Ах, зима

Ах, зима. Белая, холодная, уютная… В магазинах появляются и тут же скупаются мандарины, в квартирах ставятся елки, окна многоэтажных домов пестрят гирляндами. Земля укрыта снегом, дети лепят снеговиков и играют в снежки. Праздники не за горами… Школьники всё ждут и ждут каникул, но они как будто и не собираются наступать. Но вот: все долги закрыты, а до заветного отдыха осталось чуть больше недели. Никто не собирается всерьёз вслушиваться в монотонное вещание учителей, и даже сами педагоги не так заинтересованы в своих монологах. Поэтому празднование Рождества и Нового года начинается уже в самой школе. Проходя по длинным коридорам, можно тут и там увидеть яркие украшения, учеников в узорчатых свитерах, услышать знакомые мотивы праздничных песен. И из года в год, обязательно, должна устраиваться «ёлочка». Для самых младших: незабываемый, полный волшебства вечер. Для более старших же просто повод собраться с друзьями, да поболтать о чём-то неважном. Но кто-то ведь должен организовать это всё, не так ли? Этим занимаются добровольцы, которые прониклись духом Рождества и.… те, кого считают «самыми ответственными». Сигма, к его сожалению, попал под вторую категорию. Староста, как никак, кто же лучше справится с такой должностью? «Мы все морально тебя поддерживаем!», — кричали ему в спину. «Вы все придурки», — бормотал парень, но откидывал двухцветные волосы за спину и шёл выполнять внезапно возникшие обязанности. Нет, на своих одноклассников он не злился, просто не совсем любил излишнее внимание к своей персоне. Его хотя бы не заставили выступать перед всеми, уже успех, правда? Одна радость — парню удалось пропустить парочку занятий. А теперь Сигма направляется в школьный актовый зал, где и будет проходить само мероприятие. Его шаги отдавались в пустых коридорах эхом, а взгляд был уставлен в бумажку с планом празднования, который он успел набросать на первых уроках. И вот он наконец-то доходит до нужного места, толкая тяжёлую дверь, но всё так же не отвлекаясь от листка. Кроме него здесь должен был быть его некий да-ладно-он-правда-адекватный помощник. В последний раз пробежавшись взглядом по списку дел, Сигма поднял глаза, но тут же замер в изумлении. — Утречка! Вот сидел я, смотрел на то, как классно весит люстра и думал: «А чем я хуже?» Над возвышением в виде сцены вверх ногами болтался тот самый да-ладно-он-правда-адекватный помощник и улыбался до ушей, явно довольный своей выходкой. — Ты… как ты вообще смог так повиснуть на гирлянде? — Хороший вопрос, я бы даже сказал, философский, — «помощник» задумчиво приложил палец к подбородку, — но это мелочи! Я Николай Гоголь, можешь звать просто Коля, — он протянул руку. — Приятно познакомиться? — второй же ответил на своеобразное рукопожатие, — Меня зовут Сигма, а.… сколько ты так уже висишь? — Хм… полчаса где-то? Да, примерно так. — И тебе не прилила кровь к голове? — О нет, мне уже ужасно плохо! Поможешь слезть? — Гоголь растянул улыбку еще шире. Сигма осмотрел старательно завязанный узел на ногах и саму гирлянду, которая каким-то чудом крепилась к балке под потолком. Дёрнув за небольшой кончик веревки, парню удалось разрушить эту конструкцию, и Николай с громким «Ёкарный бабай!» упал на пол. — Ох, прости пожалуйста! — Сигма тут же подхватил Гоголя под руку, поднимая на ноги, — сильно ушибся? — Ух ты, как в глазах потемнело. Давай-ка приляжем обратно! — Постой, чт… Но Николай уже плюхнулся на сцену, утягивая за собой, не успевшего опомниться, парня. — Коля, ну твою налево! — громкий смех упомянутого отражался от стен зала, пока Сигма потирал ушибленную руку. — Прости-прости, так зачем ты пришёл? — Нам с тобой, вообще-то, надо к празднику приготовить тут всё! — Ах да, точно, праздник. Это тебе я должен был помочь? — утвердительный кивок со стороны другого, — Что ж, я весь к твоим услугам! — он развёл руками, насколько это позволяло положение. — Да я уже как-то и не рад этому… — Что за сомнение в твоём голосе? Раз, два и это местечко будет не узнать! — парень резко поднялся, хватаясь за голову, — я твой личный Санта! — Да скорее личный клоун, — пробормотал Сигма, тоже поднимаясь и окидывая взглядом помещение, — Итак… с чего начнём? У меня есть примерный план того, что стоит сделать. — Так-так-так, что у нас тут, — Гоголь взглянул на протянутый лист, — Скукота, так не пойдёт! — парень порвал бумажку на две части. — Эй! — Всё-всё, не злись, — Николай потрепал парня по волосам, — У нас есть десять ящиков всякой ерунды и три часа. Вперёд, мой верный помощник! — Хэй, а с чего это я теперь стал помощником? — Сигма скрестил руки на груди. — Ладно, капитан, — Гоголь обнял парня одной рукой за плечи, второй обводя зал, — будь по-Вашему, но у нас всё так же три часа и куча украшений. — Ладно, — «капитан», смутившись, увернулся от прикосновения и подошёл к коробкам, — что ж, за работу? — За работу! — крикнул Коля, распаковывая одну из них.

