Империя Льда и Пламени

Надо было внимательнее отбирать людей — подумал я, оглядывая комнату, залитую кровью. Пятеро профессионалов ворвались ко мне, и только благодаря адреналину и магии я всё ещё стоял на ногах. Однако сейчас не время для сожалений. Главная проблема — пятеро хорошо обученных солдат, готовых расправиться со мной прямо здесь. На открытом пространстве и со своим двуручным мечом я бы мог справиться даже с тридцатью такими бойцами, но в тесноте комнаты их численное преимущество играло на руку врагам. Двое бросились на меня с огромной скоростью. Активировав магическое усиление, я мгновенно схватил кинжал с бедра и метнул его в одного из нападавших. Лезвие вонзилось ему прямо в глаз. Он рухнул на пол, мёртвый, даже не вскрикнув. — Один готов, — прошептал я, разворачиваясь ко второму. Второй на мгновение замешкался, увидев, как его товарищ падает замертво. Этой секунды мне хватило. Я снёс его голову быстрым, точным ударом. Тело рухнуло, забрызгав стену кровью. Оставшиеся трое подошли осторожнее, окружая меня с трёх сторон. Пространства для манёвра было мало, и длинный меч стал бы скорее обузой. Я выдернул кинжал из головы поверженного врага и вновь использовал его, чтобы отвлечь внимание. Метнув его в одного из солдат, я одновременно бросился вперёд, выхватывая меч у мёртвого противника. Клинок вошёл в руку того, в кого я метнул кинжал. Он взвыл от боли, но не упал. — Ты заперт с нами, — прохрипел один из громил, сжимая плечо, где мой кинжал оставил глубокую рану. — Тебе не сбежать. Сдавайся, и твоя смерть будет быстрой. Обещаю, не заставим мучиться. Я усмехнулся. Серьёзно? Эти парни думают, что я тут в ловушке? — Ошибаешься, ублюдок, — ответил я, чувствуя, как адреналин захватывает разум. — Это не я заперт с вами, это вы заперты со мной. И поверь, моя смерть не будет быстрой. А вот ваша... С этими словами я стремительно приблизился к раненому врагу и обезглавил его одним точным ударом. Голова с глухим стуком покатилась по полу. Второй напал слева, его меч сверкнул в воздухе. Я парировал удар, и наши клинки скрестились с противным скрежетом. Его оружие не выдержало моего контрудара — сломалось у самой гарды. Глаза солдата расширились от ужаса. — Не может быть... — прошептал он. — Может, — ответил я, готовясь нанести решающий удар. Но в этот момент третий громила атаковал сзади, целясь в мою голову. Я услышал свист рассекаемого воздуха в последнюю секунду и успел перекатиться в сторону. Меч врага лишь вскользь задел мои волосы, срезав несколько прядей. — Чёрт, близко, — выдохнул я, вскакивая на ноги. Поднявшись, я приготовился к бою. Теперь противников осталось двое, но я чувствовал, как с каждым ударом становлюсь всё увереннее. Теснота комнаты больше не была моим врагом — теперь она ограничивала их манёвры так же, как прежде ограничивала мои. — Ну что, ребята, — сказал я, поигрывая мечом. — Кто следующий? Они переглянулись. В их глазах читалось сомнение. Профессионалы, но даже профессионалы боятся, когда видят, что их противник — не просто ребёнок, а что-то иное. — Взять его! — крикнул один. Они бросились одновременно. Я собрал всю магическую силу, направил её на усиление ног и ринулся в атаку. Они не ожидали такой скорости и ярости. Мой первый удар с лёгкостью снёс голову тому, кто только что отдал приказ. Последний остался один. Я обезоружил его одним движением, выбив меч из рук, и, прижав к стене, остановился. Он смотрел на меня с ужасом, его грудь тяжело вздымалась. — Ты мне нужен живым, — произнёс я, чувствуя, как волна усталости и облегчения накрывает меня. — Думаю, ты можешь быть полезен. Тишина снова заполнила комнату, прерываемая только тяжёлым дыханием моего пленника. — Если будешь хорошим мальчиком и ответишь на все вопросы, может, оставлю в живых. А если нет... — я провёл лезвием по его щеке, оставляя тонкий порез. — Сам понимаешь. Он сглотнул и кивнул. Связав последнего выжившего, я плотно затянул узлы на верёвке и попытался позвать Бору, надеясь, что он услышит. Ответа не последовало. Тишина была зловещей. — Бора! — крикнул громче. — Бора, мать твою! Ничего. Его отсутствие начало тревожить меня. В голове мгновенно закрутились мысли: «А вдруг его уже нет в живых? Может, это была ловушка, а я, как