Holiday Boredom/Праздничная скука

Гермиона рассеянно пролистала «Придиру», игнорируя статьи о ложных обвинениях морщерогих кизляков, нападающих на маглов в Вестминстерском аббатстве, зевнула и оперлась головой на руку. Гермионе было скучно. Её родители решили на праздники уехать отдыхать в Альпы, поэтому девушке пришлось остаться в Хогвартсе с горсткой студентов. Гарри поехал в Нору, и хотя Джинни пригласила и её, Гермиона решила отказаться от заманчивого предложения, не желая смотреть, как Рон со своей драгоценной Лавандой флиртуют друг с другом. Не то, чтобы Гермиона ревновала к Браун, просто она завидовала, что у Рона кто-то был, а у неё нет. В то время пока все остальные студенты веселились и находились неизвестно где, Гермиона сделала всю домашнюю работу, которая была задана на каникулы, и просто сидела в Большом зале, не зная чем себя занять. Сначала она прочитала все книги в библиотеке, чем подвергла мадам Пинс в глубочайший шок, потом решила всюду ходить, словно потерянный щенок, за профессором Макгонагалл, которая спустя полдня извиняющимся тоном сообщила девушке, что вынуждена срочно навестить друга в Уэльсе. Гермиона уж было решила навестить Хагрида, как ей сообщили, что он сейчас на свидании с Олимпией Максим. Казалось, что у каждого был человек, с которым он мог провести Рождество, кроме Гермионы. Осознание этого факта, мучило Грейнджер до тех пор, пока она не заметила Драко Малфоя с недовольным выражением лица, бредущего с недовольным лицом по коридорам, перекинув маленькую сумку через плечо. Гермиона была чрезвычайно рада, что хоть кто-то ещё проводит Рождество вдали от дома, и твёрдо решила провести весь оставшийся день вместе с парнем. — Малфой! Погоди! — закричала Гермиона, так сильно напугав блондина, что он обернулся и огляделся, чтобы убедиться, действительно ли возглас был обращён к нему. Она успела запыхаться, пока бежала до парня. Подняв голову, Гермиона была поражена тем, что слизеринец был высоким. Её макушка едва ли доставала до его ключицы. — Что случилось, Грейнджер? — возмутился Малфой, быстро поправляя лямку сумки, висевшей на его плече. — Мне нужно сейчас быть в другом месте. — Могу я пойти вместе с тобой? — выпалила Гермиона. Его глаза увеличились в несколько раз, и взгляд, которым он наградил девушку, был полон недоверия. — Ты уверена, что обращаешься ко мне? — Я не знаю, заметил ли ты, но, кроме тебя, тут никого больше нет, — парировала Гермиона, закатив глаза. — Я помню, что мы ненавидим друг друга, но я умираю со скуки. — Я здесь не для того, чтобы развлекать тебя. Роль твоего личного шута прекрасно исполняет шрамоголовый. Хотя рыжеголовый тоже подойдёт. На что Гермиона лишь громко простонала. — Как ты можешь видеть, Гарри с Роном тут нет… — Это не означает, что я собираюсь проводить праздники, притворяясь твоим дружком. — … и я уже сделала всю домашку, а профессор Макгонагалл и Хагрид тоже покинули Хогвартс… — Я занят, Грейнджер. — …поэтому, пожалуйста, прошу, разреши мне пойти вместе с тобой. Обещаю, что не буду никак обзывать тебя и мешать твоим делам, — резко выдохнув, закончила Гермиона. Малфой уставился на неё, будто она только что сказала, что Земля начала вращаться в другую сторону и делать петли в воздухе. — Ты же сошла с ума? — Это всё из-за замка! — воскликнула Гермиона, размахивая руками. — Каждый