Лупикал

      Беннет хорошо запомнил 21-ое апрельское утро, ведь, будучи членом гильдии искателей приключений, вновь потерпел неудачу. И всё закончилось бы плачевно, словно ему не хватало шрамов на юном теле, но был некто, вызвавшийся напарником. Сам, заметив фотокарточку светловолосого Беннета, внимательно выслушивая все правила гильдии. Слушал ли он? Возможно. Запоминал? Однозначно нет. Зачем, если есть Беннет, наверняка опытный путешественник, победивший многих монстров в боях. На него можно положиться.       Как позже станет известно, Лиза настояла на их сотрудничестве, причитая: «Рэйзор неплохой парень, хоть его и воспитали волки. Вы подружитесь, я уверена». И Беннет, радуясь любой возможности пригласить новичка в свой личный отряд, не замечал на пути веток и камней, постоянно спотыкаясь. Их знакомство можно описать всего тремя словами «глупая шутка судьбы». Рэйзор, принюхиваясь и не спуская удивлённых красных глаз с парня, старательно задерживал дыхание, боясь спугнуть лишним движением. А Беннет, глупо краснея и потирая похолодевшие фаланги пальцев, как никогда, дышал полной грудью.       Это… правда?       Причиной, будь она трижды неладна, была физиология. Рэйзор, воспитанный волками, не привыкший к человеческому обществу, был альфой с сильным запахом, не понимая, зачем его контролировать. Лиза, его наставница, неоднократно обращала внимание на окружающих, если Рэйзор терял контроль. Парень лишь виновато опускал глаза, соглашаясь, так будет правильнее. Но всё пошло наперекосяк, стоило уловить аромат омеги. Нетронутой, с дерзким ароматом ветряных астр и пленительными зелёными глазами. Они были омутом, из которого не выбраться, беспроигрышной ловушкой. Хищник стал добычей, проиграв неведомому.       Беннет, прекрасно понимая, кто находится перед ним, впервые думал отказаться от задания. Нет, он не струсил, ещё чего. Это не в духе команды Бенни. Он... думал о возможных последствиях. Рэйзор внушал некий страх, пробуждал стеснительное желание прикоснуться и просто быть рядом. Возможно, он стал бы именно той опорой, которой так не хватало. Возможно, они бы разделили шрамы на двоих. Беннет, собравшись с духом, протянул потную ладошку, кое-как представляясь. А «Волк», как его мысленно прозвал Бенни, лишь притянул его за ладонь ближе к себе, вновь принюхиваясь.       Знал ли Рэйзор, что такое личное пространство? Нет. Чувствуя горячее дыхание взволнованного мальчишки, Волк лишь желал защитить, не более. Было некое ощущение, острая нужда помочь. Быть ближе.       Беннет ощутил дрожь в коленках, прекрасно понимая — это ненормальная реакция на альфу. Это ведь не может быть... истинная пара? Зрачки красноглазого расширились, сам он улыбнулся и прошептал лишь одно слово.       — Лупикал.       Рэйзор явно говорил на своём языке, даже не стараясь донести смысл слова. И Беннет, сглатывая ком в горле, вновь вдохнул полными лёгкими, слегка расслабляясь. Почему-то рядом с Волком было хорошо, комфортно, не так одиноко. Не то, чтобы он жаловался, но везение было редким гостем в его жизни, если не исключительным.       И вот, уже сворачивая с задания, в перепачканной одежде и обожжёнными пальцами от собственной стихии, Беннет весело отвечал на любой вопрос Рэйзора. Стена недопонимания, коя выстроилась между ними изначально была картонной, хрупкой. Она сгорела, стоило лишь пообщаться побольше. Сгорела, как и кончики волос Рэйзора, за что Беннет слёзно извинялся последние полчаса, причитая на своё невезение. Селестия проиграла его судьбу в карты, сделав ставку на масть посильнее.       Возможно парням не стоит находится в одной команде, ради безопасности Волка. Беннет, замечая явный интерес к своей персоне, сводил всё к шуткам, или хотя бы, пытался менять тему. Но, рано или поздно, они вновь возвращались к единой версии происходящего. Рэйзор был его истинным альфой, с терпким ароматом волчьего крюка и грозы. В красных глазах альфы был вопрос, оставшийся без ответа. Неужели Беннет не замечает?       — Беннет — Лупикал, — вновь говорил Волк, надеясь на ответную реакцию. Хоть какую-то.       