Падал прошлогодний снег

***

— С Новой годой, с новой счастьей, — медленно промямлила я, лёжа на кровати прямо в смятом пододеяльнике, в который пыталась продеть многострадальный плед.       Новогоднего настроения с октября я у себя не наблюдала. Как была эта вспышка, когда ты начинаешь бегать по квартире как сумасшедшая, так вспышкой и осталась. Хотелось бы, чтобы и сейчас я воодушевлённая носилась со всеми этими гирляндами, мишурой, ёлочными игрушками и даже адвентами. Но нет, я пытаюсь упихнуть бедный плед в пододеяльник.       Ещё сильнее бьёт поддых сессия. Она пришла слишком нежданно. Признаться, никто в нашей группе даже в её разгар не понимает, что сейчас нас попросту могут погнать взашей. Все ходят в какой-то прострации, как будто тягучая пелена осела на весь университет разом. Долгов у меня, к счастью, нет. Увы, но родители воспитали меня той самой девочкой, которая всё сдаёт вовремя и делает всё тоже вовремя. Кровь из носу, но доделать я всё была обязана.       Положение не спасала даже моя личная латынская шлюха. М-да-а, а прозвище-то за ним закрепилось надолго. Вот уже полтора года прошло, а всё дуется на меня. Ну ничего-ничего, вот как перестанет меня «Лосярой» называть, тогда и посмотрим.       Что же, выдохнем, товарищи. Плед успешно доставлен на базу. Не понимаю, почему такое простое, казалось бы, дело всегда заставляет поднапрячься? В этом можно углядеть много вселенских несправедливостей, но заниматься этим я, ещё со времён сдачи ЕГЭ по литературе, не хочу.       До Нового года ещё девять дней, а я уже съела весь запас сладостей в доме. Восхитительно. Мои родители благополучно свалили на дачу, захватив с собой братана. Поэтому квартира, как и в прошлом году, в моём распоряжении.       Ах да, латынская шлюха. Вот говорю же. Все мысли уже смешались, не хочется ничего делать. И даже восклицательного знака в конце предложения не поставишь, везде одни «то-че-ка». Ну всё же. Мой рогатый и хвостатый обещался сегодня заглянуть, чтобы посмотреть какой-нибудь фильмец или мультец. Я бы предложила ему из фильмов «Гарри Поттера» (любую часть, кроме шестой. Ей Богу, не люблю её всей душой), «Чарли и шоколадную фабрику» или «Неприкасаемых».       Вообще, как мне кажется, он рад любому моему выбору. Почти три года прошло с того момента, как мы познакомились. Почти три года с момента, когда мне запрещено резать что-либо на теле. А тем более пытаться найти другие «Dumb Ways To Die», но на все «нельзя» я отвечаю «можно».       Пха-ха, ладно, нет. Это было всего пару раз и вообще неправда. В общем, с тех самых пор я начала становиться более или менее нормальным человеком, который интересуется хотя бы чем-то. Да, я и тогда писала, рисовала, танцевала и прочее-прочее. Но знаете, когда утрачиваешь способность чувствовать то, что делаешь — такое себе. Без души получается. Хотя именно это, наверное, и помогло мне сдать литературу на ЕГЭ: чем преснее ты напишешь эти глупые сочинения — тем лучше.       Так, а мы остановились на том, что мне нужно, как минимум, достать и включить ноутбук, чтобы торрентом скачать какой-нибудь фильмец или мультец. Честно, с удовольствием бы посмотрела «Масяню», что-то мне мои словечки навеяли. Иногда так хочется «нехилый супец какой-нибудь забабахать», сил нет. Что б Ваал бегал у меня, «пузырился». — А чего ржём? — О, ненаглядный явился. Да, странно же я выгляжу, наверное. Лохматая, грустная, но ржущая сама с собой. Одиночество никогда до добра не доводило. — Добрый вечер, ненаглядный. Сегодня спишь на коврике, — улыбнулась я, наконец открывая ноутбук. — Да шучу я, чего мину такую грустную скорчил? Ой… а это у тебя чего? — Я обратила внимание на то, что у него в руках был не привычный планшет или какие-то бумажки, а… плюшевая лошадь? Сама Вселенная намекает уже. — Это что ещё за дура? — шутить так ва-банк! — Это не дура, это лошадь, — рыбка попалась на крючок, дамы и господа. Да начнётся шоу! — Нифига себе подарочек, такая дура… — Это не дура, это лошадь! Ты же говорила, что тебе нравятся плюшевые игрушки. Год тигра нам не помеха, что было, то и принёс. «Дура, дура», что заладила-то? Я же ничего плохого не сделал? Нет. — Ой, потекло молоко по вымю. Да я пошутила, ты «Масяню» не смотрел что ли? — Знаю я, что не смотрел. Просто затравочку кидаю, чтобы проще было специфику сегодняшнего мульти-медиа выбирать. — Кого? Мишаню? Это про медведя какого-то или… даже знать не хочу. Ну давай твоего «Мишаню», — какой покорный мальчик, диву даюсь! — Не Мишаню, тупень, а Масяню. Это культовый персонаж нулевых, между прочим. Вот давай её и посмотрим, как тебе идея? — Он задумался, меня это напрягло. Обычно он мне не отказывал. А что если сейчас внезапно решит? А я тут уже настроилась на «хотите — не хотите». — Да давай, что нам терять? — Отлично! Я никогда не сомневалась в нём!       И только я счастливая потянулась к клавиатуре ноутбука, чтобы набрать нужный запрос во всемирной сети, как во всей квартире стало темно. Либо пробки выбило, либо соседи снова какую-нибудь дичь учудили, либо снова электрики ёбу дали.       Ноутбук я, к сожалению, не удосужилась зарядить, поэтому ещё немного проработав, он издал последний звук и выключился. Да и так я бы найти ничего не смогла, роутер-то тоже выключен, а следовательно и интернета у нас нема. И что прикажете делать? Я уже собралась посылать в жопу директора! — Вот непруха! На нас напала непреодолимая сила неработающего интернета! — Я откинулась на подушку, свалив ноут куда-то в сторону. В темноте послышался смешок, и кровать прогнулась. — Может быть эта сила хочет, чтобы мы с тобой вышли на улицу? — Пойдём-ка покурим-ка, — вырвалось у меня, и я сама же заулыбалась и заржала, как та самая, пока ещё не подаренная, лошадь. — А вообще не хочу я никуда. Что ты при каждом удобном случае меня на улицу тащишь? Как будто я снега не видела. — Ну пошли, что тебе стоит? Только в мой кабинет заглянем за курткой и шарфом с шапкой. У вас сейчас слишком холодно.