чем-то занят, а я просто не могу сидеть сложа руки! Мне скучно! — Ты на самом деле буквально умоляешь взять тебя с собой, — задумчиво произнёс Драко, потирая двухдневную щетину. — Тебе действительно скучно. — Спасибо, что заметил это, гений. — Не язви, — огрызнулся Малфой, свирепо глядя на неё. — Прости, — неискренне пробормотала Гермиона. Глаза Драко наполнились ужасом, он быстро схватил девушку за запястья и притянул к себе. Гермиона только хотела возмутиться, но Малфой заставил её замолчать, накрыв её рот своим. Хоть девушка и была шокирована этим поступком, но мгновенно замахнулась и дала ему пощёчину. Драко отстранился, вытер рот тыльной стороной ладони и произнёс: — Так, отлично, ты не под заклятием. — Чт… — Я просто хотел убедиться, что ты осознаёшь, что делаешь. Грейнджер, ты извинилась передо мной. Прости, что не сразу поверил. Гермиона сморщила нос и нахмурилась. — Ты мог это проверить как-то по-другому, а не пихать свой язык ко мне в рот. Магией, например. — Я не засовывал свой язык тебе в рот, Грейнджер. Не драматизируй, — произнёс Малфой, закатывая глаза. Он жестом велел ей идти за ним; девушка немедленно подчинилась. — Но ты сделал это! — Уж поверь, если бы я действительно засунул свой язык тебе в рот, ты бы почувствовала, как он скользит внутри, — с широкой улыбкой парировал Малфой, и лицо Гермионы покраснело от этой вульгарной фразы. — Да заткнись ты уже, это отвратительно, — проворчала девушка, обнимая себя руками. Малфой только усмехнулся, и парочка в тишине двинулась в путь. Когда они вышли из замка, Драко обернулся и произнёс. — Хорошо, Грейнджер. Я хочу, чтобы ты пообещала мне кое-что. Гермиона недоверчиво покосилась на него и поняла, что парень ждёт согласия, которое девушка была вынуждена дать. — Хорошо, но пообещай мне, что ни одна живая душа никогда не узнает об этом. — Я должна предупредить, если это незаконно, то ты же знаешь, я не смогу молчать. — Это законно. — Это… аморально? — Нет. — Это… — Ради Мерлина, это не запрещено, не аморально, не незаконно, не мрачно, не порочно! — Тогда почему необходимо молчать? — Потому что у меня есть определённая репутация, и мне очень не хотелось бы, чтобы она пострадала, — объяснил Малфой, глядя на девушку. — Тогда почему ты взял меня с собой? — Потому что ты сказала, что тебе скучно, да и я… не имел ничего против твоей компании, — признался парень, не глядя ей в глаза. — Понятно, — Гермиона немного поразмышляла, прежде чем дать окончательный ответ. — Хорошо. Я обещаю. Я никому никогда не расскажу твой тёмный секрет. — Это не тём… Неважно. Просто не говори никому, — проворчал он и обернулся, чтобы проверить, что рядом никого нет. Когда парень убедился, что нет ни одного свидетеля, он открыл свою сумку и достал из неё… — Маггловская камера, — Гермиона не могла поверить, что произнесла это. — Верно, заткнись, — пробормотал Малфой, а на его щеках появился лёгкий румянец. — У тебя есть маггловская камера, — повторила Гермиона, произнося слова медленно, пытаясь понять их смысл. — Зачем тебе маггловская камера? — Я… Я интересуюсь фотографией, — признался Малфой, на мгновение стиснув зубы. — Разве в этом есть что-то плохое? — Гермиона всё ещё не могла понять, зачем малфою камера. Вдруг её глаза расширились. — Только не говори, что ты ходишь повсюду и фотографируешь голых