Под рождественским деревом

Когда шасси опускаются на посадочную полосу, отчего самолёт чуть качается, Сокджин приоткрывает глаза и тянется рукой к лицу, стягивая мягкую маску для сна с изображением мультяшной луны, убирая её в карман пальто. Он плотнее кутает свою шею в шарф и придерживает его одной рукой, второй хватаясь за лямки не сильно тяжелого рюкзака. Он прилетел всего лишь на выходные новогодние дни, так что много вещей ему с собой незачем. Ким вежливо кланяется стюардессе и выходит из самолёта, с трудом делая первый вдох морозным воздухом. Лёгкие чуть спирает от холода, а в уголках глаз собираются тёплые капельки слёз, которые, впрочем, пропадают под подушечками пальцев уже через несколько секунд, так и не успев скатиться по начинающим краснеть щекам. Пока Сокджин направляется до входа в задание аэропорта, по его лицу и голым рукам рашмашисто мажет утренний морозный ветер, посылая вместе со свежестью крохотные блёстки снега, от которых всё вокруг будто покрывается снежным фильтром из приложений для обработки фото. Зайдя в здание, Ким заказывает такси на нужный адрес и усаживается за небольшой столик, размышляя, хочет ли он взять из автомата горячий шоколад, или всё-таки капучино. — Ты уже приземлился? — Слышит он чуть сонный голос матери по ту сторону трубки. Видимо, она поднялась пораньше специально для того, чтобы встретить его, а судя по шуму на заднем плане, уже взялась за готовку завтрака. — Да, я сейчас жду такси. Через полчаса уже буду на месте. — Отвечает парень и невольно улыбается. Он любит эти моменты визита к родителям, когда его мама готовит к его приезду всё самое вкусное. Пока Джин едет по пустым из-за раннего часа улицам города, он расслабленно улыбается и то и дело возвращается взглядом к изображению дома на дисплее своего телефона. В этом году родители выбрали милый двухэтажный домик в альпийском стиле, будто сошедший с рождественских открыток. Каждый год они и их друзья арендуют новый дом для совместного проведения уикенда, зовя в гости всех желающих. Ким не знает, когда у них зародилась эта традиция, но каждый год с самого детства он с восторгом забегал на порог нового дома, смотря на всё с открытым ртом. Сейчас новые дома не вызывают у него таких бурных эмоций, но всё равно каждый раз интересно. Ещё издалека Сокджин видит тянущийся из трубы дома дым, означающий, что внутри дома есть камин, что заставляет его радоваться больше. Он очень любит открытый огонь и запах дерева, который распространяется по дому под треск поленьев. — Джинни! Проходи скорее, на улице так холодно! — Сразу с порога встречает его бодрый женский голос. — Ты весь промокнешь в этих своих тряпках! Давай, раздевайся. Ким не спорит и вместо приветствия оперативно снимает с себя верхнюю одежду, зная, что мама не даст проронить ему ни слова до тех пор, пока он не разденется и не вымоет руки. Поэтому Сокджин быстро споласкивает руки и лицо с дороги в светлой ванной, отделанной натуральным деревом, и садится за стол, на котором его уже поджидают оладушки и горячая кружка какако. — Отец ещё спит? — Спрашивает парень, делая первый укус мягкого теста. Женщина в ответ угукает и присаживается напротив сына с кружкой чая. — Ты тоже поспи после завтрака, наверняка ужасно устал после перелёта. — Да, я бы хотел отдохнуть до того, как это место превратится в ад. Миссис Ким недовольно встрепенулась. — Не начинай, не так уж нас и много будет в этом году. Сегодня приедут Кимы, а завтра ещё парочка наших друзей, устроим предновогодний ужин, обменяемся подарками с теми, кто не сможет остаться на сам праздник. Джин решает не возражать и только молча кивает, внутренее начиная отсчёт оставшихся счастливых часов. Он доедает оладьи под неторопливый и тихий разговор ни о чём, после чего, обнявшись с матерью, поднимается на второй этаж, оглядывая заинтересованным взглядом закрытые двери. Выбирая ту, что находилась где-то посередине коридора, Ким толкает её и заходит внутрь, оглядывая свою временную крепость. Небольшая комната с выходом на балкон и большим окном, который позволяет большому количеству света литься внутрь. Стены, как и в остальном доме, не имели обоев, а лишь представляли собой полукруги деревянных стволов, обточенных и покрытых лаком. В левом дальнем от входной двери в углу располагается небольшой шкаф из тёмного дерева и под цвет ему же комод. Но самое главное — двухместная кровать, стоящая посередине