// Настоящая сказка и живая ёлка //

Свежесрубленная и установленная ёлка застенчиво стояла в углу большого зала, где горел приглушенный свет. Её пальцы прошлись по зеленым пушистым веткам, от чего лапка лесной красавицы покачнулась вслед прикосновению, будто тепло рук маленькой девочки ей понравилось. Алёна улыбнулась в предвкушении самого любимого своего занятия на свете, ностальгируя. Малышка тряхнула волосами, возвращая саму себя к реальности: на часах было уже почти шесть вечера, механизм, тикая стрелками, напоминал, что стоит немедленно прекратить рассматривать старинную игрушку в виде старичка-гриба и уже начать доставать остальные игрушки, мишуру, гирлянды и самое важное – спрятать подарок, который она с таким трепетом изготавливала: вся комната была в обрезках её творчества, красках и блестках, а сама ещё лучше, но довольная и испытавшая приятную усталость. Верхняя одежда тут же оказалась с закатанными рукавами. Её ручки аккуратно растянули изящную гирлянду, оценивая как бы её посимпатичнее расположить на дереве. После минуты молчаливых раздумий и глубоких вдохов аромата праздника, младшая решила-таки, что в этот Новый Год она сделает всё волшебно, специально для Александры. И стала укладывать великое изобретение человечества наискосок; после чего еще одна гирлянда, старая, а поэтому такая драгоценная для неё, оказалась так же между ароматными ветками, закрывая проплешины своими увесистыми звездочками. Голубые глаза весело сверкнули, когда она воткнула провод в розетку, дабы проверить работает ли устройство. Да ещё как. Разноцветные огоньки приветливо и мягко замигали своим светом, кое-где окрашивая зеленые иголочки то в красный, то в желтый, а где в синий. Коробки с елочными игрушками были так же у неё под рукой, но с какой начать – еще та дилемма. Алёна, ещё больше закатав рукава и подув на опавшую розовую прядку волос, дотронулась до небесно-блестящего шара, словно её глаза, глядя на свое отражение в нем и лишь немного улыбаясь, потому что отражение было вытянутым. Первые несколько упаковок, обветшавших и потрепанных, были за пару минут перемещены парой незатейливых движений в хаотичном порядке на ёлку, слегка оттягивая ёе нежные лапки, источающих дивный хвойный запах. Следующие украшения: колокольчики с позолоченным дном, чуть припорошенные чем-то белым сосульки из дутого стекла, плоские и такие красивые стеклянные фигурки животных, мягкие пингвины, над которыми Саша не впервые смеётся вместе с девочкой, тигры и драконы, снегирики и обычные, но такие чудесные шары, словно из далекой неизведанной страны эти игрушки, очутились в компании нескольких гирлянд уже с более осознанным развешиванием. И, наконец, в дело пошла мишура. Колючая, мягкая и снова заставляющая почувствовать себя маленькой принцессой. Вообще, в принципе, весь этот процесс проходил, будто на одном дыхании: то тут, то там с замиранием сердца дотрагивалась до каждой добытой из пакета или коробочки игрушки, вспоминая, как она делала её, покупала или получала в подарок от Дедушки Мороза или от своей любимой. Тени прошлого и настоящего, словно вместе с ней наряжали стройную елочку, беззвучно перебирая «дождик» или подвешивая на люстру снежинку, что так занятно преломляла свет, отбрасывая его в разные стороны и больше напоминая шар с дискотечной площадки. Каждая деталь сейчас была упоительно важна и красива, образуя общую композицию и наполняя всё тело душевным теплом, а пальцы легким покалыванием от нетерпения поделиться этой радостью, всем своим состоянием с тем, ради кого всё делалось уже не первый год, но первый раз в одном месте. Александра. Оставалось лишь повесить над входом в зал веточки омелы так, чтобы она не слишком бросалась в глаза и украсить оставшиеся комнаты дождиком или маленькими серебристыми колокольчиками. Запихнув парой ловких движений уже излишние предметы новогоднего декора, девочка парой взмахов, насвистывая какую-то новогоднюю мелодию, что никак не могла отстать от неё весь день, обмотала всё, что можно мишурой, будто по всей квартирке пронеслась волшебная снежная буря, припорошив всё выступающие детали квартиры инеем и снегом. Щелчок. И помещение превращается в настоящую сказку. С елки на тебя глазеет животина, словно настоящая; гирлянда ярко, но так нежно освещает пространство, и кажется, что игрушка спрыгнет с деревца и очарует своей сверкающей пыльцой, превращая в маленькую фею; а мишура и дождик наполняют квартиру плотным снежным покровом и отражают цветные лампочки, заставляя блистать все вокруг. За окном медленно парят пушинки снега, а в доме царит запах голосеменного растения. Улыбка на лице стремительно проявляется, ведь в прихожей еле слышно хлопает входная дверь. — Малыш? — в ответ манящая тишина. Шаг Сашки вперёд. Из-за угла сзади показалась розовая головка, из которой вырвалось только тихое: — Мя. — со спины подкралась, мягко, но уверенно обнимая поперек живота. Выдавить из себя хоть словечко Александра не позволила. Лишь глубокий выдох показал всё восхищение, и с шелестом упавший пакет; не знает теперь, куда смотреть: повсюду волшебство. А самое настоящее волшебство сейчас обнимает её. — А я тебе мандаринов принесла, заслужила, — детская и невинная радость. Алёна мгновенно отлипла от светлой, взяла пакет. — А как же поцеловать? — старшая ухмыльнулась. Маленькая же поднялась на носочки и, поцеловав девушку в щёчку, проронила такое соблазняющее: — Саш, а почисть мне мандарин. — Вполне обычный каприз ребёнка, — смеясь, констатировала Александра и потянулась за мандарином. Восхищенным взглядом принцесса следит за тем, как старшая чистит ей мандарин. — Мой ребёнок, — Сашка не сдержалась и залюбовалась девочкой, а после сообразила, отделяя дольку мандарина и приближая его к губам напротив, — открой рот! — Не открою, — заливается и с головой окунается в плед. — Кажется, долго ждать придётся. Ладно, тогда я съем твой мандарин. — решила схитрить и у неё это получилось, потому что после этих слов из под пледа появилась разноцветная от лампочек гирлянды голова с открытым ртом. Александра отправила дольку в рот малышке, отделяя ещё одну. А Алёна, якобы хмуря брови, жуёт цитрус. — Ну как можно с таким недовольным лицом есть мандарин, а? Капризная какая. — Не капризная, а влюблённая, — произносит маленькая, утыкаясь в плечо. Саша не может сдержать улыбки и заправив мешающую розовую прядь за ухо, тянется за сладким поцелуем. Сердце обеих бьётся в бешеном ритме, а во взглядах мелькает чарующая нежность, которая с головой накрывает девушек настоящей сказкой.