идиот, попался? Вдруг они перебили всех моих людей, пока я тут развлекался?» Однако паника не должна была мешать делу. Я оставил связанного пленника под наблюдением одного из моих людей, которые наконец появились в коридоре, привлечённые шумом. Приказав никого не впускать и не выпускать, я вышел из комнаты и замер на пороге. Передо мной лежали тела десятка моих солдат. Они погибли не просто в бою — по характеру ран было ясно, что враг действовал быстро и профессионально. Кровь ещё не остыла, что означало, что нападение произошло совсем недавно. Минут пятнадцать-двадцать назад. Но среди них не было Боры. — Жив, сволочь, ты все таки жив, — прошептал я, перешагивая через трупы. С тревогой я направился к тренировочной площадке, где должны были заниматься новобранцы. В сердце теплилась надежда, что он жив. И действительно, я застал его в целости и сохранности — он как раз объяснял новичкам, как правильно держать оружие. — Локоть выше! — орал он на какого-то парня. — Ты не кашу варишь, а мечом машешь! Когда он увидел меня, выражение его лица мгновенно изменилось. Он подошёл быстрым шагом. — Господин, что случилось? У вас кровь на лице. — Нападение, — коротко ответил я. — Десять наших погибли. Пятеро нападавших — тоже. Одного взяли в плен. Допроси его. Глаза Боры расширились. — Как? Когда? Я ничего не слышал! — Потому что был здесь, — я покачал головой. — Теперь я не отойду от вас дальше, чем на два метра, — сказал он с железной решимостью. Но я покачал головой: — Это невозможно. У меня есть дела, о которых никто, даже ты, не должен знать, — я похлопал его по руке — до плеча я пока что не доставал, слишком мелкий ещё. — Не обижайся, Бора, но некоторые вещи я должен делать сам. Он нахмурился, но кивнул. — Как скажете, господин. Но будьте осторожны. — Всегда осторожен, — усмехнулся я. — Ладно, иди, займись пленником. Вытряси из него всё, что знает. Имя, кто послал, где база, сколько людей, что ели на завтрак — всё. Бора кивнул и ушёл, а я решил на время отвлечься от происшествия. Прогулка по городу всегда помогала привести мысли в порядок. Улицы были оживлёнными, солнце мягко грело, и на мгновение мне удалось забыть о войнах, интригах и смертях, которые стали частью моей жизни. — Хороший денёк, — пробормотал я, вдыхая тёплый воздух. — Прямо как в старые добрые времена, когда я ещё не знал, что такое убивать людей. Я шёл по базару, разглядывая товары. Торговцы зазывали покупателей, пахло специями, жареным мясом и свежими лепёшками. Жизнь кипела. Обычная, повседневная жизнь, в которой люди не думают о том, что за углом их могут убить. Когда я проходил мимо витрины с орешками, мой нос уловил тонкий аромат жареных орешков. Он щекотал ноздри, пробуждая зверский голод. — О, орешки, — я остановился. — Давно не ел ничего такого. Надо бы взять. Решив побаловать себя, я потянулся за кошельком, но, к своему удивлению, не нашёл его. Я похлопал по поясу — пусто. По боку — пусто. По карманам — пусто. — Но как это возможно? — пробормотал я себе под нос, оглядываясь по сторонам. — Я же только что... Ах ты ж... Мои глаза выхватили из толпы маленькую фигурку, которая быстро убегала, стараясь затеряться среди людей. Рыжие волосы мелькнули и исчезли в толпе. — Стоять! — крикнул я и бросился в погоню. Узкие улочки и густая толпа делали это нелёгкой задачей, но я продолжал преследовать вора. Я был быстрее, сильнее и злее. Но эта мелкая бестия петляла как заяц, ныряя под руки прохожим и перепрыгивая через корзины с товаром. — А ну вернись, мелочь пузатая! — орал я, расталкивая людей. — Не догонишь! — донеслось в ответ. — О, это мы ещё посмотрим! Наконец, в одном из переулков я настиг беглянку. Схватил за руку и развернул к себе. Передо мной стояла худенькая девочка лет десяти. Её яркие, как пламя, волосы выделялись среди общего серого фона. Она выглядела испуганной, но в её глазах горел дерзкий огонёк. В руке был зажат мой кошелёк. — Ты? — удивление было написано на моём лице. Я уставился на неё. Как эта маленькая девчонка смогла так ловко стащить кошелёк у меня, мага, чьи рефлексы в разы быстрее обычных людей? Я мог бы поклясться, что даже не почувствовал прикосновения. Её талант и смелость меня поразили. — Отпусти меня! — крикнула она, вырываясь. — Помогите! Меня