Проклятие моего сердца

Легкий ветерок шатает только распустившиеся цветочки сакуры, и обдувает лицо стоящей напротив дерева девушки. Сорванные ветром цветы застревают в пепельных волосах, придавая им свою красоту. Один из них переходит в слегка мозолистую руку и после лёгкого «дува» снова отправляется в полет. Парень несколько секунд наблюдает за цветком, пока тот не растворяется в свете фонарей святилища. После опускает руку на плечо девушки и слегка надавливает, призывая обернуться назад, и она подчиняется. Оборачивается, и замирает. Слова застревают в горле, а мысли несутся в глубокое прошлое. В то время, когда они потеряли друг друга. — Кими, — Бархатистый голос глухим эхом застревает в голове. — Ты ведь умная девочка. Не позволяй жажде мести и эмоциям затуманить твой разум, — Хикэру поднимает ладонь с плеча на щеку Ямадо, и легонько поглаживая, продолжает.— Как бы грубо и болезненно это не звучало — меня уже не вернуть. Парень на шаг отступает от девушки. — Нет, Хикэру, — Кими хватается за ладонь парня и сжимает ее. — не уходи. Прошу, останься. — Когда-нибудь мы встретимся, а до этого момента — живи, люби, веселись, Ямадо. Звон колокольчиков усиливается, а лёгкий успокаивающий ветер начинает повышать порывы. Лепестки сакуры, что лежали на плечах и волосах девушки обретают темно-красный цвет и жижей расползаются вниз. Девушка вздрагивает, когда жидкость касается шеи и резким движением руки касается мокрого места. Пальцы размазывают слякоть вниз по шее к ключицам, и когда ладонь появляется в поле зрения, тело охватывает дрожь. Эта некая жижа была похожа на кровь. — Кими… Ямадо поднимает голову и устремляет взор на Хикэру, который сидел перед девушкой на коленях. Руки и ноги были туго связаны металлической цепью, а на шею был устремлен темный клинок. Девушка ринется вперёд, чтобы спасти его, но падает на темно-красную лужу, что начала распространяться по всей траектории земли. Оно было липкое, мерзкое, прямо как те сакуры. — Кими, посмотри на нас, — парень что стоит рядом с Хикэру надавливает концом клинка на его шею, и ведёт им вверх и вниз. После этих действий на коже остаются царапины, из которых выступает кровь. — Ты не можешь спасти его. Потому что ты — бессильна и никчёмна. Признай это, — тягуче медленно произносит он и поворачивает голову на Хикэру. — А тебе Хи, хочу сказать «прощай». Он поднимает клинок и резким движением оружия отрубает голову парню. Часть тела глухим рокотом падает на землю и катиться в сторону, а бездыханное тело остаётся висеть на цепях. — Гето, — Кими вскрикивает, и не смотря на ноющие части тела, что каждый раз тёрлись об цепи, пытается вырваться из плена. — Ты пожалеешь об этом! Режущий вскрик заставляет нависающее над девушкой тело вздрогнуть. Кими подпрыгивает на постели и с застывшей на лице ужасом поджимает колени к себе. Снова этот сон. Он уже в течении нескольких лет преследует ее. Не даёт забыть о том дне. — Кими, с тобой все в порядке? — Годжо?! Чего ты тут делаешь? — Кими мелко вздрагивает и отползает в другой конец кровати. Она с нескрываемой агрессией продолжает. — Как ты тут оказался? — Сегодня тренировка, если вы не забыли, госпожа соня. Я пришел чтобы убедиться в том, что с вами ничего плохого не случилось, да и ребята с Ячи отправили меня сюда. Поэтому не надо агриться на меня, — он улыбнулся и посмотрел на настенные часы. — Нам надо торопиться, дети заждались. — Выйди из комнаты, мне надо переодеться. — Хорошо, а также, — Сатору остановился у двери, чем вызвал раздраженный вздох у девушки. — Почему ты во сне произнесла имя «Гето»? Ты выглядела так, будто тебе приснился ужас. К горлу подступает тошнота, голова начинает кружиться, а в ушах начинается звон, будто способный взорвать голову. Кими сжимает в кулаке простыню и, закрывая глаза, глубоко вдыхает. Девушка тянется к подушке и со всей силы кидает ее на Годжо, но тот ставит руку перед собой и перехватывает предмет. Он принимает это действие за игру, и хочет кинуть подушку обратно на нее, но покатившаяся по щеке девушки слеза останавливает его. — Кими? — Годжо перешагивает упавшую на пол подушку и запрыгивает на кровать. — Что случилось? — тон его мягкого голоса меняется на обеспокоенный. — Выйди из комнаты, Годжо, — с паузами между слов говорит девушка, и не давая мужчине вымолить ни слова, кулаком ударяет его в лицо. Годжо откидывает голову назад от силы удара и недовольно шипит. — Эй, зачем бить то. Мы на такое не договаривались, — обиженно проговаривает Годжо, но не встаёт с кровати. — Оставь меня. — Я могу для тебя сделать что-то? Например, купить сладости или ещё что-то, что развеселит тебя, — мужчина кладет ладонь на плечо девушки, но та встряхивает ее. — Если так сильно хочешь чтобы мне стало лучше — уходи. Мне неприятна твоя компания. Сатору замирает. Сказанные слова девушки болезненным уколом колются в его сердце. — Хорошо, если ты так хочешь, — он несколько секунд тормозит, лишь глядя на поджавшуюся девушку, а после растворяется в воздухе, телепортируясь в школу.

