Пластыри на сердцах

★★★

Мы убежим, нас не догонят.

Дальше от них, дальше от дома.

Ночь-проводник, спрячь наши тени.

За облака, за облаками.

Нас не найдут, нас не изменят.

Им не достать звёзды руками.

Нас не догонят — t.A.T.u.

★★★

Урок истории проходит под зевания одноклассников и бубнёж учителя. Он по-видимому говорил про войну вроде как 20 века. Ученики мало что понимали из монотонного рассказа историка, даже если на первых партах было слышно все упорно игнорировали это, пытаясь не заснуть, радует что это последний урок. Ёнджун пробегается взглядом по каждому в этом классе, потом переводит взгляд на окно и обреченно вздыхает, ничего интересного. Все люди как будто однотонные, ничем не выделяющиеся, то ли из-за общества, считавшего недопустимым выделяться, то ли от своей никчемности. Скоро лето, а все всё ещё мирно сидели за партами, готовились к предстоящим экзаменам. Из всего класса только Чхве забил болт на них, он не собирается тратить на это время. Свой возраст ему не хочется проводить за листами с примерами по математике. У него одна жизнь и завтра вполне может не наступить, поэтому Ёнджун живет только сегодня, не заглядывая вперед. Может поэтому люди кривились от одного присутствия Ёнджуна, не понимая как же так он может, не задумываться о будущем. Люди не понимают Чхве, называя всеми нелестными словами. Для них такие люди, как Ёнджун странные существа, тёмный коридор к которому ни за что нельзя приближаться, потому что страшно. Только вот ему самому плевать на это, он прекрасно знает, что в океанах их души таится зависть, которую они сами пытаются проглотить. Руки поправляют длинную сережку, а глаза и внимание направлены уже на часы, а не окружающих. Когда остается всего одна минута до звонка, он кидает все вещи в рюкзак и наконец раздается ожидаемый звонок. Дверь в класс ударяется о стену, кто-то из одноклассников даже подпрыгивает от испуга, а учитель замолкает, переключая свое внимание на людей в дверях. По сравнению с серым они выглядят, как радуга или упаковка цветных фломастеров, это до смерти нравится Ёнджуну. У Тэхёна накрашены ногти в черный цвет, за что его неоднократно вызывали к директору, но потом смирились, он носит безперестанно зелено-черный свитер в полоску и манжеты под ним. На Бомгю надета очередная глупая шапка, за право носить её он материл всех учителей, ибо без шапки Бомгю — не он вовсе, а учителя отчитывали, ведь в помещение надобно ходить без головного убора, Ёнджун находит в глупых шапках Чхве младшего свою прелесть, он выглядит мило в них, на шее висят проводные наушники, а на руках перчатки в сетку, кожа в некоторых дырочках закрашена синей ручкой. Шея Кая увешена украшениями из бисера, которые самостоятельно плетёт каждой ночью в умиротворение, блондинистые волосы вьются вокруг заколочки в виде синего василька. Ёнджун улыбается широко и встаёт, не дослушав учителя, но ради приличия, что у него осталось живым, бросает: «До свидания». Никто не удивлён, все только цокают и фыркают. Тэхён давится смехом уже за дверью от этих серьёзных лиц и ситуации в целом, уставший Кай тычет в него пальцем, чтобы успокоить, а Бомгю хмурится так как просидел под дверью кабинета полчаса, как всегда прогуливал урок ненавистной физики. Ёнджун смотрит на них и не может не улыбаться, он самостоятельно разглаживает морщинки на лице Бомгю и черты его лица правда смягчаются. —Когда-нибудь нас всех впятером вышвурнут из этого здания. — Говорит Бомгю, скатываясь с перил на лестнице, поправляя съехавшую зайчью шапку. —Субин-хён будет недоволен. — Прыгая с одной ступеньки на другую, утверждает Кай. Из их компании только Субину важна учёба и на это была особая причина. Он хочет поступить в медицинский университет и стать хорошим врачом, потому что его отец погиб год назад по ошибке пьяного врача. Жестокая причина, но так и появляются цели. —Тогда вчетвером. — Произносит самый старший натягивая сумку на плечо, не получая возражений. Они выбегают на улицу, не переодевая сменку, уборщица бы закричала увидев это преступление, и бегут к Субину под болтовню Кая. Чхве средний уже ждёт около машины, принадлежащей своему дедушке, с открытыми дверьми и плюшевым медведем на пассажирском сиденье. Из колонок тихо доносится ненавязчивая музыка, которую перебивают восхищённые выкрики Кая и Тэхёна. У одного из-за медведя и Субина, в облегающей белой водолазке, она безумно сочетается с грязно-розово-фиолетовыми волосами и такого же цвета шортами, у другого из-за отремонтированной машины. Вид её был намного лучше, чем в