людей! — Погоди, что? Нет! — прокричал Малфой, его лицо покраснело от унижения. — Как ты только могла подумать об этом? Ты считаешь, что я похож на извращенца? К тому же, это незаконно. — Да, конечно, но ты не похож на человека, которому будет нравится фотографировать маггловской камерой, так что… — Серьёзно, Грейнджер? Может я и хулиган, но не настолько плохой. Я ещё не опустился до такого низкого уровня, чтобы фотографировать голых людей без их разрешения. — То есть, ты сделаешь фотографии, если человек попросит тебя? — Ну, если учитывать, что только ты знаешь, что я увлекаюсь фотографированием, то ты хочешь, чтобы я создал твою обнажёнку? — в глазах Малфоя проскочил озорной блеск; Гермионе пришлось признать, что детское выражение лица ему очень шло. Неожиданно, девушка осознала, что он только что сказал. — Постой, то есть никто, кроме меня, об этом не знает? — Нет. Ни одной живой душе это неизвестно. И, если ты не будешь держать свой рот на замке, я превращу твою жизнь в ад. Гермиона лишь закатила на это глаза и произнесла. — Всё равно никто не поверит мне. Ты только представь, как я подхожу к людям и говорю: «Эй, ты знал, что у Малфоя есть маггловская камера?» В лучшем случае надо мной просто посмеются, в худшем — проклянут за распространение лживых слухов о тебе. — Действительно. Пенси определённо сделает это, — хихикнул Малфой. — Итак… Зачем тебе маггловская камера? Разве волшебные камеры не были бы более приемлемыми? Малфой почесал затылок, всё ещё не решаясь ответить на вопрос. — Просто… просто есть что-то особенное в фотографиях магглов, что-то, что волшебные камеры не могут запечатлеть. — Серьёзно? — Гермиона не разбиралась в камерах, но предположила, что он говорит о разрешении изображения. — В любом случае, я здесь, чтобы сделать несколько фотографий, поэтому не отвлекай меня от процесса. — Я буду вести себя тихо, как мышка, — ответила Гермиона, прижимая указательный палец к губам. По необъяснимой причине девушка почувствовала какое-то извращённое чувство товарищества с Малфоем, особенно когда узнала, что он такой же обычный смертный. Драко подозрительно посмотрел на неё, но ничего не сказал, просто взял камеру в руки и пошёл прочь. Гермиона села на снег, используя свою палочку, чтобы согреться, и внимательно наблюдала за Малфоем, который склонился над кустом, и что-то фотографировал, но что, Гермиона никак не могла разглядеть. Парень был сосредоточен. Сделав несколько снимков, он поднялся и подошёл в ближайшему дереву и начал крутить вокруг него, очевидно, в поисках интересного ракурса. Гермиона окликнула его. — Ты увлекаешься фотографиями природы? Как ты узнал, что надо делать? Кто обучил тебя тому, как нужно обращаться с камерой? Где ты достал её? — Мне показалось, ты говорила, что будешь тихой, как мышка. — Просто ответь. Мне скучно. Малфой вздохнул и запустил пальцы в волосы, слегка растрепав идеально лежащие пряди, пока думал над ответом. Спустя некоторое время он произнёс. — Я не профессионал, Грейнджер, просто любитель. Иногда фотографирую, чтобы развлечься. — Я поняла уже это. Но кто научил? — Никто. Сам. — Покажешь свои фотографии? — Мерлин, нет, — Малфой быстро покачал головой, даже не задумываясь над ответом. — Я не покажу свои фотографии. Это личное. — Фотографии деревьев? Деревья же неличные. — Может быть для меня они личные, — возразил