классный завтрак

николаю не нравилось то, что иван его избегал. не смотря на то, что они встречаются, и причем продолжительное время, ваня только спустя две недели мог спокойно целовать того в губы и ходить с ним за ручку. и коле совершенно плевать на то, что ваня несовершеннолетний. ведь, самое забавное то, что они познакомились совсем спонтанно, а оказалось, что они совсем не одногодки, и ваня учится в старшей школе, а некоглаю двадцать два, и он тоскует в институте. разница в возрасте могла смущать только ваню, но никак не некоглая, от которого балаболством и чем-то еще за километр несет. вообще, коля вкусно пахнет, но не тогда, когда напьется. когда напьется, он и на люстру залесть может и кататься на ней, пока не упадет и головой не ударится. а ваня совсем другой. он прилежный пай-мальчик, который и мухи не обидит, который ведет себя как настоящий джентльмен, и это выбешивает немного. весь такой идеальный сын маминой подруги, как говорится... противоположности притягиваются и тут так же, да.     нет, ваня колю не избегал. он спокойно мог поцеловать на глазах всех своего парня, притянув к себе за талию, при этом очень смущаясь, хотя, он и ниже николая на пол головы, это положение никак не меняет. обычно, ваня сам к нему на шею вешается, а потом слушает тихое шептание на ухо, обычно звучит что-то наподобие "тут же люди, николай!". и опять же, это противное "николай"... коле кажется, что он старик какой-то, а не молодой человек, ну серьезно. "к черту же это уважение к старшим, ну правда!", думает коля, хмуря брови.    иван ходит с некоглаем за ручку, таская везде за собой. знает же, что старший довольно неуклюж, так еще упадет где-нибудь или украдут, того хуже. а лебедеву же в радость, он идет как преданная собачка рядом и ловит завистные взгляды в их сторону, и голову лишь гордо вверх подымает, как-бы говоря "завидуйте молча, девочки, этот милашка мой". а золочевскому плевать на все эти взгляды, когда он рядом с любимым, да и кого волнует чужое мнение? ивану как до лампочки, серьезно.     ваня пару раз видел, как коля плачет. и сразу слезы того вытирал, и сразу спрашивал, что случилось. иногда, когда некоглая задирали хулиганы, обзывая того "педиком", иван шел и дрался. и пусть приходил с синяками, но своё отстаивал. он никогда не позволит, чтобы его солнце обзывали так. а некоглай, бывало плачет из-за того, что ваня может прийти побитый, ведь и того бывают задевают местные богатые сыночки, которые лишь хотят повеселиться. и со слезами на глазах обрабатывает раны того, крепко-крепко обнимая своего парня, умоляя как угодно избегать драк, а иван лишь кивал, точно ничего не обещая, но стараясь не разочаровывать своего парня. и в скором времени с ним прекратили иметь дело, посчитали это скучным или нашли себе занятие поинтереснее - не знаю.     дело совсем не в том, что чувствует иван к некоглаю. дело в том, что некоглай хочет ивана, а тот этого не понимает. все намеки улетают в пустую, ведь такое чувство, что иван даже целоваться до него не умел, да и коля уверен в том, что не с кем было... ведь, по словам вани, у того не было ни с кем отношений до некоглая, тот его единственный, но мало ли...     некоглай стал замечать, что невольно пялится на пресс золочевского каждый раз, как тот выходит из ванной, с одним полотенцем на бёдрах, и всё бы ничего, но иван просто в отличной форме, ведь чуть ли не живет в спортзале, и оторвать взгляд от чужого тела не так то и просто. а ваня замечает все эти взгляды и лишь смущенно идет в комнату и спешит одеваться, пока коля, сидя с закушенной губой, представляет совсем не детские картинки в своей голове. лебедев вообще не понимает, как такой милашка-крольчонок мог стать для него за пару недель сексуальным кроликом.     мокрые сны с участием его парня стали сниться всё чаще, и в каждом чертовом сне иван грубо трахает старшего, и с каждым разом скрыть стояк всё сложнее, особенно когда иван ложится спать рядом, становится все только хуже. некоглай во сне лишь ближе к ване жмётся, и кажется ваня давно понял, что упирается в его бедро каждое утро. и стыдно после смотреть на ивана. на руки, что во сне по хозяйски сжимали ягодицы коли, лапали его, смотреть тяжелее всего и кажется, если в скором времени коля не заставит золочевского его изнасиловать, то николай сделает это сам.    