Прикоснуться к сердцу

К полудню следующего дня солнышко разыгралось на радость всем постояльцам базы, которые после семинара дружно отправились на речку. Но одной особе вся эта обстановка совсем не приходилась по вкусу. Такие барышни видят только комаров, жучков, жару и скуку вместо теплых лучей, свежего воздуха и активного отдыха. — Котик, ну я же говорила, я была в этом дурацком походе! — забрести в лес блондинка могла только ради хорошего телефонного сигнала и важного разговора с ухажером. — ну прости! Связи в этой глуши не было, я не могла тебе позвонить. Начальник постоянно настаивает на этих дурацких семинарах по командному духу и психотерапии, — жаловалась визгливая секретарша, спотыкаясь и уходя все дальше в чащу от шума с речки и мини-пляжа базы. Где за ней уже следили недобрые темные глаза… — Ну ты же знаешь, я не могу приехать! Марченко с меня шкуру спустит, он такой тиран! — телефонный разговор симпатичной постояльцы «12 месяцев» не задался. — перестань, Котик, не кричи! Давай поговорим! — жалобно дула губки и дёргала пальчиками с дорогим маникюром девушка, не заметив, как заблудилась. И осталась наедине с собственной судьбой. Разговор, видимо, пришел к словам о расставании и сильной ругани. Блондиночка сжала телефон и расстроенно топнула ногой. На глаза попалось выросшее на пути тоненькое молоденькое деревце толщиной с палец, крохотные веточки которого уже гордо зеленели и кормили на себе кучку каких-то безвредных мушек. Эта картина перед глазами разъяренной и обиженной мадам, которая уже проклинала не только эту поездку и начальство, но и весь лес и природу в целом, заставила девицу выйти из себя. — Чертова непроходимая глушь! — удар модной обуви пришелся на слабую часть стебелька. — Ненавижу! Раздался жалобный хруст, словно крик загубленной детской жизни. Будто бы жизнь погибла ещё в утробе. Деревце молодой ивы умерло, тихо загнувшись по слому к земле, как утопленный котенок, ещё не раскрывший глазки и не увидевший этот мир. Манерная блондинка направилась куда глаза глядят, отказываясь признавать то, что не знает дороги и придется звать кого-то найти ее. Но когда она поняла, что солнце просто не проникает через эти кроны и лес вдаль становится только темнее и страшнее, словно поздним вечером, хотя на часах едва наступил обед, девушка помедлила. В нагнетающей тишине послышалось эхо опасности и неизвестности. Хрустели ветки. Одна за одной. Все ближе. Он сокращал дистанцию, следя, словно хищник. Холодный, жестокий… И обиженный. Мгновенно и молниеносно сзади на девушку накинули черный плотный мешок на голову, а шею сдавило что-то тонкое и жгучее, как цепочка. И эти силки с каждой новой отчаянной попыткой сопротивляться, закричать и поймать воздух сжимались на шее все туже, забирая молодую жизнь. Вот девушка уже повалилась на землю и оказалась прижата к стволу дерева. Из горла вырывался только хрип, а тонкие руки беспомощно били по мужским сильным голым рукам позади. Блондинка слышала над ухом тяжёлое дыхание, словно этому человеку также трудно давить её или же он настолько в ярости и отдает ее всю этому процессу. Внезапно все прекратилось. Пронеслось как миг. Что-то спугнуло его. Девушка ослабла и упала на спину, когда убийца отпустил тиски, судорожно скинула с себя мешок. Орудия удушения нигде не было. Она, глотая ртом воздух, обернулась, едва заметив, как уже вдалеке шевельнулись кусты и высокая крапива, скрывающая ее неудавшуюся убийцу…

***

Рита и Стёпа спокойно возвращались с предобеденной тренировки, о чем-то болтая. Первая королевская ночь прошла относительно спокойно, не считая шумных танцев и снесения пьяными дипломатами башни из шампанского. Классика. На следующий день они оба уже и забыли проверять телефоны на наличие новостей по останкам, отпечаткам или допросу Кирсанова от служб. Лето, на постах минимум дежурных и экспертов, все в отпусках, да и убийца так до сих пор и не проявил себя. Вероятно, этот сезон останется без жертвы. Разговор обо всем и ни о чем как-то плавно перешёл на личное и поднял градус выше температуры на улице. — Хорошо. По-твоему, я должен был что, твои ноги на себя забрасывать при всех? Они вдруг заспорили о том, насколько хорошо, правильно