Смерть - начало пути

      Смерть это такая штука, она всегда не вовремя. Это должна была быть простая миссия, но вот ведь ирония, пуля летела именно в него, что бы убить одного из сильнейших. Убрать навсегда, но никто из них не знал. Смерть это действительно только начало пути. Его уже мёртвое тело везли не в морг, на базу. Никто не мог так легко распрощаться с частью семьи, за эти пол года, что он работал с ними все слишком привязались. Это было однозначно больно, по другому сказать увы не получится. Терять всегда не очень то и приятно, а если это ещё и произошло по твоей вине, и если это человек которого ты искренне любишь, это невыносимо. По щекам каждого катились слёзы, это коснулось даже непреступную Наташу. Пьетро сидел поодаль от остальных, он отвечал за зачистку снайперов, он так и не признался, что любит это несуразное и слишком могущественное создание. Добирались они по меньшей мере часа три, и всё это время проходило в гробовой тишине. Когда джет приземлился у базы, к ним вышла одно из медсестёр работающая с доктором Чо. — Раненых доктор Чо, ждёт у себя. — достаточно громко и чуть надрывисто сказала девушка и так же удалилась. Явно новенькая.       Они не сообщали о тяжелых ранах, не смогли принять.       Пьетро был кем то вроде добровольца: он поднял парня на руки аккуратно, будто бы он живой, и понёс в мед блок. Питер был всё ещё тёплым, будто бы и не умер, будто просто спит. Но пульса не было. Было видно изящную шею, он собирался признаться ему сегодня. Он мог целовать его по утрам, или зажимать в объятьях после миссий. Но он струсил. Может быть всё могло быть иначе. Может Питер был бы жив.       Стоит было Максимофф зайти, девушка тут же обратила внимание на зашедших. Команда была в полном составе. Её взгляд метался по растерянным лицам и наконец то остановился на Паркере. — Боже мой, что произошло? — Пуля в сердце, сможешь достать? — хрипло говорит Тони от долгого молчания. Эти слова даются с трудом. Так не должно было случится, но даже здесь нет виновных. Но он так нужен. — Он… Он мёртв?       Ответа нет, никто не может сказать это проклятое «Да», сказать это значит признать. Да это и не нужно, Хелен всё поняла, она легко кивает на кровать скрытую за стеклом. Мини операционная (точнее на кушетку стоящую рядом). — Закончу через час-два.       Все выходят, просто не могут быть там, ведь это отвратительно терять часть команды да, они как семья. Они так таковой семьёй и не были, у всех были свои семьи. Они были друзьями. Это тоже не мало. Так и остался стоять только Пьетро, было ощущение, что тело парализовано, а внутри завидели последние бутоны надежды. — Сделай это аккуратно. — шепчет парень, и не уверен услышали его или нет. Нужно уходить.       Иронично, но парень сразу запал в душу. Казалось бы это странно, ведь Питер был взбалмошным подростком, но от него исходило тепло. Он никогда не говорил о прошлом, о том откуда он или кем был раньше.       Пьетро помнил, что он любит поспать до часу дня, с учётом того что ложился парень в два-три часа ночи, это было нормально. Помнит, что Паркер на дух не переносит кофе и обожает матчу. А ещё обожает яблочный штрудель. Задумавшись, Максимофф и не заметил, как дошел до общей комнаты, в которой уже собрались все. — Нужно сообщить его семье. — Тихо бормочет Ванда, прижимая ноги с себе. Её до сих пор не по себе от всего этого. — У него нет семьи, он живёт один в Квинсе. Отвечает Наташа, и принимает стакан с виски из рук Старка. — Должны быть, он не мог взяться из неоткуда. — вяло бросает Клинт и поправляет слуховой аппарат. — Он поменял фамилию, но это было давно, записи не сохранились. Когда-то учился в школе интернете для одарённых. Ни одной фотографии с семьёй нет. — Чеканит Романофф, и отпивает из стакана. Больно это признавать, но кажется только они были у парня. Ответа не слышится, лишь лёгкие кивание головами самим себе, каждый уже решил что-то для себя.       Никто не замечает как проходит полтора часа и к ним выходит доктор Чо. — Я достала пулю, аккуратно как вы и просили. Но в же понимаете, он волшебным образом не оживёт от этого.       НЕ ОЖИВЁТ. МЁРТВ. ТЫ ВИНОВАТ. — эхом разносились слова в голове у Пьетро. Не оживёт. Он виноват.