и застеленная бордовым пледом, под которым располагалось ничем не примечательное белое бельё. Не думая сейчас ни о чём, кроме сна, разморённый завтраком, Сокджин стягивает со стоп носки и укрывается чуть ли не с головой одеялом поверх одежды, не имея ни сил, ни желания переодеваться сейчас в домашнее. ✧✧✧ Когда парень просыпается, время уже близится к обеду. Он слышит шум внизу, создаванием грохотом посуды, работающим телевизором и разговором родителей, которые уже вовсю предвкушали праздник. Сокджин неспеша потягивается и достаёт из рюкзака штаны и новогодний свитер с ужасающе отвратительным оленем на всю грудь. Ким смотрит в его блестящие от пайеток глаза, которые, кажется, наполнены болью, и улыбается, натягивая его на себя без раздумий. Он оторвётся по полной, пока может. Надев такие же красные носки, в цвет свитера, парень скользит по деревянным ступенькам вниз, нападая на главу семейства с объятьями, на что получает якобы недовольное ворчание и мягкий смех со стороны кухни. Мама принялась за готовку мяса к ужину, пока на плите кипел суп на обед. Джин с удовольствием присоединяется к ней, бесприкословно следуя её указаниям и вливаясь в общий разговор. Так и пролетело несколько часов, за которые за окном постепенно начало темнеть, а мясо к ужину уже шкварчало в духовке, покрываясь аппетитной корочкой. И Сокджин мог бы с уверенностью сказать, что уже обожает этот уикенд, если бы не громкий звук гудка за окном, живо возвращающий его в реальность. — Наконец-то они приехали! — Щебечет возбуждённая миссис Ким и бежит к двери, распахивая её настежь. Первым вместе с морозным воздухом заходит такая же счастливая и громкая женщина, о чём-то радостно и быстро говоря, которую миссис Ким сразу же отводит чуть в сторону, чтобы не мешать остальным. Следом за ней заходят несколько взрослых, все они начинают галдеть так, что Сокджин не может услышать даже стоящий рядом телевизор. Но, кажется, все звуки мгновенно становятся в несколько раз тише, будто ушедшие под толщу воды, когда в дверях появляется высокий парень, держащий в руках коробки и пакеты. Его куртка распахнута, волосы растрёпаны от зимнего ветра, а на щеках то и дело промигивают ямочки, сопровождая улыбку. Он приветливо кланяется родителям Сокджина и спрашивает, куда можно поставить вещи. — Намджун! — С восторженным охом восклицает миссис Ким, прикладывая руки к груди. — Неужели ты до сих пор растёшь?! Ты опять стал больше! — Вовсе нет, — Отвечает он, улыбаясь. — Я просто занимаюсь в зале, пытаюсь добиться хорошей формы. Сокджин на его слова закатывает глаза и уже хочет ретироваться в свою комнату, как мама окликает его. — Дорогой, помоги Намджуну с вещами, как раз поздороваетесь, а я пока что налью всем чай. Ким на её слова чуть натянуто улыбается и подходит к парню, протягивая руки. — Привет, — Первым здоровается Намджун, передавая ему часть пакетов. — Как твои дела? — Неплохо, — Джин безэмоционально кивает на лестницу, приказывая идти за собой. — Пошли, я покажу тебе спальни. Джун на его поведение тихо хмыкает и направляется следом, больше не пытаясь развить диалог. Это он ещё успеет сделать вечером за общим столом, что происходит каждый год. Сокджин показывает ему свободные комнаты и Намджун выбирает ту, что в самом конце коридора, благодаря парня за помощь и прося ненадолго оставить его наедине. «Да я с удовольствием, » думает про себя Ким и скрывается в собственной спальне, запирая дверь и тяжело вздыхая. О спокойствии на праздники можно забыть. Ким Намджун — единственный сын друзей родителей Сокджина, сейчас ему двадцать три. Он младше его на несколько месяцев и парень знает его, сколько себя помнит. Они всегда собирались вместе на праздники и их действительно можно было назвать лучшими и самыми близкими друзьями, пока они оба не пошли в школу. В ней выяснилось, что у Намджуна очень высокий айкью, математический склад ума и невероятная тяга к знаниям и в совокупности эти факторы сделали его гордостью семьи. К сожалению, не только своей. Что же выяснилось в школе для Сокджина? Ну, во-первых, он гуманитарий. Ему хорошо даются языки, он обожает принимать участие в творческой деятельности класса и даже выступает в театральном кружке, что, безусловно, похвально, но недостаточно. Ведь Намджун мог лучше. Всегда, в любом деле. И каждый год, подводя итоги их достижений за праздничным ужином, Джин оказывался в меньшинстве. Сокджин тяжело вздыхает