плеч племянника и частично сдул его с волос, отчего мальчик залился смехом, закрывая лицо от порывов воздуха. бруно никогда не заглядывал в будущее своей семьи, тем более в будущее камило. он позволял времени идти своей дорогой, не вставая у него на пути. зная будущее, испортишь настоящее. поэтому в день церемонии камило бруно гордо расхаживал по дому, зная, что ничего не испортил, что никто не скажет ему, что это он виноват во всех грехах человечества. камило исполнилось пять, и он теперь шейпшифтер. в тот день бруно стоял внизу лестницы, буквально светясь от гордости, а его лицо чуть ли не трескалось от широкой улыбки. его племянника ждёт большая жизнь, полная ярких событий, какую его мальчик и заслушивает. полгода спустя рухнуло всё, что могло рухнуть. те крохи взаимопонимания, что были у бруно с семьей, исчезли в небытие. мирабель не получила дар, и тогда альма стала умолять своего сына посмотреть, что же станет с ними после этого. и тогда совершилась роковая ошибка. та клятва, которую бруно дал себе, рассыпалась, как только в руках оказалось пророчество — взрослая мирабель на фоне каситы: целой и потрескавшейся одновременно. в глазах главы семьи мгновенно вспыхнуло пламя, а хрустальная пластина полетела на пол. — снова это… — женщина глубоко вздохнула. — я не дам больше твоим пророчествам нарекать нашу семью на раздор. я надеюсь, ты понял, что это значит? долорес слышала всё до единого звука. она перестала вникать в возбуждённую болтовню камило, что сидел рядом и тараторил о том, как ему жаль мирабель. она просто уставилась в стену. дядя бруно уйдет. бабушка не даст ему остаться, она не понимает, что он не виноват. долорес стало страшно, она будто потеряла слух и больше не слышала, что происходило вокруг. «что с нами будет?» — стучало в голове снова и снова. одиннадцатилетний ребенок оказался прав. решение принимали долго, за столом шли настоящие дебаты, однако итог знали все. тот, кто сидит на другом конце стола, уйдет. было решено не говорить детям об изгнании их дяди из каситы. начнутся вопросы — придумают историю. но они и не догадывались, что двое уже осведомлены. бруно, смаргивая слезы, встал из-за стола, напрявлясь собирать вещи. он не знал, куда пойдёт. знал только то, что не оставит свою семью. ему ещё женить племянников, как же он уйдет далеко? выйдя из башни, он тихо закрыл дверь. на небе блестела луна, освещая путь страннику, а бруно старался не шуметь и как можно быстрее покинуть каситу, чтобы его не заметили лишние глаза. направляясь к лестнице, мужчина сквозь пелену слез заметил движение за одной из колонн. быстро смахнув слезы, присмотрелся — камило. — mi amor… — тяжёлый выдох. на большее его не хватает, к горлу подступает ком, но бруно стойко его сглатывает, выходя на свет к племяннику. — ты правда уйдёшь? — сдавленно спрашивает мальчик, наматывая кудряшку на палец — признак нервозности. — придётся, querido, — он садится перед камило на колени и заглядывает в глаза. — но я всегда-всегда буду с тобой. камило бросается бруно на шею, сцепив руки накрепко, чтобы хотя бы на минуточку удержать дядю рядом, чтобы тот передумал, чтобы остался с ним. — я с тобой пойду… — камило, дорогой, как же наша семья справиться без тебя? а мирабель? ты нужен здесь, — изо всех сил подавляя желание разрыдаться, бруно отнимает племянника от себя и утирает ему слезы. — я люблю тебя, слышишь? передай мою любовь остальным, хорошо? камило часто кивает и кулачком вытирает глаза. у бруно разрывается сердце. он давал клятву его беречь, он обещал себе никогда не причинять ему боль, а сейчас на его же глазах уходит. навсегда. он даже представить не может, каково может быть пятилетнему ребенку, в один миг лишившимуся главного наставника. в попытке передать все свои чувства, бруно целует племянника в лоб, вкладывая всю свою нежность, чтобы оставить частичку себя здесь, в доме, а конкретно — в камило, чтобы все те года, что он проживёт где-нибудь в другом месте, быть рядом с племянником, как он ему и обещал. *** прошло десять лет заточения в стенах каситы. бруно уже и не помнит, как ему в голову пришла мысль остаться. быть может касита подсказала, а может быть сердце не отпустило, кто знает? однако в один день все это закончилось. за эти пару суток произошло столько событий: бруно снова использовал свой дар, впервые влез на коня, воссоединился с мамой, а теперь они едут на встречу с остальными мадригалями. от этого внутри все сжимается, ведь десять лет он сосуществовал вместе с ними, предельно близко, но так далеко. он видел и слышал их, но практически не чувствовал. первый год было тяжело. каждую ночь камило разрывался в рыданиях в своей постели. лежа на полу, буквально за стенкой, бруно ничем не мог помочь, он лишь слушал болезненные всхлипы и касался рукой стены, где, предположительно, было изголовье кровати его племянника, пытаясь передать свое присутствие и поддержку. потом камило повзрослел и перестал настолько ярко проявлять свои эмоции, хотя, вплоть до последнего дня за стеной, бруно иногда мог вскочить посреди ночи от внезапного крика, доносящегося со стороны комнаты камило. спешившись с коня, бруно с нежностью наблюдает за объятиями джульетты и мирабель, а после переводит взгляд в сторону. за секунду бруно практически сбивают с ног, повиснув на шее, стискивая руки так, что становится трудно дышать. мужчина пару секунд стоит в оцепенении, пытаясь не поддаваться панике, нахлынувшей из-за столь резкого жеста. спустя несколько секунд бруно все же обхватывает родственника руками, слегка поглаживая спину. — querido tío, не узнал меня? — доносится из-за копны кудрей, и в этот момент бруно каменеет. камило. это камило. бруно видел его только лишь сквозь щели в досках, и там он не казался таким выросшим — теперь он ростом чуть выше бруно. его мальчик — больше не мальчик, перед ним молодой юноша. мужчина кладёт подбородок племяннику на плечо и сжимает ткань его руаны в пальцах, вдыхая родной запах. на глаза наворачиваются слезы, он так скучал. все эти года, подавляя в себе тоску, он затолкал это чувство максимально далеко, чтобы сердце не болело так сильно. бруно даже не представлял до этого, насколько ему не хватало его семьи. сейчас, пока они стоят в крепких объятиях, на бруно накатывают все эмоции, что он заглушал. сейчас он смеётся сквозь слезы, задыхается от нахлынувшей боли, но улыбается всё шире. теперь он здесь, снова с ними. теперь он сделает всё, чтобы мирабель почувствовала себя нужной. чтобы луизу не использовали, как инструмент. чтобы у долорес поменьше болела голова. чтобы изабелла открылась другим. чтобы у антонио было детство. и… чтобы камило не потерялся в жизни. когда камило отстраняется, бруно видит пелену слёз в его глазах и чувствует собственные на своих щеках. племянник кладёт ладони на его щёки, как в детстве, и трогает мягкие, теперь уже практически седые, кудри, заправленные за уши.