Не сгорай

-Сударь, вы не распознаете талант, даже если засунуть его вам… Геральт?       Он оборачивается, замолкает и видит человека, которого проклинал за разбитое сердце почти год, но не может делать это вечно. Лютик смотрит в эти желтые, словно весеннее солнце, глаза и единственное, что успевает сказать. -Да нахрен.       В следующий момент он уже страстно целует Геральта, обхватывая его мускулистую шею своими музыкальными тонкими пальцами. Ведьмак так же стремительно подрывается к Лютику. Он не знал, чего ожидать от барда: пощечины, попытки убить, может прощения? Поцелуй — самый лучший вид извинений и прощения. Их зубы чуть ли не сталкиваются от того, как они быстро подлетают друг к другу. Уж слишком давно Лютик не чувствовал вкус этих прекрасных тонких, таких родных губ, которые всегда молчаливы и безулыбчивы, и что так же властно, как и всегда, пытаются занять первенство в их поцелуе. Их языки переплетаются, проникают в каждый уголок чужого рта, будто изучая его заново. Руки по памяти ложатся на свои места: Геральта — на бедра, а Лютика — скрещиваются на шее ведьмака. Мужчина властно обнимает барда, пододвигая как можно ближе к себе. Между ними не остается свободной щелочки, они будто слились воедино навсегда, и теперь ничто не сможет их разлучить.       На глазах Лютика выступили слезы счастья и горести. Каждый раз, когда он пел «Сгорай», его сердце разрывалось на части. Снова и снова. Эта была для него слишком большая утрата, которая каждую ночь напоминала о себе в кошмарах. Ему снилось, будто Геральт так же стоит перед ним, целует его, на что бард отвечает взаимностью, после чего, ведьмак сгорает в алом пламени, и Лютик обхватывает пустоту, где секунду назад стоял самый дорогой для него человек. Он просыпался в холодном поту, проклиная весь мир и вместе с ним песню, что написал. Но каждый день он снова брался за эту чертову лютню и с болью на сердце исполнял так полюбившуюся горожанам песню. Сейчас, его глаза были заполнены слезами надежды на то, что это не очередной кошмар, а явь, которую он так желал.       С каждой минутой, горячее дыхание опаливало мужчин с еще большей силой и возбуждением. Прошло минут десять с того момента, как Лютик набросился на Геральта, но этого казалось так мало, так ничтожно, так скудно. Их губы слишком долго чувствовали себя одинокими в этом огромном холодном мире полном любви и обид. Насытившись друг другом, мужчины нехотя отдаляются и пытаются перевести дыхание. -Я тоже скучал по тебе, Лютик. -наконец произносит ведьмак.       Бард с улыбкой смотрит на мужчину и никак не может налюбоваться им. Геральт же виновато опускает взгляд, вспоминая, как в последний раз обошелся с Лютиком. -Прости меня. -тихо произносит он. -Я простил… -так же тихо отвечает Лютик, упираясь носом в грудь мужчины. -Только, не сгорай больше. -Не сгорю. -с улыбкой отвечает Геральт и кладет голову на макушку любимого.