и падает на кровать животом вниз, тут же принимаясь яростно барабанить пальцами по экрану телефона. Кому: чими я так устал тт. только приехал и уже раздражает. Хочу обратно к чани: ( От кого: чими хен кк, ты слишком драматизируешь. если честно, все мужчины вокруг тебя отвратительны, даже меня они утомляют Кому: чими чани не отвратительный! От кого: чими вы с ним оба отвратительные. Вам полезно расставаться хотя бы на праздники Кому: чими ты ужасный друг >: Вспомнив о том, что он не сможет увидеться со своим парнем как минимум до середины января, Ким скисает ещё больше, скатываясь головой с подушек. Ему надо собраться с силами и выдержать следующие два дня дебатов с Ким Намджуном. Кто знает, вдруг в этом году эта кампания будет успешной и акции Ким Сокджина не упадут ниже средних показателей. Когда снизу он слышит крик мамы о том, что пора спускаться к ужину, Джин в последний раз глубоко вздыхает и достаёт из рюкзака коричневый свитер с чёрными штанами, грустно пересекаясь взглядом с оленем на своей груди. Он не может тягаться с Намджуном будучи одетым в дурацкий свитер с оленем. Приведя себя в божеский вид, Сокджин спускается на первый этаж, где уже из каждого уголка так и пестрит праздником. Старшие не замолкают ни на секунду, перекрикивая друг друга, а женщины в добавок гремят столовыми приборами, раскладывая их рядом с блюдами и втыкая в салаты. — Рассаживайтесь скорее! Сейчас принесу горячее и начнём. — Громко оповещает миссис Ким, подталкивая сына к столу. Не найдя в себе сил и смелости спорить, Джин не глядя усаживается на первый попавшийся под руку стул и оглядывается по сторонам. О, ну конечно же, он случайно сел именно рядом с ним.. Намджун по правую руку от него улыбается, видя, как Сокджин после микро ступора начинает медленно закипать от несправедливости вселенной к нему. Когда все остальные наконец-то находят свои места, а женщины перестают излишне суетиться, завязывается весёлый разговор. Старшие открывают шампанское и довольно быстро хмелеют, краснея щеками и заваливаясь друг на друга. Сокджин пьёт тоже и старается делать вид, что полностью поглощён разговором, молясь всеми силами, чтобы о нём сегодня больше не вспомнили. Намджун рядом с ним пьёт только сок и спокойно ужинает, кажется, не испытывая совершенно никакого неудобства или неловкости, раздражает. — Кстати, Намджун, — Вдруг окликает его миссис Ким, желая занять себя чем-то в ожидании того, когда ей нальют ещё шампанского. — Как твои дела? Парень на её вопрос чуть смущённо улыбается и откладывает столовые приборы. — Всё более чем замечательно. Думаю, в следующем месяце переехать в новую квартиру, поближе к центру Лондона, оттуда легче уехать в университет. Да и траты на бензин станут меньше. — С улыбкой говорит он. Женщина восторженно охает и улыбается шире. — Ты взял машину? Какой молодец! — Да, ему платят неплохую стипендию в университете. — И они даже помогли ему с квартирой, как ценному ученику! Из мирного разговора ни о чем, беседа перетекла в русло обсуждения достижений Намджуна, которых, естественно, оказалось не мало. Сокджин под столом наливает себе напитки чуть крепче, чем планировал и быстро их выпивает, думая только о том, как поскорее уйти. Хотя, это было лучше, чем если бы в разговор втянули и его. Он периодически ловит на себе нечитаемые взгляды Намджуна, который, кажется, не особо заинтересован в обсуждении собственной жизни, и делает вид, что не замечает его. Когда стрелки часов показывают заполночь, Сокджин решил, что норматив по посиделкам с родственниками хотя бы на четвёрку он сдал, а поскольку отличником он быть не особо стремился, он медленно поднимается со стула и, не привлекая к себе внимание, ускользает на второй этаж, впервые за несколько часов облегченно выдыхая. Спустя какое-то время он за закрытой дверью собственной спальни слышит шаги, которые постепенно нарастают, а после исчезают в конце коридора. Намджун тоже вернулся к себе и Ким зачем-то мысленно подметил этот факт. Чувсвуя себя выжатым, словно лимон, Джин садится прямо на пол напротив окна, поднимая голову вверх. Из-за снежных облаков звёзд видно не было, но их умело заменяли крохотные снежинки, медленно падая на землю. Ветер к ночи успокоился, оставляя после себя только спокойствие и тишину. Сокджину кажется, что ему становится капельку легче, и он берёт в руки телефон, мешкаясь несколько секунд, а после всё-таки открывая