Неожиданный подарок для поттероманки

Линда закрылась рукой, выронив плакаты. Но это ситуацию не спасло — машина всё равно переехала девушку. Линда Каули была мертва. *** — Нееееет!!! — крикнула Линда. В глазах ещё мелькал свет фар от машин, а в ушах звенел отчаянный крик матери. Девушка вскочила с чего-то, чересчур мягкого для асфальта. Кровати? Каули протёрла глаза и огляделась, пытаясь понять, где находится — она была в комнате средних размеров, но это место не было ни одним местом в их доме, и на больницу не шло. Девушка привстала, потирая затылок. Голова сильно кружилась, в глазах всё плыло. «Я… жива?» — ошеломилась Линда. — Как? Ладно, но где я? — шёпотом спросила у самой себя Каули. Из горла вырвался только хрип, но всё же Линда поняла, что это не её голос. Слишком он был мелодичным. Чересчур. — Марлин, дорогая, вставай, — пропел женский голос по ту сторону двери загадочной комнаты. — Если опоздаешь на поезд, не сможешь поехать в Хогвартс. — Да встаю я, вста… — недовольно начала девушка, но потом голос отказался работать. Голова пыталась быстро сообразить. Марлин? Хогвартс? Да, её и правда многие называли по имени МакКиннон, во-первых, потому, что Каули фанатела по Сириусу и пэйрингу Блэкиннон, а во-вторых, она и правда была похожа на Марлин — светловолосая спортивная девушка со светло-карими глазами — но чтобы мама? И, кажется, это не совсем её мать… А причём тут Хогвартс? — Ты где застряла? — недовольно проворчал голос этой женщины. — Я захожу к тебе. Девушка ничего не ответила, а просто села на кровать. «Работай, голова, работай! Где ты можешь находиться?» — подумала Линда, хватаясь руками за виски. — Марлс, что с тобой? Что-нибудь болит? — обеспокоенно спросила её «мать». — Нет, всё хорошо, всё хорошо, — отстранённо ответила она. — Точно. — Тогда не делай вид, что сейчас твоя голова отскочит от плеч, — усмехнулась женщина, но потом посмотрела на время и запричитала. — Всё, подъём, время уже… Ай, Марлин, 10:20, а ты ещё не завтракала! Быстро, быстро, — женщина выбежала, закрыв за собой дверь. Но снизу раздался крик. — И не говори, что не голодна! Я знаю твою манеру худеть в экстремальных условиях! «Худеть? Хогвартс?.. Марлин?» — крутилось в голове девушки. — «Но… но как такое может быть? Я переродилась в тело Марлин МакКиннон, что ли?» — странная, но, похоже, верная догадка пришла ей в голову. Нет, она всегда мечтала жить здесь (если это конечно так, ведь это может быть всего лишь реалистичный сон), но её не устраивала одна деталь, которую она всегда пыталась опускать: её семья. Она любила маму, папу, крёстного, тётю, кузину, младшую сестрёнку Лиззи, но их для неё больше не существовало. Она в своём мире умерла, переродившись сюда, в тело Марлин МакКиннон. С этим уже ничего не поделаешь. По телу прошла волна мурашек, было не по себе. Новоявленная Марлин впала в ступор. Там она умерла. Умерла. По щеке сбежала слеза. Надо было срочно успокоиться и собрать вещи в Хогвартс, так как настоящая МакКиннон не собрала их сразу. Жить-то надо! Первым делом Марлин оделась в джинсовый сарафан бордового цвета, а под него надела белый кардиган, так как эти вещи висели на спинке кровати. С помощью крабика красного цвета, который лежал на тумбочке, соорудила что-то слишком похожее на гнездо, а сверху нацепила красную повязку с бантиком, которая была такого же оттенка, как и крабик — валялась она коврике у ног. Потом девушка решила попытать счастье в поисках чемодана, но поняла, что это будет непросто. Очень непросто. Хоть в комнате была идеальная чистота, но это только на вид — под кроватью было куча пустых коробок от печенья и шоколадных лягушек, на подоконнике, который располагался под окном, лежали несколько пар очков с цветными линзами и пустых железных баночек из-под газировки. Она переворошила всю комнату, но только через десять минут тщательных поисков поняла, что чемодан спрятался на шкафу. — И как я тебя достану? — подпёрла руками бока Марлин, с укором глядя на коричневый чемодан, обклеенный разными цветными и чёрно-белыми картинками и марками. — Неужели она сама не могла его сразу достать? Ладно, теперь я на месте Марлин, вот и… надо что-то придумать. Нормальные идеи не шли в голову, но мы не ищем нормальных путей! МакКиннон полезла на шкаф, в надежде на то, что он вместе с ней не свалится. Шкаф был высоким, почти доставал потолка, но закреплён он был не лучшим образом — пара-тройка болтов были просто вставлены для вида, из-за этого когда его затрясло под не тяжёлым телом девушки, они выпали, стукнувшись о деревянный пол. — Главное… не свалиться, не… не свались. Ли… Марл… Марлин, вперёд! — подбадривала саму себя МакКиннон, постоянно раскачивая шкаф. Но Марлин всё-таки дошла до верху, а в руках появился… почему чемодан тяжёлый? Это было неожиданно. — Ааааа! — закричала Марлин, падая с трёхметрового, а может и большего по росту шкафа. Она думала, что и сейчас умрёт, причём самой глупой смертью. Согласитесь, заявить родственникам, что волшебница умерла от падения со шкафа — это глупо. Но к счастью, её