Я нуждаюсь в тебе

Нанону плохо. Морально и наверно уже физически, настолько его кроет. И не расскажешь никому, не пожалуешься. Хочется просто не думать ни о чём. Хочется, чтобы молча обняли, укрыв от всего мира, и побыли так с ним. Сидеть одному в такой огромной и пустой сейчас квартире не хочется от слова совсем, но выбираться в мир, к людям, не вариант. Он звонит Ому и долго слушает гудки. Когда надежда дозвониться почти умирает и палец зависает над красной трубкой отключения, воздух прорезается весёлым голосом друга, отвечающего на звонок. Нанону становится легче дышать, но весело говорить всё же не получается. Да и вообще говорить. Он молчит несколько секунд, не зная, что сказать, чем вызывает смену в голосе Ома. – Нанон, ты здесь? Почему молчишь? Что случилось? Беспокойство сквозит в голосе, и Нанон силится что-то сказать, но потребность в объятиях и поддержке не складывается в слова. – Ом, можешь приехать? – давит он из себя. У друга наверняка сейчас куча дел, и весёлые голоса на заднем фоне ясно дают понять, что тот в центре какого-то празднества. Это наверно эгоизм – звать его к себе в пустоту и тишину. Но если он не попросит, то просто свихнётся здесь от давящего одиночества. – Конечно! – тут же серьёзно отзывается Ом. – Где ты? – Дома, – тихо шелестит Нанон. – Потерпи немного, полчаса, и я буду у тебя! Мчусь! Нанон сбрасывает вызов и смотрит в стену напротив. Почему накрыло именно сейчас? Ведь самый разгар сезона, все их любят и хвалят, везде приглашают. Столько влюблённых глаз вокруг, комплиментов и подарков. А внутри пусто и ветра завывают. И чувство, как будто на плоту посреди океана, бросает от волны к волне, и конца края не видно, а хочется передышку, хоть немного штиля, чтобы отдохнуть и плыть дальше. Не улыбаться и не держать лицо хотя бы пару дней подряд... В прострации он забывает о времени и вздрагивает от громкого стука в дверь. Шевелиться не хочется, но стук, уже более быстрый и явно взволнованный, повторяется. Приходится собрать себя в кучу и отправиться открывать. Ом тут же сметает его в объятия, крепко сжимает, отклоняется, не выпуская из рук, и заглядывает в глаза: – Что случилось? Ты меня так напугал! Нанон смотрит на него, ощущает крепкую хватку, чувствует чужое тепло и растворяется, окунается в ощущение защищённости, нужности и заботы. Пустота и одиночество начинают отступать, но цепляются изо всех сил за сознание. С этим что-то надо делать. – Поцелуй меня, – выдыхает он, даже не осознавая. Ему нужен тихий океан, уютный дом, горячие объятия, внимательные глаза и губы на своих губах. И никого вокруг. Ом вглядывается в глаза, хмурится, читает состояние, решает что-то про себя и опускает взгляд на губы. Такой серьёзный и сосредоточенный. Нанона кроет от того, что вот оно – спасение от одиночества, от чувства тоски, в его руках. Он опускает глаза на губы Ома и эхом повторяет: – Поцелуй меня... Пожалуйста... Ом до мучительного медленно приближается к нему, всё ещё хмурясь и считывая эмоции, глядя то в глаза, то на губы и, наконец, прикасается поцелуем. И Нанона отпускает окончательно. Нет больше ничего вне, есть только горячие губы, которые ласкают его так нежно, сильные руки, которые гладят его и защищают от окружающего мира. Поцелуй из нежного перерастает в страстный, парней ведёт, наслаждение проникает под кожу. Руки блуждают по телу друг друга. Нанон прикусывает губу напротив, и Ом не сдерживает тихого стона, прижимает спиной к стене, вжимается всем телом и опускается поцелуями на шею, дышит глубоко. Останавливает себя. – Нанон, – заглядывает он в глаза, – всё будет хорошо, слышишь? Нанон с улыбкой прикрывает глаза. Ему хорошо. Так хорошо, как давно не было. В голове замечательно пусто. – Да, – легко соглашается он. – Обязательно. – Хочешь, на выходных бросим всех и уедем к морю на пару дней? – Очень хочу, – нежно улыбается Нанон и проводит рукой по щеке напротив, – но не могу. Как и ты, – уже более грустно продолжает он. – Знаю, – со вздохом отзывается Ом. И тут же бодро продолжает: – Тогда мы сейчас закажем еды и посмотрим фильм. Закроем шторы на окнах, накидаем одеял на пол и будем лежать, кушать и смотреть фильм, ни о чём не думая! Только вдвоём! – радостно завершает он, и Нанон, конечно, согласен. Вдали от всего мира, вдвоём, да хоть сидеть и ничего не делать, он на всё согласен.