нужный диалог. Он знает, что Чанги сейчас занят и вынужден работать по выходным, но парню срочно надо увидеть от него хотя бы точку. Кому: чани привет<3 я так чертовски устал сегодня, есть минутка? От кого: чани да Кому: чани это так здорово! я хочу много тебе рассказать! От кого: чани подожди, мне тоже нужно кое-что сказать Кому: чани да? ✧✧✧ Сокджин просыпается поздно. На часах уже почти одиннадцать, когда парень отдирает опухшее лицо от подушки и с трудом разлепляет слипшиеся ресницы. Он чувствует жажду и короткими перебежками добирается до туалета, молясь, чтобы его никто не увидил. Ким упорно игнорирует зеркало и опускает лицо к раковине, умываясь холодной водой. Промочив горло всё в той же раковине, он залезает в горячий душ, начиная отстранённо водить мочалкой по телу. Если он попытается сосредоточиться, а не делать всё на автомате, то разревется. Снова. Поэтому Сокджин предпочитает не включать голову, а намылить её шампунем с запахом чего-то фруктового. Вылепливая на своём лице подобие расслабленной улыбки, парень одевается и выходит из ванной, промакивая волосы полотенцем, направляясь на кухню. Ему надо поздороваться со всеми, и потом он обещал самому себе вернуться в комнату, чтобы перевести дух. Но запоздало он замечает, что в доме подозрительно тихо: никто не болтает излишне громко, не слышно звона посуды, а телевизор был выключен. Странно, все до сих пор спят? — Старшие уехали в магазин, — Вдруг слышится сзади, отчего Ким дёргается. — Доброе утро. Сокджин оборачивается и видит Намджуна, стоящего возле лестницы. Он одет в широкие серые спортивки и белую майку, растянутую и явно помотанную жизнью. Судя по его хаотично лежащим волосам, он тоже поднялся не так давно. Джину было непривычно видеть его таким домашним каждый раз. За ужином Джун обычно одет просто, но красиво и свежо, будто снимается в рождественской рекламе, ну, скажем, дезодоранта, может быть? Да, что-то в таком духе. У Кима в планах не было оставаться наедине с Намджуном с самого утра после тяжёлой ночи, поэтому он спешит быстро капитулироваться в своё убежище, проскальзывая мимо парня к лестнице и ловя на себе изучающий взгляд. Тяжело. Он всегда смотрит слишком тяжело, когда пытается его анализировать, и сейчас это выбивает из колеи особенно сильно. Чуть ли не воя, Джин наконец-то скрывается за дверью, захлопывая её, наверное, слишком громко. Парень грузно падает на кровать и невольно цепляется взглядом за телефон, чувствуя, как глаза снова наполняются влагой. Он судорожно выдыхает и переворачивается на спину, давая им волю течь по вискам. Наверное, то, что он так реагирует на всё произошедшее, совсем не по-взрослому, но его впервые бросают по переписке в канун нового года, поймите и войдите в положение. Чанги, без сомнений, выбрал идеальное время для серьёзного разговора, из которого выяснилось, что Сокджин невероятный кретин и глупец. Его парень, прикрывшись срочной работой на праздники и ещё полмесяца после них, на самом деле находился сейчас в Ильсане, с семьёй чудесного первокурсника Сеульского университета, с которым познакомился не так уж и давно, по сравнению с тем, сколько он и Сокджин были в отношениях. Джин, наверное, сам виноват в чём-то. Наверное, что-то есть. Он рвано выдыхает и вытирает глаза, снова собирая себя по кусочкам. У него была целая ночь на то, чтобы научиться делать это быстро. Поэтому, когда внизу слышится шум мотора, а через несколько минут дом наполняется громкими голосами, к которыми прибавились новые, Сокджин ощущает себя вполне в порядке. Он тенью спускается вниз и, поздоровавшись со всеми, устраивается в уголке кухни, прихватив с собой овощечистку и пакеты с продуктами. Периодически к нему подходят женщины, которые благодарят его за помощь и забирают очищеные овощи, после так же стремительно и суетливо убегая и погружаясь в готовку. Слава богу, Киму хватает сил на то, чтобы каждый раз мило улыбаться, дабы не вызвать подозрений. К вечеру он почти привыкает ко всему происходящему и своему состоянию. Старшие великодушно отпускают его наверх готовиться к застолью, а сами открывают первую бутылку шампанского, начиная пропитываться атмосферой праздника в буквальном смысле. Он случайно сталкивается с Намджуном в коридоре и тот, похоже, хотел ему что-то сказать, но Сокджин не выдержит ужин, если сейчас не отдохнёт хотя бы минуту. Поэтому он немного грубо и весьма бесцеремонно захлопывает дверь