хватает какой-то мужик! — Какой я тебе мужик? — возмутился я. — Я сам ребёнок! — Ага, ребёнок, — фыркнула она. — Ростом с меня, а рожа как у бывалого убийцы! Я лишь крепче сжал её руку. — Как тебя зовут? Девочка замерла, пристально глядя на меня. В её взгляде читались страх и дерзость одновременно. Моё любопытство росло — её ловкость и смекалка явно выделяли её среди обычных уличных детей. Возможно, я мог бы направить этот природный талант в правильное русло. — Как тебя зовут? — повторил я, пытаясь установить контакт. Мой взгляд задержался на длинном шраме, пересекающем её левую бровь. Он придавал её облику неожиданную зрелость, делал старше. Девочка дёрнулась, пытаясь вырваться из моей хватки, но её усилия были бесполезны. Я держал крепко. — Отпусти меня! — она напряглась, почти рыча, но её голос слегка дрожал. — Я ничего не брала! — Кошелёк у тебя в руке, — спокойно заметил я. — Имя. Скажи мне своё имя, и тогда я подумаю, стоит ли тебя отпускать. На её лице промелькнула борьба. Несколько мгновений она молчала, затем, будто через силу, выплюнула: — Катарина. Меня зовут Катарина. Она говорила с вызовом, но в её глазах блеснула тень уязвимости. Сирота. Уличная крыса. Я таких уже видел. — А теперь, Ка-та-ри-на, — произнёс я медленно, нарочно растягивая её имя. — Разве тебя никто не учил, что красть плохо? — Нет, не учили, — ответила она резко, но её голос стал тише. — У меня нет родителей. А те, кто мог бы научить, давно сдохли. Её слова прозвучали как обвинение, заставив меня на миг задуматься. Я вспомнил, как сам оказался в этом мире. Без родителей. Без дома. Без ничего. — Где ты живёшь? — спросил я, уже приняв решение. Она опустила взгляд, словно стыдясь. — На улице, — пробормотала она. — В подворотне, у старой пекарни. Там есть ящики, в них тепло. Я украла, потому что мне нечего есть. Третий день голодная. Мистер, пожалуйста, отпустите меня. Я больше не буду. Честно-честно. — Мистер? — я не удержался и рассмеялся. — Шестилетнего называют мистером? Это что-то новенькое. Обычно просто «эй ты» или «мелкий». Катарина нахмурилась, надув щёки, что выглядело одновременно комично и очаровательно. — Ты врёшь! — заявила она, сверкая глазами. — Ты выглядишь как взрослый злодей! У тебя глаза страшные, красные, как у демона. И рожа злая. Ты точно не ребёнок! — Хочешь верь, хочешь нет, но мне действительно шесть лет, — ответил я с улыбкой. — Просто я хорошо питаюсь и много тренируюсь. И вообще, какие у тебя могут быть претензии к моей внешности? Сам посмотри на себя — рыжая, худая, как вобла, и со шрамом через всю бровь. Тоже мне, красавица. Она задумалась, явно не веря моим словам, но вдруг её лицо озарила улыбка. Настоящая, детская улыбка. — Значит, я старше тебя! — воскликнула она с торжеством, будто это был самый важный факт в мире. — Мне десять! Так что ты должен меня слушаться! — Выходит, так, — подтвердил я, пожав плечами. — Но это ничего не меняет. Идём. — Куда? — её голос стал настороженным, улыбка исчезла. — Ты хочешь меня убить? Или продать? Я слышала, здесь детей продают. Не хочу! — Убить? — я закатил глаза. — Если бы я хотел тебя убить, ты бы уже была трупом. Продавать таких тощих, как ты, себе дороже — никто не купит. Так что расслабься. Мы идем ко мне домой, — ответил я, не теряя улыбки. — Это не замок, конечно, но достаточно уютно. Там есть еда. Настоящая. Горячая. И кровать. Настоящая, с одеялом. Катарина пошла за мной, хотя заметно колебалась. Я не упускал из виду её состояние: голод и усталость явно брали своё. По дороге я услышал, как громко урчит её живот. — Кажется, я знаю, с чего начнётся наше знакомство, — заметил я с лёгкой улыбкой. — С чего? — спросила она, подозрительно косясь на меня. — С обеда. Глаза Катарины загорелись. Придя домой, я приказал кухарке Алие приготовить обед, и через полчаса перед нами оказался щедро накрытый стол. Кухарка знала, сколько я могу съесть, поэтому еды хватило бы на небольшой пир: жареное мясо, овощи, свежий хлеб, сыр, фрукты и даже какой-то пирог. Катарина застыла, глядя на угощение. Её глаза горели восторгом, но она всё ещё сомневалась, можно ли начать. Она переводила взгляд с тарелок на меня и обратно. — Это... это всё? — прошептала она. — Для кого? — Это всё для тебя, Катарина, — сказал