А Беннет, задумчиво ероша свои светлые волосы, высматривал на земле именно то, о чем говорит Рэйзор. Повсюду разбросаны мелкие ветки, ведь ближе к Спрингвейлу много кабанов да белок. В воздухе витал аромат надвигающегося дождя, стоило поспешить организовать привал. А также, на глаза попалось именно то, о чем, как думал Бенни, говорил Волк. На языке крутился вопрос, сорвавшийся раньше, чем он подумал о правильности.       — А зачем?       Рэйзор, настороженно всматриваясь в зеленый омут, тяжело выдохнул. Мог ли он донести все словами, теми ноющими чувствами, что терзают его тело при одном взгляде на омегу? Нет, не мог. Просто, потому что не умеет. Не знает, как правильно. Рэйзор рос с волками, обучался контролю грозовой стихии у Лизы, которую побаивался, и был рад редкой компании Магистра Варки, на тренировках с тяжелым клеймором. Его обучили защищать, быть опорой. И Рэйзор нашёл то, что стремился сохранить.       Беннет не был опытным искателем приключений, но натерпелся многого, поэтому не привык жаловаться по пустякам. Как и сейчас, не найдя ответа в немой красноречивости красных глаз, сделал пару шагов к тому, о чем говорил Волк. Под ногами примялась трава, из-за деревьев подул ветер, колыхая еще неспелые закатники на ветках. С севера потянуло запахом надвигающейся грозы. И, прежде чем Беннет занёс ногу, чтобы лупить, Рэйзор потянул его к себе за шкирку, недовольно рыча.       — Беннет, стой!       К сожалению, Беннет поскользнулся именно на том, что собирался лупить, испачкав свои высокие ботинки. Хоть сие действие и было осуществлено из сомнительно добрых побуждений, его отчитали как маленького. В какой-то момент, пока Рэйзор тащил его за руку в сторону ближайшей речки, Беннет осознал, что оплошал. Он ведь… просто не понял, выстроив у себя в голове цепочку из глупейших образов. А Рэйзор лишь обеспокоенно метушился рядом, стремясь помочь хоть как-то, быть нужным.       Держать Волка за руку было приятно, до странного ноющего чувства ниже живота. Но Беннет, вспоминая о далёком утреннем приёме пищи, вновь думал не о том. Уже с чистыми ботинками, а заодно и мокрым лицом, лишь бы скрыть своё смущение, Беннет предложил разбить лагерь.       — Рядом есть пещера. Беннет не намокнет. — Говорил Рэйзор, поправляя свой сползающий с волос капюшон.       — Это хорошо, а то у меня всегда проблемы с палатками, — отшучивался искатель приключений, ступая следом за Волком. — Либо колышки выскочат, либо молния рядом ударит. А знаешь, что ещё хуже?       — Что? — Интересовался Рэйзор, поднимая за собой ветки по пути. Ещё не хватало, чтобы командир их небольшого отряда поранился. Словно у него недостаточно шрамов. Волк пересчитал все, что видел, пока Беннет спал. Беннету об этом знать не стоит.       — Кабаны, — улыбнулся Бенни, вздрагивая от холода. До пещеры оставалось еще немного, а их уже застал дождь. Холодные капли нагло пробирались под одежду, от чего кожа покрылась колючими мурашками. — Однажды они стащили мою провизию из ранца, пока я спал.       — Беннет был голодный? — Взгляд Волка тёплый, слегка напряженный из-за погоды и беспокойства за здоровье омеги. Как может альфа допустить, чтобы его омега заболел? Точнее… не его омега. Пока что. — Кабаны — это мясо. Сытное, сочное. Рэйзор может поймать кабана.       — Там дождь. Ты заболеешь, — волновался Бенни, потирая собственные ладони друг о друга. Не помешало бы разжечь костёр. Запасов им хватает, вроде как.       — И что?       Рэйзор мокрый, с настойчивым чувством ответственности, и вновь слишком близко. Что такое личные границы для того, кто рос не с людьми? Пещера холодная, но, к счастью, не пропускает воздух. И Беннет рад такой удаче, ведь это означало лишь одно — хоть кто-то из их команды был везунчиком. А может, слишком хорошо знал леса.       — У нас остались яблоки, немного ломтиков мяса и целая бутыль воды. — Подытожил командир отряда, раскладывая пожитки поверх спального мешка. За последние полчаса парень несколько раз чихал, что не могло его радовать. Сам попал под дождь, сам виноват. Не так уж и сложно заболеть, с его-то неудачей.       — Нужно мясо. Кролик. — Раздумывал вслух альфа, доставая из своей походной сумки тёплый плащ. Рэйзор не пользовался спальными мешками, ведь привык всегда быть начеку. Спал сидя, если удавалось — лёжа. Но всегда чутко, различая любой посторонний шорох или запах.       — Нам хватит на ночь. В парах километров Спрингвейл. А там недалеко и до Мондштадта.       