прямо перед носом обескураженного младшего и прижимается к ней спиной с обратной стороны. Надо переодеться. Его довольно скучный комплект одежды, что он уже надевал на вчерашний ужин, лежит сложенный на краю постели, в любую секунду готовый быть одетым. Ким быстро переодевается и оценивает свой внешний вид в зеркале, находя его вполне сносным. Дождавшись традиционного объявления матери о начале ужина, Джин спускается и садится ближе к левому краю большого стола, тут же опуская глаза на чистую белую тарелку перед ним. Справа от него устроилась женщина — Миссис Пак, ещё одна подруга семей Ким. Её муж присел напротив неё, тут же утягивая за собой отца Сокджина. Когда все устраиваются, слышится долгожданный стук вилок и ложек о тарелки. — Ну что, давайте спросим, как прошёл год у детей? — Миссис Пак обворожительно улыбается и смотрит по очереди на каждого из парней. Намджун оказался на противоположном от Сокджина углу стола и периодически смотрел на него, возможно, пытаясь увидеть что-то. Но за столом так и остаётся тишина. Джин, по некой традиции, диктованной его вспыльчивостью и старой обидой, начинал первым, наверное, каждый раз утешаясь тем, что хоть в чём-то он будет первее Намджуна. Но в этот раз он молчит. Джун смотрит на него напряжённо, видя, что что-то явно слишком не так. Если с утра Ким мог выглядеть сонным или невыспавшимся, то сейчас парень отчётливо видит груз, лежащий на его плечах. Сокджина будто выключили. После короткой заминки, Джин всё же вздрагивает и кивает, опуская приборы. — Наверное, этот год я могу назвать удачным. Я получил неплохие очки за практику в университете, смог найти временную работу, связанную со специальностью. Даже попал в число почти отличников, если бы не философия, с ней у меня всегда проблемы. — Спокойно говорит он, тем самым заставляя стать взгляд Намджуна ещё более изучающим. В его словах не было попытки впечатлить, спина не была словно вытянутой по струне, а в сторону Джуна не было послано ни одного горделивого горячего взгляда. — Милый, ты не сказал самого главного! — Влезает миссис Ким, вскидывая руку. — Сокджин в этом году познакомился с девушкой и теперь живёт вместе с ней! Правда, он всё не может нас познакомить, негодник, прячет её от нас. — О, поздравляю! Сокджин отключает голову, когда все переключают внимание на его обсуждение его отношений. Ну, точнее, «отношений». Парень действительно съехал из общежития в квартиру, но это была квартира Чанги, так что в этом году ему, скорее всего, придётся искать новое жильё, а для родителей придумывать печальную историю о том, как он и его «девушка» не сошлись характерами и загубили отношения бытовухой. В своих мыслях он и не заметил, как слово взял Намджун. У него, как всегда, всё хорошо. И Сокджин впервые ловит себя на том, что он, возможно, даже немного рад за него. Парень во время своего рассказа довольно часто кидает взгляд на Джина, ожидая, когда начнётся их традиционное перетягивание одеяла. Но Ким молчит, без энтузиазма доедая салат. Старшие уже слишком пьяные и увлечённые разговорами о детях, когда Сокджин решает, что может идти. Он не поднимает глаза, когда поднимается из-за стола и направляется наверх, не видя, что Намджун поднялся следом. Ким доходит до своей спальни и размышляет о том, что ему делать оставшийся вечер. Заснуть он сейчас не сможет, а что-то другое в голову не идёт. Плакать ему уже не хочется, хоть и вновь мокрые глаза противоречат его уверенности в этом. Намджун в нерешительности стоит напротив закрытой двери. Если он постучит, Джин снова закроется, как было и утром, и сейчас за ужином. Ладно, он обязательно позволит своей совести помучить себя позже, а сейчас парень берётся за ручку двери и толкает внутрь, радуясь, что оказалось не заперто. Сокджин крупно вздрагивает, когда слышит скрип двери. Ещё никто за эти дни не входил в его комнату, разрушая иллюзию крепости. Он поднимает голову и встречается мокрым взглядом с обеспокоенным Намджуна, который, не дождавшись разрешения, проходит внутрь и прикрывает дверь, запирая её на засов. Он надеется, что это хоть как-то поспособствует их разговору. — Привет. — Тихо говорит он, робко присаживаясь на край кровати. — Привет, — Джин не знает, что ответить на такой внезапный визит. — Ты вошёл без стука. — Да, извини. Мне показалось, что тебя что-то беспокоит с самого утра. — Джун неловко проводит рукой по волосам. Ему нужно хоть что-то, за что можно зацепиться в этом разговоре. — О, не беспокойся, я в норме, — Сокджин неопределённо пожимает плечами. — Всё в порядке. — Это не так. — Чуть резче, чем хотелось бы, отвечает Намджун, стараясь удерживать зрительный контакт. Ким вздыхает. Ему нет смысла спорить, потому что он прекрасно понимал, что облажался сегодня по всем фронтам. Но из всех людей, с которыми он мог бы обсудить то, что его беспокоит, Намджун — явно не в списке лидеров. Хоть и лет до десяти парень считал, что младший — центр его вселенной. — Я...