я, махнув рукой. — Ешь, сколько хочешь. Не стесняйся. Она на миг замерла, а затем с головой окунулась в еду. Схватила кусок мяса и впилась в него зубами, как дикий зверёк. Её лицо озарилось счастьем, и даже неловкие попытки заговорить с набитым ртом выглядели забавно. — Вкуфно, — промычала она, жуя. — Очень вкуфно. Я никогда... никогда такого не ела. — Ешь медленнее, — посоветовал я. — А то подавишься. — Не подфавлюсь, — ответила она, хватая ещё кусок. Я смотрел на неё и чувствовал странное тепло. Она была всего лишь ребёнком, потерявшимся в этом жестоком мире. Таким же, каким был я когда-то. Но я знал, что могу дать ей шанс — шанс выжить, измениться и стать кем-то большим. Может, даже полезным членом моей будущей империи. — А я так и не узнала, как тебя зовут, — проговорила она, проглотив очередной кусок. Её слова были немного приглушены жеванием, но я разобрал. Проглотив последний кусок мяса, она снова взглянула на меня и повторила: — Так и не узнала, как тебя зовут? — Меня зовут Артур, — ответил я. — Ты ешь, а я займусь кое-какими делами. — Артур, — повторила она, словно пробуя имя на вкус. — Красивое имя. А я Катарина. Но можно просто Кэт. — Приятно познакомиться еще раз Кэт. Я вышел из комнаты и увидел Бору, стоящего у двери и терпеливо ожидающего, пока мы закончим. Вид у него был серьёзный. — Господин, — начал он, когда я подошёл. — Пленник раскололся. Вытряс из него всё, что можно. — И? — Имя босса — Видаль. Один из самых хитрых и влиятельных людей в Толосе. Контролирует несколько борделей, игорных домов и половину работорговли в порту. Узнал о вас от своих людей, которые следили за нами. Решил, что вы — угроза его бизнесу, и послал убийц. Пятеро лучших, между прочим. — Лучших, говоришь? — усмехнулся я. — Что-то они не очень справились. — Видимо, недооценил вас, — Бора тоже усмехнулся. — Теперь знает, что вы не просто мальчишка. Пленник сказал, что Видаль после неудачи будет в ярости и скоро отправит вторую волну. — Пусть отправляет если успеет, — я потянулся, хрустнув шеей. Видаль, как оказалось, был одним из самых хитрых и влиятельных людей в городе. Он наверняка первым почувствовал угрозу с моей стороны и решил избавиться от меня, но, судя по всему, слишком недооценил мои силы и способности. Пришло время доказать ему, что его опасения были не напрасными. — Кстати, Бора, — я обернулся к нему. — Почему ты не сообщил мне об этом сразу? Это важная информация. Я тут с девчонкой вожусь, а враг, может, уже новый план готовит. — Прошу прощения, господин, — Бора слегка поклонился. — Я не хотел мешать вам и... юной даме. Видел, как вы с ней разговаривали. Она вам, кажется, понравилась. «Юной даме?» — удивлённо подумал я. — «Она же просто оборванка с улицы. Тощая, рыжая, со шрамом. Какая из неё дама?» Внутренне улыбнувшись этой мысли, я произнёс: — Ты поступил правильно. Тактичность — это хорошо. Но в следующий раз, если дело касается безопасности, буди меня даже если я сплю с самой красивой женщиной в мире. Ясно? — Так точно, господин. — Теперь собери солдат, — я понизил голос. — Лучших, кто у нас есть. Человек сто. И подготовься к действию. Мы покажем Видалю, что угроза с моей стороны была оправданной. Очень оправданной. Взгляд Боры стал более решительным. Он кивнул и поспешил выполнять указания. В этот момент я знал, что время пришло. Мы собирались дать Видалю ответ, который он запомнит надолго. Я представил, как ворвусь в его особняк, как буду рубить его головорезов, как он сам будет смотреть на меня с ужасом. — Мечтай, Видаль, — прошептал я, глядя в окно на город. — Мечтай о том, как будешь жить дальше. Потому что это твои последние мечты. Из комнаты донёсся довольный вздох Катарины, которая, кажется, доедала уже третий кусок пирога. — И что мне с тобой делать? — пробормотал я, качая головой. Но внутри уже зарождался план. Девочка была ловкой, быстрой и бесстрашной. Идеальный разведчик. Если, конечно, её обучить и накормить как следует. — Эй, Кэт! — крикнул я. — Ешь давай, а потом поговорим. У меня к тебе предложение. Из комнаты донеслось радостное: — Какое? — Узнаешь, когда доешь! Я услышал, как ложка застучала быстрее. Улыбнувшись, я вышел во двор, где уже собирались мои люди. Впереди была ночь. Ночь возмездия.