Нос чесался, живот сводило от голода, а подушечки пальцев кололо от недавних ожогов. Ему повезло — пока что ни одного нового шрама, не считая мелкого пореза на коленке. Но это пустяки, пройдёт. Беннета волновало иное. Его знобило, чуть спустя бросало в жар и снова в холод. Где-то на задворках сознания болталась стоящая мысль о таблетках, валяющихся где-то в карманах ранца.       Они ведь были здесь, да?       Вот только было ещё кое-что, вынуждающее светловолосого парня стыдливо отводить взгляд на стены пещеры, или высматривать в танцующем пламени спасение. Рэйзор не сводил с него изучающих красных глаз, ни на секунду. Беннет тяжело опустился на спальный мешок, подтягивая под себя ноги. Им стоило поговорить, вот только немые слова кололи кончик языка сомнениями. Вдруг, он опять оплошает?       — Рэйзор.       — Мм? — Промычал в ответ Волк, пересаживаясь ближе к командиру. Плащ Рэйзора предусмотрительно был накинут на плечи дрожащего парнишки. Не ради благодарности, нет. Рэйзор не мог описать это ощущение. Он просто рад заботиться, быть рядом.       — Спасибо, - прошептал Беннет, стягивая с головы очки. Всего в нескольких метрах лило так, что тянуло прохладой прямо внутрь пещеры. Благо, тепло тела напарника спасало. — Я хотел спросить, — начал было Беннет, сминая руками ремешок своих очков.       — Да?       — Возможно, мне показалось, но… — Тяжело вздохнув, Беннет уставился прямо на Волка. Взгляд к взгляду. Вдоль спины пробежали мурашки, но не от холода. Низ живота вновь тянуло, к горлу подступала жажда. Но ему хотелось не пить. — Скажи, ты чувствуешь это?       — Чувствую что? — Переспросил Волк, подсаживаясь еще немного ближе.       Едва соприкоснувшись плечами, Беннет задержал дыхание. Рэйзор снова не контролировал свои феромоны, а может, омега был особо чувствителен к ним. В любом случае, низ живота тянуло не от голода. И как он не понял раньше? Но ведь у него была в запасе еще неделя. Рано, очень рано!       Факты на лицо.       — Ты смотришь, — прошептал утверждение парнишка, смущаясь прикосновений. Волк согревал теплее огня.       — Ты разрешаешь. — Рэйзор близко, но не уверен, как правильнее подступить. Всё, что он может — это быть рядом. А пока Беннет дрожит от холода, альфа не успокоиться. Не сможет. — И пахнешь.       — Я ведь лупил… — стыдливо начал командир, уже не замечая, как горячие ладони Рэйзора опускаются ему на талию. Хрупкую, немного женственную и усыпанную старыми шрамами. — Поэтому и пахну. Такое не так просто смыть.       — Нет, — мотал головой Волк, приближаясь еще ближе. И когда их губы оказались в такой близости? — Приятно пахнешь. Как цветок. Рэйзор не помнит название.       — Цветок? — Озадачился Беннет, позволяя альфе больше, чем хотелось.       Волк лишь кивал головой, залезая под плащ ближе. Беннет думал вылезти, устроиться удобнее в спальном мешке и попробовать уснуть. Но, стоит ли врать самому себе, что это приятно? Рэйзор не требует невозможного, не нарушает границы. Он лишь обнимает со спины, утыкается носом в шею, щекоча своим дыханием. Но Беннету хватает и этого, чтобы забыть все прошлые планы. Подол плаща смыкается, оставляя видными лишь края ботинок. Руки Рэйзора горячие, сердцебиение Беннета заглушает любую здравую мысль.       — Лупикал, — знакомое слово щекочет мочку уха.       — Мы это уже проходили. — Виновато бормочет под нос омега, откидывая голову назад. Ему тепло, приятно и так правильно. Всё на своих местах, не считая ноющего напряжения в паху. — Что это значит?       — Семья. Рэйзор и Беннет. — Как само собой разумеющееся, говорит альфа. Нос Рэйзора щекочет затылок Бенни, утыкается в холку, а руки на талии сжимаются сильнее. Но это естественно, правильно. До тепла в сердце, пьяного осадка на душе.       — Семья? Но ведь…       — Беннет устал. — Командир их небольшого отряда лишь сонно прикрывает глаза, растворяясь в тепле. Он может уснуть, расслабиться, ведь знает наверняка — его прикроют. Не только клеймором, если понадобиться. — Рэйзор защитит — спи.       И всё становится неважно, пока за стенами пещеры шумит дождь, а перед глазами танцует резвое пламя костра. Дыхание Волка щекочет ухо, из-за чего командир смущённо улыбается. И Рэйзор, прислушиваясь к малейшим шорохам, понимает, что всё делает правильно. Ведь так и должно быть.