ли и правдоподобно оба играют роли влюбленных. Не затрагивая хрупкую и сложную тему их настоящих чувств, чтобы не задеть друг друга. — Мои ноги всегда сверху, Стёпа, — Власова вышла вперёд напарника, строя из себя деловую недотрогу, знающую все об актерской игре. И невзначай ясно предупредила о своей позиции в отношениях с мужчинами. О которой Данилову и без того очевидно уже известно. — Но мы же не самих себя здесь играем. Рита, — и сделал акцент на обращении, специально передразнивая ее в спину. — У всех уже наверняка сложилось ощущение, что ты под каблуком, а я тебя не выпускаю, — Власова развернулась, идя по тропинке к базе спиной. — и не думай привести в аргумент то, что это потому, что я из полиции. — Ну а откуда? — А ты откуда? Из школьного хора мальчиков-зайчиков? — снова отвернулась Рита, легко взмахнув волосами, будто он ей совершенно не интересен. Данилов замедлился и сменил тон на более вызывающий. — То есть, по-твоему, я недостаточно мужественный? — и, дождавшись, пока она тоже остановится и повернется, специально сделал такое опасное и холодное лицо, будто бы Власова этим обвинением разозлила его по-серьезному. И сейчас он достанет ремень. Девушка вдруг сменила настрой и улыбнулась коварно и откровенно. — Я этого не говорила… Этот лёгкий спор и обычные их ежедневные перепалки либо флирт после той «разрядки» уже не переходили границы обидного и серьезного: напарники просто дразнили друг друга и заигрывали, ответно подбивая или предъявляя всякого рода незначительные, но пикантные претензии из рода «ты слишком нарочито играешь влюбленную, потому что тебе нравится представлять себя девушкой бизнесмена» или «ты слишком ведомый и напряженый, потому что тупишь и оборачиваешься на устав и наблюдение». Короче говоря, отвлекались лёгкими мыслями и кокетливыми играми, приятными обоим. Ещё через пару десятков метров тропинки фигуры двух людей уже на территории базы и обрывки шумного обсуждения какого-то ЧП достигли их внимания и заставили насторожиться. Нерядов выводил с опушки заплаканную и растрепанную секретаршу их группы, Светлану Ветрову. Успокаивал и взволнованно слушал некий рассказ о встрече в чаще леса. Прикрытие, усталость или неготовность — стоять в стороне в такой ситуации опера просто не могли. Поэтому максимально расслабленно, но быстро подошли и поинтересовались, в чем дело. — Добрый день, Евгений Борисович. Светлана Васильевна, что-то случилось? — Стёпа проявил лёгкость и обаяние, умело скрыв собственную опаску и настороженность. — На меня напали там в лесу! — девушка терла рукой покрасневшую тонкую шею. — и чуть не убили, — почти плакала сотрудница. — я вызываю полицию! В этот момент сердце упало в пятки и, подпрыгнув снова, больно укололо в груди, в панике начиная собственным ритмом заглушать внешние звуки. Рита забегала глазами от телефона Светланы к лицу напарника, не зная, что и сказать от неожиданности и тревоги, которая сиреной уже замелькала в оперативном сознании обоих. Данилов тоже перехватил руки коллеги из агентства, словно перед глазами ему показали картины из горячей точки. — Постойте. Отдышитесь, давайте присядем, — мужчина с напарницей усадили директора и девушку на скамейку. В тень, за небольшой цветник, подальше от любопытных глаз. Нерядов взволнованно всплеснул мятыми рукавами старой рубашки. — Принесу вам воды, голубушка, — и поспешил в свой домик, стоящий поблизости. — Вы разглядели его? — Стёпа мысленно поблагодарил вовремя ушедшего директора, которому подробности расспроса знать ни к чему. Хотя Светлана могла уже все ему рассказать. — Нет, — девушка послушно повременила с вызовом полиции, не зная, что ФЭС уже защищает ее с двух сторон. — он налетел сзади. Это все так ужасно, боже! — истерила перепуганная блондинка. — мне нужно позвонить моему парню! — и снова кинулась к телефону. Но Евгений Борисович вовремя вернулся со стаканом чистой воды.  — Постойте, — Рита тоже на полном страхе и растерянности из последних сил держала лицо. — лучше пока это разглашать не стоит, мало ли, вы спугнете его. А полиция, ну они же сами во всем разберутся. Да? — Давайте мы вас отведем в домик? — опера попытались принять истерику и жалобы бедной жертвы на себя и скрыть ее от остальных постояльцев. Степа взял девушку под руки и увел с глаз и территории. — Евгений Борисович, вы же понимаете, что лучше не рассказывать об этом группам и сотрудникам, — с директором Рита пыталась говорить на грани своего прикрытия. Возможно, он догадывался, что внутри базы уже работают специалисты и у них все будет под контролем. — Давайте дождемся сотрудников служб и никого пока пугать не станем? — Власова умела быть весьма убедительной. Руки у Нерядова тоже похолодели и взгляд был по-настоящему взволнованным, а дыхание тяжёлым. — Да, да… Я все понимаю. Я распоряжусь, чтобы сотрудники никого не отпускали с территории сегодня, — сбивчиво пообещал мужчина, топчась и уходя к себе в здание администрации. Этого они ждали, но не ожидали. Этого они боялись, но не думали, не предполагали. Так дерзко. При свете дня. И так неудачно. Убийца явно теряет хватку и отклоняется от почерка. Наверняка вычислил слежку. Поэтому пора им обоим уходить в тень всеобщих собраний и потихоньку возвращаться в роли полноценных защитников порядка и жизней этих людей…

***

МВД, разумеется, передало вызов в ФЭС и через несколько часов на базу примчался Майский. Всполошенный, явно вырванный если не из отпуска, то с какого-то стороннего расслабленного дежурства, он был не особо радостно встречен хмурой неразговорчивой Власовой на парковке и под видом «дружка» проведен тайно в домик администрации, где находилась потерпевшая, директор и опера. — Он душил меня леской, сначала накинул черный мешок и держал голыми мерзкими руками! — с каждым новым рассказом этой истории Светлана впадала в истерику, как бы осторожно и понимающе Сергей не задавал вопросы и не гладил ее по плечу, записывая каждое слово. И Нерядову, и Ветровой, разумеется, пришлось рассказать о прикрытии Риты, Степы и АОРСовцев, это было неизбежно, но не выносилось за пределы этого помещения. Дальнейшие действия решались сейчас. Круглов, как оказалось, в командировке и «выездным» замом Рогозиной и куратором этого спецзадания назначен Майский. Который очень строго и ответственно подошёл к исполнению новых обязанностей. Конечно, всегда мечтал покомандовать над Власовой. Ну и Даниловым заодно. А то больно долго они здесь засиделись на отдыхе на природе. — Дыхание у него было такое тяжёлое что ли, будто ему трудно меня удерживать, — девушка сдержала слезы, все же Майскому удалось разговорить Светлану. — Потом он убежал. Ринулся через крапиву и в чащу, я ничего не разглядела. Но это точно был мужчина, не парень. — Спасибо вам, вы не переживайте, мы все держим под контролем, — отчеканил басом майор. — Да! Я вижу! — девушка обиженно глянула на Риту и Степу. Майский скопировал ее осуждающий взгляд в их сторону, но быстро перестроился на серьёзный тон. И, оставив в покое бледную и дрожащую до сих пор потерпевшую, подсел поближе к коллегам, даже не глядя на Рогозину-младшую. Дима и Артем сейчас под видом уборщиков и рабочих обыскивали домик Крапоткина, пока тот играл с настольный теннис. — Это 11 нападение серии. На этот раз только покушение — ваше счастье, черт побери, — тихо ругался ФЭСовец. — если он совершит 12-ю попытку, что-то мне подсказывает исходя из названия базы это будет последний наш шанс его взять. Власова от скрытого раздражения, досады от ситуации и того, что ее отчитывают, даже отвернулась и откинулась в кресле, демонстративно не желая это слушать. — Об этом мы, разумеется, разглашать не будем, все предупреждены, с директором я уже поговорил, — попытался взять себя в руки Майский. — К нему тоже конвой приставите? — Власова скрестила руки, стрельнув в Сергея глазами. — А надо будет — приставим, Рита. Это была ваша задача, следить за каждым. Вы, получив два прозрачнейших (!) намека, отслеживаете группу ровно одни сутки и на следующий же день одну из них чуть не убивают в лесу в пятистах метрах от места, где вы бегаете! — сдавленным шепотом эмоционально ругался опер. — Если бы мы не нарыли то, что нарыли — дело бы и не сдвинулось с мертвой точки и следующее нападение Лешего было бы просто иголкой в стоге сена, которая сверкнёт на солнце лишь однажды при правильном наклоне угла лучей! — отвечать Власова умела. Тем более тем, кто