Мистер Ли, бегите

— Сегодня меня можно не забирать, я сам доеду до дома, — на одном дыхании выпаливает Минхо, как только слышит на другом конце провода тихое и замученное "да, мистер Ли, я вас слушаю". Из динамика слышится странное кряхтение вперемешку с кучей ругательств, которые Минхо слышать явно не должен. А раз не должен, значит не слышал. Телефон, кажется, перекочевал из рук водителя в руки пассажира. И вот тут Минхо становится по-настоящему страшно, ибо в столь поздний час вырвать из рук сурового шофёра телефон мог себе позволить лишь один человек - менеджер. А ему об этой ситуации знать не следует. — То есть как это сам?! — худшие опасения Минхо подтвердились. — Скажи мне, почему у всех нормальные айдолы, а у меня ты? Я всю молодость тебе отдал, у меня седина уже и появилась, а я ещё так молод. Как ты собрался добираться до дома самостоятельно? Пешком? Или на метро? Может вплавь? А что, конец декабря, как раз время для новых рекордов. Нормальные люди салаты на кухне готовят, а я по городу мотаюсь в поисках тебя. Ты где вообще? Ай, можешь не отвечать, чем дольше я тебя ищу, тем мучительнее ты умрёшь. И я уже придумал, как буду объясняться перед агентством, скажу, что ты стал жертвой очередного маньяка. Нет, сталкера, а я нашёл твой бездыханный труп. Да мне орден можно выдать за то, что я всё ещё остаюсь твоим менеджером. Сбежал с мероприятия, где-то спрятался и теперь решил по ночному городу прогуляться. А если тебя узнают? Я же тебе даже отомстить не смогу, тебя раскроят на новогодние подарочки фанаты. Ли Минхо, я жду адрес и спрячься где-нибудь пока мы не приехали. — Я с другом, мы... мы доедем на метро, это не обсуждается, — Минхо сбрасывает вызов до того, как менеджер приходит в себя, обрекая свой мозг и душу на сорока минутную тираду, но это будет чуть позже, а сейчас рядом стоит виновато улыбающийся Хёнджин. — Я договорился с менеджером, он не против, — ну, да, приукрасил Минхо чуть-чуть ситуацию, с кем не бывает, а так проблема то решена. — Я слышал как ты договорился, — губы Хёнджина дрогнули в нервной усмешке, он виновато отводит глаза. - Хён, откажись пожалуйста, это же не конец света, новое задание придумаю. — У нас какой спор был? Если я проиграю, еду домой на метро, я проиграл, всё честно. Перестань переживать, это мне должно быть страшно, а я спокоен и полон решимости, — и Минхо не врёт, почти. Колени у него от холода между прочим дрожат, а руки трясутся, потому что... у кого рядом с Хван Хёнджином руки не затрясутся вообще? Если только у трупа, а Минхо на роль мертвеца претендовать не собирается, ну, до встречи с менеджером точно. — Если уж ты так уверен, то я с тобой поеду, а то потеряешься ненароком, — Хёнджин снова блещет белоснежными зубами и приближается к Хо, стягивая с шеи широкий чёрный шарф. - Дай я тебя замаскирую, а то слова твоего менеджера окажутся пророческими, а он этого явно не оценит. — А ты? — стресс плохо влияет на мозг Минхо, серое вещество отключает свои основные функции. — Что "я"? — Хёнджин старательно заворачивает Минхо в шарф, то и дело отстраняясь и разглядывая своё произведение искусства, довольно улыбаясь и чему-то кивая. — Ты будешь скучать по своему хёну, если уж мой менеджер окажется ясновидцем в шестом поколении? — Минхо безумно радует тот факт, что его алеющие щеки не видны за тремя слоями длиннющего шерстяного шарфа, иначе придумать оправдание адекватнее "соответствую твоему цвету волос" стало бы затруднительно. — Конечно, у меня больше нет друзей, готовых сбегать с важнейших корпоративов, потому что мне захотелось мармеладок, — Хван весело улыбается и отходит на два шага назад, довольно разглядывая Минхо, составляющего конкуренцию варёным ракам. Вдруг Хёнджин выхватывает телефон из кармана пальто и делает пару снимков, улыбаясь ещё шире. — Тебя не узнать, но что-то мне не нравится. — Может то, что я сейчас больше на гусеницу-переростка похож? — губы Хо дрожат от беззвучного смеха, а Хёнджин резко сокращает расстояние между ними и запускает свои длиннющие пальцы в волосы Минхо, зачёсывая их назад. Воздух из лёгких Ли выбивает в одно мгновение, а сердце, сделав тройное сальто, начинает биться где-то в горле, наплевав на анатомию, физиологию и законы природы в целом. Да и кому нужны эти законы вместе с кислородом? Минхо вот не нужны, он новая ступень эволюции, ну, или просто влюблённый дурак, у которого бабочки в животе устроили рок-фестиваль, не иначе. — Нужна шапка, — констатирует Хёнджин, сразу же снимая свою и резво натягивая её на голову друга. — Что-то ты подозрительно легко раздеваешься, ещё и сам, — серое вещество Минхо всё таки не выдерживает отчаянную борьбу за место под солнцем с бабочками и погибает смертью храбрых. — Главное, что тебе нравится, — Хёнджин с хитрым видом отступает на пару шагов назад, а Минхо, на грани обморока, думает, что Хёнджину придётся делать ему искусственное дыхание, если Ли не возьмёт себя в руки. Только вот эта мысль не отрезвляет, а совсем наоборот. Минхо тяжело вздыхает, хватает Хёнджина за руку и тащит в сторону ближайшей станции метро.