***

— Фу-у-ух, это было сложно, — выдыхает Сигма, садясь на край сцены. — Зато погляди, всё сделали, а главное вовремя! — Гоголь присаживается рядом. Зал и правда был украшен очень даже неплохо: под чутким руководством Сигмы всё было выполнено в лучшем виде. Теперь же парни пили чай, принесённый Николаем. Непонятно, когда он успел его сделать, и непонятно, откуда он достал кружки, но это сейчас было не столь важно. — Слушай, а чего это мы так спешили? Почему именно три часа для работы? Если что, так могли бы и после уроков задержаться, — Сигма глянул на сидящего рядом. — А-а, ты об этом? Да сюда скоро не занятие придут, — лениво зевает Гоголь. — Занятие? — Да, драматического кружка. Мы особо ничем не занимаемся, только валяем дураков, да выступления придумываем. — Да уж, не удивлён, что ты выбрал именно этот кружок… — Звучит даже как-то оскорбительно! — Коля в театральном жесте прикладывает руку к груди, — если хочешь, можешь остаться тут ненадолго. Заодно глянешь, чем другие живут. — А можно? — парень неуверенно глянул на собеседника. — Спрашиваешь! Как раз покажу тебе свой новый… Разговор прерывают голоса и шаги, приближающиеся к актовому залу. Дверь открывается и в помещение заходит группа людей, переговариваясь и смеясь. Гоголь, завидев их, незамедлительно подбегает к компании, приветствуя всех подряд. Сигма же отходит чуть в сторону, захватив с собой стул, чтобы понаблюдать за действиями на сцене. Всё проходило, как и рассказывал Коля: ученики разбирали какие-то небольшие постановки, рассказывали стихи, бродили по залу… Сигма же просто наблюдал со стороны. И вот, прогоняя остальных со сцены, Гоголь становится в её центре привлекая внимание всех окружающих. — Прошу минуту вашего внимания! Придумал я тут на днях очередной фокус, так что смотрите внимательно! — Николай оглядывает собравшихся, ослепительно улыбаясь. Кроме обычной одежды, на голове у него красовался причудливый цилиндр из настольных карт. — Для этого фокуса мне понадобится ассистент… Сигма! — парень вздрогнул при упоминании своего имени, — не мог ты мне помочь? Парень с двухцветными волосами слабо кивает, но идёт к сцене, чувствуя на себе чужие взгляды, что доставляло ему дискомфорт. Но что поделать, сам же согласился остаться тут. — Прекрасно-прекрасно… итак, начнём же! — Гоголь перемешивает колоду карт, откладывая большую её часть. — В этом фокусе я буду использовать четыре короля. Прошу, мой ассистент, проверьте, самые ли это обычные карты. Сигма берёт предложенные карты, крутя их в руках и осматривая со всех сторон. — Действительно, самые обычные, — парень возвращает карточки фокуснику, который еще раз проворачивает их в руке вместе с колодой, после показывая зрителям. — Замечательно, а теперь я сделаю следующее, — Гоголь переворачивает пару карт, наслаивая их друг на друга, — Первого и последнего короля мы видим, два посередине же лежат «изнанкой», верно? — утвердительный гул от зала и подтверждение от рядом стоящего Сигмы. Николай в этом же порядке складывает карты и, щёлкая пальцами, еще раз показывает их зрителям. — И вот опять они все, по моему щелчку, лежат к нам «изнанкой». Давайте попробуем повторить? — Гоголь переворачивает и наслаивает карты так же, как и в прошлый раз, показывает их зрителям, складывает в том же порядке, — И вот еще раз я щёлкну, и короли оказываются в изначальном порядке! Сигма завороженно наблюдал за руками Коли, время от времени, по его просьбе, проверяя карты в его руках. — Но что же будет, если я эти же карты поверну, при этом не щёлкая? — Гоголь выполняет сказанное, демонстрируя зрителям результат, — появится туз! Возможно, случайность? Давайте ещё разок! — фокусник крутит карты в руках, — Ого, очередной туз! Что ж, а если повернуть два раза? — Николай прокручивает карты в пальцах, после демонстрируя их залу, — Мы может увидеть тузов, вместо королей. Что могу сказать, ловкость рук и никакой магии! Раздаются хлопки от зрителей, которые спешат подойти поближе и выведать секрет фокуса. Николай кланяется, спускаясь ко всей компании со сцены, попутно отдавая Сигме какую-то карточку и подмигивая. Сигма тоже растерянно смотрит на абсолютно обычную карту, проворачивая её в руке. На обратной стороне корявым подчерком выведен номер телефона и слова: «Пора покорять этот мир магии, мой верный ассистент!» Сигма слегка улыбается, кладя карту в карман, после спускаясь и подбирая брошенный рюкзак. Кинув последний взгляд на Гоголя, он тихо уходит, просматривая на телефоне пропущенные звонки от обеспокоенных родителей.