обесценивал их работу на задании, ведясь на лёгкое на первый взгляд прикрытие и якобы комфортные условия работы. — Так, давайте не спорить, — вмешался Данилов. — у нас есть шанс взять его по горячим следам, — у него ужасно разболелась голова от всего этого навалившегося балагана и событий. Только поэтому не вспылил ещё и он. — Если бы назначили меня в эту командировку, — Майский тоже попытался выпустить пар и отвести взгляд. — я бы давно все раскрыл. И без твоей помощи, — он не хотел обидеть Власову, но сам еле держался от усталости и ответственности, доставшейся и ему, о чем опера тоже не знали. Просто был резким и порой грубым, излишне прямым в своих выражениях. Уже знакомо. — Если бы назначили тебя — я бы отказалась быть напарницей в таком случае. Даже не ради отпуска, — наклонилась вперёд Рита, отстаивая свою проделанную работу. Для Данилова это заявление стало новостью. Значит, она могла отказаться, узнав, кого из мужчин оперативников уже поставили на это задание? А он то думал иногда, что ей с ним работать не особо приятно. До этой командировки, конечно. — Так. Выключи вот это вот твое все, — Майский как старший товарищ, который тоже уже достаточно давно и хорошо знал Власову, наконец, взял себя в руки. — выйди на улицу и проветрись. Не дожидаясь конца его реплики, девушка с тяжёлым вздохом поднялась на ноги и направилась к выходу из кабинета директора.  — Не хватало мне, чтобы вы совсем бдительность потеряли. И ты тоже, — Сергей проводил взглядом Данилова, выходящего следом. — молитесь, чтобы мы сейчас вышли на этот горячий след.

***

Обыск в домике Крапоткина затянулся. Опера под видом беседующей на качелях парочки, нервно дожидались вердикта Майского и новостей от парней из АОРС. — Что ж это такое, — терпение кончалось даже у всегда спокойного Данилова. — как на зло и наши все кто где, все расследование заторможено, у нас на счету каждый час, каждая минута, — нагнетал мужчина, ходя из стороны в сторону перед молчаливой, погруженной в себя Власовой. Та даже руку под голову поставила, оперев локоть на спинку скамьи, глядела в никуда. Уже представляла как Галина Николаевна торжественно объявит «Этот отпуск для вас бессрочный. Всего хорошего». — Ладно, не переживай, было и хуже, — Стёпа читал ее состояние по одному только взгляду и жесту и старался приободрить и ее, и себя. Но сейчас он действительно не узнавал напарницу. «Мы не справляемся. Мы не справляемся…» Она прокручивала эту мысль и изрезала себе сердце, выгоняя вон все посторонние мысли, которые хоть как-то мешали и не касались дела. Всё, никаких психологических загонов, мечт об отпуске, раздумий о личном и флирта со Степой. Иначе они опустят ниже плинтуса свой профессиональный уровень в глазах начальства, коллег и друг друга. Из-за мыслей и перестройки внутренней дисциплины девушка даже не услышала слов напарника. Через какое-то время они с Алисой были вызваны Майским в домик Светланы. Одно лишь радовало — никто из постояльцев до сих пор не заподозрил, что на базе что-то не так. — Ну что, нашли что-нибудь? — Рита сразу серьезно подошла к майору, не обратив внимания, что Ветрова за столом подписывает какие-то бумаги и шмыгает носом. Рядом были разложены пакетики с незнакомыми вещдоками. — Мы взяли Крапоткина, — будто бы незначительную новость обронил Сергей, следя за всеми подписями в документах. Уже хозяйничал в перчатках и властно все осматривал, будто он тут с неделю все изучал и исследовал подвалы зданий и «подвалы» некоторых личностей. Новость ошарашила обоих оперов. Алиса даже в окно выглянула — домик заместителя директора «Солнца» караулили ее парни. Уже и их припахал этот ФЭСовский жук. — Что значит «взяли»? — У него нашли леску и мешок, — Сергей кивнул на стол с предметами. Рита не понимала, как можно было так быстро все решить и тем более задержать такого человека, когда они со Степой днями ходили вокруг да около, осторожно подкрадываясь и с тончайшим подходом все разнюхивали о нем. А каких-то два пакета с неизвестными уликами и показания перепуганной девицы все изменили за несколько часов? — А он что? — Власова нахмурилась, требуя от Майского полный отчет, которые здесь каждый вечер сочиняли они с Даниловым на