он. Гермиона осмотрела дерево, вокруг которого кружил Малфой, и неожиданно ухмыльнулась. — Эй, это разве не то самое дерево, на которое ты опирался прямо перед тем, как Клювокрыл напал на тебя? Малфой бросил на неё свирепый взгляд, но это не произвело желаемого эффекта. Девушка болтала ногами взад-вперёд и смеялась. Драко проворчал. — Заткнись, Грейнджер. Я не могу сконцентрироваться. — Конечно, конечно, — сказала Гермиона, продолжая смеяться. Девушка напевала что-то себе под нос и наблюдала, как он умело взбирается на дерево. Она была впечатлена его скоростью и в шутку поинтересовалась, как бы он справился с разъярённым гиппогрифом в другое время. Начался снегопад. Гермиона лениво улыбнулась, легла на спину, закрыла глаза и наслаждалась ощущением снежинок, ласкающих её щёки, прежде чем те опускались на заснеженную траву. В момент чистой детской радости она стала ловить снежинки ртом. Девушка засмеялась, когда почувствовала лёгкий холодок на языке, и подняла руку, чтобы прикоснуться к медленно падающему снегу. Она достала свою палочку и произнесла заклинание, останавливая снежинки прямо в воздухе. Гермиона поднялась на ноги и посмотрела через плечо на Малфоя, который до сих пор находился на дереве; девушка возбуждённо улыбнулась и начала танцевать сквозь застывшие снежинки. Она кружилась и кружилась, пока её голова не пошла кругом и перед глазами всё не расплылось. Гермиона откинула голову и засмеялась, когда плюхнулась обратно на снег и, размахивая руками, сделала снежного ангела. Девушка отменила заклятие, позволяя снежинкам упасть на землю. С помощью магии она сделала снежную корону и положила ту себе на колени. — Что ты делаешь? — Малфой неожиданно возник за её спиной, напугав Гермиону так сильно, что та чуть ли не уронила свою поделку. — Делаю корону для тебя, — серьёзно произнесла она, посмотрев на него снизу вверх, и расплылась в ещё более широкой улыбке, когда заметила, что его волосы торчат в разные стороны. — Для меня? — пискнул Малфой, в тоне которого было явное недоверие. — Зачем? — В качестве благодарности за то, что позволил пойти с тобой, — ответила Гермиона, впервые за долгое время ощущая себя ребёнком. — Ты не обязана была делать это, — пробормотал парень, пытаясь незаметно отодвинуться от неё. — Я знаю, но просто захотелось, — весело сказала она и похлопала по месту рядом с собой. — Сядь, чтобы я могла короновать тебя Принцем Слизерина. Малфой недовольно фыркнул. — Все и так знают, что я Принц Слизерина, так что твоя корона бесполезна. — Во имя Мерлина, просто сядь, — прорычала девушка, хватая парня за запястья и дёргая его вниз. Он споткнулся и почти упал на неё, однако камера была между их телами. Гермиона отпихнула его, прежде чем сесть рядом. Малфой уселся и проверил камеру, убеждаясь, что с ней всё хорошо. — Грейнджер, ты… — Теперь я короную тебя Ледяным Принцем Слизерина, — дерзко заявила девушка, игнорируя его мрачный вид и надевая снежную корону на его голову. — Ледяной, потому что ты выглядишь как мраморная статуя, и ты не так уж и хорош. Губы Малфоя незаметно дрогнули, и он уж было потянулся, что бы снять корону, как Гермиона оттолкнула его руку. — Не трогай! Она хрупкая! — Как только мы разойдёмся, я уничтожу её, — пробормотал Драко, но Гермиона засияла, когда парень убрал руку. — Счастливого Рождества, Малфой.