***

      Сгоняли в Преисподнюю мы слишком быстро, я даже не успела упасть на свой любимый пыльный диван. Сказать, что я была разочарована в этом вечере — ничего не сказать. Мало того, что мультики не посмотрели, на диване поваляться не дали, так ещё и на улицу выволокли.       По аллее гулять нам стало скучно ещё около года назад. Поэтому мы пошли дальше и начали прогуливаться по какому-то парку, вроде как «Воронежские озёра» называется. Озёра тут и вправду были. Около трёх, одно из которых больше напоминало болото. Ещё одно тоже таковым было, но в угоду прибыли его вычистили и запустили туда катамараны. Но это всё летом, а сейчас зима. Сейчас у них го-о-орки. С ватрушками этими. Не хочу выглядеть скрягой, но меня эти ватрушки уже давно не веселят. Ну садишься, ну катишься с ветерком. Прикольно. А потом ещё поднимай эту фигню минут пять, выстой очередь, чтобы скатиться за десять секунд. С ветерком, как же я могла забыть. Точно.       Но мы с Ваалом предпочитаем к этим исчадиям Ада не приближаться. Нам слишком давит атмосфера всеобщего веселья на головы. И это мы: «Вот так вот комплексами сцепились и поехали в трамвайчике под названием «Жизнь». Он с ебанцой и я кукарача, вот такой вот дуэт».       В общем и сейчас нас занесло куда-то на противоположный от горок берег, где росло многолетнее дерево. Большое такое, мудрое. «Да, здесь в этом лесу был тот самый дуб, с которым мы были согласны». Удивительно, но с моим демонюгой мы болтать на улице не любили. Тихое наслаждение обществом друг друга нам вполне прельщает. И сейчас тоже молча мерили берег своими шагами, слушая, как под ними хрустит снег.       Внезапно прямо рядом с нами быстро прошли два непонятных подростка. Девочка, которой не дашь больше четырнадцати, и парень, которому можно было бы восемнадцать накинуть. Похожи больше на брата и сестру. — Стас, постой! Ну подумаешь свет выключили, напишешь ты свою дипломную ещё! — О-о-о, кажется у кого-то выключился компьютер, и файл, конечно же не сохранился. — Ничего я не буду писать. Отчислюсь к чертям собачьим! Да хватит бежать за мной, Лили, осталась бы дома, там хотя бы руки не мёрзнут… — Он немного обернулся и тут же сменил курс движения, как и тон разговора. От раздражённого, на чуть менее раздражённый и взволнованный. — Ты выскочила на улицу без шапки и перчаток? Снова обморожение хочешь заработать? Чёрт, и у меня шапки нет с собой, — он взял её руки в свои… какая прелесть. Такой незначительный жест, но какой важный. — Возьмите, вам нужнее, — а тут я встала в ступор. Мой ненаглядный, не стесняясь своих рогов, просто снял то, что их скрывало. Браво, гений. Они от тебя сейчас убегут, если в обморок не упадут. — Можете даже себе оставить, мне не жалко. — Ох ты, Рарити нашлась. — Спасибо, но мы живём близко. Сейчас свет вернут, и мы пойдём домой, всё не так страшно. — Так мы тоже из-за света вышли. Это получается его во всём районе отключили что ли? Потому что мы живём выше, не на Воронежских… — я немного подумала. — Нет, возьмите шапку, света ещё долго не будет, а у Ваала иммунитет есть. Не думаю, что у тебя, прелесть, его столько же.       Пока я говорила с этой девочкой наши спутники уже успели провернуть бартер. В данном случае шапка обменивалась на «спасибо». На удивление, рога кудрявого парня не оттолкнули и не испугали, наоборот он как будто ими заинтересовался или, как минимум, видел такое каждый день. Тут нужно сказать, что хоть вокруг и было темно, но свет от горок вполне доходил до этого берега озера, поэтому инородные тела восхитительно поблёскивали, выступая из-под волос. — А вы косплееры? Такие рога у тебя качественные, сложно делались? — И пока мой суженый-ряженый не додумался сказать, что родился с ними, я быстрее ответила: — Ага, мы сегодня были на костюмированной вечеринке. Я была собой, он был демоном. Ну типа я и сама та ещё заноза.       Парень понятливо кивнул. Как же легко жить в наше время. Ни один адекватный человек не станет тебя расспрашивать о чём-то, в чём ты не соответствуешь другим, а тем более осуждать за это. Невероятно, но так я могу позволить выпустить из штанины бедный хвост. А если спросят «какого чёрта он двигается сам» — ответить: «Мы ебанутые и сливаем в косплей настолько много денег, что купили настоящий имитатор хвоста со сложным механизмом внутри. И конечно же он работает не на батарейках, а на энергии солнца, потому что мы Зелёные!» Но это был бы уж совсем бред. Особенно, если учитывать, что сейчас почти ночь.       Наконец девчушка очнулась и, несколько раз потянув стоящего рядом парня за рукав куртки так, как это делают дети, сказала ему: — Стас, даже если у нас нет света мы можем пойти домой. И теперь обязаны пригласить этих прекрасных людей на чашечку чая… или кофе? Что вам больше нравится? — Я живу на чае и кофе, мне в целом всё равно. Но это того не стоит. Просто идите к себе, без нас. Нам бы ещё погулять. — Ваал незаметно взял мою руку в свою. — А как же ужин? Ну хотя бы десерт! — Что же это за вечер-то такой. Меня распирает уже. Я глубоко вдыхаю и пародирую известную всем фразу: — Думаю, мы успеем съесть десерт… — кажется девочка подхватила мой тон. — И кофе?! — А-а-ай ладно. И чашечку кофе.       Мы вдвоём рассмеялись. Наши спутники пожали плечами, не уловив суть разговора. Но знакомство задалось. Поэтому мы всё же направились к ним домой, чтобы «успеть съесть десерт и выпить чашечку кофе».