пару с АОРС перед сеансами связи с начальством. — Да как всегда, ты же знаешь, — отмахивался Сережа. — говорит, мол, порыбачить собирался, ни на какую девушку не нападал. Алиби у него нет, в домике живёт один. — Руки у него были в волдырях? — немного погодя, словно что-то вспомнив, уточнила Рита. — Чё? Нет, в каких волдырях? — не понял этого вопроса и сомнений коллеги мужчина, упаковывая вещи. — К слову об этом мешке, — вступила в разговор Алиса, у которой в характере явно было что-то от бойкости Галины Николаевны. — Здесь всем такие выдают для рыбалки, — русая кивнула на вещдок, скрестив руки на груди. — на них символика базы даже есть. — Серёг, это не прямые улики, — Данилов тоже сопоставил факты и поддержал сомнения девчонок. — ни под один из наших критериев из наблюдения он не подходит. — Стёпа, — повысил вдруг тон Майский, разведя руками. — Я вижу то, что я вижу. И слышу, что говорит жертва. То, что его не было в сезоны предыдущих убийств, еще ничего не значит. Конечно, нельзя сказать, что он был не прав, но майор просто не знал всей ситуации и обстановки в коллективе. Да и самого Крапоткина. — Мы обязаны его проверить, всё. Ты можешь мне предоставить кого-то другого? Тишина говорила громче самих оперов в этом споре. — Так или иначе, вряд ли после такого промаха убийца, если это не он, будет ещё как-то пытаться завершить дело. Заляжет на дно, а это уже проблемы следующих оперативников. Главного подозреваемого мы взяли. И работать обязаны с ним по прямым уликам. Так что, благодарим вас, господа завербованные, ваша работа на этом окончена. Собирайтесь, а мы выезжаем, надо доставить этого и улики в ФЭС, — Сергей расставил все точки над i и направился к выходу мимо Рогозиной, махнув ей рукой на оперов. — Выписывай их отсюда. Мысли снова залетали вихрем и все разом с силой нажали на красную тревожную кнопку действий. — Серёг, мы не можем сейчас уехать, убийца ещё здесь! — благо первый высказался Данилов, перебив не совсем приличные реплики Власовой, которые остались при ней. Майский остановился, встретился глазами с переменившейся в лице Рогозиной младшей. — Я за это ручаюсь, майор. От имени своей службы, которая не ниже вас. Мы тоже ведем это дело. Голос девушки прозвучал убедительно, строго и сильно. Власовой даже добавить было нечего. Сергей развернулся, но внимание перевел на потерпевшую, заговорив тихо и осторожно. — Соберитесь сейчас, пожалуйста, и скажите вашим коллегам, что все в порядке и вы с Крапоткиным уезжаете в город по делам фирмы. Никак себя не выдавайте. — и укоризненно переглянулся с Ритой. Он позволил им сохранить прикрытие и наработанный маршрут. Его дело действительно только забрать подозреваемого и потерпевшую. Которая до сих пор и поверить не могла, что убийца, скорее всего, ее же начальник. Может, услышал, как она материла его по телефону перед нападением в лесу? Растерянная Светлана вышла из домика, пообещав не подавать виду. — Рогозина четко дала понять: не больше 10 дней. Если в ближайшие два дня ничего не произойдёт — мы закрываем это дело. Давайте, какие у вас там ещё улики, готовьте их к перевозке, — устало махнул рукой Сергей Алисе, слово велел первокласснице сдать дневник для записи замечания. — Я отведу к флигелю, — вызвался Данилов, пока парни АОРСа занимались перевозкой и выпиской Крапоткина и Ветровой из базы отдыха. — БЕЗ тебя! — строго пригрозил Майский, указав пальцем на Власову. Оба понимали — так будет лучше и в профессиональном плане, и в их личных рамках, не хватало ещё, чтобы в пылу наговорили друг другу гадостей. Это они умели. Потому их редко ставили в напарники в последнее время. Рита смиренно осталась на крыльце. Степа переглянулся с напарницей, убеждаясь в том, что он может сейчас положиться на ее собственную силу самообладания и спокойно закончить эту эпопею с приездом Майского. Он тоже, безусловно, в некоторой степени действовал и ему на нервы и был не прав, чуть не сорвав всю операцию. Но поступил уважительно, согласившись с сомнениями и уликами коллег и тем, что расследование ещё не закончено. Преддверие попытки совершить нападение на новую жертву все это время было огромным и ясным шансом на поимку убийцы, во момент его действий или пока бы он находится в тени, выбирая объект своего налогового желания отнять жизнь. Теперь же, когда все известные книги, теории и статистики на тему поведения и психологии маньяков говорили о том, что он больше никак себя не проявит, заляжет на дно и не высунется на свет божий, до минимума уничтожали вероятность его обнаружения и вычисления любыми поисковыми методами. И надежды на благоприятный для карьеры оперов исход этой командировки оставалось ничтожно мало…