— Джин собирается с духом и хочет повторить, что всё в порядке, но практически слышит, как внутри него что-то ломается. Он не замечает, как Намджун подсаживается ближе и подставляет своё плечо, на котром через секунду оказывается Сокджин. Он не плачет, но влага в глазах всё же находит выход в виде пары капель на чужом свитере. Джун укладывает тёплую ладонь на его спину и молчит, считая про себя чужие судорожные выдохи. Наверное, Сокджин будет глупцом, если сейчас расскажет ему всё, но тепло чужого тела и мягкое дыхание в волосах действуют на его язык сильнее, чем мозг. К концу всего рассказа, Ким всё же сбивается на всхлипы. Он рассказал о том, кто на самом деле его прекрасная девушка и как оборвалось всё, что было, казалось бы, сказочно, на протяжении восьми месяцев. Намджун не перебил его ни на секунду. Он лишь постепенно сужал расстояние между их телами, внимательно слушая. На удивление, Джину стало легче и он позволяет себе закинуть руки на чужие бока. — Наверное, всё это кажется тебе странным, — Говорит он хрипло, когда слезы отпустили. — Ну, моя ориентация, всё произошедшее. — Вовсе нет, я понимаю тебя, — Намджун усмехается, когда Джин поднимает на него вопросительный взгляд. — Скажем так, тот парень, что помог мне с квартирой, был не связан с программой помощи хорошим студентам. — Оу. — Оу. Сокджин от чего-то краснеет щеками и чувствует, как с плеч падает что-то тяжёлое. Помимо Чимина у него не было ни одного человека, который и вправду понимал его, а сейчас, видимо, он обрёл ещё одного?.. Джин не заметил, как слова сами полились из него потоком. Они больше не затрагивали серьёзных тем, но вспомнили всё детство, постепенно раскрывая друг другу секреты и подробности их жизней, которые они прожили порознь, но сейчас будто восполнили недостающее. Сокджин заметил, какой у младшего красивый смех. Он почти не отличается от детского, его нельзя назвать мелодичным, он был отрывистым, но таким тёплым и красивым, особенно сейчас, когда его голос давно уже не детский, а низкий и мягкий. Весь он был мягким. — У меня в комнате есть телевизор. — Вдруг говорит Намджун, озорно сверкая глазами, заставляя в памяти Сокджина всплыть очередную сцену из их детсва. Двое мальчишек, скользя носками по полу и прижимая руки ко рту, дабы скрыть смех, крадутся по коридору давно спящего дома. Они хватают друг друга за руки и чувствуют возбуждение от возникновения ещё одной общей тайны только для двоих. Сейчас, когда они проделывают то же самое, Сокджин будто дышит по-новому. Он очарован чужими ямочками на щеках, утопая в ностальгии. Они спотыкаются о порог комнаты Намджуна, отчего оба прыскают и чуть не падают, но вовремя удерживают равновесие и хватаются друг за друга. Старшие внизу и в ближайшее время заканчивать празднество не собирались, поэтому они могли говорить не шёпотом и не сдерживать искренний смех. Комната Намджуна ничем не отличается по планировке от комнаты Сокджина, разница была лишь в отсутствии балкона и наличии небольшой плазмы, висящей напротив кровати. Игнорируя наличие удобного и мягкого места для расположения, парни скидывают одеяло и подушки на пол, устраиваясь на них, как в детсве. Они прижимаются друг к другу боками, чтобы не замёрзнуть, и переплетают ноги, становясь ещё ближе. — Ну что, Гарри Поттер? — Спрашивает со смешинками в глазах Намджун, зная, что этот вопрос не требует ответа. Сокджин в ответ пародирует звук отправляющегося от платформы поезда, тем самым вызвав новую волну смеха со стороны младшего, который, больше не медля, нажимает на кнопку воспроизведения, хихикая в предвкушении. — Эй, это первая часть! — Возмущённо ворчит слева от него Джин, после чего Намджун получает по голове маленькой подушкой. — Где мой кубок огня?! — Я придерживаюсь хронологии! — Кричит в ответ Джун, прикрываясь руками от атаки. — В жопу хронологию, я хочу посмотреть на Седрика!