***

Поезд мерно покачивается, усыпляя уставших пассажиров. Людей в метро немного, это и неудивительно, неумолимо приближается полночь, совсем скоро новый год вступит в свои права. Хёнджин бессовестно ржёт всю поездку, пряча лицо в воротнике куртки, а Минхо, забившись в угол, не может заставить себя отпустить руку Хвана. И нет, он не боится, совсем нет, просто две девушки сначала поездки с таким подозрением косятся в их сторону, что ноги подкашиваются. — Хён, — шепчет Хёнджин еле различимо за стуком колёс, всё ещё пряча лицо в куртке. — Может отпустишь меня? Я руку чувствовать перестал похоже, — и снова этот лис хитро щурится, отправляя сердечко Минхо в нокаут. — Потерпишь, — также тихо отвечает Минхо из-за шерстяной баррикады — шарфа, — и вообще, почему эти девушки... о нет, — лицо Минхо мучительно бледнеет и покрывается испариной, а взгляд лихорадочно мечется по лицу Хёнджина. Хван, осознавая, что что-то явно не так, медленно оборачивается. За его спиной те самые девушки с самым безобидным видом хлопают глазками и переглядываются друг с другом. — Извините, — обратилась к Хёнджину девушка с длиннющими ресницами, — а ваш друг случайно не айдол? Несчастное сердечко Минхо затрепыхалось как птица в клетке, в мыслях проклиная менеджера, который, как выяснилось, всё таки обладает экстрасенсорными способностями, Ли готовился к худшему. Хёнджин вперивает в девушку немигающий полный шока взгляд и отрицательно качает головой, неспешно поворачивается к Минхо и, с абсолютной уверенностью в себе, начинает энергично размахивать руками перед лицом Ли, попутно корча страшное лицо и всеми правдами и неправдами пытаясь что-то донести до него. Энергичная, но непродолжительная жестикуляция Хёнджина подходит к концу, а Минхо наугад трясется от беззвучного смеха, на самом деле от нервного напряжения, и отрицательно качает головой, вырисовывая в воздухе непонятные фигуры. Хёнджин довольно фыркает и снова возвращает своё внимание к девушкам, поражённым этим перформансом. — Прошу прощения, вы ошиблись, мой друг глухонемой, поэтому айдолом быть не может, к сожалению. Надеюсь, вас не обидело, что я сначала передал суть вашего вопроса моему другу, а потом ответил вам. Но он просил передать, что ему жаль, ибо он не смог оправдать ваших надежд, и то, что вы прекрасно выглядите. Щеки девушек заалели, они пролепетали извинения и поспешно выскочили из вагона на первой же станции, оставляя Минхо с его сердцем, которое неясно каким образом пережило этот кошмар, и с Хёнджином наедине. Последний, быстро оглядевшись вокруг, падает на ближайшее сиденье и заходится в истеричном смехе. — Хён, твой менеджер всё таки ясновидящий. Я думал, что нам конец. Я так боялся, что ты не поймёшь мою задумку, но, как показывает практика, мозг на двоих - не вымысел. — Хёнджин устало растягивает губы в улыбке и не отрывает взгляда от глаз Минхо. — Ты теперь должен мне поцелуй, — Минхо почти шепчет, но глаза Хёнджина всё равно опасно сужаются, он долго всматривается в глаза друга, прежде чем встать со своего места и приблизится к Хо. — Как скажешь, хён, — Хван почти касается скулы Минхо губами, и Ли в иную реальность не улетает только потому что поезд резко дёргает. — Мы приехали, пойдём, — Хёнджин цепляется за запястье Минхо и тянет его к выходу.

***

Снежинки кружатся в медленном танце, затягивая в круговорот деревья, дома и даже улицы. Людей в переулках, далёких от центра города, нет совсем, а редкие магазинчики между жилыми многоэтажками давно погасили свет в своих витринах. Звёзды и даже луна не видны за холодным светом уличных фонарей. Именно к одному из фонарей и тащит Минхо Хёнджин. — Так встань тут, — Хван запихивает своего друга под ближайший фонарь, делает пару шагов и с довольным видом выуживает из кармана пальто телефон. — Что ты делаешь? — Минхо эта ситуация сильно напрягает, ему хочется домой, чтобы поскорее спрятаться в своей комнате и порыдать в розовую подушку о том, как часто он позорится перед Хёнджином. — Узнаю время, — Хёнджин лукаво щурит глаза. — Подожди, осталось всего тридцать секунд. Хван делает несколько безумно медленных шагов к Минхо, снег жалобно скрипит под ногами, а красивые руки быстро распутывают шерстяной шарф. — Три, два, один. С новым годом, хён. Минхо в изумлении распахивает глаза, когда его губы оказываются во власти Хёнджина, который закрывает глаза и притягивает Ли настолько близко, насколько это возможно. Минхо плавится от сладкой нежности, плавится и тонет, разглядывая дрожащие ресницы и снежинки на длинных прядях ярких волос. Хёнджин на мгновение отстраняется лишь для того, чтобы, рвано вздохнув, снова завладеть чужими губами. Минхо смело отвечает на поцелуй, обвивает шею Хвана руками и счастливо улыбается. — Вот ты где! — шум подъезжающей машины игнорировать было нельзя, особенно если из окна этой машины почти вываливается менеджер Минхо. — Моё несчастное сердце, он ещё и целуется. Ты вообще знаешь, что такое сострадание? Ещё и с паренем! Меня точно уволят, за что ты так со мной Ли Минхо? — ещё пара секунд и машина остановится прямо рядом с ошалевшим Минхо и Хёнджином, который ещё не успел отойти от поцелуя. — Тебе конец, несносный мальчишка... э-эй куда?! — машина вдруг резко сдала назад, а окно со стороны водителя открылось. — Мистер Ли, бегите.