прошлый, бампер не помят, блестит, да переливается, настолько Субин вымыл старенькую машину. —Хён, это потрясно. — На этот раз очередь Бомгю восхищаться, он обходит вокруг машины и подпрыгивает, останавливаясь на своём месте. — Красиво. —Я просидел в гараже деда весь сегодняшний день. — Субин кидает ключи Ёнджуну и растягивается в улыбке. — Сегодня за рулём ты, мне нужно отдохнуть. Старший тихонько кивает и садится первым, за ним залезает поближе к мишке взбодрвшийся Кай, на переднем сиденье расположился Субин. Тэхён и Бомгю достаточно долго стоят и спорят кто займёт пассажирское сиденье, а кто багажник. Места не хватало из-за нового друга младшего, который сидит с ним в обнимку и украдкой смотрит на Субина с благодарностью. Чхве Бомгю снова морщится, залезает на сиденье и тут же перелезает в багажник. Тэхён победой очень доволен и реакцией Чхве младшего тоже. Натыкаясь на теплый взгляд Ёнджуна у Бомгю это хмурое лицо само рассасывается, конечно, в багажнике неудобно, но это не конец света. Просто нужно согнуться три раза и умудриться не удариться головой при кочках, также не замерзнуть от железных банок колы. Им ехать около часа. Поэтому Ёнджун делает музыку громче, но не сильно, так чтобы можно было поговорить. Бомгю первый прерывает уютную тишину, начиная рассказывать всё подряд. Младший иногда вставляет свои реплики, как и Тэхён, Ёнджун сосредоточен на дороге, но всё равно слушает разговор, а Субин спит, никто не прерывает его отдых. За окнами мелькают редкие машины и люди. Деревья спокойно покачиваются от тёплого ветра, который успокаивающе треплет волосы. Они часто сбегают от всего мира вот так, садясь в машину, разговаривали или молчали, слушали песни из плейлиста Бомгю, вместе решали чьи-то проблемы или просто дурачились в дороге. Этой компании попросту неуютно, поэтому они отдыхают где-то вдалеке, за пределами цивилизации. Им не нужно внимание других. —Можно я у кого-то переночую? — Видно, как Каю неловко об этом просить, но ему ничего не остаётся. Сзади слышится ругательство, потому что все знают причину. —Снова мать напилась? — Спрашивает Ёнджун, смотря через зеркало на Кая, он кивает. — И снова хочет тебя убить? — Младший нервно прикусывает губу и кивает. Молчание режет слух, все погружаются в свои мысли. Когда мама Кая заливает в себя алкоголь, лишается мозгов и кажется становится психопаткой. Обычно до покушения на убийство собственного сына не доходило, но один раз все же случилось. Тогда Хюнин завалился домой к Тэхёну в слезах вперемешку с грязью, на шее сине-багровые синяки. После этого ему страшно слышать шорохи за дверью, он неосознанно тянется к ножу под подушкой для самообороны. —Ко мне нельзя, отец ёбнутый. К хёну тоже, у него вприбавок ещё и мама такая же. Поэтому к Тэхёну или Субину. — Рассуждает Бомгю, перебирая прядки Кая, как у барашка, чтобы успокоить. —Моя бабушка всегда рада тебе. — Кан одаривает его заботливой улыбкой и Хюнин благодарно приподнимает уголки губ, поправляя свои украшения, чтобы не выдать трясущиеся руки, это успевает заметить, проснувшийся Субин, однако молчит и что-то непонятное мычит. Ёнджуна бесит своё бессилие. Конечно он поддерживает всех, но на большее не способен из-за собственных проблем. Стискивая зубы, он давит на газ сильнее. Никто не против и не боится. Если случится авария значит так и должно быть. Они готовы встретить это без отчаяния. В воздухе витает свобода от вселенной, она намного тяжелее, но дышать почему-то легче. ★★★ Машина наконец останавливается около заросшего зеленью озера. Дальше озера кузнечики играют на невидимых скрипках, водомерки скользят по воде, как по льду, а комары уже начинают свою охоту, им противостоит специальный спрей от насекомых. Находиться в окружении высоких деревьев с густой травой волшебно. Солнце окрашивает всё пространство сквозь листву оранжевыми цветами. Субин делает музыку ещё громче, Тэхён помогает дотащить ящик газировки до места где они расположатся, Бомгю несет пушистый плед и трет затылок, видимо не удалось избежать удара в машине. Кай бежит к пруду, проверяет температуру и лыбится во все зубы, явно что-то задумал. Ёнджун с Субином располагаются на пледе, пока младшие резвятся в озере, брызгаясь водой, ходят по дну босиком и громко смеются, так что в самых глубинах леса можно услышать. Газировка выливается и шипит вместе с недовольным Субином, Чхве старший усмехается и делает первый глоток вишнёвой колы. —Спокойно. — Вдыхая свежий воздух, Ёнджун невольно возвращается к себе домой, разбитые тарелки, мелкие осколки, которые