✧✧✧

Сокджин не заметил, как уснул. Кажется, это был момент, когда Гарри целовался с Чжоу Чанг в выручай комнате под омелой. Утомлённый событиями дня и разомлевший от тёплых рук на своём плече, он погружается в сладкую дрему, утыкаясь в мягкий намджунов свитер. Младший прижимает его к себе покрепче и тоже прикрывает глаза, удовлетворённый концом этого дня. Этот новый год обещает быть одним из лучших. Утром они просыпаются почти одновременно. Всё так же полулежащие на полу, парни ворочаются, тем самым будя друг друга. Несмотря на всю тесноту и жар, созданный их телами, они не спешат отстраняться, в тайне наслаждаясь этим душным коконом. Намджун, окончательно проснувшись, высвобождает руки из-под одеяла и чужого тела, упираясь одной рукой слева от головы старшего, а вторую кладя на край кровати, ища опору. Сокджин под ним смотрит сонно, но очень пристально, периодически переводя взгляд на чужой напряжённый бицепс. Джун и правда много времени проводит в зале. — С наступающим? — Вместо доброго утра говорит Намджун, возвращая внимание к своему лицу. На его щеках снова ямочки, а улыбка словно мягко светится. Сокджин улыбается в ответ и закидывает руки на его шею. Намджун поднимает их обоих, и они наконец-то на свободе. Их пуховые кандалы теперь одиноко лежат на полу, обделенные вниманием. — С наступающим, — Произносит наконец-то Джин и резко отбегает к двери, хватая в руки первое попавшееся полотенце. — Я первый в душ. Слыша позади протестующий оклик, Ким срывается на бег, чуть ли не повизгивая, когда слышит сзади тяжёлый бег. Последнее, что он видит перед тем, как захлопывает дверь ванной — светящееся лицо младшего, который уже принял своё поражение. В следующий раз они пересекаются уже на кухне. Все сидят за столом, попивая утренний кофе или чай, закусывая их остатками салатов и торта с ужина. Миссис Пак не сможет остаться на сегодняшнее застолье и встретить вместе с ними настоящий новый год, поэтому после завтрака все жители дома перетекают в прихожую, прощаясь и желая друг другу всему наилучшего. — Итак, если кому-то что-то надо докупить, то советую сделать это сейчас, у вас есть буквально несколько часов. — Когда миссис Пак уходит, мать Сокджина обводит каждого присутсвующего вопросительным взглядом. — Мне нужно докупить подарки, — Поднимает руку Джин. — Я съезжу в город. — Давай я отвезу тебя, — Вызывается Намджун, удивляя всех взрослых. — Такси сейчас стоит бешеных денег, возьмём на прокат, и я тебя повожу по городу. На этом и порешали. Пока Сокджин собирался, младший нашёл номер проката, котрый довольно быстро предоставил им машину. — Я оплачу половину суммы от проката. — Джин уже было потянулся к кошельку, но рука Намджуна останавливает его. — Брось, я оплачу со стипендии. — Выпендрежник. — Беззлобно кидает Джин, слыша смешок в ответ.

✧✧✧

До города они добираются без труда. Младший слишком громко вздыхает, когда видит количество людей в торговом центре, на что Сокджин кидает на него злорадствующий взгляд. Выпендрежник: 1, Красавчик: 1, сегодня счёт идёт на равных. Первый час похода по магазинам проходит без происшествий. Джин оживлённо скользит между стеллажей и людей, явно наслаждаясь атмосферой, в то время как Намджун катострофически за ним не успевал, то и дело ойкая и извиняясь перед людьми за случайно отдавленные ноги. И было очевидно, что он потеряется. Стоя на месте, как во всех инструкциях по выживанию в незнакомой среде, Джун смотрел по сторонам, пытаясь выискать глазами старшего. И, когда он видит его, идущего к нему навстречу, Намджун благословляет своё временное увлечение путешествиями и ориентированием. Когда парни наконец-то снова оказываются вместе, было принято решение держаться за руки. И Джун был рад этому определённо больше, чем перспективе быть вновь унесённым толпой. Сокджин крепко переплетает их пальцы и тянет его на выход, чувствуя в животе непривычное тепло. Когда они наконец-то заканчивают с шоппингом, Джин, кажется, сияет. Обвешав пакетами себя и Намджуна, он о чём-то со смехом рассказывает, на что младший так же живо отвечает, пытаясь прижаться к нему покрепче всякий раз, когда на их пути возникает большое количество людей. Он возмущён, когда Сокджин смеётся над его облегчённым выдохом в машине, за что получает шлепок по бедру, ставший началом их маленького побоища на передних сидениях автомобиля. Перемирие они решают отметить в небольшом кафе, но с одним строгим условием, которое Намджун буквально выскулил у Сокджина, увидев количество народа внутри маленького зала: взять еду навынос. Поэтому сейчас они оба поедают лапшу с морепродуктами из бумажных стаканчиков, сидя в машине и слушая какую-то местную радиостанцию. Несмотря на то, что оба они дико устали, парни были абсолютно счастливы, признаясь друг другу, что этот уикенд пока что находится в топе самых лучших за