***

Все было готово. Первые официальные оперативные мероприятия завершены. Майский с подозреваемым и конвойными уезжает. Хорошо, что все это потерялось и не привлекло внимания на фоне ожидаемой сегодня суеты с отъездами большой части постояльцев базы. И новые машины с незнакомыми людьми никто особо не приметил. АОРС ввиду своей свободы действий и неограниченности данной командировки остался на базе, для них ничего не изменилось. Но для них со Степой сегодня изменилось многое в этом запутанном деле. Рита до сих пор не могла придти в себя после новостей о причастности Крапоткина и покушении на Ветрову. Но все сходилось: улики найдены, и Светлана как раз из второй группы. Убийце почти удалось обеспечить внезапность и свою незамеченность. Но нет. Они все ещё верили, что это не тот, кого взяли. А Майский как ни в чем не бывало уже улыбался, щурится летнему солнышку и полной грудью вдыхал свежий загородный воздух с чувством гордости за выполненную работу. Мол без него все застопорилось, а благодаря вмешательству сложнейшее дело с мертвой точки сдвинулось на целый километр вперёд. И хмурый вид коллег перед самым отъездом его не устраивал. В частности, настроение Власовой. — Ритка-а, не вешай нос! — мужчина постарался приободрить девушку, водрузив ей на плечи свои тяжёлые руки с печатками, подсознательно чувствуя, что вел себя с ней не совсем справедливо и вежливо. — Если найдете ещё кого-то — два пойманных преступника всегда лучше чем один, — «подбодрил» Власову Сергей, хотя звучало больше как издевательство. Степе это совсем не понравилось. И тон тоже. — Руки убери от нее… — с холодным спокойным на первое время намеком Данилов напомнил о субординации на работе. Риту сейчас лучше не злить. И, кажется, она уже тоже ранее предупреждала Сергея насчёт своей нетактильности. — Да понял, понял, — усмехнулся легко майор, забирая солнечные очки из машины и садясь за руль. — - Слышь, Казанова, из роли выйди! — в шутку или нет ответил на это Майский, но тихо и спокойно прощаться опер явно не желал. — Отыграли уже свое, следующее прикрытие наше с Власовой! Рита вышла из раздумий только, когда кортеж (конечно, без символики службы) благополучно выехал с парковки. — Не дай бог, — и ее мнение на этот счёт было не особо радостным. Но она уже не стала возвращаться к пустому спору или включать женское «Я не договорила!», отстаивая свою гордость. Уехал — и дышать стало немного проще. Нашелся тут, «старший брат» семейки ФЭС. Теперь самое время вообще задуматься, а что они могут за эти два дня? Как теперь выстраивать стратегию? Какие брать ориентиры? И какую поддерживать легенду насчёт такого скорого и внезапного отъезда Крапоткина и Ветровой? Если убийца тоже из второй группы — наверняка понял, что вмешалась полиция. К молчаливым хмурым оперативникам подошла Рогозина-младшая. Вид у нее был ничуть не ярче. Она понимала, в им какое положение поставлены старшие коллеги. И что для них значит это расследование и какая была проделана работа. Они будут в связке до конца. Тем более, так хорошо на удивление сработались. — Я попробую уговорить Галину Николаевну, чтобы вас оставили в качестве частной спецгруппы от моего имени, — обнадежила их честным обещанием девушка, не претендуя на благодарности и поблажки с их стороны в будущем сотрудничестве. Это дело долга и чести. — Спасибо, — Рита повернулась к Алисе и серьезно едва кивнула. Этим взглядом она «пожала руку» этой сильной и независимой молодой оперативнице. — Мне плевать под чьим именем — ФЭС или АОРС — мы раскроем это дело и найдем убийцу. Ей не нужно было переглядываться с напарником, стоящим рядом, чтобы быть уверенной в том, что он думает абсолютно так же. И вместе они продолжат идти по своему пути.