"Вторая семья"

В кабинете Гинушки было холодно, но, в то же время, и жарко. Гинушка валялся на диване и что-то дожёвывал. Мимолётом он оглядел ленту холодным взором и остановился на Фране. - Ты принёс то, что я просил? - Да, держи, - прошептал Франушка, протягивая Гину пачку семак. - С тебя сотка, кстати. - Что?! - выпучил глаза Гин. - И ты, нахальный, требуешь денег с меня?! С меня! С отца ленты! Как ты смеешь?! - Какой ты мне отец? - Пока ты живёшь в моём доме, то подчиняешься моим правилам! - Я сам себе правило, - отвернулся Фран. - Слышь! - крикнул Гин. - А кто тебя подобрал? Кто приютил, как бездомного?! ТЫ СЛУШАЕШЬ МЕНЯ?! - Если ты отец мне, то какого ты ко мне так обращаешься, папочка? - съязвил Фран. - А по-другому твоя башка не хочет понимать! - взорвался Гин. - А ты объясни по-нормальному, тугодум! - сложил руки Фран. - Ты оскорбил своего отца! - гневно дышал Гин. - Всё. Сил моих нет! Убирайся из дома! - С радостью! - натянул улыбку Фран. Фран крутанулся и удалился из кабинета Гина. И, кажется, навсегда. - Ублюдок... - прошептал Гин. - Гин... - Что? - округлил глаза Гинушка. - Он сам виноват. - Ты здесь вовсе не прав, - прошептала лента. - Иди и извинись. - Лента, - прошептал Гин. - Не до вас сейчас... идите кушать. - Гин, ты спятил?! - Ты что Франу наговорил?! - Подуется и вернётся, - всплеснул он руками. - Гин... но... так же нельзя... - Льзя, - прошептал он и сел на диван. - Гин. - Вон из моего кабинета! - Мы думали, ты добрый... а ты... -... своего сына на улицу выгоняешь. - Ребят, пошли. - Да, точно... Лента пошла на улицу и села на лавочку. - Лента, - прошептал Сиэль, - не надо слушать Гина. Хоть он и недолюбливает Франа и сам он немножко раздражительный, но его надо найти. - Ты так говоришь потому, что вы любовники, да? - сложила руки Мисаки. - Не только, - закрыв глаза, сказал Сиэль. - Разве ты не любишь Франа? Он столько сделал для нас. - Да, но... - Вы не хотите идти за Франом, потому что так сказал Гин?! - повысил тон Сиэль. - Какие же вы все трусы! - Те, что прикрывают писку? - хохотнул Аоминет. - Дураки! - взорвался Сиэль. - Не хотите - не идите! Я вас не заставляю. Сиэль повернулся и направился в сторону леса. - Сиэль! - Отстаньте он меня! Вы достали меня! - кричал Сиэль. - От вас человек уходит, а вам всё хиханьки! Сиэль ускорил шаг,а потом и вовсе побежал. - Нэнси-сан, пошли искать Франушку? - подёргал за её шорты, прошептал я. - Пошли, Пирожок. - сказала Нэнси-сан, посадила меня на плечи и направилась в лес. - Эй, Нэнси! - окрикнул её Аоминет. - Что? - Вы всё-таки идёте искать Франа? - Нет, буду делать, как ты, - съязвила она. - Буду сидеть и смотреть еблю. - Идея, кстати неплохая, - поразмыслил Аоминет. - Кагами, попка моя сизокрылая, пошли смотреть еблю. Кагами ничего не ответил, лишь пошёл за нами. - Что?! - округлил глаза Аоминет. - Ты с ними??! - Аомине, - прошептал Кагами. - Это наш друг. Член нашей семьи. МЫ не можем бросить его. - Да хуй с ним, блять! - крикнул Аоминет. - Пошли смотреть, как ебутся другие! Кагами отвернулся и пошёл в сторону леса. - Эй! Стой! - Ты мне не указ! Аоминет долго думал, но всё равно пошёл с нами. - Ну и хули? - спросил Аоминет. - Ищи Франа, блять, заебал! - Может потрахаемся? - Аоминет, тебе всечь? Однако они уговорили нас, чтобы мы подождали их, пока они трахаются. Через пять минут они вернулись. - Да, я ж не кончил ещё! - Надо Франа искать! - Вот найдём его, тогда его оттрахаю! - Трахай кого хочешь, но не акцентируй на этом внимание. - Да, но... - Аомине, мы уже закончили разговор, кто кого будет ебать! - Ну бля... Мы шли где-то минут 75. И каждую минуту Аоминет начинал говорить, что он будет ебать всех. Неприятно, конечно, но иногда он отмачивал такие корки. На весь лес были слышны дикие взрывы пуканов. Вечерело. А мы всё ещё не нашли Франа. Вот уже начинался дождь. Маленькие и до мерзости ебучие капли дождя падали под воротки одежды. Было до того неприятно, что Аоминет пообещал выебать и дождь. С каждыми шагами мы приближались в сердце леса. - Вы слышите? - спросил Кагами? - Что такое? - Кто-то плачет. И правда. В глуши леса кто-то плакал. Мы побежали на плач. В глуши леса сидел Сиэль и плакал. Рядом с ним лежал Фран и молчал. Просто молчал. - Сиэль, что случилось?! - Что с Франом?! - Его истерзал медведь, - вытирая слёзы шептал Сиэль. - Помогите, пожалуйста донести Франа до дома. Так как Аоминет возражал больше всех, он понёс Франа. Мы донесли Франа до дома и уложили в койку. Ирония-сама обследовала Франа и сказала, что раны очень глубоки и вряд ли он сможет жить. Глаза Сиэля были наполнены слезами. Он просил сделать всё невозможное, чтобы Фран жил. Ирония-сама обещала, что Фран будет жить. Вся лента пошла спать, а Сиэль остался у койки Франа. Он сидел около него, словно преданный пёс. Как Хатико. И ждал, пока он проснётся.