последние несколько лет. Когда на улицы города постепенно отпускается вечер, Намджун решает, что пора возвращаться домой. Он берёт себе ещё одну кружку кофе, половину которую выпивает Сокджин, к крайнему возмущению младшего. — Ты мог просто попросить взять и тебе кофе тоже! — Ворчит он, смотря на то, с каким удовольствием Джин присасывается к его стаканчику. — Следи за дорогой и не дуйся! — Со смехом отвечает старший, вдоволь пользуясь тем, что Намджун слишком добропорядочный водитель и не может оторвать хотя бы одну руку от руля для того, чтобы помешать ему. Они попадают в пробку. На главной дороге, по которой парни направлялись домой, прямо перед ними произошла авария, которая зацепила слишком большое количество машин, чтобы быстро исправить всю ситуацию и возобновить движения. Поэтому они, как и ещё несколько десятков людей, застряли на полпути, нервно смеряя взглядами часы на приборной панели. — Мы можем не успеть. — С грустью говорит Сокджин, чувствуя неприятный комок волнения в груди. Ему хочется успеть к семье. Намджун не отвечает. Ему тоже сложившаяся ситуация мало нравится, но поделать он ничего не может. Джин рядом с ним разговаривает по телефону с обеспокоенной матерью, которая уже увидела сообщение об аварии в новостях. Старший убедил её, что всё в порядке и они постараются быть дома как можно скорее. Благо, заняться парням всё же было чем. Приняв неизбежное и успоковшись, они возобновили разговор с момента, на котором остановились в торговом центре. Казалось, они могут разговаривать друг с другом вечно, не надоедая и не уставая, но тут машины впереди наконец-то начали движение, заставляя обоих вернуться в реальность и синхронно посмотреть на часы. 23:01. Им определённо требуется ускорение. Они не успели. Когда парни наконец-то подъезжают к дому, на часах уже час ночи, в доме играет музыка и слышны голоса родителей, а вокруг то и дело взрываются салюты. Взяв все пакеты, Сокджин заходит в дом первым. За столом уже сидят все старшие и пьют вторую бутылку шампанского, стараясь не притрагиваться к салатам: ждут детей. Парни оперативно раздеваются, и Джин первым делом направляется к ёлке, укладывая под ней эти уже осточертевшие ему пакеты. Надо было съездить ещё вчера, а он был занят наматыванием соплей на кулак. Тем не менее, праздник продолжается. Парням наливают бокалы и отдельно поздравляют с праздником, после наконец-то приступая к ужину.

✧✧✧

К двум часам ночи старшие уходят наверх. Утомлённые несколькими днями празднований, они расходятся по кроватям, удовлетворённые и счастливые. Младшие последовали их примеру, рассевшись каждый по своим комнатам. Сегодняшний день их обоих вымотал, и у Кима бы никогда не повернулся язык назвать его плохим, но вечер подпортил ему всё впечатление. В нём будто засело чувство некой незавершённости, скребя изнутри. Ему было обидно. Со вздохом стягивая с себя свитер, парень готовится ко сну, слыша вдруг со стороны двери стук. — Вау, ты постучался. — Тихо говорит Джин, смотря на Намджуна в проёме. — Да, я быстро учу новый материал, — С усмешкой отвечает он, протягивая руку. — Пойдём. Скоро пробьют куранты. Сокджин хмурится, явно чего-то не понимая. — Уже два часа ночи. — Говорит он. — Здесь - да, но нам не обязательно праздновать по корейскому времени, ты так не думаешь? — Намджун, воспользовавшись чужим замешательством, хватает старшего за руку и тянет вниз, к светящийся в темноте гостинной ёлке. Младший подталкивает Сокджина к укромном углу под ветвями живой ёлки, которые скроют их от нежеланных сейчас чужих глаз. Вчерашнее одеяло и подушки из комнаты Намджуна переместились сюда, создавая уютный островок только для двоих. Джун усаживается первым и тянет на себя Сокджина, мягко улыбающегося происходящему. Они снова оказываются слишком близко, и Ким видит в глазах младшего отблески гирлянды. Отчего-то волнуясь, Намджун кладёт на пол телефон с часовым поясом какой-то страны и берёт его руки в свои, одаривая волной тепла и нежности, которая, кажется, накрывает Сокджина с головой. Ощущая, будто сейчас весь их мир схлопнулся до размера этой самой ёлки, закрывающей их от посторонних, Сокджин подаётся вперёд и обвивает талию младшего руками, ощущая, как уже знакомое тепло поднимается от живота к груди и алеющим щекам. Когда на часах Намджуна часы останавливаются на 00:00, Джин чувствует, как руки на его спине становятся горячее и тянут на себя крепче, а чужое лицо находится слишком близко. — С новым годом. Давай так же вместе встретим ещё и Рождество. — Шелестяще шепчет ему на ухо Намджун, в следующую секунду сталкиваясь с пронзительно открытым взглядом, смотрящим на него. Сокджин ничего не отвечает в ответ. Он лишь успевает отвести взгляд и прикрыть глаза, сжимая ткань на крепкой спине прежде, чем чувствует на губах вкус красного вина, выпитого Намджуном за общим столом.