Запретный плод

Сука, слушай сюда, сука! Собирайся немедленно, дура безногая! Денег тебе за это! И чтобы к вечеру ноги твоей здесь не было! Быстро! Сейчас же! Буду ждать! Перед зеркалом! И не вздумай со своей сукой говорить! Если есть деньги – пиши! Не пизди, падла! Будешь молчать – отстегну, на хуй, в баксах! Сроку тебе на решение – три дня! Все поняла? Завтра утром чтоб духу твоего здесь не было! Сама же знаешь – завтра я здесь. Ясно? Буду ждать! Еще вопросы есть? -сказала хозяйка. Хозяйка была готова избить Аню до полусмерти. Но Аня сказала: «Все поняла», - и она вышла из комнаты. Хозяйка закрыла за ней дверь. Через полчаса пришел Вовчик. Он был сильно пьян. У него был испуганный вид. Он сел на диван, выпил водки и долго смотрел на Аню. Потом спросил: «Ну как дела? Что нового?» Аня ничего не ответила. Тогда Вовчик спросил: «Тебе Сережа звонил?» Аня кивнула головой. Вовчик встал с дивана и ударил ее кулаком по лицу. А потом еще раз. И еще. Потом он навалился на Аню и стал избивать ее ногами. Он колотил ее по лицу, по голове и по животу. А потом вдруг затих. И потом опять сильно ударил по лицу. А потом ногой. А потом опять. А потом еще раз. И еще. После пятого или шестого удара хозяйка принесла полотенце, которым Вовчик вытер испачканные в крови руки. Но он еще долго продолжал наносить Ане удары. Он колотил ее изо всех сил. Потом он упал на диван и затих. Хозяйка вошла в комнату и сказала: «Ну что ты, Вовчик, она уже не может встать». Но он что-то еще бормотал. Хозяйка больше не решалась войти в комнату. Она ушла на кухню и стала готовить обед. Аня осталась сидеть на полу. Она уже чувствовала невыносимую боль в животе. Она думала, что сейчас умрет и ей уже ничего не поможет. Но боли вдруг стали постепенно ослабевать. Когда хозяйка вошла в комнату, Аня уже сидела на полу и вытирала платком окровавленное лицо. «Что с тобой?» — спросила хозяйка. «Я не могу встать», — ответила Аня. *За 2 дня до этого* Я открыла рот и Иисус положил туда свой палец. Когда он убрал руку, на кончике его пальца осталась капелька крови. Мы обменялись улыбками. Потом он сказал: «Ты же знаешь, я не люблю, когда ты меня так называешь. Я Иисус». Я кивнула и крепко его обняла. Он был большим. Мне казалось, что он меня обнимет так, что я сломаюсь. Я даже стала чувствовать, как подрагивает его тело в моих объятиях. Через секунду он наклонил голову и поцеловал меня в губы. Через секунду я почувствовала его член в себе. Я резко сжала ягодицы и почувствовала его скользкую головку. Это было ужасно. Если бы я могла повернуть время назад, я бы не допустила этого момента. Но я не могла. Я была полностью в его руках. Его язык прошелся по моему языку. Второй раз за день мой рот наполнился горечью. Это был вкус меда и крови. Я почти не различала, что он говорил. Вдруг он остановился. Я открыла глаза. Его лицо было по-прежнему обращено ко мне. Но в его лице уже не было этой сумасшедшей улыбки. Он пристально смотрел куда-то вперед. Я обернулась. По ту сторону стекла было полутемное помещение, на стене которого висел огромный меч. Я больше ничего не видела. Вдруг лицо Иисуса исказилось, он схватился руками за живот и со стоном рухнул на пол. Я протянула к нему руки. Но он уже лежал на спине, слабо шевеля пальцами. Он задыхался. Я увидела приближающееся лицо черта. На его лысой голове ярко сверкал золотой нимб. В его глазах отражалась душа Христа. Черт встал на одно колено и склонился над Иисусом. "Мой повелитель! Простите мне эту дерзость и простите все мои прегрешения... Что мне сказать? Мой повелитель! Вы...