possible start to a wonderful beginning

У Чонгука работа.

У Чонгука уже, если честно, едет крыша с этой работой. И не то, чтобы ему сложно, совсем нет. Но после измены, когда-то любимого мужа, альфа долго не мог оправиться. Любимая работа вдруг превратилась в рутину, глаза его перестали блестеть и все вокруг почему-то стали раздражать до ужаса. — Гук-а, совсем ты что-то потух. Не хочешь сходить в бар, развеяться? После такого предложения, Намджун был грубо выгнан из кабинета Чона, сопровождаемый матами не самыми красивыми выражениями. А еще через 15 минут, Чонгук безбожно рвал ладонями волосы на своей голове и портил укладку, потому что Намджун не заслужил такого обращения к себе. Кто угодно, но не его лучший друг, который был для Чонгука посланием с неба, не меньше. Их знакомство прошло на первом курсе чонгукова университета в то время, как Намджун уже был третьекурсником. Тогда еще Чон был холост и совсем юн. Глаза блестели совсем по детски, а взгляд цеплялся за любого свободного старшего. Свободным старшим оказался Намджун, очаровательно улыбаясь с ямочками и разглядывая потерянный первый курс. Чонгук долго мялся на месте и совершенно очевидно бросал взгляды на старшекурсника, пока тот не подошел сам.

Так и познакомились.

Альфа невольно закусил губу, сдирая зубами кожицу. Ему совершенно точно нужно было уйти в небольшой отпуск и привести в порядок свои мысли, которые вот уже несколько месяцев колебались с сумасшедшей скоростью. Взгляд упал на пришедшее сообщение. Стоило телефону попасть в руки мужчины, как на его губах расцвела нежная улыбка, практически схожая с улыбкой маленькой копии Чонгука на фотографии. Мингю — четырёхлетний сын Чонгука, оставшийся с ним после развода. Чон берег и любил сына порой даже больше нужного, но также не забывал быть строгим отцом, помаленьку воспитывая Мингю.

«Я приеду уже через час»