***

Гермиона снова листала «Придиру», снова игнорируя статьи о воображаемых существах, о которых писал отец Луны. Только потому, что она дружила с Лавгуд, девушка читала этот журнал, наполненный полной чушью. Внезапно её взгляд упал на заголовок в самом конце журнала, на котором было написано, что на ежегодном конкурсе фотографий, который устраивал «Придира», был выявлен победитель. Гермиона нахмурилась, прищурившись, глядя на снимок, чтобы понять, почему он задел её за живое. Брюнетка в красной шапке оперлась на локоть и наблюдала за снежинками, падавшими с неба. Она высунула язык, старалась поймать снежинку и попробовать её на вкус. Фотография была сделана с довольно-таки большой высоты, и фотограф, похоже, приложил немало усилий для этого чёткого снимка. Гермиона рассматривала фотографию несколько минут, прежде чем поняла, что знает брюнетку. Это была она! Она была девушкой с фотографии. Было только одно логичное объяснение, как снимок попал на конкурс: Малфой сфотографировал её и отправил. Но зачем? Гермиона, нуждающаяся в ответах, встала на ноги и отправилась на поиски блондина. Она осмотрела весь замок, но это не принесло успеха. Малфоя внутри замка не было. Как только девушка вышла во двор, сразу заметила знакомые светлые пряди, торчащие из большого куста. Она подошла прямо к нему и громко покашляла. Малфой выскочил из куста, его глаза расширились от страха, и он постарался как можно скорее спрятать камеру. Но, когда он осознал, что перед ним Гермиона, расслабился. — Чего тебе? — Ответов. — Как всегда, — у него даже хватило наглости закатить глаза. — Почему ты отправил фотографии со мной на соревнования? Плечи Малфоя заметно напряглись. Он не смотрел девушке в глаза, глядя куда угодно, но только не на неё. — Я не обязан отвечать тебе. — Не обязан, но ты должен знать, что я просто буду следовать за тобой по пятам, пока ты не соизволишь ответить. Или я могу натравить на тебя семейство Уизли. Одному Мерлину известно, насколько эти ребята дотошны и упрямы. — Я тоже очень упрям, — усмехнулся он, скрестив руки. Малфой приподнял бровь, глядя на девушку в ожидании её возмездия. — Я дам тебе Сыворотку прав… — Это незаконно. Я помню, что ты говорила, что обязательно сообщишь кому-то… — Я лицемерна, когда дело касается вещей, которые имеют ко мне непосредственное отношение, — спокойно призналась Гермиона. — Так что, ты хочешь пойти лёгким или трудным путём? — Ты не заставишь меня открыть рот, — ухмыльнулся Малфой; в его голосе слышался вызов. Гермиона не знала, что на неё нашло. Позже она будет винить во всём всплеск эмоций, и тот факт, что она никогда не отступала перед вызовом, и то, что было Рождество. Но в тот момент, всё, о чём она могла думать, так это о том, что она должна стереть эту гадкую ухмылку с его лица и заменить её чем-то другим. Она протянула руку и схватила его за воротник, прежде чем приблизить его голову к своей и встретиться взглядом. Гермиона проигнорировала его вскрик и крепко поцеловала в губы. Когда его тело расслабилось, она скользнула языком в его рот, ожидая реакции. Вместо того чтобы оттолкнуть её, Драко застонал и обнял за талию, прижимая ещё ближе к себе. Он скользнул рукой по спине и поцеловал в ответ также яростно и крепко, как сделала она. Настала очередь Гермионы быть ошеломлённой. Её челюсть расслабилась, и его язык в ту же секунду проник в рот. Голос в голове кричал ей, чтобы она остановилась, но Гермионе было всё равно. Малфой чертовски хорошо целовался, и вскоре разум девушки перестал кричать на неё. Когда Драко отстранился, его глаза были тёмными и пьянящими. Ноги Гермионы подкосились, и он ухмыльнулся, крепче прижимая тело девушки к себе. — Что это было? — Гермиона запнулась и изо всех сил старалась не покраснеть, но безуспешно. — Что это было? Ты первая начала! — он не испытывал никакого сожаления за то, что его язык был на половине пути к её рту. К слову, Малфой выглядел чертовски довольным собой. — Я просто пыталась заставить тебя открыть рот! — Гермиона внезапно осознала, что сказала, и побледнела. Драко ухмыльнулся, притягивая к себе девушку и зарываясь пальцами в её волосы. Откинув голову Гермионы назад, Малфой приблизился к её губам. — Похоже ты достигла очень, очень большого успеха. Девушка пыталась что-то сказать, но парень прервал её реплику — и её мозг — прижавшись своими губами к её губам.