Ensnared

Гарри бежал так, как никогда раньше не бегал. Он не остановился, когда добрался до садов или когда заметил крошечный проход, спрятанный в живой изгороди. Он просто бежал. Выход в лес лишает вас одного чувства и обостряет другие. Он недооценил абсолютную черноту ночи в лесу. В его воображении деревья были черными стволами на фоне голубовато-угольного неба, тропа стала темно-коричневой, а лунный свет обесцветил камни на ней. Серебристые лучи луны не могли проникнуть сквозь плотный полог облаков. Даже в гробу, на глубине шести футов и заваленным грязью, не может быть чернее. Он стал чаще дышать прохладным воздухом. Тьма давила на него со всех сторон, и его тело кричало, пока он продолжал бежать. Даже тихий шорох ветвей громко звучал в ушах. Его обоняние обострилось, глина в земле и разлагающиеся листья делали атмосферу тесной и густой. Чернота взращивала чувство клаустрофобии, несмотря на то, что лес простирался непрерывно на многие мили. Узкая тропа, которая была неровной из-за пересекавших ее узловатых корней, время от времени разветвлялась. Гарри вытащил карту из кармана, но вечная темнота мешала ему воспользоваться ею, поэтому он сунул ее обратно. Внезапно он споткнулся о корень и приземлился лицом на землю. Белая, горячая боль пульсировала в его лодыжке. Он стиснул зубы. Ему пришлось встать. Ему нужно бежать. Он не собирался возвращаться в тот замок, потому что это означало для него пожизненное заключение. Руки сжались во влажной земле, и он мгновенно поднялся на ноги. Его ноги скользили по мокрым мертвым листьям, усеявшим лесную землю, пока он спотыкался между густыми деревьями. Холодный вечерний воздух сотряс горло и легкие, когда он вдыхал глубже и быстрее. С каждым шагом резкая боль пронзала его лодыжку до колена. Сердце бешено колотилось, все или ничего. Если он потерпит неудачу все его тело заплатит цену, продолжит бежать, и повреждение будет ограничено в основном его лодыжкой, плюс он получит свободу. Гарри был рад только одному. До сих пор он не чувствовал на себе тяжелого взгляда Волдеморта, что означало либо то, что он его не догнал, либо этот человек просто еще не начал охоту. Охота. На него охотились. Образ Лорда Волдеморта заставил его содрогнуться, и он побежал быстрее. Гарри услышал, как вокруг него трещат ветки, и с холодным ужасом понял, что он не один. На самом деле он чувствовал себя окруженным. Гарри слышал голоса, приближавшиеся все ближе и ближе: грубые возбужденные голоса. Его окружили тяжелые шаги, и Гарри застыл на месте. Из-за деревьев вышел крупный, злобного вида мужчина со спутанными седыми волосами и бакенбардами. Гарри украдкой огляделся, чтобы найти лазейку, но ее не было. Его окружали двенадцать или тринадцать человек, и он никак не сможет сбежать, не пройдя мимо, что казалось крайне маловероятным, потому что каждый из них был массивным и мускулистым. Злобно выглядящий мужчина, казалось, был лидером, потому что он шагнул вперед, и Гарри неохотно сделал шаг назад. Его спина мгновенно соприкоснулась с чем-то твердым. Невыносимая жара и тошнотворный запах пота и крови подсказали ему, что он попятился к одному из мужчин. Гарри почувствовал, как мускулистая рука обвилась вокруг живота, и он изо всех сил пытался выскользнуть из захвата, но все усилия были напрасны, и его поврежденная лодыжка кричала от боли. Сивый одарил его дикой ухмылкой, и Гарри заметил острые зубы и длинные желтоватые ногти. Он не был вампиром. Он был чем-то гораздо хуже.  — Меня зовут Фенрир Сивый. А тебя, милый? Гарри не ответил. Не мог ответить, потому что горло сжалось от страха. Сивый подошел ближе, и вонь стала еще сильнее. Гарри попытался задержать дыхание, но это было бесполезно. От запаха его тошнило. Сивый схватился его за лицо и зарычал:  — Как тебя зовут? Гарри, наконец, удалось произнести.  — Гарри. Сивый засмеялся и погладил его по щеке пожелтевшим ногтем, — А что такой милый, вкусный человек, как ты, делает здесь, в лесу? Гарри не упустил тот факт, что Сивый назвал его вкусным. Почему всё в этом месте было так враждебно и готово съесть его? Страх быстро рассеялся, как всегда, и он почувствовал себя безрассудным.  — Я искал тебя, красавчик. Сивый снова ухмыльнулся и еще больше сократил дистанцию между ними. Вонь стала сильнее, и Гарри подавил тошноту. Сивый продолжал царапать ногтем щеку и тихо рычал: — Вкусный… какое удовольствие… такая прекрасная кожа … Гарри проклинал собственную глупость и отсутствие самосохранения, но это был единственный способ сбежать. Гарри хлопнул ресницами надеясь, что это выглядело как кокетливый жест, и сказал самым низким голосом, на который был способен:  — Мы можем пойти уединиться? Сивый облизал губы. Гарри видел противоречие в его глазах. Он думал, но Гарри хотел, чтобы он действовал импульсивно. Наконец, Гарри увидел первый признак того, что он победил. Зрачки Сивого расширились от похоти, и он дал сигнал мужчине отпустить его. Гарри вздрогнул от боли, когда боль снова пронзила лодыжку. Однако Сивый был слишком сосредоточен на теле, чтобы заметить выражение его лица. Гарри собрался и приготовился бежать. Он просто надеялся, что эти люди не были быстрыми. Как раз в тот момент, когда Сивый убрал руку с лица. Гарри побежал. Его лодыжка протестовала и кричала, но он не мог остановиться. Он свернул за деревья. Он мог слышать их крики, их насмешки, их пыхтение. Они шли по его следу, и Гарри был уверен, что они разорвут его на части, как только доберутся. Вот тогда он это почувствовал. Тяжелое, зловещее присутствие Лорда Волдеморта следует прямо за ним по пятам. НЕТ НЕТ НЕТ. Сердце колотилось, его паническое дыхание звучало как гром в ушах, бедра горели, легкие горели, он просто молился, чтобы не споткнуться снова. Адреналин буквально прорывался сквозь кожу. Его глаза были широко раскрыты от страха. Крики застряли у него в горле. Он приближался. Гарри застонал от боли. Волдеморт рассмеялся, и звук эхом разнесся вокруг. Казалось, лес смеется вместе с ним. Гарри почувствовал, как его длинные тонкие пальцы хватают его за волосы, спутывая и дергая их. Его голова мотнулась назад. Крик вырвался из его обожженного горла. Он схватил воздух и умолял его помочь ему сохранить равновесие. Но все было кончено. Смех Волдеморта стал маниакальным и подтвердил его победу. Гарри увидел звезды, наблюдающие за ним с небес. Его родители, вероятно, тоже были там и смотрели на него сверху вниз. Ночное небо было закрыто лицом Волдеморта, нависшего над ним. Мужчина демонически ухмыльнулся, и его красные глаза засветились ликованием. Тело Гарри онемело. Темнота.