впиваются в пятки, крики на весь дом, металлический запах крови, словно пропитал всё вокруг. Он мысленно дает себе пощёчину, желая вернуться туда, где он нужен. —Знаешь, на самом деле я иногда задумываюсь о своём будущем. — Почему-то Ёнджун не удивлён, задумываться об этом нормально. — Но я не расстроюсь, если не добьюсь запланированного и даже, если умру. Я всё ещё живу моментами и одновременно надеюсь на наше будущее. — Пожимает тот плечами и смотрит на, подбирающего слова, Ёнджуна, который пытается оторвать железку на банке. —А мне страшно задумываться. — Честно признаётся Ёнджун и ложится на плед. — Но это нормально, всем свойственно думать о таком, даже тем кто старается жить сегодняшним днём. Я не хочу, потому что боюсь, что меня ждёт, у каждого свои причины. — Субин кивает и тихо шепчет: «Мне тоже, хён». Из них никто не боится смерти, зато все боятся будущего, как злую собаку. Младшие несутся к ним, вся одежда мокрая, видимо они не просто брызгались, но решили еще и искупаться. Но только по вишнёвым волосам Тэхёна капает вода. Бомгю идёт за ещё двумя пледами и тащит, чтобы укрыть Кая и Тэхёна. Они уже сидят мокрыми задницами на сухом пледе, на них ворчит Ёнджун из-за этого, а Субин пытается развести огонь, собирая ветки, лежащие рядом. Чхве младший укрывает обоих пледом и улыбается, сам мёрзнет, но ни за что не признается. Огонь вспыхивает, словно играется, раздавая всем нужное тепло не скупясь. Холод постепенно отступает, а ночь наступает вместе с немного загадочной атмосферой. На иссиня черном полотне точно есть звёзды, мерцающие огни видны даже сквозь пышную листву, которая могла принять образ разных существ. У Ёнджуна под боком сидит Бомгю и греется, как бездомный кот, такой беззащитный и потерянный. Кай лежит на коленках Тэхёна и почти спит, ребёнок утомился за тяжёлый день, Субин подбрасывает палки и ими же вырисовывает что-то на земле. —Пообещайте, что мы все умрём в один день. — Резко произносит Тэхён, прерывая треск костра и оркестр леса. — Без вас я превращусь в ничто. — Он как-то слишком горько усмехается и протягивает мезинчик для клятвы. —Каждый из нас превратится в ничто без другого. Не хватает одного, значит нет всех нас. — Субин крепко хватается мезинцем и смотрит из-под чёлки на всех. Остальные обхватывают пальцы вокруг и смотрят, каждый говорит и договаривается сам с собой. Они держатся пальцами до тех пор пока Хюнин не засыпает. Всё вокруг растворяется в тишине. Тэхён пытается лечь так, чтобы не разбудить младшего, сверху их укрывает плед и рука Субина, который тоже погружается в чуткий сон. Ёнджун смотрит на всех тёплым взглядом, подкидывает ещё хвороста и садится на плед, перебирая волосы Бомгю. Сна нет ни в одном глазу. Он будет охранять чужие сны, чтобы они были наконец спокойными. Он поднимает свой взгляд на чернильное небо и вдыхает аромат дыма, ночной сырости, газировки и древес, даже не подозревая, что на него смотрит потерянный кот с живыми глазами. —Спасибо. — Шепчет Бомгю, чтобы не разбудить остальных и не напугать, но Ёнджун все равно дёргается, недоумевает. — Если бы не вы, я бы умер сегодня. — Это звучит, как гром среди лета. У Ёнджуна сердце хрустит и кровоточит, а дрожь гуляет по всему телу из-за осознание, Бомгю мог быть не рядом сейчас и они никогда не узнали бы друг друга. Когда-то Бомгю больше всего желал умереть и даже запланировал это. Но его спасло появление таких же ненужных людей обществу, они стали для него всем, его собственным красным бриллиантом среди камней. Ёнджун пытается успокоиться. Ложится рядом с Гю, не убирая руки с волос и смотрит прямо в глаза, живые, мерцающие звёздами. Пальцы сами перебираются к щеке и мягко гладят. Сейчас он дрожит не от холода, не от сказанных слов, а от чужой кожи и дыхания. Им не нужны слова, чтобы признаться, не нужны долгие разговоры на эту тему, они и так все поняли, им по настоящему нужно присутствие и спасательные касания. Бомгю ткнётся носом в грудь старшему, как котёнок и накрывает их пледом, сплетая пальцы в вечный замок. Отвергнутые обществом, даже родителям, а Тэхён отвергнут собой, но принят «странными» людьми. У всех сердца заклеены четырьмя разноцветными пластырями, от каждого по одному. Они старательно залечивают внутренние раны перекисью с колой, живут изредка задумываясь о будущем, сбегают из мира, но приходится возвращаться время от времени. Возможно люди не понимают, им это не нужно, они давно перестали пытаться добиться признания общества. Им всего лишь нужно нахождение друг друга рядом и смерть в один день.