Чаще всего, Чон оставлял сына с друзьями или родственниками. Однако работы было все больше, а люди, с которыми можно было оставить сына, стремительно заканчивались, еще больше нервируя мужчину. Даже его любимое хобби теперь не доставляло никакого удовольствия. Они с сыном любили лепить из глины и Чонгук с увлечением рассказывал Мингю про все нюансы, учил его и вместе с ним делал красивые вазы. Сейчас же, купленная когда-то глина лежала нетронутая, а дверь в комнату с глиняными станками не открывалась уже несколько недель. — Я уезжаю в отпуск, поэтому на меня не надейся. Эта фраза обрывает Чонгуку всё. Последний человек, с которым можно бы было оставить сына — уезжает, непременно огорчая. Чонгук лишь понуро кивает, тухло благодарит знакомого за то, что посидел с его сыном и прижимает ребенка к себе. — Папа, ты должен был поцеловать меня в щечку, пап! — ребёнок крутится в руках отца и смотрит на него большими глазками, но Чонгук не реагирует, глубоко задумавшись о чем-то своем. — Папа! Ты снова не слышишь! Чонгук в миг приходит в себя от звонкого голоса сына и искренне улыбается, целуя мальчика в щеку. — Прости, пандочка. Расскажешь мне, как ты провел день? И ребенок принимается во всех подробностях рассказывать про свой насыщенный день, и Чонгук правда внимательно слушает, стараясь поддерживать с сыном диалог. Когда они подъезжают к дому, то сразу узнают знакомый силуэт. — Намджун… — Чон тянет немного разбито, а сын наоборот громко восклицает «дядя Намджун!» и уже во всю рвется к мужчине. Чонгук с легкой улыбкой отстегивает ремень на детском кресле и Мингю тут же срывается обниматься. Иногда Чонгуку думается, что тот на самом деле «пандочка», безумно любящая объятия. — Мой крошечный Гугу, — Ким ловко подхватывает мальчишку на руки, обнимает в ответ и треплет по волосам, спокойно принимая тыкания в свои ямочки на щеках. Чонгук мнется на месте и неуверенно подходит к другу уже открывая рот для извинений, но Намджун оказывается первым: — Я привез нам торт и чудесную идею специально для тебя. Альфа расплывается в улыбке, потому что, черт возьми, его друг правда самый лучший и Чон слишком уж плохой, раз позволяет себе обижать такого хорошего человека. Они заходят домой и Чонгук наконец-то скидывает с себя строгий пиджак, ослабляет галстук и плетется в свою комнату, переодеваясь в домашнюю одежду. Когда он заходит на кухню, торт уже порезан, Намджун наливает чай, а Мингю тянется вилкой к торту. — Сначала покушай нормальной еды, — произносит альфа, забирая вилку из рук сына. — Ну пааааап! — Без «пааааап». Когда все скушаешь — получишь торт. А мы с дядей Намджуном, так и быть, не будем кушать его без тебя. Я даже поем с тобой. Мингю старается состроить грустное выражение лица, но видимо соглашается со словами отца, по-детски вздыхая и послушно складывая ладошки на столе. — Умница, сынок. Чон интересуется у Намджуна не хочет ли тот есть и все же накладывает 2 порции — себе и сыну. — Поскольку в отпуск я тебя сходить не уговорю, я придумал с кем ты можешь оставлять Мингю. — О, если ты скажешь, что будешь свободен и посидишь с Мингю, я буду очень благодарен. — Увы, я не про себя. Думаю, тебе стоит поискать для него няню. Это очень удобно, знаешь. Она будет с Мингю с утра и до самого вечера, а значит твой головняк насчет этого закончится. Чонгук глубоко задумывается, серьезно размышляя над этим. Конечно, он уже думал об этом и даже нанимал одну няню, но услышав от сына то, как она позволяла себя вести, Чон тут же отказался от ее услуг. — И знаешь, у меня даже есть хороший вариант для тебя. Я долго искал и тщательно выбирал для Мингю няню и, кажется, нашел, — Ким поворачивает экран телефона Чонгуку и наблюдает за черными глазами друга, бегающими по строчкам в телефоне. — Парень? — Судя по всему. Фотографии нет, но довольно профессиональное резюме он составил. Чон задумчиво пережевывает еду и зачем-то бегает глазами по строчкам резюме снова и снова. А что ему остается? Брать сына с собой на работу он не станет по очевидным причинам, да и в целом, резюме действительно составлено качественно и довольно профессионально. — Хорошо, оставь мне его номер. Я позвоню позже. — Пап, тортик! Чонгук рассматривает пустую тарелку сына и кивает, целуя Мингю в макушку. Положив сыну кусочек торта, Чон с улыбкой наблюдает, как губы мальчика с каждым укусом пачкаются все больше. — Прожевывай, а то подавишься. Намджун с Чонгуком общаются еще какое-то время о чем-то своем и уже через час Ким удаляется на свидание. Чонгук желает другу отличного свидания и оценив его внешний вид, уверенно отправляет «навстречу судьбе». Брюнет довольно улыбается, потягивается и поднимает сына на руки, целуя в щеку. — Идем смотреть мультики и спать? — Чур я сам выберу мультик! Они смотрят мультфильмы буквально полчаса, а ребенка уже заметно клонит в сон. Мальчик трет кулачками глаза, зевает и щурится, но сидит на диване, уткнувшись в бок отца. Желание досмотреть мультик явно сильнее какого-то там сна. — Давай-ка спать, Мингю, — Чонгук ставит мультик на паузу и поднимает на руки расслабленного сына. — Нет! Я не хочу спать, давай досмотрим! — Крошка, ты хочешь спать. Я обещаю, что завтра мы досмотрим этот мультик и посмотрим еще один. — Но ты опять поздно придешь с работы! — Я очень постараюсь приехать раньше, Мингю. Мужчина поднимается с дивана с ребенком на руках и удаляется в детскую комнату. Мингю засыпает совсем быстро, не дослушав даже одной песни. Вместо того, чтобы читать сказки на ночь, Чонгук пел для сына медленные и спокойные песни, совершенно не напрягаясь от этого. Вот так по-семейному проводить вечера Чон просто обожал, поэтому на самом деле старался не задерживаться на работе. Уже лежа в постели, Чон набрал номер предполагаемого няня и только сейчас подумал, что звонит слишком поздно. Няня нужна уже на завтра. Всего через пару гудков, звонок приняли. В динамике послышался приятный бархатный голос. — Слушаю. — Здравствуйте. Ким Тэхен? — Да. — Видите ли, мне нужна няня уже на весь завтрашний день, я увидел на сайте ваше объявление, поэтому если вы свободны завтра — вы бы очень меня выручили…