***

Буквально через пару дней наступает та самая «ёлочка», присутствие на которой, к Сигминому сожалению, было обязательным. Хоть именно он спланировал большую часть вечера, но участвовать во всём этом не особо-то и хотелось. Поэтому парень стоял у окна, изредка поглядывая на веселящихся людей и отнекиваясь от предложений потанцевать. Учителя же решили, что все присутствующие достаточно взрослые чтобы справиться со всем самостоятельно и тихонько смылись, поэтому некоторым из учеников удалось пронести алкоголь. «Ничего нового» — решил Сигма, опять направляя взгляд в окно. За стеклом в бешеном танце кружили снежинки, тьма спустилась на город, мигал редкий фонарь, Гоголь бежал по сугробам в домашних тапочках и расстёгнутой куртке… «Стоп, что?» Сигма прислонил ладонь к стеклу, наклоняясь и пытаясь рассмотреть всё чуть получше. Заметив его, Николай начал махать рукой, предлагая выйти. Парень с двухцветными волосами заторможено моргнул, спрыгивая с подоконника и хватая своё пальто с шарфом. По пути надев это всё на себя, выбегает во двор школы, на встречу Гоголю. — Что же ты тут забыл? — Сигма пытается восстановить дыхание. — Как это что? Праздновать пришёл! — А в тапках-то почему? — Спешил, боялся, что ты уйдешь, — Коля улыбается, склоняя голову к плечу. — Так у тебя и без меня друзей хватает, беги ко всем, пока их не прогнали из зала… — Да забей на них! — Гоголь показывает на увесистую сумку, — у меня тут куча сладостей и горячий чай. Пошли? — Куда это? — Да кто ж его знает, хоть на лавочку у подъезда! — И ты… не хочешь идти туда? — Сигма указывает на школу. — Не-а, ни капли, сегодня чудесная погода, не думаешь? — Николай фыркает, от свалившегося на его голову снега с дерева. Сигма тихо смеётся, смотря на то, как Гоголь пытается стрясти весь снег со своих волос. — Пошли, — выдыхает парень, начиная завязывать свой шарф на шее Коли. — Куда? — прикрывая глаза, спрашивает тот. — На лавочку…