***

Дверь кабинета распахивается, и все присутствующие переводят взгляд со своих карт на него. Годжо не обращая внимания на учеников, переходит за свой стол и откидывается на спинку кресла. — Годжо-сенсей, с вами все в порядке? — Юджи встаёт со стула и кидает свои карты на стол. — Выглядите, мягко говоря, ужасно. — Да всё с ним в порядке, устал наверное. — ехидно улыбаясь говорит Кугисаки. — А где Кими-сан? Она ведь должна была приехать вместе с вами. — Скоро должна явиться. — Хотите сказать, что вы оставили ее и приехали сами? Плохой из вас джентльмен, однако, — девушка отворачивается от учителя и кидает свою последнюю карту. — Ха, я выиграла! — Это нечестный выигрыш, — тихо проговаривает Фушигуро и кидает взгляд за спину нахмурившейся Кугисаки, на Юджи. — Он, например, раскрыл свои карты. — Я не говорила ему кидаться на Годжо-сенсея. Поэтому я тут не виновата. — Но таковы правила, Кугисаки-кун, — Годжо подходит ко столу, и потрепав Юджи по волосам, присаживается между двумя подростками. — Я тоже играю!

***

Машина останавливается в нескольких метрах от ворот святилища Токиоки. Высокое здание построенное из дерева стоит здесь около пяти тысячи лет. Каждый год это место посещают туристы и местные жители, многие из которых – влюбленные пары. Есть легенда, в котором говорится об одной паре, чья любовь кончилась печально, и это святилище построили, чтобы оно было напоминанием о их крепкой любви. Многие, кто ходили сюда, кланялись о вечной любви к своим партнёрам, и Ямадо с Хикэру были в их рядах. Они любили друг друга. Каждый день посещали это место, чтобы укрепить свою любовь. Но сейчас Кими приходит одна. Их история началась и закончилась здесь. В этом святилище. Ямадо поклоняется перед входом в ворота Тории и пройдя в левую сторону проходит вперед. Святилище как всегда встречает девушку открытыми дверями. Лепестки сакуры покачивались от мягких порывов ветра и перегородили вход в здание. Кими подняла ветви вверх и наклонившись зашла внутрь. В нескольких шагах от нее висела большая картина, на чем были изображены молодая пара, а в обеих сторонах от нее стояли каменные статуи. Они были полностью перевязаны в красные ленточки. Девушка улыбнулась. Когда-то они тоже привязывали ленты к этим статуям. Кими достала из кармана белую ленту и зажала ее между ладонями. Она закрыла глаза и глубоко вздохнув, произнесла: — В данный момент, я не хочу ничего, кроме как освободиться от клятвы вечной любви. Четыре года назад, я здесь поклялась вечной любви к своему возлюбленному, он тоже. Но мы стали парой, что повторила историю Акеми и Изаны. Мы навеки и вечно потеряли друг друга. — Девушка опустила руки вниз и завязала ленту на лапу статуи льва. Теперь мы, Хикэру, встретимся только в ином мире.