***

      Как оказалось, брат с сестрой были девушкой и парнем. То есть в отношениях. И вообще странное совпадение во внешности — чистая случайность. По словам Лили (именно так звали эту маленькую прелесть), у Стаса — её парня — даже друзья были кудрявыми. Про нас с Ваалом я рассказывать старалась мало, всё же у нас отношения были немного больнее. А у этих лапушек всё было в радуге и облаках из ваты.       У них в квартире было приятно тепло, пахло даже как-то особенно уютно. Хоть света всё ещё не было, но мы решили, что и так сойдёт — если что посветим фонариками на телефоне. Мало-мальски было даже украшено к Новому году. Гляди и мишура кое-где висит. Хотя, опять же, по словам Лили, настроения новогоднего у них, как и у нас, не было. А украсили, потому что пытались его воскресить.       Удивительно, но, кажется, то, что мне было нужно всё это время для поднятия настроения — хорошая компания, состоящая не только из Ваалберита. С ним я совсем забыла, что существуют люди не флегматики. Да, у меня были однокурсники и родители, но кто сказал, что их общество могло распалить во мне хоть что-то?       И теперь, когда мы сидели в темноте, когда на плите грелся чайник, синий блеск газа дополнял атмосферу, и только окно достаточно освещало кухню с помощью жёлтого уличного фонаря… «Ночь, улица, фонарь, аптека…» Хотя у нас свет не был бессмысленен… Теперь для меня что-то обрело смысл. Даже простой фонарь, окно, синий блеск газа, греющийся чайник и темнота.       Я, фактически, лежала на Ваале, Лили была полностью утоплена в объятиях Стаса. Мы весело общались. Кудряшка рассказывала их истории, другая Кудряшка их дополнял. Я со своим ненаглядным внимательно слушала всё, что они говорили. Мы также вставляли какие-то свои истории, отвечали на их, они на наши. И всё это было мне нужно.       Кажется, непреодолимая сила отключенного интернета не просто помогла нам в этот вечер, но ещё и смирно отступила.       А за окном падал прошлогодний снег.