спасли. — Оп, поймал! — послышался радостный мужской голос за дверью. Девушка рискнула приоткрыть глаза, чтобы понять, почему она так и не разбилась, ударившись о пол. Взглянув на проём в двери, она облегчённо вздохнула — там был мужчина, видимо, её отец, который с помощью магии не дал ей упасть и держал на лету. — Мерси, спасибо что ты есть! — запела девушка вися в воздухе и рассмеялась. Когда мистер МакКиннон аккуратно опустил её на пол, он вошёл в комнату. — Вот отправлю тебя с твоей подругой во Францию, там и будешь напевать французкие мотивы, — погрозил ей отец. — С какой подругой? — нахмурилась Марлин, поднимая чемодан с пола. — Ты, видимо, про Мэри? Девушке повезло, что она в прошлой жизни много знала и учила про мародёров. Правда, все знания про них строились на догадках и придумках фандома, но всё же, раз она здесь, и её реально зовут Марлин МакКиннон, то что-то было верно! Если бы Линда этого ничего не знала, то просто ступила, глупо смотря на мистера МакКиннона, а так, хоть что-то знает. — Видимо про неё, не знаю я их всех, — отмахнулся мужчина. — Ладно, собирайся быстрее, а то опоздаешь на поезд. Не буду мешать, — на этом он улыбнулся и вышел, плотно закрыв деревянную белую дверь. Марлин стояла и задумчиво глядела на дверь, над которой на тонких ленточках висели флажки и диски. В голову пришёл очередной вопрос: «Почему у меня не пропала старая память? Почему я до сих пор помню старую жизнь?» Но это ей было только на руку, и Марлин со спокойной душой разгружала чемодан, который был навален запакованными маггловскими пакетами чипсов, сухариками и луковыми кольцами, газировки «Coca-cola», коробок для косметики и остальных разных вещей, необходимых ей для жизни. — Вау, да у неё даже есть плеер! Интересно, он будет работать в Хогвартсе? — с восторгом спросила у самой себя девушка, бережно беря в руки маленький белый плеер. Он выглядел, словно маленькая коробочка, откуда торчало два шнурка, которые назывались наушниками. У неё никогда в прошлой жизни не было плеера — первый она увидела у дочери крёстного в семь лет. Мэй была её старше на семь лет, и не дала малышне, на тот момент которой она и являлась, настолько дорогую вещь. Да, о плеере она даже не мечтала. — Марлин, а у тебя есть кожаная куртка? — с любопытством спросила девушка, хотя и знала, что ответ она не получит. Кожанки, так их называли, были в дефиците, как и плееры и куча крутых штучек. — Ладно, потом поищу, — Марлин быстро выгребла все оставшиеся вещи из чемодана, свалив их в пустую коробку, вставленную в стеллаже. — Так, а теперь собираемся. Ещё нужно найти палочку и учебники, которые, скорее всего, она спрятала ещё дальше, чем сам чемодан. Девушка тяжело вздохнула, отряхивая руки от крошек. Надо спешить. Девушка опешила, сразу найдя вещи, аккуратно сложенными на одной из глубоких полок гардероба. Гардероб выглядел как отдельная комнатка, только предназначенная для одежды. — Ну, а теперь можно собираться. Только быстро! Марлин подбежала к чемодану, схватив его за ручку и потащила его в сторону «комнатки». Девушка аккуратно сложила учебники, несколько пузырьков с чернилами, кипы пергамента, перья для письма, драконьи перчатки и остальное, что нужно для учёбы, в чемодан. Но всё же небрежно накидала большую часть одежды из гардеробной в чемодан, так как он был с незримым расширением: большое количество ярких сарафанов, топов с длинными и короткими рукавами, толстовок, спортивных штанов, пушистых кардиганов, широких джинс, повязок, разноцветных круглых очков, несколько пар конверсов разных цветов, боссоножек на высокой платформе, высокие носки и школьная форма, всё это валялось на дне. Форма, по мнению девушки, была самой скучной вещью в её гардеробе, но, к сожалению, она была обязательной. Затем Марлин разобрала причёску, причесалась, вновь собрала, провела все гигиенические процедуры и убрала все приспособления в чемодан. — Ну всё, я закончила собираться, — с придыханием сказала МакКиннон, спуская тяжёлый чемодан по лестнице со второго этажа. Спустившись, Марлин перевела дыхание и поставила чемодан. — Ну, сколько время… мам? — Много, Марлин, — возмутилась миссис МакКиннон, выходя из кухни. Её лицо выражало недовольство. — Десять… 10:52, что так долго? Ты уже не успеешь позавтракать. А я знаю, что ты так специально. Сейчас принесу тебе пирожок. И не смей его выкинуть! — Но, мам! — Марлин было неудобно так её называть. Но привыкать надо. — Я не хо… — Я тебя предупреждала, чтобы ты мне подобного не говорила! Берёшь чемодан, два пирожка и мы трансгрессируем, — скомандовала миссис МакКиннон, быстро вбежав на кухню и снова выйдя оттуда, но уже с салфеткой, где по всей видимости, находился пирожок. И не один, не два, а целых пять. На все отговорки дочери миссис МакКиннон говорила: — С девочками поделишься. А теперь, на Кингс-кросс! Миссис МакКиннон протянула дочери метлу, которая стояла оперевшись об стенку и руку. Девушка вздохнула, беря в одну руку чемодан, а в другую салфетку и новенькую «Комету-240». Схватившись за запястье Марлин, они трансгрессировали.