Просто спит

— Он просто спит, просто спит! — кричит Игорь, прижимая к себе истекающего кровью Диму. Красная липкая жижа вытекает из раны на виске, пачкая Грому руки, рубашку, брюки. Он качает Диму, будто убаюкивая его. — Он просто спит, дайте ему поспать… — Игорь, он мертв. — тихо говорит ему Ксюша. Мир плывет перед глазами… Игорь с криком просыпается в своей постели. Опять этот сон. Невозможно реалистичный и до безумия пугающий. Игорь видит его раз за разом, ночь за ночью. Он снова и снова теряет Димку. Не верит в это. Но ему упрямо повторяют. Дима мертв. Ты ничего не можешь изменить.

***

— Он просто спит! Отойдите все! Что с вами не так?! Дайте ему поспать! — санитары отгоняют Грома от больничной койки, на которой лежит бледное и бездыханное тело. — Он просто спит… — Игорь Константинович, он умер. — сообщает ровным голосом врач, — мы приносим вам, как его напарнику, свои соболезнования. Мир медленно рушится. Игорь в слезах лежит на старом продавленном диване. Снова этот сон. Он не верит. Но ничего не меняется. Дима мертв. Ты так и не успел ему ничего сказать.

***

— Он просто спит, просто спит! — шепчет Игорь, сидя на коленях у распластанного по асфальту тела, больше похожего на имеющую форму лепешку. — Он всего навсего устал… — Игорь, — трогает его за плечо неожиданно участливый Костя, — вставай, пошли. Не надо тебе больше тут находиться. Игорь с воплем отчаяния открывает глаза на жестких нарах в камере. Задержанные жмутся к стенке. Он больше не спит дома, просто не может. Но даже здесь его преследует этот сон. Он все еще не верит. Его ставят перед единственным фактом — Дима мертв. Ты так ему и не признался в своих чувствах.

***

На операцию Игорь Диму отпускать не хотел. Плевать ему было, что Дубин идеально подходил под типаж маньяка. Нет, не так. Игоря ПУГАЛО, что Дима так сильно под него подходил. А от фразы гримера «Димочка, да вы просто копия десятой жертвы Психопата!» у Грома колени тряслись. У него затряслись и руки, когда он, прокрутив в голове детали дела, осознал, что жертв Психопата было всего девять. Игорь поклялся врезать этому шутнику, когда операция закончится. Он предпринял еще одну попытку отговорить Диму от этой дурацкой затеи. — Не портьте мальчику настрой! — вальяжно порекомендовал ему гример. — Игорь, твое дело сейчас малое. Не лезь и не мешай людям. И напарнику своему не мешай. — неожиданно резко сказал ему Прокопенко. — Дима, ну ты сам подумай… — Я уже не ребенок, Гром! А ты мне не мама. — Дубин был явно настроен серьезно. «Я уже не ребенок» крутилось у Игоря в голове следующие полчаса, пока он сидел в машине с Зайцевой и Цветковым. «Я уже не ребенок». Последнее, что он услышал от Димы, перед тем, как он ушел. Ушел на дело в узких джинсах, белой рубашке и весь в каких-то поганых блестках, делавших его лицо магическим образом личиком семнадцатилетнего подростка. «Я уже не ребенок. А ты мне не мама» — Игорь жевал эту фразу, а она будто бы превращалась в горькую смолу. А вдруг это самое последнее, что сказал ему Дима?! «Он спит, он просто спит» — всплыло в голове Игоря. Нет, так больше невозможно! Он выскочил из машины, хлопнув дверью.

***

Он сидел, держа голову Димы на коленях, зажимая рукой три колотые раны в его животе. Они упустили Психопата. Ему было плевать. Настолько плевать на исход дела, что он готов был лично взять на себя ответственность за то, что маньяк сбежал. Главным сейчас был Димка. Он лежал на холодном асфальте и скрипел что-то нечленораздельное, шаря ладонями то по окровавленной рубашке, то по руке Игоря. «Он просто спит, дайте ему поспать» назойливой мухой крутилось в голове Грома. Было страшно. Господи, когда же наконец приедет эта скорая?! — Он просто спит, Игорь. Всего лишь спит, да? Ты ведь так себе говоришь…

***

Гром в ужасе поднимает голову со стола, на котором он умудрился задремать под конец рабочего дня. Рядом пыхтит Димка, дописывая отчет после удачной погони. На его щеке свежая царапина, заклеенная пластырем. Ему бы досталось больше, если бы не Игорь, который его прикрыл и сам схлопотал по ребрам. Но это не важно. Важно то, что Димка рядом, живой и практически невредимый, вот-вот закончит отчет и… Игорь не выдерживает. Он так долго молчал. Он так долго боялся. И так много раз терял, что больше не может. Он тихо подходит сзади, кладет Диме руки на плечи и разворачивает на себя офисный стул. — Эй, ты чего? — недовольно бурчит Дубин, — я же еще не закончил! — Димка… — Игорь мнется как школьник, заглядывает Дубину в глаза, — я тебе сказать хотел… — Чего? — непонимающе улыбается Дима. — Я словами не умею. Можно я лучше… — Гром садится на корточки, аккуратно снимает с него очки, а затем касается губ мягким поцелуем. «Сейчас оттолкнет» — вертится у него в голове. «И будет прав» — приходит следующая мысль. Но Дима не отталкивает. Он… он кладет руки на плечи. И сам углубляет поцелуй. Когда его приходится разорвать, Дубин отстраняется и шепчет, — Если это шутка, то очень дурацкая. Игорь мотает головой.

***

Он снова просыпается в холодном поту. Снова этот сон. Шаря рукой по кровати, он находит свернувшегося калачиком Диму. Гладит его по спине. Тот мягко мурлычет во сне. Кошмары Игоря не прекращаются. Но теперь он всегда может удостовериться, что любимый человек рядом. Действительно спит. И находится в полной (насколько это возможно) безопасности.