иван боялся показаться слишком резким, ведь уже в первый день их знакомства хотелось зацеловывать эти желанные губы хоть весь день, но он дал себе волю спустя какое-то время. сжимать хрупкую талию, что подобна женской, в своих руках приятно, да и осознавать что ты и только ты обладаешь этим телом слишком потрясающе. но чёрт возьми золочевскому становилось стыдно слишком сильно сжимать эту талию в своих руках, и он спешил прочь. ему стыдно признавать, что он пялится на задницу старшего чуть ли не каждый день, и хочет сжать эти половинки в своих ладонях, а лучше отшлепать его, чтобы сидеть не смог... а ключицы и шея... хочется оставить россыпь засосов, чтобы все знали, что коля только его. прикасаться к нему запрещено всем, кроме ивана. и ване хочется, чтобы на некоглая стояло только у него. коля просто слишком прекрасен, чтобы кто-то кроме вани дрочил на него.     некоглаю уже откровенно надоело то, что иван не обращает на его тело внимание, поэтому он стал действовать чуть хитрее. он надел на себя лишь футболку вани, перед тем как младший проснулся, и пошёл готовить завтрак. ему хотелось увидеть реакцию ивана на свое тело. вообще, больше хотелось, чтобы ваня его так наказал, чтобы он неделю сидеть не смог и вообще...     золочевский не спешил просыпаться и некоглаю уже наскучило просто стоять и ничего не делать, ведь банальную яичницу он уже минут пять как назад приготовил. коля уже хотел было пойти будить своего парня, как увидел, что тот уже собирается идти в душ. "гребанный чистюля, не притронется даже к завтраку, пока не помоется!", злится николай, а после того, как золочевский скрывается за дверью ванной, кричит ему, хитро улыбаясь. - сразу после того, как помоешься, иди кушать! иначе я обижусь! - действительно, иван бы не допустил того, чтобы некоглай обижался и уже через десять минут был на кухне. в то время, пока ваня был в ванной, коля сидел в телефоне, пытаясь найти развлечения в соцсетях. сделав пару фотографий и выложив их в инстаграм, он вздохнул, решившись полистать мемы. в прочем, почему бы и нет? все равно заняться нечем...     от неожиданности николай уронил телефон, когда увидел ивана, стоящего в дверном проеме. капли воды стекали все ниже по телу парня, а сам ваня придерживал полотенце, что едва держалось на бёдрах. от такого вида коля и сам покраснел, что для него было непривычно, и он только потом заметил, что иван жадно рассматривает некоглая, будто видит в первый раз. стройные ноги, открытые ключицы, а кроме футболки на нем ничего нет... стоп, ничего нет? неужели пошлые фантазии ивана стали воплощаться в реальность? это серьезно не сон?     чтобы поднять телефон, николай наклоняется вперёд, тем самым приоткрыв вид не только на ключицы. из-за того, что футболка широкая и большая, то ваня смог увидеть и тёмные ореолы сосков коли, и он тогда уж точно не смог понять, что происходит. в глазах резко помутнело, а возбуждение накрыло с головой. коля поднял телефон, и только улыбнулся, пока золочевский хотел уже разложить прямо тут, на этом чертовом столе этого ахуенного парня, причем его парня!     - ваня, будешь кушать? - от голоса старшего так младший вообще пропадает, уже думая, как будут звучать стоны из уст того. николай думает, правильно ли он делает, соблазняя несовершеннолетнего мальчика, но мысли отступили на второй план, как и здравый смысл. он делает неосторожное движение рукой и ткань уже не держится на одном плече и соскальзывает. - н-нет, - заикается подросток, пятясь назад, - я... мне... я пойду одеваться, я опаздываю... - соврал ваня, а потом быстро ушел в комнату, пока коля медленными шажками направлялся за ним. николай чувствовал себя хитрым лисом, а ивана своей жертвой. ваня сидел на краю кровати, спиной к коле, и тот воспользовался случаем, и обнял своего парня со спины.     - ну и зачем ты врёшь мне? сегодня суббота, у всех выходной, а у тебя какие-то дела. - некоглай заходит немного за рамки дозволенного и проводит по прессу ивана, а после и вообще садится на коленки вани. не смотря на то, что золочевский находился (всё ещё) с полотенцем на бёдрах, коля прекрасно чувствовал стояк младшего, что упирался ему в зад. - ванечка, ну как ты объяснишь это, м? - он проезжается задом по стояку, заставляя ваню тихо заскулить от непривычных, но приятных чувств.     - коля~ - стонет тот, а после чувствует новую волну возбуждения, и просто начинает понимать, что некоглай практически буквально говорит, "я весь твой, бери меня". он начинает действовать, прильнув к таким родным губам, затягивая колю в более страстный поцелуй, нет, более пошлый и грубый, но коле это нравится, ведь если бы ему не нравилось, он бы и не стонал... ваня завелся сильнее, сжав бедра коли, настолько сильно, что на них вполне могли остаться синяки. - коля...    - зови меня малышом, папочка, - коля был ещё тем засранцем, но кто мог отказаться от ролевых игр в постели? точно не он. - делай со мной всё, что захочешь, давай, - ох, зря это николай сказал, ведь иван словно озверел.     он от простых поцелуев перешел к поцелуям на шее, а после стал оставлять засосы, помечая территорию. он оставлял и укусы, заставляя своего малыша вздрагивать и обидчиво хныкать, а золочевский зализывал укусы, облизываясь. оставить свои следы на ключицах того он еще успеет, поэтому, он потянул футболку своего парня вверх, рассматривая такое идеальное тело. пока руки потянулись к ягодицам, губы уже прильнули к чувствительным соскам, вызывая стоны у коли, который едва сдерживал себя, дабы не кончить от всего этого. ягодицы сжимает до синяков, а коля чувствует себя мазохистом, но ему это нравится.     - папочка, пожалуйста, трахни меня как можно быстрее, иначе я кончу только от одного твоего взгляда, - николай хныкает, и совсем не понимает, что творит с золочевским, ведь его милашка-крольчонок сейчас кидает того на кровать, нависая над ним.     - малыш, неужели ты хочешь не сидеть потом неделю, м? - иван за секунду из стесняша превратился в ходячую секс-машину, и это только нравилось коле. спустя пару секунд, николай осознал, что полотенце с вани окончательно спало и лежит уже где-то на другом конце кровати, и поэтому, он с интересом опустил взгляд ниже и...     - блять... - он неосознанно облизнулся, а после добавил, - знал бы, несколько большой у тебя член, заставил бы трахать меня с первого дня нашего знакомства, - некоглай неосознанно покраснел, глядя в чужие глаза, полные похоти и желания. от вани послышался лишь смешок, а после иван тихо сказал.     - напомни мне тебя отшлепать за такие слова, - ваня ухмыльнулся, а после быстро залез в ящик в тумбочке, достав смазку. он хотел бы уже начать смазывать пальцы, как услышал под ухом шепот, что мог возбудить сильнее любого афродозиака.     - я уже растянут, просто трахни меня уже хорошенько, - ваня так и сделал, сразу же войдя в колю. он даже не думал, что это настолько приятное чувство. внутри николая так хорошо, мокро и узко, и золочевский бы осторожничал с ним, но сразу же сорвался на бешеный темп, не дав коле и привыкнуть, из-за чего стоны того были надрывистыми и еще удивительно, как он не сорвал голос. вообще, им обоим плевать сейчас на все. на то, что через пару часов у коли будет зад болеть, а у вани вся спина расцарапана, а у соседей там вообще слышимость отличная, и без интернета порнушку посмотрели, вернее услышали. им хорошо до звездочек в глазах, а ваню уже ничто не держит, он сжимает чужие ягодицы и ставит засосы везде, куда достает. коля кончает себе на живот, не притронувшись к себе, сжимая в себе ваню, из-за чего тот тоже кончает.     после такого "завтрака" они изрядно вымотались, и сейчас николай лежит на груди ивана, глядя на него, восхищаясь его красотой.     - я стал любить тебя еще сильнее, - сказал коля, рассмеявшись, зарываясь пальцами в чужие волосы.     - я тоже тебя люблю, - усмехнулся иван.